Блейз и Пэнси спешат на помощь

Драко Малфоя можно было охарактеризовать по-разному – амбициозный, наглый, бестактный, но отчаянным назвать его трудно, потому что у парня и в мыслях не было подойти к Гермионе и позвать её на свидание в Хогсмид, а после взять за руку и вместе пойти на ужин, чтобы каждый увидел их связь, которую Малфой чувствует уже очень давно. Да, такого совершенно не было в мыслях Драко, абсолютно точно, он даже не посмотрит в сторону Грейнджер и не продумает план их разговора, не сомневайтесь…   — Привет, Грейнджер, пойдешь со мной в Хогсмид? — уверенно сказал парень, поглядывая в сторону темнокожего друга.   — Более вероятно, что она согласится, если ты назовёшь её по имени, а не по фамилии, — как всегда спокойно ответил Блейз, устало прикрыв глаза. Бедный Забини, столько лет терпеть влюблённого Драко, который только недавно осознал свои чувства к маглорождённой. — Я понимаю, это стало вашей фишкой, но, если ты хочешь построить с ней отношения, придётся начинать с самых низов. Называть возлюбленную по имени — отличный первый шаг.   – Твои советы совершенно мне не помогают. Я не могу даже к ней подступиться, а ты говоришь о том, что нам нужно так далеко зайти.   – Я же не говорю тебе называть её ласково, сразу придумывать до тошноты милые прозвища и говорить «малышка, пойдём на свидание» или «пообедаем вместе, детка», — спокойствию Блейза можно только позавидовать. Долгие годы парень ежедневно выслушивал Драко: сначала про то, какая ужасная Грейнджер, что такой грязнокровке маглорождённой не место среди настоящих волшебников.   Забини не волновала чистота крови так, как Малфоя, ему было абсолютно безразлично с кем он учится, если это не касалось непосредственно его самого. Парень совершенно не понимал Драко, который постоянно задевал Грейнджер, оскорблял её и всячески привлекал к себе внимание — какое она имеет отношение к слизеринцам и почему Малфоя она так будоражит?   Со временем блондин не унимался, маглорождённой становилось всё больше, и, казалось, все разговоры Блейза с Драко плавно перетекали к обсуждению Гермионы, а вернее к монологу Малфоя о ней — с кем она ходила сегодня на завтрак, где была вечером, чем занималась днём, что читала в библиотеке — блондин мог рассказывать об этом часами, посвящая в разные незначительные детали, пока его кто-то не отвлекал. Забини так много узнал о Грейнджер, что подумывал, что сам начал сходить с ума из-за неё, но, немного подумав и приглядевшись к отношениям чистокровного и маглорожённой, пару лет назад понял истинную причину помешательства Драко.   Идиот был безнадёжно влюблён и не понимал, как привлечь внимание такой правильной и доброй девушки, как Гермиона. Если она появлялась в поле зрения Малфоя с каким-то знакомым парнем — Блейз готовился к часовой лекции о незаслуженом нахождении Грейнджер в Хогвартсе или к новой перепалке между двумя влюблёнными. Да, Забини также видел интерес со стороны маглорождённой. То, как она одёргивала себя от прикосновений к Драко, краснела, если украдкой поглядывала на него за обеденным столом, как старалась сесть ближе к Малфою на общих занятиях, несмотря на возможные ссоры между ними. Блондин будто и не замечал все эти знаки или не хотел верить в то, что заслуживает шанс быть счастливым с любимой девушкой.   — Тебя самого не тошнит, когда ты говоришь такие сопливые прозвища? — абсолютно серьёзно спросил Драко. — Я никогда не буду называть Грейнджер такими словами. Как можно выразить чувства, называя так девушку? Она наверняка подумает, что я невоспитанный и ничего не понимаю в ухаживаниях.   — Будто ты действительно что-то понимаешь… — тихо добавил Блейз, но эти слова долетели до Малфоя.   — Конечно. Возможно, я не так опытен, как ты, но я точно знаю, что, если ты серьёзно настроен по отношению к девушке, нужно подарить ей дорогое украшение, оно будет символизировать всю мою заинтересованность, — горделиво сказал Драко, посмотрев свысока на лежащего Блейза.   Мулат представил лицо Грейнджер, когда Малфой всучит ожерелье из семейного хранилища, украшенное ослепляющими драгоценными камнями. Стоит упомянуть, что её будущая реакция Забини не понравилась?   — Не хочешь ли пройтись и выпить пива, Грейнджер? Думаешь, так будет лучше? Я сразу обозначу то, чем мы будем заниматься, ­— уверенно сказал Драко, окончательно приняв решение.   Идиот и вправду был безнадёжно влюблён.   Бедный Забини.   Вечером того же дня.   Если бы Пэнси Паркинсон пару лет назад кто-то сказал, что она будет на протяжении нескольких месяцев, так ещё и безрезультатно пытаться свести Малфоя и Грейнджер, то этот человек, который явно неудачно пытался подшутить над ней, лежал бы проклятым в очень тёмной и сырой подсобке Хогвартса. Налаживать отношения этих двоих не входило в её планы, она и сама была бы не прочь оказаться на месте возлюбленной Драко, ведь видела, каким он может быть нежным. Потратив годы наблюдая за блондином, Пэнси поняла одну вещь — вернее Малфоя никого не может быть. Это выражалось во всём: заботе о состоянии матери, верности своему отцу и семье, уважении к ней самой, когда их связывало нечто большее, чем просто дружба.   Нарцисса воспитала настоящего мужчину, который сделает для тебя всё: принесет тебе шоколад, когда тебе плохо, не будет задавать глупые вопросы в неподходящих ситуациях, защитит тебя от других, а не трусливо сбежит, как поступил её бывший возлюбленный, когда ученики Хогвартса решили проучить детей Пожирателей смерти и наказать за все злодеяния, которые принесли их родители; а начали они с самых уязвимых — с девушек. За подростками был установлен контроль со стороны руководства школы: Пэнси, Драко, Тео и другие не могли пользоваться магией вне основных занятий, тем более заклинаниями обороны против учеников. Это прямая дорога к исключению, а значит к их последнему шансу реабилитироваться в магическом обществе.   Но дети не виноваты в грехах своих семей, и Драко, однажды вечером услышавший шум в коридоре, это знал не понаслышке. Он успел предотвратить унижение Пэнси, которая не принимала участие в каких-либо вылазках Пожирателей; она была последней, кто заслуживал расправы, но обиженные ученики не понимали этого. Поднявший руку не знает, как больно получить удар, поэтому считали, что ни в чём не повинные дети плохих людей заслуживали то, что с ними происходит: все те оскорбления, всю злобу, оставшуюся от потери близких.   С тех пор Паркинсон решила, что отплатит Драко большим, чем простой благодарностью, а когда узнала о безответной любви Малфоя в Грейнджер, настоятельно занялась их отношениями. Конечно, только чтобы отплатить ему — она не считала себя хорошим человеком, который делает что-то безвозмездно.   Вот уже несколько месяцев она пыталась свести парочку и у неё это получалось, пускай и медленно. Пэнси подстраивала события так, что Драко и Гермиона не могли не оказаться вместе на разных занятиях и внеплановых мероприятиях. Она даже сама подружилась с чёртовым Поттером, который и рассказал об истинных чувствах Грейнджер, развеяв все домыслы о невзаимных чувствах Малфоя. Это случилось совсем недавно, именно поэтому план Паркинсон только сейчас перешёл в активную фазу, о которой Драко естественно ничего не знал и даже не подозревал, когда рассказывал о сегодняшних событиях в гостиной Слизерина:   — Я сегодня предложил ей пройтись до Хогсмида, а она как обычно только высокомерно посмотрела на меня и проигнорировала. У меня такое ощущение, что я бьюсь об стену. Да, понимаю, возможно я был и не самым милым парнем последние годы, но не могу же я постоянно извиняться за своё поведение.   — Драко, а ты не пробовал просто признаться в чувствах? Гермиона не та, кто просто рассмеётся или будет рассказывать об этом всем ученикам на каждом углу. Тем более я думаю, что и с её стороны есть симпатия к тебе, — мягко начала Паркинсон.   — Можешь не пытаться, Пэнс. Я не хочу, чтобы она вообще перестала со мной контактировать после того, как я расскажу обо всех своих чувствах…   — Эй, Драко, там Уизли зажимает Грейнджер в библиотеке! — воскликнул только что вбежавший в гостиную Блейз.   Даже на поле для квиддича Малфой не развивал такую скорость как сейчас. Договорившись заранее с Блейзом, Паркинсон со спокойной душой поплелась за Драко, зная, что совсем недавно Гермиона неспеша поужинала с Поттером и Уизли в Большом зале. Подговорив сегодня Поттера, они с Уизли должны были подготовить Грейнджер к тому, что ей предстоит вечером позаниматься в библиотеке с четверокурсником из Пуффендуя, который общался с Роном на тренировках и, к сожалению, не так хорошо преуспевал в самых разных дисциплинах; если бы не помощь гриффиндорки, то ученика непременно бы отчислили. Зная доброжелательную натуру Гермионы, которая точно не оставит бедного друга Рона Уизли, Пэнси уверенно зашла в библиотеку, выискивая стол, за которым расположилась Грейнджер.   — Почему она одна? Блейз же сказал, что тут Уизли, — шёпотом спросил Драко, когда Пэнси подошла к нему. Малфой стоял у большого стеллажа с огромными фолиантами. В библиотеке стояла умиротворяющая тишина, сегодня здесь мало учеников, тем более в позднее время. Было тихо и темно, только за некоторыми столами сидели подростки, готовившиеся к предстоящим занятиям. Темнота окружала Малфоя и Пэнси, они стояли довольно далеко от стола Гермионы, которая сидела к ним спиной, поэтому Грейнджер не смогла бы их увидеть или услышать, даже если бы очень хотела, но девушка совершенно ничего не подозревала.   Она читала книгу, пока ждала опаздывающего пуффендуйца. Гермиона выбрала лёгкое произведение, чтобы отвлечь свои мысли от Драко. Кажется, рассказ был о девушке, которая не замечала явного интереса со стороны коллеги, пока они вместе работали.   — Иди к ней и пригласи уже нормально на свидание, Малфой, — прошептала раздражённая Пэнси. Ей надоело смотреть как её друг несколько месяцев безостановочно смотрел на Гермиону и не предпринимал никаких действий. То же самое происходило и сейчас: блондин неотрывно наблюдал за одинокой девушкой, сидящей неподалёку в тусклом свете лампы. — Я скорее возьму Поттера за яйца и выйду за него замуж, чем ты нормально поговоришь с Грейнджер. Мне уже надоело всё это…   Прежде чем Драко успел развернуться и сказать Паркинсон очередную отговорку, девушка вытолкнула Малфоя из их импровизированного укрытия с неприсущей ей силой. Если бы не оглушающая тишина библиотеки Гермиона и не заметила бы появившегося парня, но слишком громкое появление и несвойственное ему шарканье по полу, выдало его. Девушка обернулась, чтобы посмотреть кто нарушил безмолвие, ожидая увидеть опоздавшего ученика, свою подругу Джинни или даже Рона, но точно не Драко.   — Что ты делаешь здесь в такой час? — спросила гриффиндорка.   — Пэнс позвала меня сюда, чтобы рассказать что-то про завтрашнюю работу, и я перепутал тебя с ней в темноте. Пойду поищу её в другом месте.   «Какой же идиот» вертелось на языке у Паркинсон, которая всё еще стояла за стеллажом. Хотелось закричать о том, чтобы парень, не видящий дальше своего носа и уж точно не замечавший симпатию сидящей девушки, просто признался в своих чувствах.   — Я не видела её здесь сегодня вечером, ты уверен, что Пэнси позвала тебя именно в библиотеку? Она здесь довольно редкий гость…   — Да, точно, Паркинсон часто обжимается здесь с Поттером, тёмные углы стали её любимым местом с недавних пор. Она видит, что шрамоголовому здесь не комфортно, но продолжает заставать его здесь, говоря, что это добавляет пикантности в их отношения. Пэнс явно мало что в них понимает, — ответил Малфой, неотрывно любуясь Гермионой с привычной ухмылкой. Он понимал, что Паркинсон не ушла и прекрасно слышала его слова.   — Драко, когда ты сегодня говорил о Хогсмиде, что ты на самом деле имел в виду? Ты правда просто хотел пройтись со мной и выпить сливочного пива? Я не понимаю твоих действий: то ты зовёшь меня куда то и хочешь побыть наедине, то отдаляешься и игнорируешь. Мне неприятно, когда ты не замечаешь меня, и я хочу знать, что всё это значит, — тихим и спокойным голосом начала Грейнджер…   — Неужели этот айсберг тронулся? — неожиданно сзади Пэнси раздался шёпот. Девушка вздрогнула, но осталась незамеченной двумя влюблёнными, будто что-то могло их отвлечь друг от друга.   — Блейз, я же сказала не приходить сюда! — тихо, но злобно возмутилась Паркинсон. Она продолжала раздражаться ещё больше: её план шёл не так, как она задумывала заранее, ведь к этому времени Драко должен был уже объясниться перед возлюбленной и пригласить её на свидание.   — Успокойся, Пэнси. Я хочу увидеть всё своими глазами, Малфой мне весь мозг вынес своими попытками приблизиться к этой гриффиндорке. Тем более твой пересказ будет неточным и сжатым.   Пока слизеринцы препирались друг с другом, внутри Драко разгорался настоящий пожар. Он, как всегда, внимательно слушал слова Гермионы, но они не укладывались в его голове. К чему она клонит? Неужели она догадалась о чувствах и сейчас поднимет Малфоя на смех, ведь он не нужен ей? Что может дать слизеринец известной и умной Золотой девочке, кроме как навесить свою тёмную репутацию, очернить её достижения и лишить будущего с хорошим человеком. Драко не заслуживает такую девушку, как она. Грейнджер же продолжала говорить:   — … если для тебя это мимолётное увлечение или у тебя есть какие-то корыстные цели, пожалуйста прекрати. Понимаю, я кажусь робкой и не такой красивой, как…   — Ты очень красивая! — Малфой перебил гриффиндорку. Возможно, он воскликнул слишком громко, и на них начали поглядывать оставшиеся в библиотеке ученики. — Не надо так говорить, я подошёл к тебе, потому что сам захотел этого. И у меня есть корыстный интерес.   — Только не испорть всё, только не испорть всё, — тихо повторял Блейз, Пэнси же затаила дыхание.   — Я хочу быть с тобой. Ты мне нравишься. Очень давно.   Когда Малфой договорил и посмотрел прямо на Грейнджер, ожидая её реакции и слов, в библиотеке было одно волнующееся сердце влюбленного, одна шокированная девушка и двое радостных идиотов, подстроивших всё это, но не ожидавших, что именно сегодня получится. Гермиона ничего не ответила и стояла, замерев на месте, но это уже был большой шаг для Драко — наконец признаться в том, что его давно волнует. Девушка заслуживала это знать.   — Ты в порядке? — побеспокоился слизеринец, медленно подходя к столу Грейнджер. Она смотрела сквозь парня, до конца не осознав его слов.   — Я, я… Драко, как давно я тебе нравлюсь?   — Несколько лет, — робко ответил парень.   — Ты поэтому так относился ко мне? Просто боялся, что я отвергну тебя? Если бы ты сказал раньше, мы бы не потеряли столько времени, — девушка смотрела на возлюбленного и улыбалась. Гермиона была счастлива, она не верила в то, что её сны стали явью.   — Так это значит, что ты тоже… И мы пойдём в Хогсмид? — немного резко и громко спросил Малфой. Его голос был наполнен нетерпеливостью после стольких лет вожделения и ожидания.   — Да, когда ты будешь свободен?   Им явно многое предстояло обсудить, что уже не касалось Пэнси и Блейза, поэтому они тихо удалились из библиотеки. Своё дело они сделали: после стольких месяцев, а вернее лет, у влюблённых появился шанс быть счастливыми вместе.   — Ты правда зажимаешь Поттера в библиотеке? — никак не унимался Забини, хитро поглядывая на подругу, откровенно посмеиваясь над ней. — Он явно не в восторге от того, что вас там могут застать. Ты и правда плохо разбираешься в желаниях парней, хочешь дам пару советов?   — Да куда уж мне до ваших познаний об отношениях… — без злобы ответила Паркинсон, ведь сегодня всё получилось.