Путь Ласточки

      На полное восстановление Сандея ушло ещё несколько дней, но благодаря заботе Ласточки и Воронок он быстро встал на ноги.       Раньше едва ли не вся его сознательная жизнь проходила в беспрестанном планировании. Он планировал будущее Пенаконии, планировал возрождение Эны, планировал свержение Шипе и уход от учения Гармонии. У него не было времени на рутину или на праздность — он даже не задумывался о развлечениях, которым так любили предаваться гости и жители планеты. Но в Рифе его привычное времяпрепровождение начало заметно меняться.       Теперь, когда его планы касаемо Эона Порядка и Пенаконии остались позади, Сандею стоило подумать о своём собственном будущем и о том, как бы он мог исправить ошибки прошлого и искупить вину перед сестрой, Безымянными, вовремя остановившими его, и своими согражданами — ну или хотя бы попытаться искупить. Вот только в обществе его двух спасительниц возможностей на размышления о чём-то столь масштабном и великом попросту не оставалось. Но если Ласточка понимала, что ему всё ещё нужно время, и старалась не беспокоить его без повода лишний раз, то Воронок, видимо, впервые обретя друга в лице кого-то ещё, кроме Ласточки, решила использовать его общество по максимуму.       Воронок совершенно не видела разницы между собой и Сандеем. Ну и что, что он взрослый, а она ребёнок? Ну и что, что он мужчина, а она девочка? Ну и что, что он всю сознательную жизнь прожил в Семье, а она, сколько себя помнила, всегда жила в Рифе? Воронок считала, что любые различия между ними — мелочи, поэтому, невзирая на показное недовольство Ласточки, она вцепилась в Сандея всеми руками и ногами и отставать от него, похоже, не собиралась. Она смотрела вместе с ним мультики на маленьком цветном телевизоре, который стоял в её комнате, читала вместе с ним свои немногочисленные, но очень интересные книжки с картинками — таких, как оказалось, не было в детстве даже у него и Робин! — а ещё играла вместе с ним. Но маленькая квартира совсем не подходила для активных игр, да и Ласточка не разрешала им «беситься», ссылаясь на то, что их дом рухнет как карточный домик, если взрослый парень и непоседливая девчонка будут по нему носиться, поэтому Воронок начала сама выводить Сандея на улицу. Днём они могли играть во дворе, а под вечер забирались на крышу и наблюдали оттуда за уходящими вдаль пейзажами и красивым тёмным небом.       Обычно, аккуратно заложив одну руку за голову, Сандей указывал второй на разные места вокруг театра Пенаконии, предполагая, что там могло находиться, а Воронок, прильнув к нему, игриво тыкала пальцами его витиеватый гало и сыпала вопросами. Правда ли, что в Золотом миге всё время играет музыка? Неужели там нет ни одного ребёнка? А взрослые всегда ходят опьянённые алкоголем?       Сандей с удовольствием отвечал на все её вопросы. Её искреннее детское любопытство напоминало ему любознательность маленькой Робин, на вопросы которой он когда-то так же отвечал. Воронок вообще во многих вещах напоминала ему сестру, и от этого на душе было одновременно приятно и тоскливо.       Робин… как она там сейчас? Со всем ли справлялась? Не доставляли ли ей неудобств главы остальных кланов? Сандей оставил её в нелучшее время… И за это ему тоже было очень стыдно.       — Дядя, а это правда, что ты Пенаконию хотел разрушить? — новый, неуверенный вопрос Воронок вырвал Сандея из мыслей. Он опустил на неё удивлённый взгляд и увидел, как та повесила голову, застенчиво сцепив пальцы в замок на коленях. — Я… ваш с Ласточкой разговор подслушала. Ну тот… когда ты очнулся только. Прости…       Сандей вздохнул и осторожно потрепал девочку по непослушным волосам, которым очень нравилось спутываться.       — Всё в порядке, — ответил он с мягкой улыбкой, приободряя вновь посмотревшую на него Воронок. — Я… не хотел разрушать Пенаконию. Просто хотел исправить то, что мне казалось неправильным. Но, как это часто бывает у взрослых, я поспешил и ошибся.       — Это из-за Шипе, да? — Воронок заинтересованно склонила голову набок. — Мне Ласточка рассказывала, на Пенаконии раньше жили великие люди, которые следовали по пути Освоения. Могилы этих людей есть на кладбище Рифа. Потом пришла Семья, которая следует по пути Гармонии. А Ласточка была одарена Эоном пути Изобилия, поэтому может лечить. А ты, дядя, по какому пути следуеешь?       Прежде чем ответить, Сандей сделал паузу, призадумавшись. Можно ли было считать его настоящим последователем Эны? Маловероятно — он просто хотел использовать силу Порядка в своих целях. От учения Шипе он тоже отрёкся, и хотя ничего не мешало ему пересмотреть свои взгляды, сейчас он точно не мог считаться приверженцем Гармонии. Выходит, у него нет пути? Нет своего Эона? Он просто… ничейный?       — Не уверен, что могу дать тебе ответ, — Сандей устало вздохнул и покачал головой. — Это… не так просто.       Воронок тихонько хихикнула, прикрыв улыбку ладошкой.       — Вам, взрослым, нравится всегда всё усложнять! — она поднялась на ноги и отряхнула свои широкие шортики, а затем протянула ему руку. — Пошли домой, дядя. Ласточка, наверное, уже нас ждёт.       Сандей кивнул, тоже встав, и, вложив свою руку в её, послушно позволил увести себя с крыши.

***

      Всё то время, что Сандей жил в доме Ласточки и Воронок, девушка продолжала погружать его в сон с помощью своей техники. Поначалу она говорила, что это нужно, чтобы избежать проблем со сном, и Сандей был согласен с её решением, поскольку понимал, что, если будет пытаться заснуть сам, то проведёт всю ночь в бессмысленном самоедстве. Но последние несколько дней это будто стало как само собой разумеющееся, хотя Сандей уже не чувствовал необходимости в этом. Кроме того, он стал задаваться одним важным вопросом, который раньше как-то стеснялся задать вслух.       Но сейчас, вновь готовясь ко сну, когда Воронок уже ушла в свою комнату, а Сандей самостоятельно расстелил свою постель, он, сидя на диване, поднял глаза на Ласточку. Та приближалась к нему с привычным спокойным выражением лица, чтобы снова коснуться его лба — аккуратно, конечно, а не как в тот раз, когда они поссорились — и погрузить его в сон. Однако стоило ей протянуть к нему свою руку и раскрыть рот, чтобы пожелать доброй ночи, как вдруг Сандей осторожно перехватил её запястье и отвёл от себя.       — Скажи… — он на миг посмотрел себе за спину, а потом снова ей в глаза. — Ведь только я сплю на этой постели, да? А в комнате Воронок стоит всего одна детская кроватка. Где же тогда спишь ты?       Ласточка слегка нахмурилась, убирая руку из его хватки, не встретив сопротивления.       — А это имеет значение? — она фыркнула. — Ну уж явно не на кухне.       Сандей прищурился, глядя на неё внимательнее. Она огрызнулась — пытается защититься? Но ведь он не ставил своей целью как-то обидеть её, напротив, его вопрос — проявление заботы!       — И всё же? — продолжил настаивать он. — Только не говори, что спишь на полу.       Но за его словами вместо нового язвительного комментария последовала тишина — всё стало ясно без лишних слов, когда Ласточка отвернулась, пряча от него своё лицо.       — Так нельзя, — Сандей состроил почти виноватую мину. — Я не хочу стеснять вас ни коим образом. Почему ты до сих пор не постелила мне на полу?       — Потому что ты гость, — буркнула она, не оглядываясь. — А мне для спины на полу полезно спать. Ничего страшного.       Сандей покачал головой.       — Так не пойдёт. Давай сегодня ты будешь спать здесь, а я на полу? — Ласточка в ответ только фыркнула, мол, вот ещё. — Ну давай тогда… вместе здесь расположимся?       Ласточка усмехнулась громче, бросив на него хитрый взгляд, прикрыв уголок растянутых в ухмылке губ чёрным крылышком.       — Не ты ли говорил, что я совсем не в твоём вкусе?       Сандей ответил ей такой же лукавой улыбкой, подхватывая её неожиданно игривое настроение.       — А разве я обещал, что буду к тебе приставать?       Девушка хмыкнула.       — Резонно. Тем не менее, спать ты продолжишь здесь. А я…       — И ты тоже будешь спать здесь, — договорил за неё Сандей, вновь схватив за руку и почти в шуточной манере потянул на себя. Однако Ласточка снова упёрлась, пытаясь вывернуться.       — Да не буду, сказала же!       — Нет, будешь, — он потянул её ещё сильнее.       — Отстань, говорю! — Ласточка резко попыталась отпрянуть, едва не стащив Сандея с дивана. Удивившись силе девушки, он приподнял брови и вытянулся в лице. Похоже, пора принимать решительные меры.       — Не отстану! — упрямо заявил он и решительно дёрнул Ласточку, заваливаясь на спину и утягивая её за собой. Взвизгнув, она упала на него сверху, стукнувшись подбородком о чужую грудь и лишь чудом не прикусив язык. Сандей в ответ тяжко охнул, почувствов, как от девичьего веса ещё свежие раны и синяки дали о себе знать.       Глухо рыкнув, Ласточка приподнялась на руках и с сердитым видом уставилась на лежащего под ней Сандея. Её бледные щёки налились краской, губы надулись, а брови сошлись на переносице. Она недовольно, но всё же аккуратно стукнула его кулаком в плечо и передразнила:       — «Приставать не буду, приставать не буду»! Извращенец, — последовал новый удар в плечо.       Сандей скривился, буквально чувствуя, как у него начали гореть уши от смущения.       — Сама виновата, — он насупился, отводя взгляд. — Сговорчивей надо быть.       — Ах ты!..       Но Ласточка не договорила. Она с шумом выдохнула и покачала головой. Потом снова посмотрела на него и, смягчившись, произнесла:       — Ладно… Ладно. Я останусь здесь. Но, чур, сплю с краю.       Сандей покосился на неё и коротко улыбнулся.       — Хорошо. Тогда меняемся.       Стараясь никак не задеть его тело и быть максимально осторожной, Ласточка перестала нависать над ним и слезла, перебираясь на край постели. Сандей же отодвинулся к спинке дивана, пытаясь выделить для девушки как можно больше места. Как ни странно, даже оказавшись в тесноте с ней, он совсем не чувствовал дискомфорт. Это было непривычно для него, но всё же терпимо. Нет, даже не так — будучи так близко к Ласточке, он почувствовал себя нормально, как будто это правильно, как будто так и надо.       Это… странно.       — Постарайся не спихнуть меня с дивана во сне, — пробормотала Ласточка, устраиваясь на боку, спиной к нему. — Не хочу проснуться от пинка под зад.       Сандей тихонько усмехнулся, подтягивая одеяло, сбившееся в ногах, и укрыл их обоих.       — Хорошо, я постараюсь. А свет?       Ласточка неопределённо потрясла рукой.       — Электричество же нестабильно. Его вырубят вот-вот. А твой лоб?       Сандей отрицательно промычал.       — Думаю, сегодня я смогу сам заснуть.       Ласточка, кажется, улыбнулась, хотя Сандей не мог сказать точно.       — Ну хорошо. Доброй ночи тогда.       — Да… — он тоже улыбнулся и прикрыл глаза с умиротворённым видом. — Доброй ночи.       Через пару мгновений в комнате погас свет.

***

      Просыпаясь, Сандей почувствовал, что чего-то не хватало. Если быть точнее, не хватало человека, который провёл всю ночь у него под боком. Свободное место на постели рядом с ним опустело, а тонкое одеяло теперь укрывало его одного, и от этого почему-то было зябко. Приоткрыв глаза, Сандей, щурясь, огляделся. Лампочка под потолком не горела, но свет с улицы пытался активно пробиться внутрь через занавешенное окно.       Он приподнялся на локтях и снова окинул гостиную взглядом. Дверь в комнату Воронок была приоткрыта, а кухонная, наоборот, закрыта. Тем не менее, его слух смог уловить звуки, доносившиеся из соседнего помещения. Должно быть, Ласточка уже давно проснулась и уже занималась завтраком.       Ранняя пташка.       Живот Сандея заурчал в предвкушении чего-то вкусного. Кулинарные способности Ласточки не переставали его удивлять. Повара, что работали в Резиденции утренней росы и занимались его рационом, несомненно, были мастерами своего дела, но домашняя еда Ласточки не шла ни в какое сравнение. Она не была изысканной на вид, или более полезной, или приготовленной из дорогих ингредиентов, нет. Она просто была… вкуснее.       Наверное, потому что готовила Ласточка с любовью.       Неожиданно дверь на кухню приоткрылась, и оттуда высунула нос Воронок. Мельком оглядевшись, она начала красться на цыпочках по стеночке к своей комнате. Видимо, не заметила, что Сандей уже не спал. С мягкой ухмылкой он кашлянул, прочищяя горло, и хрипло спросонья произнёс:       — Доброе утро.       Девочка пискнула, подпрыгнув на месте, и развернулась, расправив свои маленькие серые крылышки. При виде Сандея её лицо засияло, и она хлопнула в ладоши, громко и радостно провозгласив на всю квартиру:       — Дядя проснулся!       На её зов из кухни показалась Ласточка. Встретившись взглядом с севшим на диване Сандеем, она улыбнулась. Уперев одну руку в бок, вторую, в которой была сжата деревянная лопатка, она приподняла.       — Рано ты сегодня. А я там вафли пеку. Ты сладкие будешь или солёные?       Её вопрос даже не заставил его задуматься. Что бы она ему ни предложила, он ни за что не откажется. Рядом с Ласточкой Сандей совсем перестал быть мнительным даже по части такой мелочи, как еда, потому что преисполнился уверенностью — Ласточка и незамысловатый набор продуктов может превратить в маленький кулинарный шедевр, поэтому ей можно доверять.       — Я буду и те, и те, — просто ответил он. Воронок ахнула и вдруг бросилась обратно на кухню, протиснувшись в проходе через Ласточку, а та хихикнула.       — Тогда вставай скорее, а не то эта мелочь всё варенье съест.       — Варенье? — удивлённо переспросил Сандей.       — Ага, — девушка кивнула. — Ну, знаешь, как ягодный джем почти. Его один межгалактический торговец привёз… По крайней мере, он нам так представился. Подозрительный тип, но варенье у него правда вкусное оказалось.       Сандей хмыкнул.       — И что же это за торговец такой, интересно?       — Сказал, что его зовут… Эм… — Ласточка нахмурилась, задумчиво возведя взгляд к потолку. — Как же его звали?..       — Дядюшка Мерзляк! — подсказала Воронок и следом добавила: — Вафля горит!       — Ой! — Ласточка спохватилась и поспешила обратно на кухню, на ходу договаривая: — В общем, варенье — очень классная штука. Так что давай, мистер, не задерживайся здесь. Завтрак стынет.       Прикрыв глаза, Сандей сделал глубокий вдох через нос, чувствуя лёгкий запах гари, смешавшийся с ароматом свежих, горячих вафель. Улыбка на его лице стала шире. Чашка кофе с молоком, мягкие пышные вафли и приятная компания за столом — то, что нужно для отличного начала дня.       Поспешив присоединиться к Ласточке и Воронок, Сандей встал с дивана и потянулся, сладко зевая…       — А, кстати! — из кухни снова выглянула девушка, воскликнув так резко, что он едва не подавился воздухом, ошарашенно уставившись на неё. — Ой, — Ласточка неловко поскребла свою щеку ногтем. — В общем, я же сегодня выходная. Хочешь, свожу тебя на кладбище к Часовщику?       Предложение звучало несколько двусмысленно, но Сандей быстро сообразил, что она имела в виду.       — Хочу, — он кивнул.       Ласточка улыбнулась.       — Отлично! Тогда отправимся туда позже. А пока мы ждём тебя на кухне.       Сандей тихонько вздохнул и снова кивнул.       — Я иду.