И Вишнёвые хлопья°

***

-До встречи, дорогой — Хан подмигивает другу и машет ему на прощание. -Скоро вернусь, Хан~и — Минхо улыбается, берет ключи и закрывает за собой дверь. Джисон остаётся один. В последнее время Минхо часто отлучался из-за работы, когда на смене кого-нибудь нужно было срочно подменить. Без друга день длился вечность. За те 2 месяца, что они вместе снимают квартиру на двоих (пятерых, если считать и котов Минхо) Хан слишком привык видеть старшего целыми днями.Они дружили кажется с самого рождения и проживая в одной квартире сильно сблизились. Сильнее чем это было нужно. Вернее сказать сблизился только Хан, для Минхо же все было по старому. Джисон часто писал о своих чувствах к хену, красиво упаковывал их в конвертик, а потом прятал в тумбочку, чтобы никогда не доставать. На это была причина, очень весомая, Минхо был уже влюблен. Хан однажды пол ночи выслушивал лучшего друга, пока тот рассказывал про их (почти) свидание с «Самой восхитительной девушкой на планете Земля», а потом, вторую половину ночи, провел в истерике и нескончаемом потоке слез в ванной. Тогда это и началось. Тогда его и посетила мысль что можно причинить себе вред.Что можно заглушить моральную боль физической.

***

Хан уже успел пообедать и хотел написать сообщение другу, чтобы тот на обратном пути купил хлопья, которые кажется почти закончились, но увидел что тот опередил его, написав первым. Прочитав сообщение, из всех чувст осталось только желание о скорейшей смерти. " Хан~и.можно я сегодня познакомлю тебя со своей девушкой? Я думаю будет правильно, если ты первый узнаешь о наших отношениях…» — дальше он не читал. Не смог. Джисон выронил телефон и несколько минут смотрел в одну точку пытаясь сложить буквы в предложения и осознать, что он всё же потерял его. Проиграл. И как бы Хан не боролся со своими чувствами, мыслями, с самим собой.он перестал…перестал сопротивляться. Слезы горячим потоком вырвались из глаз, полностью заглушенные криками парня. Он согнулся пополам и начал падать, из-за того, что ноги предательски задрожали не в силах держать бедное тело. Джисон попытался ухватиться за стол, сохранив равновесие, но вместо этого вся еда, тарелки и кухонные приборы, что он так бережно и с особым трепетом склыдвал по местам, с звенящим грохотом приземлились на пол. На секунду, в глазах показались не только слезы, но и маленькие искорки. Искорки горящий боли, не той что раньше, но сильно ощутимой. В его ногу попал нож. Кажется Хан мог захлебнуться в собственных чувствах, слезах, боли или во всем сразу. Первая мысль — достать лезвие, отбросить подальше, перебинтовать ногу и успокоится. Вторая, ту что он выбрал незамедлительно. Ножик в дрожащих руках парня попал в его сердце, может чуть выше и не до конца, но этого хватило. Этого было достаточно. Поток крови никто не остановил, да и некому. Хан успокоился, не плакал, он больше не переживал, умирая с воспоминаниями, подаренные Минхо, он был счастлив. Конечно, если бы кто-нибудь дал ему второй шанс, он непременно все исправил. Дождался Минхо, познакомился с его возлюбленной, а вечером, за чашкой горячего шоколада и зефирками в форме кошачьих лапок выслушал друга, который сознается, что его привлекают далеко не девушки, а Хан, что сделал это, устроил этот «цирк» в попытке заглушить «неправильные» чувства, свою любовь, что не вписывается в рамки общества. Наверное они бы плакали, но не так как Джисон сейчас, а от счастья и безмерной любви. Скоро Минхо вернётся домой и первое, что он увидет: кухню, залитую кровью, Хана и конечно, хлопья в виде звёздочек, они рассыпятся возле его головы в виде разноцветной галактики. А позже он увидит и своих питомцев, которые свернулась клубочком у бледного тела, они по очереди подойдут к Минхо и смотря в глаза попросят прощение, за то, что не уследили.