Предатель — ты, Натаниэль.

После прихода Джостена в свою довольно мрачную жизнь Эндрю больше не держал в руках ножи с целью применения себе умышленной боли. Но Нила больше нет. Он не вернулся и никогда не вернётся. И Миньярл это прекрасно понимал. Осколки стекла, хаотично разбросанные по холодной плитке, отражали силуэт голкипера, стоявшего около стены с острым прозрачным куском в своей уже источающей алую кровь руке. — Банально да? — Задал он сам себе вопрос, обречённо хмыкая. Он был на грани, но его уже никто не спассёт, не в этот раз. Уже нет того человека, который мог бы прийти и собрать его по кусочкам, даже если бы это было и ненадёжно. У Эндрю было не так много причин жить, но главная из них — это Нил. Как только он пришел в команду Миньярд захотел убить его, а сейчас, буквально, он собирается собственноручно покончить с собой из-за его смерти: вот ведь, человек, которого он изначально считал новой игрушкой и головоломкой, тянет его в могилу. Нил не сдержал обещание. Он соврал, как и всегда… Осколок плавно, но без тени сомнения, вонзился в сонную артерию. Он не чувствовал боль, он больше вообще ничего не чувствовал, только одиночество. Одиночество, которое раньше казалось ему единственным спасением в жизни.

***

Аарон и Робин стояли около двух каменных могил. Похороны уже прошли, но они так и не сдвинулись с места, каждый думал о своём. Нил когда-то говорил, что если он умрёт, то хочет, чтобы его захоронили в Пальмето. На это заявление Робин тогда кинула в него подушку и сказала, что скорее она успеет научиться стрелять из гранатомёта чем это случится. Но Натаниэль уже мёртв, теперь мёртв, и ей осталось только выполнить его просьбу… Лисы ушли пару часов назад, но Робин было некуда идти. В мафии она больше не нужна, так как Джостен отдал долг, а если бы она вернулась, то, наверное, услышила бы, что ей повезло остаться в живых. Хотя она и понимала почему: подросток, у которого нет паспорта, без родителей и влияния, никому не нужен. Теперь уж точно. Браслет, подаренный Натаниэлю, был у неё в руке. И, скорее всего, это единственное, что от него осталось. Она сняла его ещё в морге, когда опознала тело и удостоверилась, что тем человеком, которого нашли мёртвым, был, действительно, Веснински. Аарон тоже пришел на похороны к своему брату. Им было нечего сказать. Они не знали сколько стояли у их могил: час, день или пару минут — хотя это было и не важно. Два тела, наверное, самых близких им людей лежали под землёй. Аарон нашел тело брата в ванной комнате спустя час после его смерти. Если бы он мог придти раньше, то, возможно, спас бы его. Но нет, он лежит сейчас под землёй в деревянном гробу. Эндрю часто говорил с Аароном о какой-то Робин, а как только они познакомились, то нашли общий язык. Они стали, можно сказать, друзьями. Эндрю был очень привязан к этой девочке и говорил, что если что-то случится, то она будет жить у них. Аарон был обязан её взять. Миньярд повернулся к девочке и сказал: — Робин… Ты будешь жить со мной. Он не спрашивал её, а говорил. Обязан был говорить, так как чувствовал огромную дыру в своей душе. Наверное, это было большее, что он мог сделать для уже мёртвого, но по-настоящему дорогого для него человека. — Спасибо. — Слёзы потекли из её глаз по покрасневшей коже, скатываясь за воротник траурного платья. И, наверное, это было именно то слово, ради которого Аарон будет теперь жить…