Бодрящая острота

      В коридоре пусто, лишь изредка мимо проходят медсёстры, едва слышно ступая. Глаза высохли и покраснели от слёз, болели из-за этого же. Возможно, это слишком глупо — находиться в больнице уже третий день подряд, на пару часов лишь заезжая домой, чтобы покормить Бёль и переодеться. Наверное, это слишком наивно — считать каждую секунду, надеясь, что мужчина очнётся прямо сейчас.       Белые стены давили и сводили с ума. Однообразие коридоров, по которым Чоён передвигалась все эти дни, становились для неё безумно длинными лабиринтами. Она ходила за кофе, водой, какими-то батончиками, искала врачей, чтобы задать одни и те же вопросы. Уён порой ходил за ней, чтобы проследить, что с ней всё в порядке, но чаще мужчина оставался у палаты друга.       Сейчас же, когда они вместе с Чоён отходили, чтобы просто поесть, на их места села какая-то девушка. Чоён понятия не имела кто это такая, но она поглядывала в палату Сана и прикрывала лицо платочком, вытирая надуманные слёзы. Девушка буквально ощутила перемену настроения Уёна, когда тот заметил эту посетительницу и остановился. — Это кто? — Вырывается у Чоён, прожигая девушку взглядом. — Хисон. — На выдохе говорит Уён. — Бывшая Сана. Наверное, в базе больницы остались её данные, и они ей сообщили. — Зачем она могла приехать? — Тон девушки не выдаёт никаких её эмоций. — Не знаю. Они расстались давно и на грубой ноте. Хисон не нравилась ни его работа, ни мы, ни его увлечения. Постоянно говорила, что его друзья уроды, работа дебильная и всё в этом роде. — Протараторил мужчина. — Постой тут. — Девушка делает шаг вперед. — Или сходи за кофе, пожалуйста.       Чон покорно покидает её, понимая примерно, что сейчас может произойти в коридоре больницы. Но останавливать Чоён он не намерен, ему это ни к чему. А сама девушка движется к Хисон. На душе у неё противно, сердце отстукивает с болью, когда она смотрит на Сана. Она на мгновение прикрывает свои красные от слёз глаза и понимает, что хочет сделать сейчас. — Вы ошиблись местом. — Чоён останавливается перед девушкой. — Что? — Хисон хмурится, не понимая, кто она и что говорит. — Девушка, уйдите. У меня жених в коме, а вы чушь несёте какую-то. — Мне интересно, а Сан знает, что он твой жених? — Чоён наклоняется к ней, смотря ей в глаза. — Вали отсюда туда, где была всё это время. — Если ты с ним недельку повстречалась, это не значит, что он твой. — Хисон старается отвечать ей в тон, поднимается со стула. — Я ещё раз просить не буду. Ты либо уходишь сама, либо я тебе немного помогаю. — И как ты мне собираешься помочь?       Чоён внимательно смотрит в глаза девушки, видя в них лишь наглость. Никакого сожаления, никакого горя или страха за Сана. Только хитрость и наглость, которая изредка прорывается наружу, показывая истинное лицо этой девушки. Но Чоён ощущает сейчас отчаяние и готова сделать с ней всё, что угодно, лишь бы она покинула больницу и больше никогда не появлялась в их с Саном жизни.       В голове проскакивает ужасная идея, но она же и самая действенная в этой ситуации. Хисон вряд ли получится уговорить уйти, поэтому Ноэ молча вглядывается в её глаза, но она не слышит ничего, что та ей говорит, внутри лишь слова Сана о том, что удар должен наносится правильно, чтобы не навредить бьющему. Он объяснял это всё девушке, зачем-то посвящал её в техники ударов, но она всегда его слушала и запоминала это.       Речь Хисон прерывается на полуслове. Она ничего не успевает понять, как чувствует боль, а в глазах темнеет. Она машинально хватается за место удара, которым оказывается разбитый нос и отшатывается назад, падая пятой точкой на скамейку. Чоён жмурится, но стоит ровно и ладонью аккуратно трёт лоб. Видит, что на руки девушки начинает капать её кровь и Хисон издает громкое мычание, быстро переходящее в визг. — Ты ненормальная! — Вопит девушка, а из её глаз текут слёзы. — Если появишься ещё раз рядом с моим мужчиной — будет сломан не только нос. — Чоён смотрит ей в глаза, наблюдая там страх. — Вали отсюда. — Я в полицию пойду! — Иди. — Кивает Ноэ. — Ты прекрасно знаешь, кто брат Сана и создашь себе ещё проблем.       Хисон смотрит на девушку глазами полными слёз и злости. Она хочет нагрубить, ответить ей таким же ударом или хуже, но боль в разбитом носу не даёт ей мыслить нормально. Всё путается в голове, а во рту девушка чувствует привкус металла из-за крови, которая уже текла ручьём.       Взгляд Чоён был полный отчаяния и готовности отстаивать границы своего мужчины, чтобы ни одна подобная личность не наврала о том, что она его невеста. Ей хотелось, чтобы Сана ничего не беспокоило хотя бы сейчас, в такой момент. Чтобы её любимый мужчина смог спокойно отдохнуть и восстановить здоровье, а не портить себе нервы.       Поднявшись на ноги, Хисон держится одной рукой за стену, второй всё ещё держа нос. Девушка медленно двинулась прочь, зная, что чуть поодаль её встретит какая-нибудь медсестра и ей окажут первую помощь. Она не видит, что мимо проходит удивлённый Уён, который пялится на неё, пытаясь полностью понять, что произошло за время его отсутствия. — Ты?.. — Он поворачивается к Чоён и снова кидает взгляд на уходящую девушку. — Да. Она сама виновата. — Девушка забирает из рук мужчины стаканчик со своим кофе. — Какая она раздражающая. — Чоён снова потёрла свой лоб и села на другую лавку, подальше от пятен крови на полу. — Сан если узнает, что тут было из-за него… — Узнает и что? Он сам научил меня так бить. — Девушка смотрит на окно, которое отделяло палату Сана и коридор. — В этом ты права. — Уён соглашается и присаживается рядом с ней.

***

      Дождь на улице не мешал голове нормально работать. Юнхо пытался сосредоточится, чтобы не написать в отчёте ничего лишнего или повторяющегося. Но мысли перебивали капли дождя, бьющие о подоконник. Уже четыре дня он обещает офицеру, что скоро отчёты будут на его электронной почте, но постоянно откладывает эту затею.       А ещё — мысли об аварии Сана не давали никому покоя. Чонхо обещал, что завтра мотоцикл будет уже в мастерской ребят и они смогут его осмотреть, сделать какие-то выводы. Наверняка, Уён поймёт, что же это было — случайность или подстроенная авария. Хонджун был последние несколько дней, как на иголках, изводя себя поисками виновного и дожидаясь новостей от Чонхо и Чоён.       Взглянув на наручные часы, Юнхо понимает, что ему уже пора покидать дом и идти в бар, где возможно, будут хоть какие-то новости. Паранойя съедала Юнхо с потрохами. Любой взгляд на него, слово в его сторону, движение — мозг давал команду паники, что о нём всё известно и с ним расправятся прямо на этом же месте, оставив лишь липкую лужу крови на полу.       Волнение сейчас он мог хоть немного списать на ситуацию с Саном, но ему вряд ли поверят, если он начнёт нести какой-то и будет трястись из-за своих нервов и неуверенности в секретности. Всё обострилось из-за тесного общения с Чонхо, который мог бы его узнать, сказать, что уже где-то видел его, вспомнить какое-нибудь мероприятие в полиции.       Покидая подъезд, мужчина закуривает сигарету, слепо надеясь, что это поможет ему успокоится. Но он знает, что как только переступит порог бара и услышит знакомые голоса, сердце будет отстукивать где-то в пятках на бешенной скорости. Дождь не даёт ему выкурить сигарету нормально, из-за чего он злиться и выкидывает, почти целую, но промокшую, сигарету в лужу.       Заходя в бар с черного хода, мужчина видит, как что-то готовится для посетителей. Он движется дальше, натыкаясь на Хонджуна, который, бурча себе что-то под нос, зашёл в свой кабинет, захлопывая дверь. Юнхо проскакивает по коридору дальше и выходит в зал, где было небольшое количество посетителей, которых обслуживала МёнУ.       Девушка желала поехать в больницу, чтобы хоть немного поддержать Чоён и побыть рядом с подругой, но пока не представлялась такая возможность. Сейчас она отдала очередной заказ и двинулась вновь на кухню, сталкиваясь тут же со своим молодым человеком. С волос Юнхо капала вода из-за того, что он прошёлся под дождём. — Я не заметил, как ты утром ушла. — Тихо говорит мужчина, желает её обнять. — Я на работе, давай позже. — МёнУ делает шаг назад и обходит Юнхо, продолжая свою работу.       Стараясь отреагировать нормально, мужчина движется к столу, который непривычно пустовал. Все были заняты делами, пытались выяснить хоть немного информации, узнать что-нибудь что укажет им на настоящие причины аварии, но пока всё было тщетно, как успел заметить Юнхо.       Присаживаясь за стол, мужчина решил немного подождать, ведь в любую минуту сюда может прийти Чонхо с какими-то новостями, Сонхва или позвонить Уён. Молча мужчина смотрит в одну точку, пытаясь сильно не надумывать ничего и стараясь выбросить из головы все навязчивые мысли. Вздрагивает всем телом, когда слышит, как звонит его собственный телефон. — Да? — Он поднимает трубку, прочитав перед этим, что ему звонит Минги. — Можешь подъехать к порту? — Поинтересовался Минги, но это было больше утверждение, чем просьба. — Да. Что-то случилось? — Юнхо встаёт из-за стола и двигается к черному выходу, туда же, где он заходил. — Просто приедь. Я тебя встречу здесь. — Минги кладёт трубку, оставляя друга в полном неведении.       Юнхо понимает, что там сейчас какая-то проблема, вероятно с поставками, и Минги просто нужна поддержка в переговорах. Но вся эта ситуация снова пробуждает в Юнхо страх, что они знают кто он. В голове всплывают ужасные мысли и возможные варианты того, что с ним могут сделать в порту и, что по итогу, полиция его даже не найдёт.

***

      Выбить разрешение на то, чтобы забрать транспортное средство, которое попало в аварию — оказалось, на удивление, легко. Чонхо уже понимал и слышал, что этим делом не хотят заниматься, спихнут на неаккуратное вождение. Поэтому он приложил все усилия, чтобы забрать разбитый мотоцикл. К нему ещё прилагался шлем и куртка брата, которая должна была его от чего-то защитить.       Дело закрыли быстро, не захотев копаться в нём, но это не давало никакого покоя Чонхо. Именно из-за его беспокойства, из-за беспокойства окружающих Сана людей и его возлюбленной — парень не стал медлить. Очень быстро разбитое транспортное средство оказалось уже около мастерской, где их дожидался Уён.       Разговоры — формальность. Оба мужчины прекрасно понимали, что авария была подстроена, но это нужно было доказать, чтобы Чонхо смог начать трясти соседей Сана и камеры во дворе и на месте аварии. Чтобы Чонхо понимал, что не делает это из-за своей паранойи, которая, к несчастью, была не только у него. — Как она? Я видел, что она всё ещё в больнице. — Чонхо нахаживает вокруг мотоцикла и Уёна десятый круг. — На ночь уезжает домой к нему, но мне кажется, что она не спит. — Уён пытается понять хоть что-то в разбитой груде металла. — Он же вроде ремонт затеял. — Думаешь, она за него будет что-то делать? — Вздохнул Чонхо и, наконец, присел, всё ещё наблюдая за мужчиной. — Почему нет? Можешь поехать и проверить.       Чхве младший непривычно нервничает. Чаще всего, Уён видел его спокойным и умиротворённым, но сейчас он был как будто на иголках. Не знал куда деть свои руки, потирая то затылок, то рука об руку. Нога трусилась, отбивая неясный ритм по полу, а глаза были взволнованными, будто он не знал, что Уён может обнаружить в этом мотоцикле.       Но Чон нашёл. С трудом, едва ли что-то понимая в разбитом мотоцикле, но нашёл. Включил себе фонарик и начал внимательнее рассматривать нужное, привлекая этим затишьем к себе внимание Чонхо. Тот сразу же поднялся с места и подошёл ближе, чтобы хоть немного посодействовать и, может быть, что-то понять во всём этом. — Видишь? — Пальцы Уёна тыкают на сломанную часть тормоза. — Ничего не понимаю. — Мотнул головой Чонхо. — Кто-то перерезал. — Показывает Уён, направляя фонарик на нужное место. — При аварии оно так ровно не может разорваться. — Я понял. — Чхве поднимается на ноги с корточек. — Теперь осталось найти видео с камер с его двора. — Уже тише, будто сам себе, сказал Чонхо. — Как ты это сделаешь без официального постановления? — Нахмурился Уён. — Найду способ. — Он мотнул головой. — Я позвоню, как узнаю что-то новое.       Кивнув, Чон вернулся к своему занятию, продолжая рассматривать поврежденный мотоцикл друга. Сейчас Чонхо покинет бокс и сообщит обо всём Хонджуну, поднимая волну переживаний ещё выше и делая её больше. Ведь если это кто-то сделал, этого кого-то необходимо найти и наказать.