Бодрящая острота

      В груди Чоён была дикая тревога. Это ощущение сводило её с ума, не давая покоя уже несколько дней. Даже в больнице рядом с Саном тревога никуда не уходила, всё равно оставаясь вместе с девушкой. Хотелось кричать, вырвать из себя это непонятное чувство и выкинуть его настолько далеко, как было возможно.       Даже сейчас, когда она пытается заниматься делом, пытается доделать ремонт или сделать уборку — тревога не покидает её. Душит её, перекрывает поток кислорода, заставляет думать только об аварии и о Сане, даже когда Чоён необходимо отвлечься. В один момент это перерастёт в паническую атаку и тогда девушка будет в полном ужасе.       Чонхо заходил к ней два дня назад, интересовался как она и говорил, что пойдет узнавать про камеры наблюдения во дворе. После этого он ничего ей не сообщил. Возможно, он не хотел её беспокоить, видя и понимая состояние девушки. А может, что маловероятно, с мотоциклом Сана никто ничего не делал и это была лишь глупая случайность.       Девушка выходит из комнаты, где она пыталась доделать ремонт. Ребята предлагали ей помощь, Уён даже приезжал, но она отказывалась от всей предложенной помощи, и сама с головой ушла в это. Надеялась, что физическая работа спасёт её от дурных мыслей, предположений и этой навязчивой тревоги внутри.       На её телефон приходят сообщения, но прочитать их девушка не может, ведь её руки грязные. Она двигается в ванную комнату, чтобы отмыть руки и узнать, кто и что хочет от неё. Под ногами путается Бёль, требуя ласки и не понимая, где же её хозяин. Выходит девушка из ванной с Бёль на руках. Гладит кошку и говорит ласковые слова, вспоминая, как с ней игрался Сан при каждой возможности.       Беря в руки телефон, Чоён видит сообщения от подруг. Те интересовались её состоянием и хотели узнать, как себя та чувствует. Были вопросы и про то, как Сан, но Чоён решила на всё ответить позже. А среди самых новых сообщений, она увидела уведомление от Чонхо.

«Они узнали кто это сделал. Чонвон перерезал тормоза.»

      Читая это сообщение, мир Чоён разрушился весь, без единого остатка. Её любимый человек лежал в коме в тяжелом состоянии и произошло это из-за неё. Из-за стремления Сана защитить её и огородить от опасностей мира. Защитить её от бывшего, который угрожал её моральному и физическому состоянию. Девушка надеялась до последнего, что Чонвону хватило благоразумия не делать ничего подобного, но она ужасно ошиблась.       Проскакивающее внутри понимание того, что они сделают с человеком, не даёт ей мирно сидеть на месте. Отпуская кошку на диван, девушка начинает поспешно собираться, всё ещё не понимая зачем. Если они узнали, то она никак не сможет остановить их принятое решение и действия.       Оказываясь через время в баре, девушка никого не видит, кроме персонала. Никто не знает куда уехали мужчины, ведь им было не положено интересоваться делами своего начальства. Все знали и понимали — какие дела у мужчин могут быть и что может случиться за лишние вопросы. Кабинет Хонджуна также оказался пуст и заперт, чтобы туда не вошёл никто посторонний. Вероятно, такая же пустота была и в автомастерской.

***

      Запах рыбы, которым были пропитаны доки, сводил с ума парня. На его голове был какой-то мешок, из-за которого он был полностью дезориентирован. Отдалённо до него доносился шум волн, бьющих по причалу. Но это всё, что он мог осознать. Лишь предположить место, где он оказался и понимать, что доживает свои последние часы. Из-за этого осознания тело парня дрожало, ведь в любую секунду к нему могут подойти и начать издеваться. Или же просто пустить пару пуль в него.       Последнее он помнил, то, как вышел из дома, собираясь пойти в магазин. Хотел купить продуктов, приготовить ужин и отдохнуть дома, но судьба извернулась настолько, что он сейчас понимал лишь то, что ему осталось недолго. Резкий удар по затылку вырубил его и очнулся парень лишь тут, с мешком на голове. — Что мы будем с ним делать? — Юнхо смотрел на всех собравшихся с недопониманием. — Хо, ты меня пугаешь непониманием. — Нахмурился Уён. Все мужчины собрались снаружи дока, следя за беспокойными волнами. Они уже понимали, что Чонвон внутри очнулся, но не слышали никаких лишних шорохов. Собравшиеся здесь понимали, что они сделают с парнем, из-за которого мог погибнуть их друг. И Юнхо это понимал, но отказывался признавать. Был несогласен всем своим нутром, что снова придётся убивать человека и избавляться от следов.       Внутри мужчины начало всё сжиматься, а живот предательски скрутило. Он знал, что сейчас будут пытки и вопросы — зачем же Чонвон это сделал, но это лишь оттягивания неизбежного момента. Момента убийства человека, который совсем недавно получал по лицу у их бара за угрозы в сторону Чоён. Убийство того, кого можно было наказать по закону, но даже Чонхо не стал пытаться это сделать, отдав виновного на растерзание друзьям своего брата. — О, дёргается! — Оскалился Уён, когда они вошли в помещение.       Чонвон был привязан к трубе, которая располагалась у стены. Он сидел на полу и дёргал руками, пытаясь хоть что-то сделать с верёвками, которые с каждым разом всё сильнее впивались в его запястья, растирая кожу в кровь. Парень вертел головой, стараясь разглядеть что-то сквозь ткань мешка, но у него не выходило. Когда же он услышал шаги и голос, то машинально застыл, но всё его тело пробила крупная дрожь. — Подними его.       Голос прямо напротив, парень прекрасно слышит его, но понимает, что между ними несколько метров. После до него доносится стук железа о пол, заставляющий его зажмуриться. Мгновение и Чонвона поднимают с пятой точки, грубо хватая за одежду. Ноги держат его крайне плохо, он продолжает дрожать всем телом, из-за чего опирается спиной на трубу, к которой был привязан. После ему открывают и глаза, стягивая с головы мешок.       Он жмурится, пытается привыкнуть в свету, что больно бьет по глазам. Прямо перед ним стоит Ёсан, который избавил Чонвона от мешка, рядом стоял Уён, всё ещё держащий его за одежду. Напротив Чонвона на стуле устроился Хонджун. Он поставил стул спинкой вперед и сел, уложив руки на спинку. Его глаза внимательно исследовали парня перед собой, внушая ему ещё больший страх. Ведь Чонвон видел, что этот взгляд не предвещал ничего доброго.       Чонвон пытался вглядеться в лица присутствующих. Он видел около пяти мужчин перед собой, но особенно сильно его пугал даже не те, кто стояли к нему в опасной близости. Его пугал сидящий прямо перед ним Хонджун, внимательно изучающий его. Колкий взгляд, не предвещающий ничего хорошего, заставлял парня дрожать с новой силой.       Чуть правее и позади Хонджуна находился Юнхо. Внешне мужчина не выражал ничего, кроме спокойствия и безразличия. Но вот внутри него бушевал ураган, который мог в любую секунду захлестнуть его своей паникой. Мужчина до последнего надеялся, что ему удастся продержаться до дома, а там он уже справится со своими переживаниями. — Я дам тебе шанс попробовать себя оправдать.       Голос Хонджуна подействовал на Чонвона словно ведро холодной воды. Он понимал и осознавал кто и за что его схватил. А увидев среди всех них Юнхо, он понял, что на правосудие можно не рассчитывать. Свой человек в полиции у этой банды означал лишь то, что с ним сделают всё, что захотят и им абсолютно ничего не будет. — Я… — Чонвон открыл рот, пытаясь что-то сказать, но из-за того, что он долго был без сознания во рту пересохло. Ему было просто больно говорить. — У, — Сонхва привлёк внимание Уёна и кивнул ему на ведро с водой. Тот отпустил Чонвона, подходя к ведру.       Кажется, работники доков недавно убирались здесь, но забыли забрать принадлежности. В ведре с грязной водой лежала тряпка, которую Уён и схватил. Он выжал её прямо на пол, оставляя лужу, переступил и подошёл к пленнику, засовывая край грязной ткани ему в рот. Грязная, противная, но всё же вода попала в организм парня, хоть немного приводя его в то состояние, в каком он мог разговаривать.       Взгляд Хонджуна был прикован теперь к лицу Чонвона. Он смотрел в его испуганные глаза, видя там ужасающий страх, который испытывал человек в последние часы своей жизни, полностью осознавая это. Глаза парня метались по всему помещению, смотрели на всех мужчин, и он старался найти хоть что-то, что могло бы его спасти. — Говори! — Прошипел Уён.       Он вырвал тряпку из его рта, кидая её в сторону ведра, та упала на пол рядом. Чонвон промолчал ещё мгновение, пытаясь понять, что мужчины хотят услышать от него. Из-за этого молчания Уён начинает ощущать, как его злость всё растёт. Он, не раздумывая замахивается и наносится сильный удар по животу парня. Кислород из лёгких Чонвона исчезает мгновенно, ему нечем дышать, а тело инстинктивно сгибается настолько, насколько ему позволяет его положение. — Мы знаем, что это сделал ты. — Сказал Ёсан, прижимая его за плечо обратно к трубе. — Я… — Чонвон начал хватать воздух ртом, пытаясь выдавить слова. — Я… я только… только припугнуть… хотел… — Голос дрожал, как и всё тело. Это сложно было назвать единым предложением, скорее связка слов, которые он вбил в свою голову, как причину этого поступка. — Припугнуть? Наш друг сейчас в больнице, и мы не знаем выживет ли он! — Новый удар от Уёна, уже по лицу. Чонвон тихо взвывает от боли и жмуриться. — Он увёл… увёл мою девушку… — Полушёпот-полушипение. Не очень ясный звук, который издал Чонвон донёсся до Хонджуна, заставляя того нахмурится. — Мне не важны твои отношения с Чоён. — Буквально выплюнул зло Хонджун. — Ты, — Уён схватил Чонвона за волосы и поднял его голову, чтобы он смотрел на Хона. — Навредил нам.       Чонвона будто пробивает молния. Взгляд и тон этого человека пугал его, а то в каком положении он сейчас находился, заставляло всё внутри сжиматься от страха. Тело начинало болеть от таких, пока ещё, незначительных побоев. Ким же непрерывно продолжал смотреть на виновника и искать в нём хоть толику раскаяния, но видел там лишь страх.       Отводя взгляд, Хонджун кивает Уёну, который тут же отпускает сегодняшнюю жертву и уходит прочь из помещения. Видя, с чем возвращается Уён через минуту, Чонвон понимает, что он может высказать им всё, что думает — они всё равно убьют его, скажет он им что-то или нет. Чон же ставит ящик с инструментами на пол и вытаскивает оттуда нож, чтобы избавить парня от веревок. Возможно, они что-то будут делать с его руками. — Разве, когда пытаются просто припугнуть — режут тормоза? — Тихо удивился Ёсан, а Уён достал пассатижи и плоскогубцы. — Раз у вас связи с полицией, то вас не припугнёшь… — Ответил ему Чонвон, прежде чем Уён успел освободить его от веревок. — Какие ещё связи с полицией? — Возмутился Сонхва, делая шаг к ним. — Да вот он, — Парень кивает на Юнхо. — Постоянно в участок ходит. Я когда заявление на того громилу писал, видел его в участке. — Кажется, эти слова пробудили в Чонвоне новый прилив сил, позволяющий ему стоять более-менее нормально.       В помещении воцаряется тишина. В голове Хонджуна прокручиваются слова парня, которые он пока не знает, как воспринимать. Все в этом помещении понимали, что Чонвон сделает всё, что угодно лишь бы выжить. Соврёт, придумает любую историю и приведет факты. Всё, чтобы перенаправить гнев на кого-то другого. И его выбор пал на молчаливого Юнхо. — Юнхо?       Сонхва хмурится и поворачивается в сторону Юнхо. Его примеру следует и Ким, повернув голову к другу. Голос Хонджуна был ровным, не выдавая никаких эмоций, но вот глаза могли наполнится гневом в любую секунду, что Юнхо знал.       Всё это время мужчина думал, что сумеет сдержать лицо, если его обвинят в предательстве настолько прямо. Он надеялся, что такого прямого раскрытия не произойдет и всё будет лучше, но сейчас уже деваться было некуда. Живот тут же скрутило острой болью, а сердце забилось, такое ощущение, что где-то в глотке. — Зачем ты пытаешься меня подставить? — Юнхо смотрит уверенно на Чонвона, прожигая того взглядом, так, что сам бы себе поверил. Но чувствует, как пульсирует в висках, а в голове пытается сложиться пазл, когда же Чонвон мог его видеть. — Выдумываешь, лишь бы пожить лишнюю минуту? — Что?! — Вскрикивает Чонвон. — Ты был в участке! Я говорю правду! — Глаза Чонвона начинают бегать, мечутся от Уёна к Ёсану, а после к Хонджуну. — Эй… Я не вру! — Да, да. Мы не сомневаемся. — Кивнул несколько раз Уён, усаживая Чонвона на пол. Веревки уже не сковывали его, но вырываться не было смысла.       Хонджун продолжал прожигать взглядом Юнхо, уже слыша, как от боли начал кричать Чонвон. Но сейчас, когда судьба парня была решена, мужчине было куда важнее понаблюдать за Юнхо, которого ложно обвинили в предательстве. Посмотреть за его реакцией, за его телом, которое могло выдать волнение.       И он увидел. Заметил, как ладони Чона подрагивали, а он пытался это скрыть, сжимая их в кулаки слишком часто. Пусть взгляд оставался уверенным, тело не вздрогнуло, но абсолютно всё Юнхо контролировать не смог. Хонджун не обращал внимания на крики боли и мольбы Чонвона, позволяя своим друзьям с ним разобраться. — Он же врёт, Хо? — Добивающий вопрос, который заставил тело Юнхо неконтролируемо вздрогнуть и опустить взгляд на Хонджуна. — Конечно врёт. Что мне делать в участке, Хонджун?       Слова сказаны уверенно, глаза не бегают и не метаются, смотря прямо на Кима. Зрительный контакт мужчин не прерывается несколько секунд, после чего Хонджун кивает, давая понять этим, что верить Юнхо. Доверяет и, наверное, проверять не станет. На это очень надеется Юнхо. Он крайне не готов ко всему этому. Не готов оказаться на месте Чонвона и быть убитым людьми, которых он считает своими друзьями. — Избавьтесь от тела.       Слова Хонджуна адресованы Сонхва. Тот лишь кивает и наблюдает, как друг покидает помещение. Почти всё сделано, значит Хонджуну больше здесь делать нечего. Краем глаза, Пак замечает, что Юнхо печатает быстро какое-то сообщение, но не лезет к нему.       Сказанное Чонвоном заставило хотя бы двух людей усомниться в верности их друга. Пусть Ёсан и Уён даже не обратили внимания на слова парня, но сказанное им имело очень большой вес для других людей, и для самого Юнхо, не ожидавшего подобного. Мужчина до последнего надеялся остаться в тени и в конце исчезнуть незаметно, но он увидел по реакции Хонджуна, что вся его надежда разрушена.

***

— Господин Ким! — Женский голов отрывает Хонджуна от телефона.       Он только вошёл в бар, а уже слышит знакомый голос своей официантки. Примерно, мужчина осознает, что сейчас она будет говорить. Но даже сама Чоён не знала, как начать и что сказать ему. Возмутиться, что они схватили её бывшего? Испугаться, что их поймают? Узнать жив ли он? — Что, Чоён? — Мужчина смотрит на девушку и убирает телефон в карман. — Я… Я не могу никого найти. Хотела спросить… — Начать говорить было не так сложно, как правильно сформулировать. — Хотела спросить, что с твоим бывшим?       Мужчина отводит взгляд от неё и двигается к своему кабинету, уже покидая зону посетителей и оказываясь в коридоре. Он пропускает вперед поваров, которые спешат зачем-то на склад. После достаёт ключи из кармана и открывает свой кабинет, поворачиваясь к девушке. — Господин Ким, Вы же ничего не станете делать? Это неправильно. Лучше заявить в полицию, что мы знаем, кто это сделал… — Я не понимаю, как ты с такой наивностью начала встречаться с одним из нас. — Он смотрит в глаза девушки. — Мы уже всё сделали, Чоён. У нас своё правосудие. И вдумайся, оно лучше чем то, что может сделать полиция. — Вы не можете убивать людей и говорить, что у вас в банде такое правосудие! — Возмущается девушка, не понимая, что ещё она может сделать в этой ситуации. — Мы ещё не знаем выживет ли Сан! — Полукрик, который заставляет девушку прекратить свои возмущения. — А ты приходишь ко мне и говоришь, что я должен был спустить это твоему бывшему?! Никто не смеет трогать моих людей и их близких! Никогда и никто! Ты любишь Сана, так езжай к нему в больницу и жди, когда он очнется, а не читай мне нотации про правосудие. С этим я как-нибудь сам разберусь.       Хлопок двери прямо перед лицом девушки. Мужчина просто оставил её в коридоре и ушёл в свой кабинет, высказав свою позицию и политику их банды. Чоён должна была понимать, что всё так и будет, но это было трудно осознать. Она не думала, что Хонджун позволит себе накричать на неё и высказаться настолько прямо.