Что было однажды

      Раннее солнце заливало город, народ спешил кто на работу, кто на учёбу. Но поток людей почтительно обтекал Яна с Антоном, давая спокойно идти по тротуару. Они шли довольно долго, и такое количество ходьбы за один день уже порядком приелось Антону. Он не понимал, почему они не могут доехать до знакомой Яна хотя бы на автобусе. Когда Антон уже хотел попросить пощады и сесть отдохнуть, они завернули во двор, окружённый новенькими многоэтажками. Поднявшись пешком на шестой этаж, Антон совсем запыхался, Ян же даже дышать глубже не стал. Ян постучал в дверь и очень скоро она отворилась.       — Айсылу, что случилось? — в голосе Яна звучал смех. Антон выглянул из-за его спины и увидел, что дверь им открыла маленькая девочка, не старше десяти лет. И это старая подруга Яна?       Айсылу сложила руки на груди и так посмотрела на Яна, словно это она возвышалась над ним. Перед глазами Антона промелькнул образ какой-то гордой княжны. Небрежно поправив халат, явно ей не по размеру, с подвёрнутыми во много раз рукавами, она отвернулась и степенно прошла вглубь коридора, чеканя шаг голыми ступнями.       — Всего лишь не рассчитала дозу молодильного зелья. Чего спрашиваешь, коли и так всё видно.       Её тонкий голосок отдавал совсем не детской сталью.       — Не злись, я просто от неожиданности ляпнул, не подумал, — Ян пошёл за ней, взглядом позвав Антона за собой.       — Ладно уж, абый, рассказывай, с чем пожаловал на этот раз, — голос её смягчился. Айсылу с королевской грацией опустилась в кресло, плавно махнув рукой в сторону дивана, заваленного подушками.       Ян присел поближе к Айсылу, Антон сел рядом с ним.       — Я тебе однажды рассказывал про то, что ищу одну перерождённую душу…       Айсылу внезапно обожгла Антона взглядом:       — Так это он… Вижу ту же ауру, что и на том обереге. Как же ты его нашёл? Я не могла уловить даже крохотного следа…       — Полгода назад маятник внезапно начал постепенно сокращать окружность, по которой вращался. С неделю назад он стал крутиться вокруг определенного района, зависая над тамошним колледжем. Я нашёл Антона только вчера. Прошу, посмотри его.       Антон отрешённо слушал, не до конца понимая, что они говорят про него. Айсылу долго всматривались в лицо Антона, потом встала и подошла вплотную, цепко сжала его запястья своими маленькими ручками и закрыла глаза. Правда, через мгновение на лбу у неё появилась маленькая складка. Антон слегка дёрнулся, когда она прорезалась и на него уставился глаз, такой же карий как те, что были сейчас закрыты. Мурашки побежали по его рукам, под ложечкой засосало. Глаз сверлил его, хватка детских ручек слегка ослабла, губы Айсылу медленно шевелились, но с них не срывался даже шёпот.       Наконец, глаз закрылся, словно его и не было, открылись два других. Айсылу вернулась к креслу и села.       — Чувствую повреждения. Они небольшие, но их довольно много. Какое-то время материя сознания держалась, но недавно она сама собой начала расходиться. Вижу одну крепкую заплатку. Ты что-то вспомнил накануне?       — Д-да, — Антон шумно сглотнул, — сегодня ночью я вспомнил детство, кажется. Только не своё, а, хм, другое своё?       — Да, так уж сложилось, что ты сейчас проживаешь свою вторую жизнь. Не многим так повезло. Люди не перерождаются просто так, — Айсылу немного помолчала, — Также, есть ещё одна заплатка, но она больше похожа на только что затянувшуюся рану, она воспалена… Я бы предположила, что это воспоминание о самом чёрном дне твоей прошлой жизни.       Перед глазами Антона промелькнули образы из кошмара.       — Так это были мои родители! Из… Из прошлой жизни. Я понял только сейчас, хотя они мне снились каждый день. Они лежали там мёртвые, а я вскрыл себе руку каменным ножом. Там был человек, он как-то заставил меня это сделать. Так это был…       — Да, Давид, — Ян сочувственно посмотрел на Антона, — Кстати, Айсылу, как случилось, что и в этой жизни Треба оказалась на его руке?       — Ты про шрам? Я… Сам это сделал, — Антон непроизвольно сжал себе предплечье, — Мне приснилось, как я сделал это, а когда проснулся, как-то вышло, что сделал это и наяву, только обычным кухонным ножом.       Лицо Яна исказилось от горечи при его словах.       — Покажи, — Айсылу снова подошла. Антон нехотя задрал рукав. Айсылу провела ладонью по его руке, сосредоточенно нахмурив брови.       — Тлетворное влияние памяти о прошлой жизни, — Айсылу подёргала себя за блестящую прядь волос, — Ему необходимо залатать все повреждения, иначе всё его естество рано или поздно разобьётся, как треснувшее стекло, от него останется лишь пустая оболочка, либо до этого он успеет по-настоящему сам себя убить. Ему нужна его память.       — Как ему её вернуть?       — Очень много духовной энергии скапливается в любимых предметах, в памятных местах. Ему стоит контактировать с чем-либо из его прошлой жизни. Подойдут только неодушевлённые предметы. Ты сохранил что-нибудь?       — Да, конечно.       — Но действуй медленно, не торопитесь, слишком много воспоминаний может повредить рассудок. Один предмет за раз.       — Понял.       — Энем, попей чаю, попробуй баурсак, я сама его делала, — Айсылу ласково улыбнулась Антону, указав рукой на журнальный столик. На нём стоял пузатый фаянсовый чайник, пустые чашки и блюдо с золотистыми пышками.       Антон благодарно взял небольшой баурсак и надкусил, сладость разлилась по языку. С самого утра он ничего не ел и теперь уплетал угощение за обе щёки. Чай оказался самый обычный, не травяной.       — Абый, ещё ты должен убить своего дядю.