причудливое прозвище

Наташа Романофф, опытный супервайзер, стояла перед зеркалом, поправляя костюм, нервы танцевали в ней, как неконтролируемые светлячки. Она тщательно завязала галстук, ткань натянулась под ее пальцами, когда она пыталась излучать уверенность, несмотря на неуверенность, бурлящую внутри нее. Часы тикали мучительно медленно, и каждая проходящая минута только усиливала беспокойство Наташи. Глядя на свое отражение, Наташа пробормотала себе под нос: — Принцесса, верно? В ее голосе прозвучала нотка насмешки, когда она вспомнила титул, присвоенный младшей Максимофф коллегами Наташи. Ей это казалось не более чем причудливой этикеткой, назначение которой она не могла до конца понять. Внезапное прерывание пронзило воздух, металлический звук ее телефона зазвонил в тишине комнаты. Губы Наташи слегка скривились, когда она увидела имя, вспыхнувшее на экране — Тони Старк. Этот человек, известный своим блестящим интеллектом и яркой индивидуальностью, часто раздражал Наташу своим дерзким поведением. — Старк, — ответила Наташа с ноткой сарказма в голосе. — Ух ты, госпожа Романофф, — прозвучал в трубке голос Старк, в котором было заметно веселье, — Не забывай причину, по которой ты почтила нас своим присутствием сегодня, Наташа. Их семья внесла значительный вклад в развитие нашей компании. Наташа закатила глаза при этом напоминании, ей было трудно понять, почему ее присутствие на этой конкретной встрече было сочтено необходимым. Она не могла избавиться от ощущения, что ее присутствие было необходимо для Старка, а не для семьи. Проигнорировав слова Старк, она сразу перешла к делу: — Встретимся в шесть? — Не подведи меня, Романофф, — кратко ответила Старк с предупреждением в его словах. С этими словами он закончил разговор, оставив Наташу размышлять о загадочной природе предстоящей встречи.

***

В самом сердце утопающей в зелени сельской местности находился внушительный особняк Максимофф, строение, которое, казалось, возвышалось над окружающим пейзажем с царственным величием. Наташа, одетая в свой костюм, стояла у входа, ее проницательный взгляд оценивал роскошь поместья. Когда они переступили порог, слуга в безукоризненной ливрее приветствовал их почтительным поклоном. Наташа не смогла удержаться от насмешки над проявлением подобострастия, резко контрастировавшего с ее собственным воспитанием в тени. Им предшествовала репутация семьи Максимофф, известной своей экстравагантностью и благородной внешностью. Наташа приподняла бровь при виде богато украшенных стен, хрустальных люстр, отбрасывающих ослепительный свет на мраморные полы. Упоминание о том, что дочь Максимофф коллеги окрестили принцессой, только подтвердило подозрения Наташи об их претенциозности. В сопровождении слуги Наташу и Тони Старка, промышленника-миллиардера, сопроводили в столовую. Наташа сохраняла самообладание, скрывая отвращение за натренированной улыбкой, когда их проводили во главу стола, где их ждали мистер Максимофф и его удивительно милая жена. — Добрый вечер, мистер Старк и мисс Романофф, — тепло поприветствовал их мистер Максимофф, его тон был вежливым, но с оттенком превосходства. Наташа вежливо ответила на приветствие, ее взгляд на мгновение встретился с холодными глазами миссис Максимофф, прежде чем занять свое место рядом с Тони. — О, Олег, в таком уважении нет необходимости, — вмешался Старк с понимающей ухмылкой, его непочтительные манеры резко контрастировали с формальностями вечера. Наташа бросила на него предупреждающий взгляд, но ущерб уже был нанесен. — Что ж, Тони, наша семья относится ко всем гостям с уважением, — заметил мистер Максимофф, и в его выговоре прозвучала нотка веселья. Наташа подавила желание закатить глаза, слишком хорошо зная игривое подшучивание, которым часто отличалось их общение. Старк, вечный провокатор, сверкнул озорной улыбкой. — Что ж, сегодня, как и каждый день до и после, я твой друг, — пошутил он, его сарказм рассек воздух с точностью бритвы. Наташа едва удержалась от того, чтобы не рассмеяться от его дерзости, но слабая ухмылка тронула уголки ее губ.

***

Олег Максимофф, блестящий ум, будучи лучшим архитектором города, был известен своим непоколебимым стремлением к совершенству и пристальным вниманием к деталям. Когда он просматривал листы, содержащие смелые идеи Старка по перепроектированию компании Старка, в его пронзительном взгляде был намек на удивление. — Что ж, я удивлен, что ты вообще решил принять мое предложение изменить дизайн вашего здания, — заметил мистер Максимофф ровным, но заинтригованным голосом. Наташа, проницательный исполнительный ассистент, который всегда оставался на периферии деловых отношений, тихо сидела рядом с ним, ее острые наблюдательные способности всегда были наготове. Она заметила едва заметную перемену в поведении мистера Максимофф, смесь любопытства и осторожности, когда он обдумывал предложения Старка. Старк, склонный к драматизму, откинулся на спинку стула с лукавой улыбкой, играющей на его губах. — Вообще-то, я пришел познакомиться с вашими детьми, но пока не вижу их здесь, как вы обещали, — съязвил он со скрытой насмешкой в голосе. Выражение лица мистера Максимофф дрогнуло, мимолетная тень пробежала по его чертам, когда он осознал слова Старка. Упоминание о его детях, тема, которую он редко затрагивал при посторонних, задела в нем за живое. Его дети, очевидно, были его гордостью и радостью, но они оставались неуловимыми, избегая внимания, которое часто сопровождало успех их отца. Наташа, всегда чувствительная к невысказанным нюансам человеческого взаимодействия, уловила краткую вспышку разочарования, омрачившую невозмутимый вид мистера Максимофф. — Что ж, Тони, тебе не следует лезть не в свое дело, — голос мистера Максимофф прогремел по комнате, перекрывая приглушенный шепот и нервные взгляды, которыми они обменивались. Наташа едва вздрогнула от его резкого тона, но искорка веселья промелькнула в ее глазах, выдавая хаос, царивший в ее голове. Тони, всегда быстро реагирующий, высокомерно ухмыльнулся и выпалил в ответ: — Ты не сдержал своего слова, это не моя вина. Его ухмылка, искаженное проявление неуместной гордости, бесконечно раздражала Наташу, искушая ее направить свое разочарование в более физическую форму выражения. Тем не менее, она сдерживалась, помня о тонкой динамике силы в игре. Поскольку напряжение продолжало накаляться, взгляд мистера Максимофф переместился на Наташу, а затем обратно на Тони, на его лице была смесь разочарования и ожидания. — Итак, ты хочешь, чтобы я спроектировал здание, или ты предпочтешь быть идиотом? Его слова, пронизанные легким сарказмом, повисли в воздухе как вызов, побудив Наташу подняться над мелкими конфликтами, которые грозили поглотить ее. Чувствуя тяжесть эмоций мистера Максимоффа, повисших в воздухе, Наташа переведу свой взгляд на него. — Он не хотел совать нос не в свое дело, — ответила Наташа, её тон был мягче, чем у Тони. Мистер Максимофф, вернув себе самообладание, с любезной улыбкой отмахнулся от извинений Старка. — Все в порядке, миссис Романофф, я привык. Но мои дети не всегда склонны появляться на публике, — объяснил он, и в его голосе прозвучала нотка задумчивости.

***

В шумном Нью-Йорке Тони мчался по переполненным улицам на своем элегантном спортивном автомобиле. Наташа, сидевшая рядом с ним, осматривала окрестности, несмотря на непринужденность их беседы. — Вот почему я беру тебя с собой на свои встречи, — сказал Старк, его взгляд метался между дорогой впереди и Наташей. — Потому что я останавливаю твое эго, пока тебе ничего не сломали? — спросила Наташа с усмехнулась и ослабила галстук, чувствуя, как напряжение, вызванное их недавней встречей с семьей Максимофф, медленно спадает. — Что ж, Тони, я ценю твою заботу. Но давай не будем забывать, кто здесь настоящий эксперт по скрытностям и уловкам, — добавляет Наташа. Старк ухмыльнулся, в его глазах плясало веселье. — Туше, Нат. Но, эй, говоря о перерывах, не хочешь ли выпить? Прежде чем Наташа смогла ответить, Старк плавно съехал с главной дороги, сделав резкий поворот, который на мгновение дезориентировал ее. Она наблюдала со смесью веселья и раздражения, как он двигался по оживленным улицам с уверенностью опытного водителя, даже если казалось, что его внимание разделено. — Очевидно, у меня нет выбора, — сухо ответила Наташа, ее губы изогнулись в полуулыбке. Она знала, что лучше не подвергать сомнению непредсказуемые действия Старка, особенно когда дело доходило до импровизированных обходных путей.

***

Наташа, не теряя времени, затолкала Тони в машину, ее разочарование росло с каждой минутой. Она не могла поверить, что позволила ему так безрассудно напиться, подвергнуть опасности себя и других своим необдуманным поведением. Захлопывая дверцу машины, она не смогла удержаться и пробормотала себе под нос: — Я просто рада, что у него есть свой водитель. Хэппи, всегда терпеливый мужчина, виновато улыбнулся Наташе. — Мне жаль его, Наташа. Он действительно не может удержаться от выпивки. Наташа кивнула, на ее лице была смесь раздражения и смирения. Она была почти уверена, что Хэппи пришел не из-за Тони, а из-за нее. Глупый парень вообще не умел скрывать свои чувства. — Да, я подозревала, — ответила Наташа с кривой улыбкой, признавая невысказанную правду между ними. Помахав Хэппи, она повернула обратно в клуб. Она тяжело вздохнула, осознав, что ее вечер был потрачен на заботу о Тони вместо того, чтобы расслабиться и повеселиться. Наташа вошла в клуб, залитый пульсирующими огнями и грохочущей музыкой, ее прежние тревоги о Тони стали далеким воспоминанием. Воздух был пропитан пьянящей смесью пота, духов и алкоголя, когда она направилась к бару, желая выпить, чтобы отвлечься от окружающего хаоса. Ее глаза осматривали зал, отмечая море тел, кружащихся на танцполе, блеск бокалов, звякающих друг о друга, и случайные взрывы смеха, прорывающиеся сквозь музыку. Наташа почувствовала, как ее охватило чувство освобождения, когда она поняла, что может свободно наслаждаться вечером, не обременяя себя заботой о Тони, у которого, казалось, всегда возникали проблемы после того, как он слишком много выпивал. Когда она заказывала коктейль, ощущая прохладу бокала в руке, прикосновение к колену заставило ее поднять взгляд. Перед ней сидела потрясающая девушка с поразительными зелеными глазами и ярко выраженными скулами, на губах играла лукавая улыбка. Наташа не могла не быть очарована ее красотой, тем, как свет отражается в ее глазах, заставляя их казаться почти неземными. — Твой парень больше не мешает тебе наслаждаться вечером? — спросила девушка ровным и манящим голосом, и в ее словах был намек на озорство. Наташа приподняла бровь, пораженная прямотой вопроса. Она усмехнулась, в ее глазах появился игривый блеск. — Он не мой парень, — ответила она, и улыбка тронула уголки ее губ. — Что ж, это хорошо, иначе я бы расстроилась из-за того, что не смогу поговорить с красивой девушкой, — сказала Ванда, ее пальцы сжали колено Наташи, от чего по спине Наташи пробежали мурашки. Воздух потрескивал от напряжения, которое, казалось, витало между ними, засасывая Наташу, несмотря на ее здравый смысл. — Ты должна постараться заставить эту девушку хотеть продолжать с тобой разговаривать, — ответила Наташа, в ее голосе звучали нотки юмора и тоски, алкоголь в ее организме придавал ее словам нотку смелости. Уголки губ девушки приподнялись в озорной усмешке, когда она наклонилась ближе к Наташе, их лица были всего в нескольких дюймах друг от друга. Аромат ее духов смешался с пьянящим ароматом коктейлей, создавая опьяняющую смесь, которая окутала Наташу головокружительным водоворотом желания. — Ну, сначала мне нужно узнать имя этой девушки, — пробормотала она, ее теплое дыхание овевало кожу Наташи, разжигая огонь, который угрожал разрушить всякую сдержанность. — Наташа, — выдохнула она, звук был едва слышен, ее глаза встретились с глазами девушки в молчаливом согласии, которое ни одна из них не осмелилась нарушить. — Приятно познакомиться, Наташа. Я Ванда, — ответила Ванда, и ее голос прозвучал мелодичной симфонией, которая отозвалась в глубине Наташиной души. Это имя всколыхнуло в сознании Наташи далекое воспоминание, мимолетный отголосок узнавания, от которого она отказалась в пользу магнетического влечения, которое испытывала к Ванде.

***

Прежде чем Наташа успела вымолвить хоть слово, Ванда наклонилась вперед, ее руки запутались в волосах Наташи, когда она притянула ее к себе для обжигающего поцелуя, от которого у Наташи перехватило дыхание. Дверь квартиры захлопнулась за ними с приглушенным стуком, мир снаружи отошел на задний план, когда мир Наташи сузился до женщины, прижимающейся к ней. Застигнутая врасплох внезапным натиском желания, Наташа ответила тем же, ее сдержанность растаяла в пылу момента. Было что-то грубое и первобытное в том, как соприкасались их тела, каждое движение подпитывалось яростным голодом, который, казалось, превосходил время и пространство. Наташа прижала Ванду к ближайшей стене, положив руки на бедра Ванды, приподнимая ее платье. Она улыбается и шикает на нее, когда Ванда скулит и впивается тупыми ногтями в кожу ее плеч. — Будь терпелива, — шепчет Наташа в губы Ванды. — Заткнись и возьми меня. Вместо ответа пальцы Наташи прижимаются к ее мокрым трусам, ее глаза удивленно опускаются, а затем снова поднимаются. Похоже, Ванда слишком долго проявляла терпение. — О, заткнись, — бормочет Ванда, хотя Наташа еще ничего не сказала. — Как давно ты такая? — спрашивает Наташа с оттенком юмора, но в основном она задыхается, прижимая пальцы к клитору Ванды. — С тех пор, как я начала с тобой разговаривать, — признается Ванда, закрывая глаза, когда большой палец Наташи касается ее соска через ткань платья. — Это грязно, принцесса, — тихо говорит Наташа. Ее руки отрываются от Ванды, чтобы помочь ей снять платье и другие остатки одежды, которые Ванда сбрасывает слишком быстро и нетерпеливо. — Я же говорила тебе быть терпеливой, — бормочет Наташа, еще глубже вдавливая Ванду в стену. Ванда выдыхает смешок, который прерывается, заикается и хрипит в ее горле, когда Наташа неглубоко вводит пальцы внутрь, а затем глубже, задавая внутри нее устойчивый темп. — Ты даже не представляешь, как долго я наблюдала за тобой в этом клубе. Наташа ничего не говорит, но чувствует изгиб восторженной улыбки Ванды, прикосновение зубов к своей шее. — Я просто рада, что глупый Старк не оказался твоим парнем, — говорит Ванда низким, гортанным голосом, в то время как зубы Наташи покусывают мочку ее уха. И Наташа не обращает внимания на то, что Ванда знает фамилию Тони. И на то, что ее имя все еще кажется знакомым. — Если бы я знала, что меня ждет, я бы пришла одна, — наконец говорит Наташа, и Ванда издает недоверчивый, грубый смешок. — И раньше, — отвечает Ванда. Ванда задыхается, её движения заикаются, когда большой палец Наташи лениво обводит ее клитор, пока ее пальцы входят и выходят из нее. Вскоре бедра Ванды беспорядочно двигаются, она опирается на плечи Наташи, оставляя царапины на открытых участках кожи. И кажется, Наташа действительно видела ее раньше, хотя сейчас уже слишком поздно думать об этом. — Ты случайно не... — она хочет добавить конец предложения, но Ванда сжимает пальцы внутри себя, и пронзающий Ванду оргазм застает ее врасплох. Ванда бросается вперед, обхватывая Наташу за шею руками по обе стороны от нее, пока Наташа доводит ее до оргазма. И, конечно же, Наташа уже забыла, о чем хотела спросить. Не говоря ни слова, Наташа свободно обнимает ее за талию и прижимает к себе, потому что, вероятно, Ванда не сможет стоять самостоятельно. — Отведи меня в спальню, я верну тебе услугу, — голос Ванды понижается, когда она выпрямляется, ее голос хриплый и пьяный. Наташа облизывает губы и не может не волноваться еще больше, когда взгляд Ванды останавливается на этом движении. — Вряд ли, ты едва стоишь на ногах, чтобы продолжать. Ванда хихикает, прижимается ртом к шее Наташи и заставляет ее забыть о предстоящей встрече с семьей Максимофф, о том, как Тони может разозлиться, и вообще обо всем остальном, кроме тяжелого дыхания и выступающих скул.

***

В лучах раннего утреннего света, просачивающегося сквозь занавески, Наташа очнулась ото сна, легкое замешательство затуманило ее острый взгляд. Ритмичный звук льющейся воды из душа привлек ее внимание, и она сонно провела рукой по пустому месту рядом с собой на кровати. Ванда, похоже, уже встала. Слегка нахмурившись, Наташа села, смаргивая остатки сна. Ее телефон зазвонил на прикроватном столике, привлекая ее внимание. Потянувшись за ним, она заметила пару непрочитанных сообщений от Старк. Первым было извинение за его поведение прошлой ночью, редкий случай, который заставил обычно невозмутимую Наташу удивленно приподнять бровь. Второе сообщение было более срочным, в нем ей предписывалось быть в особняке Максимофф к шести вечера. При упоминании о Максимофф у Наташи немного сжалось сердце. Отбросив телефон в сторону, Наташа задумалась о событиях прошлой ночи. Пьяный секс с Вандой был единственным, что она помнила. Но теперь, при трезвом свете дня, закралось сомнение. Действительно ли она была с Вандой Максимофф весь вечер, или память сыграла с ней злую шутку? С чувством беспокойства, грызущим ее, Наташа встала с кровати и направилась в ванную. Пар из душа вырвался наружу, когда она толкнула дверь, показывая Ванду, стоящую под струями воды, ее силуэт смягчался туманом. Наташа прислонилась к дверному косяку, наблюдая за Вандой со смесью восхищения и неуверенности. Через несколько мгновений Наташа отвела взгляд и вернулась в спальню. Ее взгляд упал на сумочку Ванды, небрежно брошенную на комод. Охваченная любопытством, она подошла к ней и начала рыться в ее содержимом. Посреди обычного беспорядка ее пальцы наткнулись на гладкую поверхность паспорта. Вытащив его, Наташа широко раскрыла глаза, когда прочитала напечатанное на нем имя – Ванда Максимофф. Осознание этого поразило ее, как удар под дых, смесь эмоций закружилась внутри нее. Ванда, таинственная и соблазнительная женщина, с которой у нее был момент, была не кем иным, как дочерью одной из самых влиятельных семей в городе. Наташа присела на край кровати, тяжесть ситуации навалилась на нее. Она знала, к чему приведут отношения с кем-то, кто работал с Тони, пристальное внимание и осуждение, которые это вызовет в элитных кругах, в которых они оба вращались. Звук открывающейся двери нарушил тишину, заставив ее поднять глаза, и ее глаза встретились с глазами Ванды, когда молодая женщина вышла из ванной, завернутая только в белое полотенце. — Ничего, что я приняла душ? Голос Ванды был мягким, почти нерешительным, но ее поведение излучало беззаботную уверенность, которой Наташа не могла не восхищаться. Пальцы Наташи крепче сжали паспорт в ее руке, напомнив ей о ночи, которая привела их к этому моменту. — Ага, — сумела ответить Наташа, ее взгляд метался между невинным выражением лица Ванды и воспоминаниями, которые все еще были у нее в голове. Прикосновение губ Ванды к ее губам, прикосновение губ Ванды к другим частям ее тела подпитывалось теплом алкоголя и смелостью мимолетного мгновения. Ванду, казалось, не смутило отстраненное поведение Наташи, она сократила расстояние между ними и села Наташе на колени. — Зачем тебе мой паспорт? Ее тон был игривым, а в глазах мелькнул огонек любопытства, когда она протянула руку, чтобы заправить прядь рыжих волос Наташи за ухо. Наташа почувствовала прилив жара к щекам, разрываясь между желанием притянуть Ванду ближе и необходимостью сохранять самообладание. Ей до боли хотелось вновь пережить опьяняющий поцелуй. Но долг звал, встреча в особняке Максимофф маячила на горизонте, как тень, от которой она не могла уклониться. — Я должна встретиться с тобой сегодня, — призналась Наташа, ее голос слегка дрожал, когда она осторожно положила паспорт Ванды на прикроватный столик. — Что это значит? — спросила Ванда с озорным огоньком в глазах, когда Наташа небрежно теребила край своего полотенца, отвлекаясь на обнаженную кожу. Прикосновение Наташи, хотя и легкое, вызвало мурашки по спине Ванды, пробудив в ней чувство любопытства и интриги. — У меня назначена встреча в особняке Максимофф, потому что твой отец хочет представить тебя и твоего брата Старку, принцесса, — объясняет Наташа. Теперь прозвище «принцесса» многое объясняет. Ванда действительно выглядит как принцесса. — Тебя это тревожит? — спросила Ванда, игривая улыбка тронула уголки ее губ, ее пристальный взгляд встретился с пристальным взглядом Наташи. — Ты очаровательна, но меня могут уволить, если узнают, — усмехнулась Наташа, в ее тоне был намек на смирение, когда она осознала шаткость их ситуации. — Я никому не скажу, если ты дашь мне свой номер телефона, — предложила она, и дерзкий блеск в ее глазах соответствовал сдержанному удивлению Наташи. Наташа, хотя поначалу и опасалась игривого шантажа Ванды, смягчилась, поняв, что привлекательность присутствия Ванды перевешивает риски. — Ты шантажистка, — съязвила Наташа, дразнящая улыбка играла на ее губах, когда она обменивалась телефонными номерами с Вандой, скрепляя их невысказанное соглашение простым жестом.

***

Залы особняка казались темными, лишенными обычного смеха и болтовни, которые раньше наполняли его комнаты. Наташа снова оказалась здесь, спрашивая себя, почему она согласилась вернуться в это место. Наташа встретилась взглядом с Вандой, которая сидела напротив нее с улыбкой, в которой был намек на секреты и озорство. Сердце Наташи учащенно забилось, в ее разум закрался страх, поскольку она беспокоилась о возможных последствиях раскрытия их знакомства. Однако взгляд Ванды был непоколебим, наполнен дерзкой фамильярностью, которая одновременно заинтриговала и встревожила Наташу. Пока две женщины сидели в напряженном молчании, Олег решил нарушить его своим глупым заявлением. — Я удивлен, что ты не привел с собой другую девушку, обычно их хватает только на одну встречу. Его слова тяжело повисли в воздухе, усиливая напряжение, которое уже ощущалось между обитателями комнаты. Старк, частый гость особняка, вмешался со своим фирменным юмором, под стать ухмылке Олега, когда тот язвительно заметил: — И я удивлен, что ваши дети здесь, они обычно непослушные. Подшучивание между двумя мужчинами, казалось, задало тон встрече, превратив ее в игривую, но опасную игру в словесную перепалку. Ванда лукаво улыбнулась комментарию Старка. И Наташа поймала взгляд Ванды и не могла не заметить ее понимающей усмешки, отчего неловко заерзала на стуле. — Мой отец рассказывал мне о вас, мистер Старк, и что ж, я рада, что вы такой, каким он вас описал, — сказала она, и в ее глазах был невысказанный вызов. Ее брат Пьетро бросил на нее предостерегающий взгляд, но Наташа видела, что Ванда полна решимости раздвинуть границы дозволенного, не опасаясь последствий. Неловкая атмосфера сегодняшнего вечера заставила Наташу затосковать по знакомому дому ее семьи в Огайо. — Я почти уверен, что он ничего хорошего не сказал, — заметил Тони легким голосом, но с ноткой озорства. Пьетро начал что-то говорить, но Ванда прервала его, бросив острый взгляд в сторону Наташи. — Мм, ваша подруга кажется бледной, — небрежно прокомментировала Ванда, пытаясь сменить тему, не сводя глаз с Наташи. Наташа почувствовала, как ее захлестывает волна беспокойства, убежденная, что Ванда намеренно привлекает к ней внимание. Она стиснула зубы, напряжение в комнате росло с каждым мгновением. Она не могла избавиться от ощущения, что находится под пристальным вниманием, что люди за столом анализируют каждое ее движение. От мысли оказаться в центре внимания у нее по коже побежали мурашки, и ей захотелось спрятаться в тени. — Подруга? Разве она не ваша девушка? — голос Пьетро прорезал тишину, его слова поразили Наташу, как физический удар. Она почувствовала, как вспыхнули ее щеки, униженная подтекстом его вопроса. Олег, мужчина со строгим выражением лица, которое противоречило скрытым эмоциям, наклонился вперед в своем кресле, не сводя глаз со Пьетро. — Пьетро не следует задавать такие вопросы, они ставят Старка в неловкое положение, — тихо сказал Олег, пытаясь сохранить видимость серьезности. Наташа все еще наблюдала за перепалкой со смесью веселья и разочарования. Для нее и Олег, и Старк были одинаково способны быть невыносимыми придурками. Старк, невозмутимый комментарием Олега, повернулся к Наташе с легкой улыбкой, играющей на его губах. — Все в порядке, мне нечего скрывать, не так ли, дорогая? — спросил он, задержав взгляд на Наташе. Но Наташа, изображая интерес к еде, сосредоточила все свое внимание на тарелке, мечтая раствориться в замысловатом узоре скатерти. Ванда, с кипящим гневом под ее сдержанным видом, больше не могла сдерживать свои эмоции. — Дорогая? — спросила Ванда, усмехнувшись, ее голос был пронизан сарказмом, когда она обратилась к Наташе. Наташа встретилась взглядом с Вандой и увидела бурю эмоций, бушующих внутри нее. — Не притворяйся, что тебе не все равно, — возразила Наташа резким и неумолимым тоном. Олег бросил неодобрительный взгляд на Наташу, недовольный ее наглым ответом его дочери. Однако именно Ванда взорвалась, как вулкан на грани извержения. — Ты сказала, что он не твой парень! — воскликнула Ванда, повысив голос, когда она поднялась со своего места во внезапном приступе гнева. — Ванда... — предупреждение ее матери было слабой попыткой успокоить растущий темперамент дочери. Руки Ванды вцепились в край стола так, что побелели костяшки пальцев, в ее глазах вспыхнули предательство и обида. Старк, почувствовав растущее напряжение, вмешалась с озадаченным выражением на лице. — Наташа, что происходит? — спросил он, и в его голосе послышалась нотка замешательства. — Ничего, просто кое-кто не умеет сдерживать обещания, — пробормотала она себе под нос, не сводя стального взгляда с клубящегося пара, поднимающегося от ее чашки. Старк поклялся не лгать о том, что Наташа была его сотрудницей, а не девушкой, и все же она была здесь, запутавшись в путанице неправильных представлений и полуправды. На другом конце стола стояла Ванда, нахмурив брови и плотно сжав губы. Воздух затрещал от напряжения, когда слова Наташи повисли между ними, как тяжелый занавес. Ванда, все еще не оправившаяся от разоблачения предполагаемых отношений Наташи и Тони, в отчаянии набросилась на нее. — По крайней мере, я не трахаюсь со всеми подряд! Слова Ванды прорезали тишину, резкий ответ на завуалированное обвинение Наташи. Ее глаза горели болью и гневом, и под поверхностью назревала жестокая буря. Наташа успокаивающе подняла руку, выражение ее лица дрогнуло под тяжестью их общих секретов. — Я объясню тебе это позже, хорошо? Просто перестань кричать, — умоляла Наташа, ее голос звучал устало. Бремя поддержания шарады давило на нее, тяжесть лжи давила на ее совесть, как свинцовая цепь. По мере того, как напряжение росло, глаза Олега в замешательстве осматривали людей. Вид его дочери и Наташи, вовлеченных в жаркую перепалку, заставил его смущенно рассмеяться. — Вы знаете друг друга? — спросил он, и в его глазах блеснули веселые искорки. Ванда разразилась смехом, спонтанной истерикой. — Мы чертовски хорошо знаем друг друга, — ответила Ванда с озорной улыбкой. — Почему ты мне не сказала? — спросил он мягким, но испытующим тоном. Наташа встретилась с Вандой взглядом, в ее глазах промелькнула уязвимость, когда она искала правильные слова, чтобы объяснить запутанную паутину лжи и полуправды, которая опутала их всех. Ванда, почувствовав тяжесть невысказанных слов Наташи, казалось, осознала серьезность ситуации. Ее прежнее разочарование уступило место пониманию, проблеск сочувствия просвечивал сквозь ее суровый фасад. — Мы... э-э... друзья, — наконец заговорила Ванда, ее голос был мягким и примирительным.

***

Ванда стояла перед Наташей с пронзительными зелеными глазами, на ее лице были написаны уязвимость и сожаление. — Прости, что я сорвалась, я, вероятно, ревновала, а обычно бывает еще хуже, чем сегодня, — голос Ванды дрожал, когда она говорила, ее руки нервно теребили. Наташа, с ее холодными манерами и острым умом, смотрела на Ванду с нежностью во взгляде, которую редко можно было увидеть. Она знала, что вспышка Ванды была вызвана обидой, даже если ее слова могли разрушить карьеру Наташи. — Извинения приняты, принцесса, — ответила Наташа с нежной улыбкой, в ее тоне слышалось понимание, — Но мне придется подумать, блокировать твой номер или нет, — поддразнила она с игривым огоньком в глазах. Наташа не шутила, они обе это знали, и Ванда просто нервно рассмеялась, осознав это. — Я... хм... если ты пострадаешь из-за меня, я это исправлю, — в голосе Ванды звучали нотки искренности, и в ней была решимость. Выражение лица Наташи смягчилось от слов Ванды, и на ее лице промелькнуло недоверие. Несмотря на то, что Ванда подставила ее, и Наташа, вероятно, не смогла бы довериться ей, в смелом поступке, который удивил даже ее саму, Наташа наклонилась и нежно поцеловала Ванду в щеку. Отдаленные крики Старка отошли на задний план, когда рука Наташи нашла руку Ванды, пальцы переплелись в жесте единения и принятия. — Я с трудом могу в это поверить, — прошептала Наташа, ее голос был едва слышен из-за шума. Глаза Ванды встретились с глазами Наташи, и между ними промелькнуло понимание. Наташа просто надеется, что она снова встретит Ванду.