О прелестях другой Вселенной

💋

Лучшая жизнь там, где есть ты, на любой планете и в любой Вселенной. Я пойду за тобой по любой дороге.

      В комнате пахнет кофе и мылом, окно открыто, пуская прохладный летний ветер внутрь. На полу больше нет разбросанной одежды, постельное бельё отдаёт свежестью порошка. В комнате царит идеальный порядок.       — Час ночи, Чонгук, — доносится усталый голос с кровати, после чего слышится шорох одеяла. — Хватит наводить чистоту и порядок, ложись спать.       — Ты же знаешь, как я не люблю оставлять после нашего секса следы, — ворчит Чонгук, поправляя на столе тетради и книги. Ещё час назад он на этом самом столе доводил Тэхёна до потемнения перед глазами и дрожи в ногах.       — В этом нет ничего ужасного, — пожимает плечами Тэхён и садится, он сгибает одну ногу и подпирает голову рукой, упираясь локтем в колено. — Завтра бы вместе убрали.       — Я почти закончил, — заявляет Чонгук и уходит из комнаты.       С усталым вздохом Тэхён падает на кровать спиной и смотрит в потолок. Они с Чонгуком в отношениях уже долгих семь лет, а знакомы и того дольше. Со школы. Особо сильно Чонгук не помешан на чистоте, но когда дело касается секса… Чонгуку важно убрать всё, протереть тот же стол, поднять все вещи, выкинуть презервативы и салфетки.       Тэхён понял бы его, если бы Чонгуку действительно был важен идеальный порядок. Но нет. За столько лет отношений Чонгуку до сих пор сложно принять свою ориентацию после каминг-аута перед родителями и друзьями. Если первые просто отказались от Чонгука, выгнали из дома и оборвали все связи, то друзья, если их таковыми можно назвать, не только отвернулись, но и разнесли на весь университет. Чонгук тогда долго не выходил из дома, ему казалось, что каждый второй, если не каждый первый, его осуждает, косо смотрит. Их скрытым отношениям тогда был год, и Тэхён боялся, что Чонгук всё резко оборвёт из-за страха.       Свой каминг-аут Тэхён не совершал открыто, он просто не скрывал своего влечения к парням, говорил об этом легко и непринуждённо, а люди уже сами решали, оставаться с ним после этого или нет. С Чонгуком они уже были в отношениях, когда того раскрыли на весь университет. Тэхён, пока Чонгука не было на занятиях, спокойно всем отвечал, мол, да, трахаемся, да, спим вместе и держимся за ручки. Он старался решить все конфликты словами, но пару раз пришлось сломать носы и сбить руки в кровь, чтобы в адрес Чонгука больше никто не смел открывать поганого рта.       Как только Чонгук узнал об этом, то сразу вернулся и не позволил Тэхёну справляться со всем одному.       Первый секс у них произошёл спустя два года после начала отношений (год после каминг-аута). Они не оговаривали позиций в постели, но решили, что будут пробовать две позиции. Когда Тэхён захотел приступить к более активным действиям и подмять Чонгука под себя, то у того случилась истерика. Он начал отбиваться, мотать головой и сказал, что не сможет. Не сможет быть снизу.       Тэхён это принял, ему не хотелось травмировать Чонгука сильнее, чем это сделало общество. Не хочет? Значит, настаивать Тэхён не станет. Он даже не требовал объяснений от Чонгука, но понимал, почему тот боится быть принимающей стороной. Если кто-то узнает, что Чонгук принимающая сторона, то тот замкнётся в себе пуще прежнего. Он не вынесет новой волны осуждения и презрения в свой адрес. Тэхён готов ждать столько, сколько потребуется. Тем более ему и так хорошо. Секс с Чонгуком всегда хорош, тот умеет доставлять удовольствие партнёру.       В мире сейчас столько возможностей, они живут в век, когда людей заменяет техника, когда открыты планеты пригодные для жизни, когда люди изобрели телепорты не только с одного конца планеты в другой, но и возможность перемещаться в другую реальность.       Тэхён долгое время интересовался перемещением в другой мир, ему казалось это своеобразным путешествием, он знает множество миров, и один интереснее другого. Перемещением в другой мир он называет телепортацией на другую планету. Из-за времени, перемещения в космосе и других непонятных Тэхёну вещей, меняется не только пространство, но и само тело. Остаётся только прошлое сознание и воспоминания.       Есть планета с одним подводным миром, где нет ни клочка земли. Там, под водой, русалы и русалки, разного рода подводные создания, целые города и цивилизации. Есть планета, где всю землю покрывают густые дебри джунглей. Есть планета, на которой можно окунуться в мир драконов и найти себе крылатого друга, либо стать обедом. Есть феи, есть лучшее будущее, столько всего, что глаза разбегаются. Но Тэхён остановился на другом мире. Где одни парни, которые разделяются на альф и омег. И омеги там, как девушки в современном мире, могут родить ребёнка.       Тэхён долго изучал тему перемещения в другой мир, взвешивал все «за» и «против», после чего начал постепенно подначивать Чонгука. Жизнь там может стать для них лучше, никаких косых взглядов, никаких издевательств. Но есть одно условие. После попадания в другой мир, там необходимо пробыть ровно месяц, после чего на телефон (в каждой реальности свой способ связи) приходит вопрос, где нужно дать ответ: остаётся человек в другом мире или нет. Вопрос придёт на телефон даже если тот выключен. И если его проигнорировать, то вернуться обратно уже будет нельзя в течение года. Перемещение является не совсем безопасной вещью, да и никто не будет по первому зову перемещать желающих туда-сюда. Захотел в другой мир? Вот и сиди там.       И после долгих раздумий Чонгук согласился. Он подумал, что месяц, это хороший вариант, как пробный период. Планета и так перенаселена, а люди остаются здесь только злые, в то время как более свободолюбивые и открытые для нового люди исследуют планеты и миры. На планете Земля остаются только те, кто готов всю жизнь работать и содержать семью, при этом противясь всему новому и отходящему от нормы.       Тэхён всегда любил всё новое, его здесь ничего не держит, он с лёгкостью может бросить работу и укатить на другой конец не только планеты, но и Вселенной. И Чонгуку того желает.       Кровать прогибается, когда Чонгук ложится рядом. Он укладывается на бок и подпирает голову рукой, а второй ведёт тыльной стороной ладони по оголённой груди Тэхёна. Кожа там горячая и покрыта множеством красных багровых пятен. Чонгук любит кусаться.       — Ты уверен, что хочешь этого? — уточняет Чонгук, разглядывая профиль Тэхёна. Он часто это делает, не может оторвать глаз от красоты своего парня. Слишком идеальный.              Чонгук никогда не был снизу, но думает, что когда-нибудь сможет перебороть в себе этот страх, потому что Тэхён в его глазах великолепен в любой роли. У них нет разграничения в отношениях на главного и не главного. Они оба на равных. Чонгук слишком много думает об этом, ему кажется, что из-за того, что Тэхён в сексе всегда принимающая сторона, их отношения не совсем здоровые. Потому что Тэхён всё ещё парень, у которого есть свои потребности. И Чонгук знает, что тот также хочет использовать свой член, как это делает сам Чонгук. А Чонгук в этом плане ненасытный. Ему всегда мало. Он прижимается к Тэхёну на кухне, пока тот готовит завтрак, обед и ужин, приходит к нему в ванную. Зажимает везде и берёт долго и с оттяжкой, пока тело Тэхёна не накрывает крупная дрожь, а глаза не мокнут от слёз из-за повышенной чувствительности и нескольких оргазмов.       То, что актив в сексе всегда только он, Чонгук компенсирует тем, что уделяет всё внимание удовольствию Тэхёна, о себе же думает в последнюю очередь. Пока сам он получает лишь один оргазм в самом конце, Тэхён может от его рук и члена кончить по меньшей мере три раза, а потом даже отключиться прямо на руках Чонгука.       Когда поднялась тема перемещения в другой мир, Чонгук долго хмурил брови и думал, слушая все аргументы Тэхёна. Чонгук всегда завидовал лёгкости Тэхёна. Тот может бросить всё, сорваться с места и прижиться в любом другом месте. Ему даже плевать на осуждение общества, спокойно говорит о том, что гей и кивает головой на Чонгука со словами: «Мой самый горячий парень на планете Земля, да что там, во всей Вселенной среди всех миров!»       Чонгук подумал, что эта идея не такая уж и плохая, тем более он будет там с Тэхёном, который из любой дерьмовой ситуации может сделать лучший день. К тому же им там помогут с адаптацией специальные люди, временно предоставят жильё на пробный месяц. Если по окончании срока они захотят остаться, то им сделают новые документы и помогут с трудоустройством на работу. Кажется слишком идеальным другим миром, где им никто не скажет, что они неправильные. Единственное, что Чонгуку не нравится, так это разделение на альф и омег. Они по природе не будут равны, но Чонгук знает, что никогда не позволит себе сделать одного из них ниже в отношениях. Все семь лет они делали всё вместе, между ними не было гетеронормативности, никто не играл роль девушки или жены. Два парня, значит, два парня. За исключением позиции в сексе, от которой мысли Чонгука превращаются в чувство вины.       А ещё Тэхён хочет ребёнка. Здесь им его не усыновить даже, а там они смогут зачать своего. Правда, в эти тонкости Чонгук не внедрялся, как сам Тэхён. Да и они пришли к выводу, что вынашивать его в случае чего будет Тэхён, ведь именно он окажется омегой.       — Да, почему бы и не попробовать? Мне интересно, — пожимает плечами Тэхён и поворачивает голову к Чонгуку с горящими глазами.       Он такой красивый, что Чонгуку больно. Хочется всё это лицо зацеловать, сжать в объятиях и никуда не отпускать. Чонгук часто обнимает Тэхёна, приподнимает над полом и не отпускает, пока тот не начинает ворчать, что задыхается. Их телосложения отличаются разной мускулатурой, потому что Чонгук любит тренировки, а Тэхён придерживается утончённого стиля. Но не перегибает с этим. У него широкие плечи, мощная шея и длинные, но такие изящные пальцы на руках. Ладонь Чонгука даже теряется в этих руках. Чонгук часто раньше сравнивал их тела, подметил, что у него самого талия тоньше, чем у Тэхёна, но куда рельефнее пресс, Тэхён же не налегает на тренировки, хоть руки у него тоже сильные. Чонгук мог бы смело назвать их универсалами, но пока не может отпустить страхи и дать Тэхёну того, в чём тот нуждается (а Чонгук уверен в этом!)       — Хорошо, — соглашается Чонгук и ведёт ладонью по животу Тэхёна, там давно нет того мягкого животика, благодаря усердиям Чонгука и его наставлениям, Тэхён уделил немного внимания своему телу. И теперь у того есть пресс, слабый, но Чонгуку нравится, что даже пресс у его парня утончённый и изящный. Облизывать да и только.       — Если ты не хочешь, то мы не будем этого делать. Я могу отменить регистрацию, — спокойно говорит Тэхён и сглатывает слюну, чувствуя, как от прикосновения Чонгука по телу пробежались мурашки. Так всегда происходит.       — Мы ждали этого почти год, — напоминает Чонгук. — Хочешь отказаться?       — Мне главное, чтобы тебе было хорошо, — улыбается Тэхён.       — А мне, чтобы тебе, — склоняет голову набок Чонгук и скользит ладонью обратно вверх, легонько касаясь своих укусов.       — Не хочешь попробовать перед тем, как мы переместимся в другой мир?       — Прости.       — Всё хорошо. Вот смотрю на тебя и понимаю, что тебе пошёл бы запах костра и каких-нибудь ягод. Ты обжигаешь взглядом, но при этом сладок, — подняв ладонь, Тэхён касается подушечками пальцев носа и щёки Чонгука. — У нас могут получиться очень красивые дети.       — А тебе подошёл бы жасмин и свежесть после дождя. Рядом с тобой чувствуется лёгкость, как после грозы и ливня. Мне нравится.       Чонгук падает на кровать и притягивает к себе Тэхёна за талию, зарываясь носом в его волнистые волосы, от которых вкусно пахнет шампунем.       — Ты не боишься? — шепчет Чонгук. — Ну… Я про возможность иметь ребёнка. Это кажется чем-то невероятным, но роды…       — Я изучал всю подноготную этого мира. Там никто не рожает сам, дабы избежать высокой смертности и травм, — объясняет Тэхён и обнимает Чонгука, закинув на него ногу и прижавшись всем телом.       — Хорошо.       — Спасибо, что согласился, — сонно тянет Тэхён, зевая.       — Люблю в тебе то, что ты не боишься рисковать.       Тэхён улыбается и трётся щекой о грудь Чонгука.

💋

      Конечно, о перемещении в другой мир Тэхён рассказал Чонгуку не всё. Например, он не уточнил, что их роли в другом мире решают не они сами. Это всё определяет Вселенная этого мира. При перемещении учитываются и внутренние желания человека, которые тот скрывает, и то, кем этот человек родился бы здесь изначально.       Так и получилось сейчас, что Тэхён смотрит на Чонгука спокойными глазами, хоть внутри у него целая буря из эмоций, а язык кажется неповоротливым. А Чонгук… Он громко икает и закрывает рот ладонями, уставившись на Тэхёна большими глазами.       Они оказываются в большом и светлом помещении, которое сплошь и рядом заставлено растениями и окнами в пол. Маленький сад из которого наружу ведёт одна лишь дверь.       Тэхён удивлён, а Чонгук в диком шоке. Нет, не так. В дичайшем.       — Я… — выдавливает из себя Чонгук, продолжая смотреть в глаза Тэхёна. — Я омега?! — крик больше похож на писк.       Чонгук делает шаг назад и мотает головой, чувствуя себя весьма странно. Он сглатывает вязкую слюну, шумно вдыхает запах Тэхёна, который выбивает воздух из лёгких и приятно дурманит голову. Слишком вкусно, и слишком давит на него своей аурой сильного и главного. Тот самый запах костра и ягод, о котором говорил Тэхён. Теперь он сам же им пахнет. А вот Чонгук… Он пахнет сладкими ландышами. Их запахи слишком подходят друг к другу, словно сплетаются в один крепкий узел. Чонгуку кажется, что даже если он отойдёт на несколько метров, то всё равно будет чувствовать аромат Тэхёна.       — Чонгук… — делает к нему тот шаг. Альфа.       Чёрт возьми, Тэхён альфа.       — Нет! — вскрикивает Чонгук и, развернувшись, убегает.       Он никогда не думал, что судьба способна подкинуть ему такую подлянку. За семь лет отношений Чонгук не смог сам настроить себя попробовать поменяться с Тэхёном ролями в постели, а тут, перемещение в другой мир решило всё за него. Чонгук не готов. Он совершенно не готов.       Но вопреки тому, что творится у него в голове, Чонгук чувствует, как тело реагирует иначе. Оно словно показывает всё, что Чонгук действительно чувствует по этому поводу. Он давно хочет лечь под Тэхёна, довериться ему в этом плане, а его страх лишь временная преграда, которая сейчас стирается другой Вселенной. Чонгук омега, и будет совершенно нормально, если он окажется снизу. Его никто не осудит.       — Чонгук! — кричит ему вслед Тэхён и уже хочет побежать следом, но его останавливает тихий кашель за спиной. Он оглядывается и поднимает в вопросе брови, когда видит низкого парня с широкой приветливой улыбкой. — Да?       — Добро пожаловать в мир омегаверса! — громко приветствует тот и машет рукой. — Не стоит переживать, что твой парень убежал. Во-первых, далеко он не сбежит, а во-вторых, ты с лёгкостью найдёшь его по запаху, — указывает он пальцем на кончик своего носа.       Тэхён принюхивается, чувствуя сладковатый запах от парня перед ним и понимает, что это, скорее всего, омега. О запахах Тэхён читал, когда изучал этот мир. У омег они более сладкие, лёгкие и нежные, у альф же будут тяжелее.       — А ты…       — Прошу прощения, Юнги, — протягивает тот руку для знакомства. — Я буду помогать вам с адаптацией целый месяц, вы вдвоём можете обращаться ко мне с любыми вопросами.       — Тэхён, — представляется альфа и пожимает ладонь Юнги. — Я бы хотел догнать Чонгука, прежде, чем мы обсудим всё остальное. Он слишком напуган.       — Не переживай. Ему не уйти отсюда, потому что максимум, куда он выйдет на улице, это территория до забора и ворот. Он не первый и не последний, кто так убегает. Дай угадаю, Чонгук думал, что будет альфой? — с улыбкой интересуется Юнги.       — Да. Мы в отношениях семь лет, и он всегда был в роли актива, а тут…       — Прелесть перемещения в другой мир заключается не только в его смене, но и в том, что на реальность перемещаются и внутренние желания. Как, вот, у вас, — объясняет Юнги. — Чонгук всегда был сверху, но в душе хотел быть и снизу, — указав рукой на дверь, Юнги предлагает выйти на улицу, дабы догнать беглеца.       Тэхён хмурит брови и выглядывает на улицу. Его взору открываются сначала высокие ворота, а за ними возвышающийся город. Высотные здания, ясное небо и городской шум. Всё то же самое, что и на Земле.       — Ты же хотел быть сверху, но, по ряду причин, которые мне неизвестны, ничего не менял, — продолжает Юнги. — Если бы тебя устраивала пассивная роль на все сто процентов, то ты бы оказался здесь милым омегой, а не вот таким альфой, — Юнги показывает на Тэхёна ладонью с головы до пят, подчёркивая свои слова.       — Но как нам быть тогда? Как он сможет принять себя таким? Мы ведь думали, что омегой буду я, — вздыхает Тэхён.       — Думаешь, Чонгук не думал о себе в роли омеги? — приподнимает Юнги брови с хитрой улыбкой на губах. — Поверь, он бы оказался альфой, если бы хотел всегда быть активом. Да и… актив или пассив, да, в мире обычных людей можно меняться как хочешь туда-сюда, — пожимает плечами Юнги. — Но здесь есть много тех, кто родился уже в мире омегаверса. И они особо не заморачиваются, когда получается так, что альфа любит альфу, а омега любит омегу.       — Даже здесь есть гомосексуальность? — удивляется Тэхён.       — Да, — кивает резво Юнги. — Но таких не всегда принимают. Гораздо проще относятся, чем люди на Земле, но есть и те, кто говорит валить туда, чтобы один из них стал девушкой. Так что Чонгук просто шокирован, а так, он примет себя таким, какой есть. Может, он увидел тебя, почувствовал твой запах и понял, как сильно хотел тебя в роли альфы. Возможно, Чонгук смущён, что теперь он принимающая сторона, что он омега, о котором альфа заботится и всё такое.       — Что нам делать дальше?       — Для начала найти Чонгука. Я буду ждать вас за воротами в машине, на которой отвезу в вашу квартиру, где вы будете жить этот месяц.       Тэхён кивает и оглядывается, принюхиваясь. Сладкий запах ландыша с нотками свежести после дождя ведёт его за маленькое белое здание с большими окнами, за которыми виднеются растения. Он заглядывает за угол и замечает Чонгука, который сидит на скамейке с поджатыми ногами и хмурым лицом. Губы Тэхёна невольно тянутся в улыбке. Чонгук и раньше был необычайно милым, когда делал какие-то вещи: читал, играл в игры на компе, смотрел фильм или готовил ужин. Он может одеваться в чёрную одежду с обувью на массивной подошве, может быть резким и грубым в сексе, но это никогда не уберёт его милую сторону. Она прорезается всегда и везде.       — Чонгук, — зовёт его Тэхён и выходит из-за угла.       Резко вскинув голову, Чонгук смотрит на него большими глазами, но не стремится убежать больше, лишь двигается на край скамейки, предлагая Тэхёну сесть рядом. Да и ему некуда бежать, за спиной высокий забор, слева белое здание, в которое они и явились из другого мира, а впереди Тэхён.       Убрав улыбку с лица, Тэхён садится рядом и обеспокоенно смотрит на Чонгука. Особых изменений он не замечает, разве что сладостный запах, исходящий от омеги. В остальном Чонгук остался прежним. Его лицо и раньше было округлым с большими глазами.       — Ты как? Успокоился немного? — обеспокоенно спрашивает Тэхён и тянет руку к Чонгуку, но тот отклоняется.       — Не надо, пожалуйста, — просит тот. — Я в порядке, да. Ха. Я омега. Смешно, правда?       — Чонгук… — вздыхает Тэхён. — Не отрицай того факта, что ты хотел этого. Где-то в глубине души, за своим страхом перед обществом. Здесь тебе бояться нечего, никто не осудит. Это мне нужно бояться, что на такого красивого каждый альфа будет глаза таращить, — издаёт в конце смешок Тэхён.       Чонгук краснеет до кончиков ушей и кусает нижнюю губу.       — Я просто… Не знаю?       — Смущён? — помогает Тэхён и опускает руку, от которой Чонгук отклонился, на скамейку ладонью вверх. Предлагает ему самому взяться за неё.        — Да. Наверное, да, — вздыхает Чонгук. — Я все семь лет наших отношений был в активной позиции, а в самих отношениях мы были на равных. Здесь же я оказался тем, кто в мире омегаверса по природе слабее.       — Чонгук, то, что мы с тобой поменяли мир, не означает, что я стал главным, а ты где-то за моей спиной, — мотает головой Тэхён. — Возьми меня за руку, пожалуйста, — дует губы Тэхён. — Мы навсегда останемся с тобой на равных.       — Но в отношении секса…       — Чонгук, — улыбается мягко Тэхён. — Отношения не держатся на одном лишь сексе. Если ты не хочешь, то вообще им заниматься не будем.       — Но ведь ты хотел быть активом, поэтому оказался альфой, — куксится Чонгук.       — Ты читал об этом? — удивляется Тэхён.       — Я слышал ваш разговор с тем парнишкой за углом, — объясняет Чонгук и кладёт ладонь поверх руки Тэхёна.       — Хватит бояться и стараться держать всё под контролем. Постарайся расслабиться и, наконец, доверься мне. Разве я хоть раз сделал что-то тебе во вред? — спрашивает Тэхён. — Никогда. Доверься мне в этом мире.       — Нам нужно идти, да?       — Да.       — Хорошо, — кивает Чонгук и сжимает ладонь Тэхёна.       Бросив на Чонгука хитрую улыбку, Тэхён тянет того резко на себя и целует в губы. Он сжимает его пальцы, а вторую руку кладёт на талию Чонгука и прижимает к себе. У них одинаковый рост, потому никому не приходится наклоняться.       Чонгук тихо скулит в губы Тэхёна, когда чувствует, как его ведёт. Это заводит слишком сильно и резко. Чонгук чувствует, как усиливаются их запахи, они становятся ярче, что щекочет в носу с непривычки. Хватка Тэхёна на талии становится крепче, Чонгук чувствует спазм внизу живота, а потом резко отталкивает от себя Тэхёна и делает несколько шагов назад, накрыв ладонями свои ягодицы.       — П-подожди.       Лицо Чонгука всё красное, в глазах блеск из-за возбуждения, губы опухшие. Он такой смущённый и напуганный. Ещё никогда Тэхён не видел его таким во время возбуждения. Наоборот, это Тэхён смущался под напором Чонгука.       — Что с тобой? — тревожится Тэхён и подходит к Чонгуку.       — Я чувствую что-то странное, — смущённо говорит Чонгук и сглатывает слюну.       — Где? Ты ведь возбуждён, это нормально.       — То, что я чувствую, не кажется мне нормальным, — тихо прокашлявшись, Чонгук кивает головой назад. — Там.       — Там? Это…       Скользнув взглядом по Чонгуку, Тэхён обращает внимание на его руки, которыми он накрывает свои ягодицы.       — Да.       Тэхён подходит ближе, мягко берёт Чонгука за руки, открывая себе доступ, принюхивается и хмурит брови.       — Давай, я посмотрю, — предлагает тот.       — Что? — не сразу понимает Чонгук, но до него доходит слишком поздно: рука Тэхёна уже под его штанами с бельём. — П-подожди! Тэхён!       Чонгук пытается оттолкнуть от себя альфу, упирается руками тому в грудь, но Тэхён обнимает его за талию слишком крепко, а второй рукой скользит между ягодиц и касается кончиками пальцев между ними. Чонгук вспыхивает как спичка и тихо скулит, когда подушечки пальцев трогают его вход.       — Мокрый, — коротко говорит Тэхён, но руку убрать не спешит. Напротив, слегка надавливает на вход, подмечает, насколько Чонгук там горячий.       — М-мокрый?       — Да, мокрый. И горячий, — кивает Тэхён, продолжая держать руку в белье омеги.       Громко икнув, Чонгук резко отталкивает от себя Тэхёна, путается в ногах и падает на зелёную траву, уставившись на Тэхёна большими глазами. Он такой красный и смущённый, что у Тэхёна щемит сердце. От того крутого парня не осталось и следа. Это, конечно, временно, Чонгук пока в шоке и смущён, а когда придёт в себя, то вновь будет тем крутым парнем.       — Что вообще происходит? — тихо скулит Чонгук.       — Ты омега, ты можешь иметь детей. Ты здесь, как девушки на Земле. А мокрый, потому что во время возбуждения выделяешь смазку, — объясняет Тэхён и протягивает руку, ладонь второй он сжимает в кулак, чувствуя на пальцах влажность смазки.       Чонгук берётся за руку Тэхёна и встаёт. Тихо прочистив горло, омега собирается с мыслями и тянет Тэхёна за собой к воротам. Хватит здесь торчать.       В машине Юнги им ничего не говорит, только представляется Чонгуку, после чего выезжает на дорогу. Он и не столько ещё ждал. Не они первые, не они последние.       — Была у меня пара как-то. Один из них статный парень, преподаватель в университете, а второй первогодка, активный парнишка такой, кажется, божий одуванчик, — вдруг ненавязчиво начинает говорить Юнги. — Как думаете, кто из них кем оказался здесь? Ответ не очевиден, — улыбается Юнги и бросает взгляд на Тэхёна и Чонгука через зеркало заднего вида.       Чонгук отводит взгляд в окно, Тэхён же прячет улыбку за поджатыми губами, понимая, что Юнги так пытается приободрить Чонгука.       На центральной улице Чонгук замечает множество пар, они смеются, держатся за руки, сидят вместе в кафе. Глаза разбегаются, так хочется на них всех смотреть. Чонгук разглядывает высотки, магазины, машины. Всё, за что может ухватиться взгляд.       — Здесь всё так, как и на Земле, — подмечает Чонгук. — Разве что марки машин другие, а так… Ничего сверхъестественного.       Юнги тихо смеётся и паркует машину около многоэтажного дома.       — Конечно, здесь всё будет так же, как и на Земле. Единственное отличие нас, от других людей, так это разделение на омег и альф. А так… Здесь всё то же самое, — пожимает плечами Юнги и берёт бумажный пакет, который стоял на втором сидении, после чего выходит из машины. — Сейчас я покажу вам вашу квартиру на ближайший месяц.       Маленькая студия расположена на десятом этаже. Она действительно маленькая, здесь нигде друг от друга не спрячешься, всё уютно и аккуратно.              — В этом пакете ваши телефоны и документы. Так как вы перед перемещением прошли медицинскую комиссию, то здесь же есть и страховка. Вы можете устроиться на работу, с этим я помогу, как изучу ваши анкеты полностью. Ещё есть инструкция, — Юнги достаёт из пакета тонкую книгу, которая похожа на журнал. — Всё о валюте, о странах и о нашей планете.       — Спасибо, — благодарит Тэхён и забирает пакет, который ставит на кухонный стол. Потом, всё это потом.       — Мой номер телефона там уже есть, звоните в случае чего, — кивает Юнги. — Что-то я хотел сказать ещё, — постукивает он себя кончиком пальца по губам. — Ладно! Как вспомню, то сразу позвоню. А теперь обустраивайтесь.       Как только за Юнги закрывается дверь, Тэхён бросает взгляд на Чонгука и тихо вздыхает. Тот не выглядит слишком напряжённым, скорее всё ещё переваривает тот факт, кем является в новом мире.       — Хочешь пойти пройтись? — предлагает Тэхён. — Или поесть? Поспать?       — А? — поднимает на Тэхёна большие глаза Чонгук. — Я в порядке.       — Я не буду тебя ни к чему принуждать.       — Знаю, — вздыхает устало Чонгук. — Не хочешь принять душ?              — Вместе? — поднимает брови Тэхён.       — Да. Мы же часто принимали душ вместе, — пожимает плечами Чонгук и первым отправляется на поиски нужной комнаты. — Нашёл. Ого, здесь такая просторная душевая! Как всё красиво и чисто!       Тэхён улыбается уголками губ, слыша восторженные высказывания Чонгука, после чего снимает с себя майку и кидает её на спинку стула. В ванной комнате он останавливается на пороге и подпирает плечом стену, наблюдая за своим парнем, который продолжает всё разглядывать с интересом.       — Не хочешь раздеться? — возвращает в реальность Чонгука Тэхён. — Если ты начнёшь включать воду в душевой одетым, то промокнешь. — Подмечает он и снимает с себя штаны.       Чонгук оглядывается на Тэхёна и вновь начинает чувствовать себя странно. Внутри всё волнительно сжимается, внизу живота опять тянет, как тогда на улице. Тэхён и до этого был в его глазах красивым донельзя, сейчас кажется слишком красивым. Постепенно Чонгук понимает, что это омежья сущность в нём хочет. Хочет Тэхёна.       — Эм… А ты не мог бы выйти? — тихо спрашивает Чонгук.       — А? Почему? Ты же сам предложил помыться вместе.       — Моё тело реагирует на тебя слишком активно, я не могу расслабиться, — бормочет виновато Чонгук. — Ты меня не касаешься, но твой запах творит какие-то странные вещи со мной.       — Я тебя не трону, — осторожно говорит Тэхён и показывает свои ладони. Он и сам чувствует сильное притяжение к Чонгуку. Так было и раньше, но сейчас тянет, как к магниту. Хочется Чонгука всего обнюхать и облизать.       — Я знаю, но моему организму всё равно, что ты говоришь. Тем более, я слышал, что сказал Юнги, — уже чуть ли не скулит Чонгук.       — А что он сказал?       — Что ты хотел быть активом, поэтому ты стал альфой, а я, на самом деле, желал быть снизу, поэтому и стал омегой, — продолжает ворчать Чонгук. — Ты всегда хотел быть сверху, но приглушал в себе это чувство в угоду моим страхам и хотелкам. А я просто боялся.       — Здесь ведь тебе нечего бояться, — напоминает Тэхён. — Или ты боишься меня? Секса со мной? Моих прикосновений? Того, кем я стал?       — Нет! — вскрикивает Чонгук. — Я не боюсь тебя и того, что ты можешь сделать. Просто… мне сложно принять себя… эм… таким. Да.       — Ты смущён и не можешь перестать думать об этом. Успокойся, Чонгук. Я не трону тебя в этом плане, пока ты мне не позволишь.       — Но ты ведь хочешь.       — Хочу. Но разве я могу сделать что-то против твоей воли? — склоняет голову набок Тэхён и изучающе разглядывает Чонгука.       — Я ведь делал, — вспоминает Чонгук все свои нападения на задницу Тэхёна.       — Думаешь, я был против? — смеётся альфа и качает головой. — Если я сопротивлялся, то только для вида, не более. Я хотел тебя не меньше, чем ты меня.       — А?       — Но нынешняя ситуация отличается от той, что была на Земле. Сейчас ты омега, я не могу приставать к тебе, пока ты боишься.       — Я тебя не боюсь, — чуть ли не огрызается Чонгук и упирает руки в бока.       — Правда что ли? — усмехается Тэхён. — Тогда дай мне тебя осмотреть всего и обнюхать.       — О-обнюхать?       — Да, почему-то хочется это сделать, — бросает альфа.       — Ладно, можешь обнюхать меня, — смущённо соглашается Чонгук. Это Тэхён знает всю информацию об этом мире, сам Чонгук мало что читал. Он помнит только то, что ему рассказывал парень, не более.       — И всё?       На губах Тэхёна продолжает играть хитрая улыбка.       — А что ты ещё хочешь? — округляет и без того большие глаза Чонгук.       — Потрогать тебя.       — А?       — Как это делал ты со мной, — добавляет Тэхён.       — Хорошо, — соглашается Чонгук с кивком, но после секундой заминки вновь смотрит на спокойного парня с удивлением. — Что? Подожди, нет!       — Ты уже согласился, — облизавшись, как хищник, Тэхён в один шаг достиг Чонгука и ловко снял с него майку.       — А?       Без лишних промедлений Тэхён раздел Чонгука догола и подтолкнул в душевую, куда после чего зашёл и сам без всех элементов одежды. Он осмотрел Чонгука с ног до головы, чуть наклонился и провёл кончиком носа по его плечу, шумно втянул запах ландышей и закрыл глаза от удовольствия.       — Так интересно, что запах, исходящий от твоей кожи, словно будоражит меня изнутри. Хочется тебя облизать, словно ты съедобный, — в подтверждение своих слов он проводит горячим языком по коже и тихо вздыхает. Запах Чонгука только усиливается. — На шее находится железа, от которой и исходит этот запах. Она, к слову, довольно чувствительная, — вслед за своими словами Тэхён проводит по ней языком и слегка прикусывает, вызывая судорожный вдох со стороны Чонгука.       — Чувствую себя странно, — шепчет омега.       — В хорошем или плохом смысле? — губы Тэхёна продолжают исследовать шею и плечи Чонгука, в то время как руки опускаются на талию и гладят ладонями мягкую кожу, покрытую мурашками.       — С тобой не бывает в плохом, Тэхён.       — Тогда можешь сейчас просто расслабиться и довериться мне? — уточняет Тэхён и сжимает омегу в своих руках чуть сильнее. Его хочется сейчас до дури. Сводит кончики пальцев на руках, на языке скапливается слюна, а внизу всё тяжелеет.       — Хорошо, ладно, да, — кивает Чонгук и откидывает голову назад, полностью открывая доступ к своей шее.       И Тэхён не медлит ни секунды. Он зацеловывает шею, кусает её и облизывает, пока руками водит по телу Чонгука, подмечая, что пресс и мышцы остались на месте.       Слишком долго Тэхён хотел заполучить Чонгука вот так, чтобы тот был полностью под его властью, чтобы именно он вёл, чтобы Чонгук получал от него ласки, а не наоборот. Тэхён ведёт кончиками пальцев по прессу, опускается вниз и отстраняется.       — О.       — Что? — с трудом приходит в себя Чонгук и открывает глаза, пытаясь навести фокус на своём парне. Из-за пелены возбуждения сделать это оказывается сложно.       — Есть ещё некоторые изменения в нас, — коротко говорит Тэхён и обхватывает пальцами член Чонгука, слегка сжимая.       Чонгук опускает голову и распахивает рот, когда понимает, что член Тэхёна стал больше, а ведь раньше их размеры были одинаковыми!       — Что? Почему?! — пыхтит Чонгук. — Почему твой стал больше, а мой остался прежним?!       — Потому что здесь только ты, — Тэхён наклоняется к уху Чонгука и шепчет, — принимающая сторона.       Чонгук с головы до пят покрывается мурашками от этого шёпота и осознания того, что этот член рано или поздно окажется внутри него.       — Не говори так больше.       — Почему? Твой член дёрнулся в моей ладони от этих слов, — подмечает Тэхён и ведёт большим пальцем по чувствительной головке.       — Не поместится, — выдыхает Чонгук и тихо стонет от приятных ласк.       — Не думай об этом сейчас, — прерывает его Тэхён и вновь накидывается на шею Чонгука с поцелуями. — Всё постепенно. Сейчас я хочу просто тебя потрогать всего и везде.       С этими словами Тэхён опускает ладони на ягодицы Чонгука и сжимает их, притягивая к себе ближе. Их члены сталкиваются и трутся друг о друга, зубами Тэхён кусает Чонгука за изгиб плеча, а руками продолжает сжимать ягодицы.       — Эм… Тэхён, я пока…       — Тише, Чонгук. Просто доверься мне. Ты раньше никогда не был снизу, но ты ведь видел, как мне было хорошо. Так позволь показать тебе, почему мне было хорошо, — успокаивает его Тэхён, после чего сжимает одну ягодицу, чуть оттягивая её, а пальцами второй руки касается входа. Там вновь мокро и горячо. — У омег, как и у девушек, вырабатывается смазка. Ты возбуждён, поэтому там у тебя очень мокро.       Чонгук краснеет до кончиков ушей и борется с желанием оттолкнуть от себя Тэхёна и спрятаться от него где-нибудь. Только бы не чувствовать себя столь смущающе. Чонгук никогда не был готов к такому, не был готов быть тем, кого ублажают, кого одаривают ласками и всем вниманием. Он никогда не чувствовал себя принимающим это всё. Хотел, но всегда боялся и находил множество «но».       Пока Чонгук борется с самим собой, Тэхён массирует вход, а после медленно вставляет один палец. Он чувствует, как внутри тесно и горячо, вздыхает с тяжестью от собственного изнывающего желания, которое упирается Чонгуку в живот.       — Тэхён! — вскрикивает Чонгук, но не отталкивает. Да и не смог бы, хватка альфы оказалась куда сильнее, чем была раньше.       — Расслабься, тебе не должно быть больно. У омег всё иначе, чем у простых парней, — шепчет Тэхён и достаёт палец, после чего вставляет его обратно и находит его кончиком чувствительную зону, от прикосновения к которой Чонгук тихо стонет и жмётся к нему всем телом, пытаясь убежать от приятной до дрожи в ногах волны возбуждения.       — Ч-что это?!       — То самое, — усмехается Тэхён и добавляет второй палец.       — Зачем сразу два?! — продолжает пыхтеть в возмущении Чонгук.       — Тебе ведь не больно, — подмечает Тэхён. — Ты настолько возбуждён, что течёшь сильнее былого.       — А? Прекрати говорить столь смущающие вещи! Думаешь, мне нравится тот факт, что из моей задницы выходит смазка?       — Думаю, что да, просто ты противишься этому, потому что хотел быть альфой, чтобы на твоём месте был я. А вот я хотел, чтобы ты был омегой, потому что давно изнывал от желания доставить тебе море удовольствия, которого ты боялся из-за осуждения общества, — спокойно говорит Тэхён и вставляет пальцы настолько глубоко, как только позволяет не совсем удобная поза. Он сгибает их внутри и массирует простату подушечками.       Чонгук сдавленно стонет и встаёт на носочки. Чего он точно не ожидал, так это столь приятных ощущений. До дрожи в ногах.       — Сами по себе омеги не только текут от возбуждения, но и куда более чувствительны в этом плане, — рассказывает Тэхён, продолжая сводить с ума Чонгука, который вялыми попытками пытается вырваться из его хватки.       Чонгук, чувствуя дрожь в ногах, обвивает руками шею Тэхёна и почти что виснет на нём, пока тот сводит его с ума своими пальцами. От мыслей, что их может заменить большой член, его, кажется, кроет. Он откидывает голову назад, получает укус в шею и изливается.       — Хороший мальчик, — шепчет Тэхён и достаёт свои пальцы, на которых чувствуется тепло смазки.       — А?       — Давно хотел это сказать, — усмехается Тэхён и включает тёплую воду, которая сразу попадает на лицо Чонгука, приглушая его возмущения. — На сегодня с тебя хватит.       — Мг.       — Пойдём на улицу?       — Мг.              Тэхён намыливает тело Чонгука и целует того в губы.       — Позволишь потом зайти дальше?       — Мг.       — Правда?       — А? — вскидывает голову Чонгук и хлопает ресницами.       — Ничего-ничего, — издаёт смешок Тэхён.       Чонгук только кивает и закрывает глаза, полностью утопая в нежности и заботе Тэхёна.

💋

      Время протекает быстро, но хорошо. Тэхён и Чонгук часто выходят на улицу, невольно сравнивают жизнь здесь с жизнью на Земле и находят слишком много схожестей. Омеги здесь, как девушки на Земле. Их считают слабее и ниже альф, принижают и могут облапать. Чонгук чувствует из-за этого злость каждый раз, когда замечает несправедливость или отвратительное отношение в отношении тех, кто слабее. Он даже успел несколько раз подраться, потому что не смог наблюдать за тем, как один крупный альфа в кафе пытается притянуть к себе официанта. Будучи собой, Чонгук не смог стоять в стороне. Ударил в глаз, а после вытащил за шиворот из кафе. Силы ему не занимать, годы тренировок после смены мира никуда не делись.       Свои стили в одежде Тэхён и Чонгук не поменяли. Тэхён продолжает одеваться легко и изящно, в то время как Чонгук оставил за собой чёрного и грубого стиля одежду. Им нравится, а это самое главное.       Дом, в котором они живут, заселяют обычные жители этого города. Несколько дней назад, когда Чонгук возвращался из магазина, альфа, живущий этажами ниже, завязал с ним диалог. Узнал, что Чонгук и Тэхён с планеты Земля, где живут парни и девушки, а после начал задавать не совсем приятные вопросы. Один из них, заставил Чонгука до боли сжать челюсти.       — Каково это, быть на месте девушки из вашего мира? — усмехнулся тогда альфа и окинул Чонгука взглядом. — Теперь ты слабый пол.       Чонгук сначала хотел смолчать, но кулаки слишком сильно чесались. Без лишних слов он пригладил челюсть альфы, который от силы удара упал на пол, и посмотрел на него с презрением.       — Каково это, когда слабый пол оказывается сильнее? — спокойным голосом спросил Чонгук, после чего уехал к себе на этаж. Больше он этого альфу не видел и не слышал. Урок усвоен.       Чувство справедливости в Чонгуке слишком велико. Он и на Земле защищал девушек, а здесь, оказавшись в той самой роли, которую принижают и ущемляют, он намерен быть диким.       А ещё он волком смотрит на всех вокруг. Потому что его Тэхёна пригласили стать лицом бренда косметики, а тот согласился и теперь его лицо, красивое до чёртиков, красуется на баночках с кремами и другими уходовыми средствами, которыми Чонгук сразу заполнил все полочки в ванной. У него даже есть несколько фоток с картонными стендами, которые ставят около входа. У него есть настоящий Тэхён, но Чонгук не упускает возможность сделать смешную фотку.       Пока Чонгук исследует новый мир, находит знакомых и защищает всех и вся, Тэхён постепенно обретает популярность благодаря своему лицу. Он снимается в маленьких рекламах, благодаря чему у них появилось больше финансов для хотелок.       Однажды его даже вызвали в полицию за драку Чонгука, но того не задержали, а, наоборот, поблагодарили за содействие полиции в поимке извращенца. И пока Тэхён обретает популярность своей красотой, Чонгук становится местным суперменом. Прекрасная пара, не иначе.       Но срок их пробного периода подходит к концу. За всё это время у них не было близости, потому что Чонгук сразу стремится убежать, боясь одной лишь мысли о члене Тэхёна внутри себя. Поэтому на протяжении месяца они обходятся одними лишь пальцами, да губами. Минет у Чонгука, к слову, отменный. Он и раньше был прекрасным, но сейчас Чонгук словно старается больше. Думает, что так сможет отвлечь внимание Тэхёна от своей задницы. А когда Тэхён захотел его вылизать, Чонгук заперся в ванной и сказал, что не выйдет оттуда до тех пор, пока Тэхён не спрячет свой любопытный язык глубоко в глотке.       Второй день Чонгук чувствует себя вяло, он почти ничего не ест, лежит на кровати и смотрит тупые видосики в телефоне. Когда на горизонте появляется Тэхён, он облизывает его взглядом, но быстро оттесняет все мысли, только бы не думать о том, что Тэхён может сделать с ним, дай Чонгук своё согласие.       Только странное чувство его не покидает. Он и раньше хотел секса. Много секса. Зажимал Тэхёна везде, где только мог, когда они жили на Земле. Но здесь, сейчас, ему хочется другого секса. Ощущения не те. Чонгук чувствует возбуждение, даже когда делает обычные повседневные дела.       Вот и сейчас. За окном ещё только восходит Солнце, Тэхён спит рядом, мило приоткрыв рот и нахмурив брови, между ногами он зажал одеяло, а руками обнимает руку Чонгука. А Чонгук… Он чувствует, как у него стоит и как там, сзади, мокнет и становится впервые настолько странно. В голове Чонгука появляется одна лишь мысль. Он хочет, чтобы Тэхён прикоснулся к нему там. Прямо сейчас.       — Тэхён, — Чонгук слегка тормошит того за плечо. — Проснись, Тэхён.       Тот открывает глаза, сонно моргает и хмурит брови, пытаясь понять, зачем Чонгук разбудил его в такую рань. Омега видит, как тот принюхивается и как резко расширяются его зрачки.       — Чонгук, ты… Ты пахнешь слишком сильно.       — Что со мной? — скулит Чонгук и ёрзает на кровати. — Я чувствую возбуждение, но особенно сильное там. Хочется, чтобы ты что-нибудь сделал. Почему?       Тэхён проводит рукой по лицу, пытаясь привести себя в чувство, после чего резко встаёт с кровати и уходит. Возвращается он со стаканом воды и двумя пластинками таблеток.       — Смотри, — опускается он на корточки перед кроватью. — Эти таблетки, — показывает он на синие, — являются блокаторами. Они помогут тебе с твоим состоянием и приглушат его, чтобы ни ты, ни я, ни другой любой человек не почувствовал твою течку.       — Течку? — икает Чонгук.       — Да. А вот эти, — показывает он на жёлтые таблетки, — противозачаточные.       — А? — округляет глаза Чонгук и невольно ёрзает на кровати. У него уже голова кругом идёт.       — Чонгук, — вздыхает Тэхён и судорожно облизывает губы. — Сейчас у тебя то самое состояние, когда омега хочет секса. Много секса, потому что организм нацелен на зачатие ребёнка. Если ты не хочешь заниматься со мной сексом, то прими блокаторы, если хочешь, то противозачаточные.       Чонгук успел позабыть, что именно омеги в этом мире вынашивают детей, а он, к слову, омега.       — А… А мы не можем обойтись твоими пальцами, как и раньше? — тихо спрашивает Чонгук, не отрывая взгляда от двух пластинок в руках Тэхёна.       — Нет. Тебе их будет мало, а мне это никак не поможет.       — Что?       — Твой запах для меня сейчас слишком сладок. Мне слишком тяжело, потому что я не могу прикоснуться к тебе. Ты омега, который готов к зачатию, у которого течка, а я альфа, который с тобой рядом и готов тебе с этим помочь. Понимаешь? — старается спокойно говорить Тэхён, а у самого внутри всё горит, клыки слегка зудят и во рту скапливается слюна.       — Ну… Скоро закончится наш пробный период, поэтому… Давай попробуем? Да? — протянув руку, Чонгук забирает пластинку с жёлтыми таблетками и кидает в рот одну, проглатывая. Он же не трус, чтобы члена бояться, ну! Тем более это Тэхён, а сам Тэхён всегда получал только удовольствие от их секса. А сейчас они вообще в другом мире, где омеги по природе созданы для того, чтобы принимать в себя член альфы.       — Чонгук, если ты согласишься, то у меня одно условие.       — Какое?       — Ты позволишь сделать мне всё самому, так, как хочу этого я. Полностью доверишься мне, — твёрдо говорит Тэхён, неотрывно смотря в стеклянные из-за возбуждения глаза Чонгука. Тот, кажется, готов ко всему, главное, чтобы ему уже помогли.       — Да, хорошо.       — Хороший мальчик, — улыбается Тэхён.       Он скидывает с кровати одеяло, снимает с Чонгука майку и укладывает его на подушки головой. Молча, ничего не говоря, Тэхён целует Чонгука в шею, попутно залезает рукой под одну из подушек и достаёт то, что прикупил несколько дней назад. На всякий случай.       Когда запястий касается холодный металл, Чонгук широко открывает глаза и задирает голову, наблюдая, как Тэхён ловко приковывает его руки к изголовью кровати, частично обездвиживая омегу.       — Ты что делаешь?!       — Это чтобы ты не решил забрать свои слова назад, — хитро улыбается Тэхён и обхватывает губами затвердевший сосок Чонгука, щекоча его кончиком языка.       — Я не заберу! Освободи меня, засранец, — пытается звучать грозно Чонгук, но его голос слегка дрожит из-за слишком приятных ощущений. Он чувствительный донельзя. Везде, где только можно.       — Тише, Чонгук, а то соседи подумают, что я тебя тут принуждаю, — кончиком указательного пальца Тэхён касается сухих губ омеги. — Непорядок, — хмурится он и целует того в губы, проводит по ним языком, а пальцами руки стискивает другой сосок, вызывая у Чонгука тихий писк.       У Чонгука всё тело горит, между ног влажно и горячо, от мыслей о том, что он, чёрт возьми, течёт, его лицо краснеет и горит. Это слишком смущает. Непривычно и кажется странным.       Тэхён оставляет в покое соски Чонгука, садится на колени и снимает с себя майку, ловя на себе голодный взгляд Чонгука. На Земле именно он прижимал Тэхёна к кровати, зацеловывал его тело, кусал и облизывал. А теперь сам оказался снизу без возможности прикоснуться к красивому телу своего парня.       — Весь мой, — шепчет Чонгук и облизывается.       — Это ты весь мой, — издаёт смешок Тэхён. Он ловко снимает с Чонгука бельё, после чего целует того в губы, отвлекая, и сгибает его ноги в коленях, разводит их и устраивается между.       Тэхён водит руками по всему телу Чонгука, щекочет кожу и приглаживает появившиеся мурашки. Запах Чонгука кажется слишком сладким, он пропитывает всё вокруг, каждую клеточку в теле Тэхёна. С ума можно сойти от одного лишь вдоха, который походит на раскалённую лаву. Хочется сорваться, растерзать Чонгука всего, но у него нет на это права. Чонгук никогда не был снизу, это его первый раз. К тому же он смущён из-за того, что является омегой, у которого внизу всё горит от желания.       Исследуя поцелуями его тело, Тэхён скользит языком по его животу, собирает им рельеф и проходится по пупку. Чонгук вздрагивает и бьёт того коленями по бокам.       — Оказывается, ты гораздо чувствительнее меня, — выдыхает горячий воздух на живот омеги Тэхён и прикусывает кожу, оставив после себя след.       Чонгук молчит, да и говорить ему ничего не хочется. Сейчас не он главный, не он играется, а с ним играют. И теперь он будет скулить и стонать, пока Тэхён не прекратит. Но когда его ноги раздвигают, а губы Тэхёна касаются внутренней стороны бедра, Чонгук напрягается и поднимает голову.       — Не смей, — строго говорит тот, хмуря брови.       Смотря на такого Чонгука хочется только посмеяться. Прикованный к кровати, с возбуждением, весь мокрый и горячий, но со сверкающим искрами взглядом.       — Не тебе сейчас командовать, — в подтверждение своих слов Тэхён высовывает язык и ведёт им по всей длине члена, не отрывая взгляда от глаз Чонгука.       Он делает кончиком петлю на головке и шумно сглатывает, пока Чонгук округляет глаза на это грязное действо.       — Я тебя задушу, — угрожает Чонгук, даже не понимая, что выглядит смешно и мило в глазах Тэхёна.       — Ты не посмеешь, потому что от удовольствия забудешь об этом, — бросает Тэхён и обхватывает основание члена Чонгука пальцами, посасывает головку, а второй рукой сжимает бедро омеги и прижимает к кровати.       — Тэхён…       — Всё хорошо, — успокаивает его альфа и ведёт языком по всей длине члена, он опускается к самому жаркому месту и кончиком языка касается входа.       Чонгук с шумным вздохом падает обратно на подушки головой и пытает удачу в сжатии ног, но Тэхён убирает руку с его члена и двумя ладонями хватается за бёдра, чуть приподнимает ноги Чонгука, открывая себе лучший обзор.       — Тэхён! — вскрикивает в смущении Чонгук и начинает брыкаться, когда язык вновь проходится между его ягодиц.       — Тебе не нравится? — поднимает голову альфа и облизывается. — У омег здесь очень чувствительное место. Там слишком много нервных окончаний, поэтому омеги не рожают сами, потому что это пытка.       — Я… Это странно! Твой язык и моя задница, — ворчит с красным лицом Чонгук.       — А мне нравится, — пожимает плечами Тэхён.       — Идиот.       — Готов быть кем угодно, пока мой язык доставляет тебе удовольствие, — вновь облизывается Тэхён. — Хватит слов.       Сильнее сжав бёдра Чонгука, чтобы тот не вырвался, Тэхён опустился обратно и вновь провёл там языком, слизал всю смазку и укусил чуть выше. Ещё на Земле Тэхён тешил себя мыслями, что когда-нибудь либо посадит Чонгука себе на лицо, либо привяжет и вылижет. Слишком сильно ему хотелось засунуть язык своему парню в задницу.       У Чонгука горит всё лицо от такого смущающего момента, но как же ему хорошо. Ещё никогда ранее он не испытывал подобного. Один лишь горячий и влажный язык, который ласкает его между ягодиц, сводит с ума. Из члена всё больше выделяется смазки, как и там, где Тэхён её всю слизывает и сглатывает громко, точно специально.       Тэхён слегка толкается языком внутрь, когда Чонгук расслабляется, а омега же сдавленно стонет и изливается себе на живот.       — Быстро, конечно, но мы ещё не закончили, — облизывается Тэхён и касается кончиками пальцев входа, пока Чонгук смотрит на потолок и ловит звёздочки. — Хочу, чтобы ты кончил ещё один раз от моих пальцев, а потом ещё раз, но уже со мной внутри тебя.       — А? — выдыхает Чонгук.       Тэхён ничего не отвечает, медленно вставляет в Чонгука один палец, сразу касается простаты и вызывает из омеги скулёж. Нравится ему такой Чонгук, милый и такой вкусный. Конечно, когда он был сверху, секс тоже был хорош, но Тэхён всегда был тем, кто управлял Чонгуком в жизни, ненавязчиво так. Поэтому и в сексе ему тоже хочется иметь чуть больше власти. И как же он рад тому, что Чонгук оказался омегой. Ему чертовски идёт.       — Я помню, как ты не давал мне даже отдышаться после оргазма, — припоминает Тэхён.       Всё ещё считая звёздочки перед глазами, Чонгук расширяет глаза, когда чувствует, как Тэхён вставляет в него сразу три пальца, потому что в сравнении с двумя, которыми тот баловался с ним, ощутимо тянет вход.       — Тэхён!       — Расслабься, — единственное, что говорит альфа. Он медленно вставляет пальцы по костяшки, обхватывает губами головку члена, а второй ладонью гладит влажный живот, скользит к груди и легонько сжимает за сосок.       Чонгук тихо стонет и расслабляется, позволяя добавить ещё один палец. Он даже не сразу это понимает, то и дело хнычет, потому что Тэхён не прекращает стимулировать его простату, от которой член дёргается, смазки много, простынь холодит от влаги.       — Тэхён, помедленнее, — просит Чонгук и сжимает пальцы на руках в кулаки, дёргается и извивается, потому что пытка слишком сладкая. У него не получается даже терпеть.       Ни единого шанса на освобождение. Тэхён не даёт ему даже вдохнуть нормально, изводит до темноты перед глазами. В груди горит, горло саднит, а в уголках глаз скапливаются слёзы. Чонгук так чётко чувствует каждый изгиб пальцев, которые глубоко входят и выходят, растягивая и подготавливая. Во рту у Тэхёна горячо, он языком творит что-то невероятное и сводящее с ума.       Чонгук чувствует, что сейчас кончит, пытается увернуться, достав член из жаркого плена, но Тэхён, словно чувствуя это, только плотнее сжимает свои губы под головкой. И когда Чонгук громко стонет и изливается ему в рот, он не отстраняется, проглатывает всё и проходится языком по красной головке, которая стала слишком чувствительной.       С усталым вздохом Чонгук падает на подушки и закрывает глаза. Всё его тело дрожит, по вискам и шее стекает пот, а член, чтоб его, до сих пор стоит и даже не думает упасть и дать отдохнуть. Чёртово возбуждение никуда не уходит, оно только сильнее наполняет изнутри. Запахи ярким шлейфом кружат вокруг, наполняют лёгкие.       Тэхён раздевается полностью, и Чонгук отслеживает помутневшим взглядом, как освободившийся от белья член альфы дёргается вверх, а с его головки тянется вниз капля смазки. Тот слишком сильно возбуждён. Чонгук думает о том, как Тэхён вообще терпит, в то время как довёл омегу уже до двух оргазмов.       Тяжело дыша, Тэхён обхватывает пальцами свой член, проводит по нему несколько раз и наклоняется к Чонгуку. Ведёт по его телу ладонями, вновь трогает соски и целует в губы. Чонгук вяло отвечает, всё ещё дезориентированный после оргазма.       Тэхён перекидывает ноги Чонгука через свои бёдра, ведёт ладонями по влажному животу, вновь касается члена Чонгука, на что тот громко скулит и дёргается. Слишком чувствительный сейчас. Тэхён направляет свой член и касается им входа, пока языком чуть ли не вылизывает рот Чонгука, отвлекая его. Но стоит толкнуться лишь одной головкой, как Чонгук разрывает поцелуй и мотает головой.       — Слишком большой, не влезет, — шепчет тот и упирается пятками в кровать, пытаясь слезть.       Продолжая молча успокаивать Чонгука поглаживаниями, Тэхён опускает руки на бёдра Чонгука, на которых остались красные следы, вновь их сжимает и тянет на себя, толкаясь чуть глубже. Чонгук тихо хнычет, кусает себя за нижнюю губу и сжимается, сводя с ума уже самого Тэхёна.       — Не зажимайся, — просит альфа.       — Я не специально.       Тэхён наклоняется к груди Чонгука, обхватывает губами сосок и толкается ещё глубже, получая стон от омеги. Сейчас член точно должен касаться простаты. Тэхён выходит и входит уже глубже, пока Чонгук не то плачет, не то скулит и стонет, все его эмоции и чувства смешались в одну кашу.       От непривычной и распирающей изнутри наполненности у Чонгука идёт кругом голова. Он чувствует член глубоко внутри себя, и это действительно то, чего он боялся и хотел одинаково сильно. Его кроет по-новой, всё тело дрожит, стимуляция чувствительного места сводит с ума. Дышать становится тяжело, а щёки обжигают слёзы. Он и не думал, что может быть таким чувствительным как снаружи, так и внутри.       — Тебе хочется резче и грубее или помягче и помедленнее? — спрашивает Тэхён и выпрямляется, входя уже на всю длину. Если бы Чонгук это мог сейчас понять, то ужаснулся бы точно.       Потому что как такое могло в него влезть?       — М-можно первое? — просит Чонгук и отводит взгляд.       Тэхён приподнимает уголок губ, обхватывает подбородок Чонгука и резко поворачивает его голову к себе.       — На меня.       От такой перемены у Чонгука расширяются глаза. Тэхён никогда не был таким с ним.       У Тэхёна влажные вьющиеся волосы, по груди стекает капля пота, которую Чонгук с радостью бы слизал, острые ключицы и чертовски сильные руки. Чонгук смотрит на него и сглатывает слюну. Так боялся оказаться под ним, а сейчас, смотря на такого альфу, готов к этому на всю жизнь. Он видел в нём хорошего пассива, представлял омегой, но сейчас понимает, что им руководила трусость.       Сделав резкий толчок, Тэхён вновь ухватился за бёдра Чонгука и оскалился, когда омега откинул голову назад и зажмурил глаза. Тэхёну много не надо, как и Чонгуку, но он терпит, не даёт себе право закончить, пока не доведёт Чонгука до невнятной речи. В какой-то момент он срывается, ждал слишком долго. Тэхён ложится на Чонгука сверху, шумно вдыхает его запах и переходит на размашисто быстрые и грубые толчки, от которых Чонгук стонет громко и звонко.       Их телефоны издают короткий звон от входящих сообщений, на которых тот самый вопрос. Им нужно ответить, нужно остановиться и решить, хотят они вернуться на Землю, либо остаются здесь, в другом мире. Но сил оторваться друг от друга нет, как и ясности в голове. Они полностью отданы друг другу.       Чонгук прогибается в спине, надрывно стонет и изливается себе на живот, пачкая и Тэхёна, который к нему прижимается. А когда Тэхён толкается глубоко в него и изливается следом, наполняя горячим семенем, у Чонгука слышится звон в ушах. Он чувствует всё до мелочей. Как член Тэхёна дёргается внутри него несколько раз, как сперма растекается. Он слышит низкий стон Тэхёна, не звонкий, как это было, когда тот был снизу, а глубокий грудной. От него волосы встают на затылке дыбом.       — Чёрт возьми, — выдыхает Чонгук и облизывает свои губы. Его голос дрожит и сипит. Перед глазами всё плывёт, а ноги бьёт судорогой, Чонгук не может это контролировать.       — Ты как? — обеспокоенно спрашивает Тэхён и снимает с Чонгука наручники. Он разминает его покрасневшие запястья и порывается встать с кровати за мазью или льдом, но Чонгук его останавливает и тянет на себя.       — Не надо, останься.       — Всё хорошо?       — Да. Эм… Отнесёшь меня в душ? Мои ноги так дрожат, что я не встану, — чешет затылок Чонгук. — Да, не встану.       Тэхён тихо смеётся и целует Чонгука в губы, падает с ним обратно на кровать, но отстраняется, когда Чонгук толкает его за плечи.       — Фу, здесь грязно и мокро, — морщит он лицо.       — Это твоя смазка, вообще-то.       — Как много, целая лужа на простыне, — ворчит Чонгук.       — И ты продолжишь течь, — пожимает плечами Тэхён.       — И как долго это ещё будет?       — У всех по-разному, может, дня два, а может и неделю.       Чонгук округляет глаза и хлопает ресницами.       — Это столько дней я буду тебя хотеть?       — Да, а ты против? — хохотнув, Тэхён встал с кровати и поднял на руки Чонгука. — Кажется, ты и до этого всегда хотел меня. И днём и ночью, и на улице и в лифте.       — Тц.       После душа, где Тэхён помыл всего Чонгука, он посадил его на рабочий стол, а сам принялся менять постельное бельё. Он поднял с пола одеяло и вспомнил, что слышал звук уведомления. Телефон он находит около омеги, который беззаботно болтает ногами в воздухе.       — Эм, Чонгук?       — Да?       — Нам приходил тот самый вопрос. И мы не дали ответ.       — Да, — кивает головой Чонгук, улыбаясь.       — Ты уже видел? — удивляется Тэхён.       — Видел. Как и новое сообщение, где говорилось, что мы остаёмся здесь на год.       — Ты не против? — уточняет Тэхён и подходит к омеге, раздвигает его ноги и размещается между ними.       — Я не против, — улыбается Чонгук и обвивает руками талию Тэхёна, притягивая к себе ближе. — Я, наверное, просто боялся общества, оно на меня давило. А здесь… Мне оказалось так всё равно. Да и то, чем мы занимаемся в постели, в этом мире нормально. Мне хорошо и спокойно. А если бы я хотел вернуться, то сказал бы тебе. Тем более без тебя я бы никуда не вернулся, потому что люблю. И без тебя своей жизни больше не вижу.       — Ты всю жизнь был активным активом, — напоминает Тэхён.       — Но это не значит, что я не хотел побывать пассивом. Просто было страшно, а сейчас… Я просто хочу жить здесь вместе с тобой.       Тэхён широко улыбается и сгребает Чонгука в крепкие объятия. Он зацеловывает его лицо и не перестаёт улыбаться.       — Такой милый.       — Не произноси этого слова в мой адрес.       — Очаровательный.       — И этого тоже!       — Люблю тебя, Чонгук.       Омега тихо вздыхает, встаёт со стола и целует Тэхёна в губы. Теперь они здесь навсегда и надолго, потому что через год никуда отсюда не уйдут.

💋