Фанат

—Винтес, как думаешь…—не успел я что-либо сказать, как друг сразу же перебил меня. —если ты опять про своего Пика, то я ничего не думаю.—он закатил глаза, сунул руку в свою пачку чипсов и вытащил хрумку, после чего съел её. —что сразу про Пика? —тогда про что? М? —кхм… Какие роллы заказывать?—опуская свой взгляд в телефон и быстром его включая, делая вид, что уже давно сижу в приложении и смотрю чем мы будем питаться. —врать ты умеешь, но я тебя знаю давно и раскрыл твою ложь.—кинув в меня чипсину, он посмеялся. Я эйкнул, фыркнул и закатил глаза, лицемерно цокая. После этого я начал заказывать наш ужин. На самом деле, я заказываю не потому, что мне лень готовить, просто я не умею. Могу хорошо печь, завтрак сделать, но ужин или обед уж точно нет. Не-а, увольте, отказ, не-не. Папа и отец учили меня хоть чему-то. Папа учил меня готовить супы, отец ужины, а завтраки я научился готовить со старшим братом. Но вот чему родители меня и научили–так это определённо выпечка! У моего дедули есть пекарня, поэтому печь я ну просто не мог не уметь. Мне и самому нравится печь булочки, пышки, пирожные. Но если бы это всё можно было бы есть всё время, то денег я тратил бы меньше. На этих выходных я как раз собирался съездить к родителям. Уж больно я по ним соскучился, а по младшему брате тем более! Он как моя маленькая копия, конечно есть салатовые волосы от папы и глазки его, но мы с ним так похожи! Он не ребёнок–а чудо! Занесло меня что-то.

***

Стоя на пороге дома родителей, я топтал крепкий пол и крутил в руке пакет с гостинцами. Какая такая великая звезда как я приехать к родным без подарков! Я вызывающе закатил глаза, ведь мне не открывали, а я ведь звонил и стучал. Вновь надавливая пальцем на чёрную кнопку звонка, я начал издавать звуки как упёртый баран. Дверь резко открылась, на пороге стоял недовольный папа. На нём была чёрная футболка отца, синие шорты по колени, носки разных цветов, его любимые белые мягкие тапочки с кроликами, на голове была милая голубая повязка, на лице полукруглые очки на цепочке, на левой руке был браслет игольница красного цвета, на острым ухом была сигарета. —привет, пап.—я улыбнулся и почесал затылок. С годами папа не меняется. По прежнему прекрасные, пышные салатовые кудри, ярко синие глаза с узкими голубыми зрачками, мягкие щеки, пухлые розовые губы, густые ресницы, выразительные брови. А его телосложение… Как мне повезло что я пошёл именно в него, хотя и отец хорош. Гладкие, ровные плечи, имеющие форму как женские, не грубые, нежные. Такие хочется целовать и не останавливаться. Каждый раз, когда в детстве мы с братом приезжали от бабушки или дедушек, то можно было заметить что плечи папы в засосах и укусах. Тогда мы не знали, что это такое, и папа говорил что это просто он экспериментировал с новым кремом и переборщил. Мраморные ключицы, которые выглядят очень крепко. Жилистые руки, аккуратные и ухоженные пальцы с чёрными ногтями. Лебединая шея, с розовато-красным следом от его любимого чокера. Папа практически всегда его носил, даже дома. Идеальная талия, упругие бёдра и ягодицы, стройные, но крепкие ноги, выразительные колени. Ах… У папы ведь даже проявляются кубики пресса… Такую фигуру держать сложно, я подметил это ещё с детства. Папа всегда занимался спортом или фитнесом, иногда и я с ним пробовал, но он говорил что я и так весь день как угорелый бегаю, поэтому для меня это будет лишним. Сейчас я, как и папа, занимаюсь спортом. Пробежка на дорожке, пару приседаний со штангой, пока только по два килограмма на каждую сторону, а папа уже по двадцать делает… Вот поэтому у него такая пиздатая задница! Я вышел из своих мыслей, когда папа начал щёлкать пальцами перед моим лицом. —Варь, ты чего застыл?—он вскинул бровь вверх и снял с лица очки, те стали свободно висеть на его шее. Папа отошёл от двери и пропустил меня в дом, закрывая за мной дверь. —да задумался, на сколько у меня красивый папа.—я поцеловал его в щёку и улыбнулся. —оу-у, какую же милашку я воспитал.—он ласково улыбнулся, взял в свои руки мои щёки и потискал меня, после чего поцеловал меня в нос. Я на это хихикнул и слабо засмущался. Как же я люблю когда со мной так делают, но этого никто не знает! Это секрет. Папа убрал свои руки и забрал у меня пакет, я снял обувь и ветровку, повесил верхнюю одежду в шкаф, а обувь положил на полочку. —пошли на кухню, налью тебе чай. Скоро отец должен будет проснуться.—сказав это, родитель направился на кухню, параллельно снимая браслет и кладя его на верхнюю полку шкафа. —он в ночь был?—я направился за ним. —в сутки, вернулся сегодня в четыре утра и уснул как мертвый сурок. Пару часов назад проснулся, в туалет сходил и обратно спать лёг. Зная его, уже скоро встанет. Я кивнул и сел за стол, папа заварил мой любимый чай и подал его мне в моей старой кружке с тигренком. Сразу в голову пробрались детские воспоминания. Что-то сегодня много флэшбеков. Я вспомнил про пакет, взял его и открыл. Стал ложить на стол гостинцы. Я вытащил бутылку хорошего вина, для папы, новый нож для отца, пирожные из пекарни дедули и новая игрушка для Филли. Тот возможно с отцом спал, этот ленивец любит поспать. —это я вам привёз, не мог с пустыми руками приехать. —Ох, Варь, зачем?—беря вино в руки и начиная читать информацию, задал вопрос папи. —пап, я тут вырос, ты меня растил, я не мог приехать ни с чем в мой родной дом.—на это я получил поцелуй в лоб и после этого сразу же в затылок. Я захлопал глазами и повернулся. Сзади стоял мой отец и держал сонного Филли на руках. Брат был в белой футболке с диснеевскими принцессами, голубые шортики и зелёные носочки. Отец же стоял в чёрных штанах и, темно зеленого цвета, тапочках. Изумрудные, кудрявые локоны ниже лопаток были лохматыми. Конечно, он же только проснулся. Тем более, отец не охотно следит за волосами, это папа следит и ухаживает за его волосами. Хотя часто угрожает, что отрежет его волосы. Лаймовые, змеиной формы, глаза были прикрыты уставшими веками, на правой стороне груди, пресса и правая рука были слегка красные, ведь отец их отлежал. с Филли было точно также, тут и описывать не надо. —отец, Филли.—я радостно улыбнулся, встал и обнял обоих. —привет, звезда наша.—басом ответил отец и хмыкнул, после чего обнял одной рукой в ответ. Я поцеловал обоих в щеки, на что получил такой же ответ. Вскоре мы все вместе сидели за столом, пили чай и кушали пышки, которые приготовил папа. Я радостно и увлечено рассказывал семье о своих успехах, новыми событиями, но про Пика решил не говорить. Папа подравнивать когти отца пилкой, кивал на мои рассказы и иногда возмущался, какого чёрта у отца когти нельзя стричь, он уже закалебался следить за его внешностью. Но сразу успокаивался, когда отец ласково целовал его и извинялся. Папа отвечал что-то по-типу:«Тебе повезло что я люблю тебя.»