Мой последний летний лагерь

Раздражающее чувство, будто кто-то без остановки хлопает меня по плечу, заставило открыть глаза. — Госпожа? Госпожа Кан, вы проснулись?- молодой парень, на вид без пяти минут назад студент, наконец отстает от моей итак затёкшей, как и все тело от неудобной позы конечности. Лечащий врач. — Да-да, извините, задремала. Три дня без нормального сна начали оставлять последствия.- я размяла затекшую шею. — Так вот, Госпожа Кан, пришли результаты анализов поведения вашей дочери. Мы с Господином Ли и Госпожой Наои наконец готовы дать точный ответ.-доктор поправил сползшие на нос очки. — Ой, уже? Конечно, я здесь почти только ради этого. - от нервов начинаю тереть свою познавшую жизнь юбку. — Да. Мы проанализировали записи в личном дневнике вашей дочери, а также ее поведение. Как рассказали очевидцы, они обнаружили Кан Хэрин в почти изнемождённом виде на одной из остановок. На голос она не реагировала, пребывала в невменяемом состоянии.-мой тяжёлый вздох разнёсся по коридору. Самый болезненный момент за последние пять дней. Я и представить не могла, что с моей маленькой дочкой могло такое произойти. Она пропала ровно пять дней назад. Последний наш разговор был не очень приятный, я совершенно не понимала, что она имеет ввиду. Повела себя немного агрессивно, может быть градус повлиял на это, может быть просто огромная усталость скопившаяся за неделю. Хэрин снова начала рассказывать сфантазированные моменты из жизни или переиначивать случившееся. Я, пребывая в шоке от обвинения в алкоголизме и растрате не моих денег, совершенно не поняла, в какой момент все пошло не так. Когда дочка успела захватив последние алименты ее отца и кинув несколько вещей в чемодан, выбежать из квартиры. Я пыталась ей звонить, писать. Хэрин, по видимому выключила телефон. Я не знала, куда она могла пойти. Друзей у нее не было, других родственников тоже, кроме отца, но он живёт в другом городе. Когда ее не было уже десять часов, я пошла в полицию. Но там сказали, что прошло слишком мало времени и она может вернуться сама. На утро, я узнаю, что она ночевала дома у одноклассника - Чанбин, об этом он мне сам написал. Куда дочь могла пойти далее, не знал, говорил только про какой-то летний лагерь. Я тогда все лагеря по близости обзвонила, смена начиналась только у одного. Но никакой Кан Хэрин ни в одном из списков не было. Далее, вместе с другими неравнодушными мы расклеивали листовки о продаже, там было ее фото, одежда, в которой она уходила и мой номер телефона. Позвонили по нему через еще один день. Хэрин нашла одна пожилая пара. Дочка сидела на остановке, в самом конце города. Прямо рядом со столбом с объявлением. Ее оперативно доставили в больницу, туда уже и приехала я. Я помню.. Хэрин выглядела изнемождённой, побледнела чтоли, из вещей был тот чемодан, личный дневник и телефон соответственно. После мы с ней поехали в психиатрическую лечебницу, она там обследовалась уже около пяти лет. У нее был свой лечащий врач- Ким Сынмин, он отвечал за все бумаги, постановление диагнозов и плановые обследования. Здесь уже три дня проходило новое обследование, из того, что я поняла, было только то, что ее состояние ухудшилось. Это уже был плохой знак. — Давайте перейдём в кабинет. Не думаю, что хорошая идея рассказывать об таких вещах в общем коридоре.- я последовала за врачом. ———— — Мы изучили все записи в личном дневнике Хэрин, до седьмого июня не было чего-то сверхъестественного, обычные записи о делах, настроении, очень хорошо, что она следовала моим советам и записывала свое состояние, но после именно этого дня все превратилось в какую-то книгу. Очень много новых имён, о них раньше не упоминалось, всё еще писалось о моральном состоянии, очень подробно описывались будни в детском летнем лагере, но главное, что пациентка никуда не уезжала, это дни ее ухода из дома. Дней описывается гораздо больше, чем прошло в реальности. Записи обрываются как-раз таки перед ее нахождением. На очень интересном моменте. Вы читали дневник?- Ким отрывается от блокнота и вопросительно глядит из-под очков. — Да-да, конечно. Просто я не особо понимаю. Хэрин описывает реальные события? Я просто не помню, чтобы она когда-нибудь была в лагере.. — Госпожа Кан, вы знаете самый главный диагноз вашей дочери?- перебивает поток моей непонимающий речи врач. — Дда, это синдром деперс.. Э. Очень сложное название, простите. — Синдром деперсонализации-дереализации и патологическое фантазирование. Все это собралось в кучу и вкупе получились постоянные фантазии и чувство, будто вы отделяетесь от своего тела, смотрите со стороны. Грубо говоря, ваша дочь в этом дневнике описала свои фантазии от третьего лица. Но просто из не откуда они взяться не могли, столько подробностей..- Сынмин задумчиво жевал губу. — Да, пять лет как уже. Но я не думала, что все так серьёзно. Когда ей выписали таблетки, так вообще обычный, спокойный ребёнок, с хорошей фантазией. А вы не знаете почему все это произошло? Что такого случилось с Хэрин? - я развила руками, обобщая всю эту историю. — Что вы имеете ввиду? Полностью расстройство или ситуацию с дневником? — Я про дневник. Раз! И она, как бы переключилась. - я щёлкнула пальцами. — В записях есть сведения об этом. Когда девушка пришла к другу, она описывала свои сны, постоянно ссылаясь к таблеткам. После же попадания в "лагерь" хоть какая-то информация о таблетках пропадает. Смеем предположить, что все дело именно в них. — Вы хотите сказать, что Хэрин перестала пить таблетки, но почему? Она никогда ничего против не высказывала, вроде даже понимала их ценность для нее .- задумчиво почесав нос, я вспоминала хоть какую-то ситуацию, где Хэрин бы перестала их пить. — Скорее всего она могла о них забыть или же специально их не выпила, протестуя против вас. Я опять вздохнула. Сколько же всего случилось за эти дни.. Сколько же пережила Хэрин. И как мне объяснять все произошедшее? Она же по любому будет спрашивать. — Скажите, кто-нибудь из класса Хэрин или ее знакомых когда-нибудь ездил в летний лагерь и рассказывал ей об этом? - прервал гнетущее молчание Ким. — Я точно знаю, что была одна девочка, кто еще понятия не имею. У них довольно дружный класс, наверняка в их беседе кто-нибудь да делился своими эмоциями. - я достала телефон, чтобы посмотреть имя этой девочки.— Вон.. Вон Ханыль, была да. Кто еще... — Да, да. Это имя упоминалось в дневнике, пациентка описывала своих "соседок" и эта девушка была среди них. Только вот - врач переворачивал страницы блокнота туда-сюда, ища информацию.— Только вот больше это имя нигде не появлялось. Вы можете как-либо связаться с Вон Ханыль? — Могу, да. Я хорошо общаюсь с ее матерью. Сейчас напишу ей. И вот, через несколько минут мне перезванивает сама Ханыль. "— Здравствуйте, вы хотели поговорить со мной? — Да, так и есть. Ты же была в летнем лагере, так ведь? — Несколько лет назад. А что, проблемы какие-то, дать название? — Нет-нет, проблема не в лагере. Ты сказала несколько лет назад? — Да, два года назад. — Слушай, Ханыль, у меня к тебе будет немного странная просьба, это касается моей дочери. Ты можешь прочитать текст с фотографии, что я тебе пришлю и перезвонить мне? Это правда важно. — Да, конечно прочитаю. " Я фотографирую страницу дневника, датой три дня назад и отправляю фото в мессенджер. Сообщение почти сразу отмечается прочитанным. А через пять минут мне перезванивают. "— Я прочитала текст. Я не могу понять, это письменные мои истории из лагеря? Как это связано с Хэрин? — Ты же знаешь, что у нее некоторые ментальные проблемы? Так вот, состояние ухудшилось. Это записи из ее личного дневника. — А почему Хэрин туда записала мои истории.. — Наверное, это связано с ее мечтой побывать в лагере. Ее расстройства связаны с фантазированием, так что.. — Да, хорошо, я поняла. — Если тебе не сложно, могу я отправить тебе еще фото. Тут очень много записей и понять, какие конкретно относятся к твоим историям нелегко. — Давайте я лучше приеду к вам. Вы же в больнице, так ведь? — О, спасибо огромное, Ханыль, я отправлю тебе адрес. Если непонятно, звони." Я облегчённо выдохнула. Мы наконец-то сможем понять, что именно фантазии, а что реальные мысли. ———— Через двадцать минут мой телефон вибрирует, оповещая о входящем. "— Так, я уже стою возле входа. Скажите, куда мне подойти? — Смотри, ты заходишь внутрь, поворачиваешь налево и идешь в самый конец коридора. Потом ищешь кабинет с табличкой "106". Если что, можешь спросить на регистратуре. — Ага, хорошо. " Пять минут долгих ожиданий и, о чудо! Слышится стук в дверь. — Можно! - доктор Ким поворачивает голову ко входу. — Здравствуйте.- на пороге стоит девушка с кудрявыми волосами. — О, Ханыль, спасибо, что пришла! Без тебя это было бы так долго! - я приглашаю ее присесть на стул напротив.— Вот, держи. Читай, начиная с седьмого числа, там стоит закладка. — Так.-девушка внимательно изучает каждую страницу достаточно быстро, но потом притормаживает и непонимающе глядит на одну из них. — Здесь, до этого момента все ситуации, всё было было похоже на письменное изложение начала смены, но тут.-она указывает пальцем на строку.— Вот этого никогда не было. Йеджи и Дани никогда не пропадали. Тут дальше пустые страницы, похоже, я дочитала. — Господин Ким, я тоже не понимаю про исчезновение девочек. У вас есть какие-нибудь догадки? — Да. Если вы посмотрите на медицинскую карту Хэрин, там, в графе "диагнозы " помимо тех, что вы итак понимаете, будет указано "Тревожно-депрессивное расстройство". Это значит, что Хэрин постоянно чувствовала тревогу в сверхбольших количествах, которая пробуждалась даже по самым пустякам. Госпожа Наои предложила, что так, пациентка описывает свои страхи умереть или просто исчезнуть. А также, во всех записях присутствует то, что, как я понимаю, не относится к вашим историям, Ханыль? Это отторженность от общества. - Ханыль закивала. — Ах да, Ханыль. Спасибо тебе большое за помощь, можешь идти. Давай я тебе денег немного дам.- я сую руку в карман кофты, но девушка меня останавливает. — Нет, что вы. Мне не нужны деньги, и я не считаю это какой то помощью. Так что не стоит, до свидания. - она машет рукой на прощание и выходит из кабинета. — А теперь, можете поподробнее?- я резко корпусом повернулась обратно, в сторону сидящего за столом Кима. — Можно перед пояснением я вам задам вопрос?- неуверенно протянул он. — Думаю да. — Мы с вами уже обсуждали диагнозы вашей дочери и в прошлый раз и в позапрошлый да и пять лет назад. Ничего не меняется, вы правда забываете или просто не придаете значения всему этому?- взгляд врача стал строже. — Вы меня обвиняете в незаинтересованности в жизни моей же родной дочери? - это была высшая наглость. Я ненавидела и ненавижу беспочвенные обвинения, ну а в моем случае они никогда не могли быть оправданны. Я не делала ничего такого. — Нет что вы, я просто спрашиваю. Если вам трудно отвечать мне, можете этого не делать, конечно. - незамедлительно попытался сгладить углы доктор. — Отторженность от общества, это именно то, что и описывала пациентка в перерывах от описания историй Ханыль. Это когда вы занимаете должность "наблюдателя" за происходящим, вам неинтересно вступать с кем-то в диалог, если это и делаете, то только очень редко и неумело. Вам кажется, будто все вокруг не понимают вас, а вы не понимаете их. — Хорошо, спасибо. - я раздражённо кивнула. — Госпожа Кан, можете достать таблетки или хотя бы сказать названия, что пьет Хэрин? — Так вы их уже видели, зачем еще раз. - слишком наигранно произношу это. Ну а что поделать? Он меня вывел. — Я имею ввиду антидепрессанты. Мы же их выписывали, да?- Сынмин закрылся в какие-то бумажки, ища название таблеток. Я откинулась на спинку кресла и развела руками. — Так она их перестала пить, уже давно. — Почему?- испуганно поднял глаза врач.— Какие-то побочные эффекты? — Не-е-ет, вы что? Мне одна знакомая, которая работает фармацевтом сказала, что нельзя столько таблеток за раз принимать. А то здоровье попортится. — В смысле? Мы их выписали чтобы потом понять, подходят они или нет. Какие побочные эффекты, иммунитет как реагирует и поменять если что. Вы их прям после выписки не дали ни разу Хэрин? -я кивнула. На лице Кима отобразилась толи злость толи разочарование. Он нервно зарылся руками в волосы.— Вы же понимаете, что вы саморучно направили дочь на путь прогрессирования болезни. Если бы вы спросили тогда...-его глаза бегали из стороны в сторону. — Вы опять меня обвиняете? Извините уж, но в этот раз я терпеть не буду.- я схватила со стула сумку и вышла вон из кабинета. ———— Направилась я в палату, где лежала Хэрин. С того дня, как ее сюда привезли я с ней не разговаривала. Не удавалось уловить момент. То она в неадекватном состоянии, то спит под успокоительным. Все эти три дня она все время спала или мне так говорили. Сейчас в палате я была не наедине с дочерью, здесь присутствовала и медсестра Госпожа Наои Рей. Она снова проверяла капельницу и что-то вливала через шприц. Хэрин расслабленно спала на больничной койке. — Здравствуйте, снова снотворное вкололи?-кидаю сумку на стол, докторша вздрагивает, но не перестаёт улыбаться. — Добрый день, нет. Хэрин сама уснула, ее очень вымотали последние события.-девушка бережным взглядом оглядела пациентку.— Вы же читали ее дневник, да? И вас не смущает, как она о вас же пишет там?-Наои настороженно поглядывает на меня сквозь челку. — А что меня должно смущать? Это ее диагнозы, никак не она сама. — Хорошо, что вы уверены в себе. На моей практике было много родителей, для которых, даже просто попасть в нашу клинику было огромным горем. А вы не расстраиваетесь, это прекрасно.-последние слова она произнесла почти шёпотом, одарила меня поддерживающей улыбкой и удалилась. Наконец за этот долгий день я осталась в тишине. С одной стороны это радует, можно спокойно погрузиться в себя, свои мысли. Но с другой.. Какие это были мысли? Назойливые, раздражающие, от них хотелось сбежать, спрятаться, но не получится. Сознание всегда настигнет меня, всегда. Внезапно, в душущую тишину палаты проник звук копошения со стороны койки. Я подняла взгляд. Хэрин сидела на койке и нервно поглядывала в сторону двери. — Она ведь больше не придет, да? — Зачем ты встала, тебе нужно отдохнуть, ложись.-я попыталась опустить дочь в лежащие положение, но она не поддавалась. — Мама, я выспалась на всю оставшуюся жизнь. Когда мы пойдём домой? Когда господин Ким сюда придет и что-то в своем блокнотике напишет, да? - Хэрин ёрзала, ей явно очень нетерпелось пойти домой. Но не все так просто. Я подозревала, что этот инцидент не останется незамеченным, нужно и правда подождать Кима, подписать все бумаги на лечение и сделать вид, что так и было всегда задумано. — Хэрин, ты помнишь, что было вчера? — Маам, ну что за вопросы? Наверняка мы приехали сюда на автобусе, провели типичный осмотр и меня оставили тут на ночь.-она была раздражённа такими "глупыми вопросами" матери. Хаха иронично. — А ты это точно помнишь или додумываешь?-я не собиралась останавливаться. — Нет, не помню. — А что ты последнее помнишь?-она задумчиво глянула в окно. Там и правда было красиво. Голубое небо без облачка, солнце освещало дерево перед окном, красота. Сразу и не скажешь, что это психбольница, все выглядит максимально дружелюбно. — М-м.. Я была на ночёвке у Чанбина и все. Когда мы пойдём домой?-она взяла мою руку в обе свои и затрясла. Я цыкнула. — Над.. — Здравствуйте, добрый день! Вы уже проснулись, госпожа Хэрин. -в дверь врывается доктор Ким, весело хлопая в ладоши. — Господин Ки-и-м, отпустите меня домой уже. — Извини, Хэрин, но только после курса лечения.-я заинтересованно на него посмотрела. — И сколько этот курс будет длиться? — Двенадцать месяцев. — СКОЛЬКО?! Почему так много, Господин Ким, я так всю учёбу пропущу. Мне будет восемнадцать, когда я выйду! - дочь расстроенно замычала. — Это для твоего же блага, ты знаешь. Хочешь покажу, что с тобой было все два дня шатаний по городу? - Хэрин растерялась. — Меня не было два дня..? — На, почитаешь на досуге.- врач кинул на кровать ее личный дневник. — Начинай читать с седьмого числа. И да, этого на самом деле не было, точнее было, но не с тобой. За тебя все это писало твоё расстройство, Хэрин. Ты перестала пить таблетки. Чтобы не усугублять ситуацию, тебе правда стоит пройти курс лечения. Госпожа Кан, вы согласны? Хэрин, что насчёт тебя? - она долго вчитывалась в строки, но вздохнув, подняла взгляд: — Да, я согласна. ———— Очередной день в этой больнице. Очередные завтрак, процедуры, учёба, обед, процедуры, процедуры, процедуры... За все эти двенадцать месяцев она стала, как родная. Я успела познакомиться с многими людьми, это были, как пожилые люди, вроде этой бабушки, что сейчас пытается открыть окно без ручки или того мальчика, что в какой раз перепутал бумагу и стены и сейчас спокойно разукрашивает коридор. Я познакомилась и подружилась с некоторыми врачами или с уже знакомыми немного сблизилась. Например, Господин Ли Минхо, что был так суров на первый взгляд, очень любил котиков. Я это обнаружила, когда случайно подсмотрела в его незакрытый кабинет. Или Госпожа Им Наен, она работает с детьми по младше, но и к старшим относилась хорошо, у нее всегда можно было выпросить конфеты. Это конечно не те, что я ем дома, но всё-таки. Ко мне даже один раз приезжал отец с новой женой. Пожелал скорейшего выздоровления, дал кучу какого-то барахла, что сразу у меня забрали и ушел в закат. Вроде бы все как обычно, но нет. Я быстро иду, шаркая тапочками и разнося этот звук по всей лестничной клетке. Направляюсь в кабинет не кого иного как Господина Ким Сынмина. Прошло уже ровно двенадцать месяцев, несколько дней назад был мой день рождения и он обещал, что скоро меня выпишет. И не просто за красивые глазки, а за то, что мое ментальное да и физическое состояние тоже очень улучшилось. Я теперь часто улыбаюсь, почти не думаю о прошлом и о том инциденте тоже. У меня появились мои друзья, им еще несколько месяцев тут быть, но я обязательно буду их навещать. Итак, шаги остановились, три стука, короткое "войдите" и.. — Да-да, Хэрин, мы тебя выписываем. И.. Свобода. Да, мне все еще нужно будет ходить на обследования, но моя жизнь теперь не сковывается этими четырьмя стенами и мааленьким заборчиком. Вечер близится к ночи. Я, свободная и совершеннолетняя разглядываю улицы города. Хотя.. Мой взгляд зацепился за кое-что одно. Звёзды. Я не могла отвести взгляда от неба. "Почему я раньше его не замечала? Выглядит и страшно и завораживающе одновременно. А звёзды.. Они же всё видят, но дотронуться ни до чего не могут. Они будто так близко, но на самом деле так далеко, как.. мое состояние еще год назад.. Все эти фантазии, я даже представить не могла,что столкнусь с этим. Да, это был мой последний летний лагерь , но не последнее событие в жизни. " The end Эта история закончилась, а вот моя только начинается.