Еще одна история. 21 век.

Александровск оказался довольно большим городком, пожалуй, покрупнее Затонска. Яков был даже несколько разочарован. Что он ожидал увидеть? Что-то экзотическое, с арбами и абреками. Здесь же еще был совершенно обычный русский город, со стандартной застройкой центра, районом многоэтажек вокруг, и широко раскинувшимся по окрестным холмам разномастным частным сектором. Лишь начинавшиеся сразу за околицей предгорья, стававшие всё выше, и синеющие вдали вершины, закрывавшие горизонт, напоминали – он уже не дома. Главврач местной больницы, Иван Кузьмич, немолодой, неторопливый, негромкий, оказался на рабочем месте. Глянул на документы, как на нечто давно известное: - Что ж, добро пожаловать, Яков Платонович. Не ожидал увидеть московского хирурга в нашей глуши. Тот криво усмехнулся: - Всегда мечтал работать в провинции. Иван Кузьмич, ходивший прежде по кабинету, прошел на рабочее место, словно вдруг отгородившись от него: - А у меня вот другие сведения. У нас тут, видите ли, есть свои источники информации. И, очевидно, заметив изменившееся выражение лица: - Дальше меня не выйдет, слухи мне не нужны. Обустраивайтесь. Секретарь проводит, покажет служебную квартиру. Вот документы по отделению, ознакомитесь – травматология и общая хирургия. У вас в подчинении три хирурга. Временно исполнявший обязанности зав.отделения Васильев, опытный врач, но уже пенсионного возраста. Сейчас очень востребован в качестве консультанта. Никаноров работал хирургом-травматологом в городской поликлинике. Первую помощь оказать есть кому, далее направляйте в краевой центр. С транспортом проблем нет. Штольман приподнял брови: - А третий? - Ахмед Мансуров. Этот там, - махнул рукой куда-то в сторону гор. – За баранов учился. - За… кого? - Есть там такое. Пока платишь, пока и учишься, а потом как связи лягут. У этого связей нет, вот к нам и перебрался.        К пятиэтажке подвезли с шиком – на скорой. Двухкомнатная квартира оказалась гораздо лучше, чем Яков ожидал – со свежим ремонтом и относительно новой мебелью. Вещи разбирать не хотелось. Наскоро принял душ, взял полученные документы, ключи и отправился обратно в больницу. Решил не дожидаться официального представления в понедельник, зашел в свой кабинет, полностью переоделся, прошелся по отделению. За потёртой стойкой посреди коридора никого не было - его даже никто не попытался остановить. По сравнению с московской клиникой, с её сверкающим ремонтом и современной аппаратурой, помещение напоминало сарай. Что он здесь резать будет? Баранов? Время далеко после полудня субботнего дня. Практически пустые палаты, тишина и спокойствие. Пустота в операционной. Оценивающий взгляд вокруг. Могло быть и хуже. Рядом, за такой же плотно прикрытой дверью, оказалась малая операционная – для простых случаев, не слишком сложных манипуляций. И здесь неожиданно оказались люди. Медсестра у столика с инструментами, на столе больной – пожилой мужик. И врач, молодой, высокий, смуглый – зашивал под местным наркозом небольшую, но довольно глубокую рваную рану на ноге. Яков замер у двери, но уходить не собирался. Процедура явно уже приближалась к концу, и местной стерильности его присутствие уже не помешает. Наблюдал молча. Вот уже, освободившись, повернулся врач, отдал распоряжение медсестре – та ушла искать медбрата с каталкой. Да уж, организация здесь. Врач снял маску, перчатки, повернулся, взглянув без малейшего удивления. Яков представился: - Штольман, Яков Платонович. Новый зав. отделением. Джигит, не шевельнувшись, произнес отстраненно-спокойным голосом: - Ахмед Мансуров. Он всё еще был там – на недавнем вмешательстве, еще оценивал результаты, прокручивал в голове недавние действия. Молодой совсем, явно только после ординатуры. И Яков произнес самую большую глупость в своей жизни: - Так это вы за счет баранов учились? - Я, - всё также спокойно, на чистейшем русском подтвердил тот. – Как учили – так и учился. - А зашивать где обучались? Тот с тем же выражением: - Так на баранах же. Берешь барана… Яков с трудом удержался, чтобы не хмыкнуть. Тут же, резко: - Признаки геморрагического шока. Тот растерялся, обернулся к больному, и в голосе вдруг прорезался заметный акцент: - Какие прызнаки? Нэт никаких прызнаков. Показания в норме, САД в норме. Яков кивнул: - Так. Конспекты после учебы остались? Советую освежить. На этой неделе плановая операция, вы ассистируете.