доверие...?

дэну хуево. разрыв с кольцовым дает о себе знать. ничего хорошего в их отношениях не было, но разорвать порочный круг оказалось похоже на вырывание сердца из груди наживо. обратно, конечно, вернули, зашили, но все не то. пустота. без ебаного журналиста мрак. - титов, ты чо там застрял? на вписке вовсю веселье, а он в дальней комнате смотрит в окно, лбом вперевшись. на улицах ливни. и это, блять, зима. ну, почти. денису легче, что природа страдает так же, как и он сам. схожее настроение. - да, щас иду! на ответ едва хватает сил. - мистер труток, нехорошо закатывать вечерину и самому скрываться. голос другой. титов вздрагивает от обращения, что позволял один человек. никто больше. - ты хули тут забыл? - ощетинивается, отступив в сторону. макс делает несколько шагов навстречу, закрывая за собой дверь. - тебя. попытки уловить нотки сарказма/иронии/подъебки/чего угодно проваливаются. денис устал верить. верить и получать под дых новой статьей. новым потоком говна в соц.сетях. новым треском в ребрах. - сходи нахуй, кольцов. я тебя сюда не звал. - костян позвал. - и ты пошел? - пошел. - вот и сейчас сходи. нахуй. - да ты чо заладил, дэнчик? макс не приближается. знает, что натворил. боли принес - по гроб жизни вымаливать прощение будет, да только за полгода полного игнора вся спесь куда-то делась. дениска. денисыч. диня. родной. макс вспоминает совместные пьянки, смех дениса, как доверчиво льнул, как утыкался носом в плечо. только пьяным титов терял контроль и отдавался, как никому. макс знал это. пользовался этим, как последняя мразь. и как этот погасший денис не похож на то ласковое существо, готовое ластиться к ладоням. денису что на нож пятнадцать раз напороться брюхом, что раз за разом в максовы руки падать - все одно. боль та же, только от второго смерть медленная, мучительная. и, блять, приятная. - съебись, журналист. звать по имени значит дать надежду. нейтральность лучше всего. - дэнь, я... - головка от хуя, кольцов! пожалуйста, я тебя прошу по-хорошему, уйди, блять! оставь меня наконец в покое! внизу заглохла музыка. в ушах звон собственных слов и тишины, воцарившейся в комнате. макс спросил бы банальное "ты уверен?", но прозвучит, как тупая манипуляция. - я уволился, кстати. - мало платили? - титов достает очередную сигарету, по привычке протягивает в сторону макса. сука. кольцов отрицательно машет головой. - нет. давай, как всегда. денис раскуривает одну на двоих, раскрыв окно. на плечах теплеет от максовой широкой толстовки. - мне нормально, - дергает плечом, стараясь стряхнуть. лениво, но пытается, словно не дал снова максу ключ от закрытой двери. - не рыпайся, дэнчик. затяжка-вторая, рука привычно взмывает вверх, передавая. макс хватает губами. - так что? моська твоя хуёська? - да надоело ебанину всякую писать. желтуха она и есть желтуха, не поднимется даже на чем-то громком, скорее громче обосрется. денис хмыкает. - сказать тебе, кто еще обосрался? - дай угадаю, - усмехнувшись, возвращает сигарету в губы дениса. толстовка пахнет свежестью от стирального порошка и каким-то дешманским парфюмом. максом пахнет. - я не хочу писать про тебя. денис молчит. - снова и снова вгонять металлический прут, закапывая нашу дружбу. дружба. вот как это называется. - ты мне нужен, титов. сильнее всяких скандалов и расследований. ты, блять, с третьего курса мне не даешь покоя. окурок летит в окном. медвежьи объятия, в которых денис тонет. полгода игнора. ни скандалов, ни истерик, как у поехавшего. простое "не связывайся со мной". они ни разу не пересеклись, как макс не старался. тотальное "теперь на хую повертишься ты". - без тебя ебано, дэня. - знаю. ответного не говорит. все еще больно, рана в груди пульсирует. не знает, давать ли шанс или закончить все сейчас. "ты выл без него в подушку, дениска, ты выл и подушкой этой же заглушал свой вой. ты без него сдохнешь". - дай мне шанс. я хуйло, каких поискать, но дай шанс. - дам, - хмыкает, зябкие ладони на горячие руки поверх сомкнутых на животе, - но именно шанс, а не как это было всегда. макс целует его в макушку. работы предстоит побольше, чем в хуёське, но если получится - а макс хочет в это верить - то счастливыми они все же станут. через пять или десять лет, неважно, только бы вернуть доверие.