Очевидное

Глава 6. Чай Прошло четыре дня с момента, как мы записали трек. Мы планировали его выложить на одну из стриминговых платформ, но в итоге решили, что лучше исполнить новую песню на сцене, а после предоставить в общий доступ. У нас было немало песен, выложенных на Spotify, но также было и много тех, о которых никто, кроме нас, даже и не подозревал. Дима давно говорил, что пару песен стоит выпустить, так как те были довольно классными, но одна имела некий «личный» подтекст для Антона, из-за чего никто спорить не стал. Что за подтекст – никто не знает. Другую песню выпускать не стали из-за одной части в ней, которая мотивом была похожа на одну популярную композицию. Мы подумали, есть шанс, что это станет причиной для конфликта, и просто оставили песню при себе. (А) - Да, алло? – спросил я, когда смахнул вправо по экрану для ответа на звонок. - Антон, добрый день, тут какая-то авария случилась на главном шоссе, грузчики опоздают минут на сорок. Мы можем отправить других людей, если это срочно. - Здравствуйте. М-м… - я выждал с пару секунд и продолжил, - да нет, это не срочно. Не нужно, спасибо, мы подождём. - Хорошо, всего хорошего. - До св… - я не успел договорить: звонок прервался. Как-то некультурно, а что, если бы у меня был вопрос? – подумал я. На самом деле несмотря на то, что репетиций сегодня не было, я торопился. На ужин с нашими общими с Элей друзьями. Сказал, что мне не срочно лишь потому, что эти грузчики проверенные, и удалось мне воспользоваться именно их услугами благодаря связям. Я снова посмотрел на телефон и нажал на контакт «АРСений». Спустя четыре гудка мне наконец ответили. - Да, Антон? - Арс, привет. Ты занят сейчас? - А что? – вопросом на вопрос ответил тот. - Слушай, я сейчас вещи перевожу, а грузчики опоздают минут на сорок. У меня были планы, и я не успею осуществить их, если предпочту встретить и проконтролировать выгрузку вещей. Ты не мог бы сделать это за меня?.. – аккуратно и с виной в голосе спросил я, - С меня банка вкусного чая. Арсений молчал несколько секунд, видимо думая о чём-то, и на мгновение мне показалось, что что-то не то со связью, но на том конце ответили. - Да, без проблем. Чай себе оставь. И адрес скажи точный? - От души, Арс. Теневой переулок сорок один, второй подъезд, двадцать четвёртый этаж, квартира четыреста восемьдесят три. Я оставлю ключи за почтовым ящиком в подъезде. - Понял, скинь адрес ещё в сообщении. Я запомнил только Теневую улицу. - Переулок, - поправил я, - окей, ща скину. (П) Я подъехал к новой квартире Антона в полвторого, на улице, несмотря на ноябрь, стояла солнечная и, я бы даже сказал, жаркая погода. Я подошёл к подъездной двери и позвонил в квартиру двести семьдесят четыре. - Кто? – прозвучал из динамиков нежный высокий голос. - Извините, не могли бы вы открыть дверь? Я перевожу вещи и забыл ключи в квартире. «А ничего поправдоподобнее придумать не смог?» — сказал я сам себе. - Ой, конечно, заходите. По голосу это была пожилая женщина, так что и не удивительно, что она сразу приняла мои слова за правду. Взглядом я обвёл чистый, ухоженный подъезд, когда наконец-таки обнаружил почтовые ящики, почему-то максимально скрытые за лестницей. Я потянулся к ящику с цифрой четыреста восемьдесят три и обнаружил за ним не только ключи, но и небольшую баночку чая. Чёрного, вкусного - в этом я даже не сомневался - чая. Лёгкая улыбка проскользнула на моём лице, а сразу после за спиной послышалось щебетание девушки. - Здравствуйте, Вы к кому-то пришли или заселяетесь? – спросила она. Этот вопрос показался бы мне бестактным, если бы не теплота, разливавшаяся в моём теле, - ой, извините, бестактный вопрос. - Нет, нет. Всё в порядке. Я просто помогаю перевезти вещи знакомому. - А ваш знакомый, случаем, не на двадцать четвёртом этаже живёт? - Извините, я не могу ответить на этот вопрос, - уточнение девушки показалось мне уже слишком, переходящим границы. - Ой, нет, нет, это вы меня простите. У меня сегодня настроение очень хорошее, вот и не вижу границ… - девушка виновато посмотрела на меня из-под полуопущенных ресниц и вдруг я почувствовал какую-то вину. Я улыбнулся и спросил её имя. - Наташа. - Арсений, приятно познакомится, - я протянул Наташе руку. - Взаимно. Вы меня простите, я побегу, просто опаздываю. Только сейчас я заметил в её руке торт, который она держала за ниточку на коробке, который всё это время она прятала за спиной. - Какой-то праздник? - У подруги День рождения. - Ааа, ну с Днем рождения Вашу подругу. - Спасибо, хорошего дня! – с улыбкой на лице ответила новая знакомая, быстро проскочив мимо меня на улицу. - Вам тоже. Проводив её взглядом, я увидел грузовик, подъезжающий к подъезду. Посмотрев на часы, я понял, что это грузчики, которых я ждал через пятнадцать минут, но приехали они через пять. Спустя полтора часа все вещи были выгружены и занесены в квартиру пятью крупными мужчинами. *** Время десять вечера, и я наконец-то иду домой. После того, как выпроводил грузчиков, я решил прогуляться до площади в центре города и посмотреть новую инсталляцию, которую наконец открыли. Пустая книга с пером символизировали свободу слова. По крайней мере так было написано на табличке рядом. Осознав какое сейчас время года, я понял причину холодной погоды и свежих луж на улице. Мне нравилась осень своими красками и возможностью уютно посидеть у подоконника, наслаждаясь чаем, пока за окном идёт дождь. Но не более. Холод, зонты, занимающие много места, желание остаться дома, осознавая, что до работы придется ехать дольше обычного. Всему этому я не очень импонирую. Хотелось бы сказать, что и сейчас мне не доставляет никакого удовольствия ходить по мокрым прогулочным дорожкам, но настроение у меня довольно хорошее. И это вовсе не из-за того, что, придя домой, я буду пить вкусный горячий чай. Я достал из кармана телефон, вспомнив, что хотел поблагодарить Антона, когда тот освободиться и, как он обещал, позвонит мне. Звонка я не дождался и решил просто написать сообщением. «Антон, вещи выгрузили. Спасибо з…». сообщение я дописать не успел: сзади тяжелым весом навалились, казалось, двое мужчин. Разбив нос и губу о землю, я наконец понял, что происходит. Различил я как минимум три разных голоса. Было не исключено, что это был один, размножившийся в голове монолог. В ушах звенело. Я почувствовал, как из левого кармана пальто вытаскивают кошелёк. Я наделся, что телефон, лежавший подо мной, останется при мне. - Сломай ему ногу. Фраза пронеслась эхом в голове. Вместо острой боли перелома ноги, я почувствовал на спине и руках много сильных ударов. Они шли один за другим, напоминая автоматную очередь. Ударив пару раз по голове, тяжелый ботинок наконец прилетел мне в затылок. «Чай я сегодня не попью…» - пронеслось в голове, и я потерял сознание. *** (Повествование от воздуха) Возвращаясь с работы домой, Наташа заметила лежащее на земле тело. Списав человека на бездомного, она обошла его как можно дальше, а приглядевшись узнала в мужчине недавнего нового знакомого: Арсения. Она подошла к нему поближе и заметила кровь на щеке, а потом и на руках, вперемешку с синяками. - Господи! – пискнула та. Наташа оглянулась по сторонам в поисках помощи, но на улице уже был час ночи и никого в округе не было. Причиной такого позднего возвращения домой была поздняя смена в ресторане. Наташа, несмотря на работу официанткой, получала немаленькую зарплату, так как работала в дорогом, престижном ресторане. Девушка сразу вызвала скорую, а всё время, пока ожидала прибытия помощи, просидела около мужчины и крутила в голове варианты причин произошедшего. Скорая приехала на удивление быстро, минут за пять. Наташа с ужасом смотрела как Арсения поднимают на носилки, помогают девушке забраться в машину и закрывают дверцы. *** (А) - Привет, - поздоровался я с парнями и сразу задал вопрос, не дав им ответить, - вы с Арсом вчера не списывались? Димы ещё не было, либо же он куда-то ушёл, а Женя и вовсе глаз на меня не поднял, что-то активно читая в телефоне. - Ну, только утром, а что? – ответил Серёжа. - Я вчера днём попросил его помочь, вечером после мероприятия хотел поблагодарить, но он не отвечал. Написал ему сообщение, а оно до сих пор не прочитано. Я позвонил в компанию грузоперевозки, сказали, что всё было выгружено. А где Дима, может он с ним списывался? - Какая компания грузоперевозки? – Женя оторвался от телефона и теперь смотрел на меня, слегка приподняв бровь. - Да ёб твою… - эта ситуация так взволновала меня, что я совершенно забыл о том, что о переезде знает только Арсений. - Антон, что за компания? – повторил вопрос Женя. В целом скрывать уже не было смысла. - Я переезжаю. Район лучше, условия проживания… Короче не важно это сейчас, где, блять, Дима? - В лаунж. Серёже я ничего не ответил, а сразу направился в комнату отдыха. - Дим, ты с Арсом общался вчера? – без приветствий начал я. Тот жестом показал мне немного подождать. - Надь, я не знаю, говорил уже. Попробуй позвонить Владу, он же сначала на электрика учился. Нет, я не могу, у меня только его старый номер. Да, - прошло около половины минуты, по всей видимости, монолога Нади, прежде чем Дима наконец открыл рот, - секунду, мне кто-то звонит, ща. Тот с недовольным лицом сбросил звонок с девушкой. - Алло? Да. Коллега. – лицо Димы приняло недоверчивый вид, - в смысле? В каком? А можете ещё раз ФИО повторить? Хорошо, сейчас буду. Дима обратил взгляд на меня. - Что? – взволнованно спросил я. Я примерно догадался, что услышу от него, после слова «коллега». - Арс в неотложке. - Твою мать! Какое отделение? - Восьмое. - Чё стоишь, шевелись, поехали! Моментально проскользнув из комнаты отдыха через коридор к двери, я совершенно не разобрал ни единого слова Серёжи и Жени, которые, видимо, спрашивали причину такого поведения. Тем не менее те пошли за нами. Я сел в свою машину, Дима в свою. Серёжа и Женя не то, чтобы отказались поехать именно со мной, а просто не имели выбора. Я выехал со стоянки моментально. Дрожащими руками набрав в навигаторе на приборной панели «Отделение неотложной помощи» выбрал из вариантов, предоставленных ниже, второй: «Отделение неотложной помощи №8». Спустя пятнадцать минут я наконец добрался до места назначения и пулей влетел в здание. - Здравствуйте, где я могу найти Перова? - Добрый день, эм… секунду… - женщина на стойке регистратуры опустила глаза на монитор перед собой. - Анастасия, посмотрите, пожалуйста… - подошедший мужчина не успел договорить, как та перебила его. - Ой, Олег Дмитриевич, извините, подскажите, пожалуйста, что с… как вы сказали? – спросила она меня. - Перов, - дрожащим голосом ответил я. - Так… Перов… Эм… простите, как вас? - Антон. - Антон… Я вам очень соболезную… «Нет, нет, нет!» - эхом отзывалось острой болью в голове. Я смотрел на врача переполняющимися болью глазами. - Он умер. Извините, - констатировал тот. Мне не хотелось знать какое выражение было на моём лице после этой фразы, окончательно подтвердившей мои опасения. Но какое бы оно ни было, работники отделения явно привыкли к такому, потому как просто молча смотрели куда угодно, лишь бы не мне в глаза, выражая сочувствие. Боль пронзила всё тело, ударив резко, будто сотни ножей разом прошли насквозь всего меня. - Что с Арсом? – ко мне подбежал Дима, следом я увидел Женю и Серёжу. Я бросил на них умоляющий взгляд. Глаза заполнили слёзы, а я просто молча взирал на парней. - Простите, как вы сказали? – спросил врач, всё еще стоявший молча около стойки регистратуры и посмотрев на Диму. Тот прибывал в непонимании, но повторил вопрос. - Я спросил, что с Арсением. - Ой… - раздосадовано бросил мужчина, - прошу прощения, похоже в нашем отделении два пациента с фамилией Перов, либо вы что-то напутали, ребят. – переведя взгляд на меня, поспешил пояснить тот, - я имел в виду человека с другим именем. Анастасия, проверьте информацию по Арсению Перову. Правильно? - Да, - я определённо понимал, что это ошибка, – просто ошибка и с Арсом в той или иной мере всё нормально – но мозг ещё отказывался воспринимать эту информацию. А вдруг с ним то же самое? В попытках успокоить себя я поискал взглядом место, куда можно сесть и, не обнаружив, подошёл к ближайшей стене и облокотился на неё плечом, сунув руки в карманы. Спустя минуту я забеспокоился насчёт долгого ожидания, но Анастасия тут же выдала: - Он сейчас в десятой палате, но я сейчас уточню можно ли к нему. – с этими словами она щёлкнула что-то компьютерной мышкой и пропала в коридоре справа от стойки. Дима подошёл ко мне в то время, как Женя с Серёжей ничего не понимали и пытались выпытать информацию у врача, который спокойно объяснял им ситуацию. - Выглядишь так себе, - сказал Дима так, будто это было новостью для меня, - всё хорошо, он как минимум живой, остальное уже не важно. - В смысле не важно? А если у него сломаны рёбра? А если он теперь не сможет ходить? Что вообще с ним случилось, что его в неотложку приняли? А концерт? У нас послезавтра концерт, мы что делать будем? - Давай сначала посмотрим, что с ним, а потом уже будем делать какие-то выводы, - преспокойно заключил Дима. Выражение, с которым он это произнёс, означало окончание разговора. Анастасия вернулась спустя пять минут. - Минут через сорок к нему можно будет. Вы можете посидеть в коридоре, - она указала рукой себе за спину, - вам сообщат, как можно будет войти. - Спасибо, - сказал я и прошёл в коридор, не обратив внимания на компанию. Только спустя десять минут, успокоившись, я смог разглядеть обстановку. Просторное помещение с белыми стенами блестело чистотой. Мягкие, голубоватого цвета диваны стояли друг напротив друга через каждые полтора метра. Холодное освещение не то, чтобы наводило панику, как, казалось, должно было, а больше успокаивало. Наконец из одной из дверей, которая значилась под номером десять, вышла молодая девушка. В коридоре, на удивление, не было никого, кроме нас четверых, а потому та подошла к нам. - Вы в десятую палату? – спросила она мягким, спокойным голосом. - Да, - бросил я. - Вы можете зайти, только ненадолго. Минут на десять. Сразу метнув взгляд на закрытое помещение, из которого только что вышла, судя по всему, медсестра, я подскочил и направился к двери. Войдя внутрь просторной палаты, я увидел Арсения. Его руки были в синяках, левое предплечье и правое запястье забинтованы окровавленной в некоторых местах тканью, а на лице бросались в глаза царапины. Одна из них тянулась от скулы до подбородка и от этого зрелища мне стало не по себе. Было не понятно спит Арсений или просто лежит с закрытыми глазами. - Арс… - проронил я. Тот что-то неразборчиво промямлил, и я понял – второе. Подойдя к нему, я поближе рассмотрел раны на лице и заметил с левой стороны лица, практически у уха, шов, который я не мог увидеть, стоя с правой стороны. - Боже, что вообще произошло? – спросил я и только потом подумал, что ему сейчас может быть тяжело говорить. - На меня вечером напали, - пояснил тот вопреки моим опасениям. - Что? Ты их запомнил? Сколько их было? - Не запомнил. Человек… трое, может… двое… или вообще четверо, я не знаю… Смотря на то, как всё-таки тяжело даётся ему разговаривать, я вздохнул, поджав губы, и опустил взгляд. Только сейчас я понял, что в помещении слишком тихо и оглянулся. Сзади никого не было. Почему парни решили остаться в коридоре, я не знал. Идти и проверять их тоже не было желания. Я снова поднял взгляд на Арса, который уже смотрел на меня, а не в потолок, как делал до этого. - Твою мать… - сказал он. - Что? – прозвучало это взволновано. Впрочем, я действительно заволновался. Тот помолчал с полминуты, а затем наконец обрёл голос: - А я чай не попробовал… Я вытаращился на него изумленным взглядом. - Арс, ты идиот? - Нет, - он тихо засмеялся. -Арс, ты идиот. В этот момент в дверь зашла медсестра. - Извините, мне нужно сделать перевязку, - сказала та. Ничего не сказав, я вышел в коридор.