Слушай, а можешь...

Я разомкнул заспанные глаза от раздражающего звона будильника. Не спал почти всю ночь — мысли о вчерашнем заели. Внутри будто осталась дыра: вина, злость, тревога. Я снова и снова открывал чат с Фэнгом. Хотел написать. Просто сказать всё, как есть. Но… Почему должен именно я? Разве не он всё начал? Весь этот спектакль. Да, я согласился, но… чёрт. Это всё равно чувствуется как предательство. Себя, наверное. На экране телефона мигнуло сообщение от Колетт. Чего она так рано? Потом. Не сейчас. Я с усилием протёр глаза — лицо будто было из песка. Волосы спутались и лезли в глаза, но мне было плевать. Встал. Побрёл в ванную. Надеюсь, однажды я пойму, чего вообще хочу. Пока я шёл в школу, в голове крутилась тысяча сценариев, что может произойти. И ни один из них не выглядел хорошим. Вроде бы на улице стало теплее, но мне было всё равно — сознание было затуманено. Очнулся уже у дверей школы. Наверное, у меня упало давление, но неважно, поднимусь в класс — сосредоточусь на уроках. Я почти дошёл до кабинета химии, когда заметил знакомую фигуру. Фэнг. Но выглядел он… не как обычно. Это был не тот яркий, солнечный парень, что сиял при каждой встрече. Нет. Он шёл ссутулившись, словно под тяжестью чего-то невидимого. Серое худи вместо его привычных цветастых кофт. А взгляд был… Опустошен? В руке он что-то мял — скомканный лист? У меня внутри кольнуло. «Что, чёрт возьми, стряслось?» Я замер, но всё же попытался его окликнуть, вышло лишь тихое: — Эй… Он не шелохнулся. Просто продолжил идти, будто меня не было. Это было больно. Почему? Почему мне так больно? Может, не стоит вмешиваться. Но… Бастер! Он должен знать, что происходит. Я сорвался к расписанию. 10 «В» — у них сейчас немецкий. Сердце забилось быстрее. Ноги сами понесли меня к кабинету иностранного. Среди учеников я заметил Бастера — он сидел на подоконнике, голова опущена. Я подошёл ближе. Руки дрожали. — Бастер, где Фэнг? Что с ним происходит?! — мой голос прозвучал громче, чем я хотел. Бастер поднял голову и приспустил очки. — О, тебе уже интересно? А может, это ты объяснишь? — в его голосе чувствовалась злоба. Он зол на меня. Конечно. Я ведь даже не извинился. — Я не понимаю… — Да брось. Хочешь знать, что произошло? А кто сказал, что твоей подруге понравятся открытки? Я замер. Сердце оборвалось. — Я не… — Она стояла перед ним и сдерживала смех! — Бастер сорвался на крик. — Сказала: «Извини, ты милый, но я не приму это». Ты этого добивался? Хотел посмотреть, как он облажается? Так? Я не мог сказать ни слова. Просто стоял и слушал. Он ненавидел меня и имел право. Я сделал выбор. Я солгал. Это моя вина. И теперь страдают другие. Я ведь знал, что так может случиться, почему же не остановился? Почему не сказал правду? — Прости меня… — это было всё, что я смог выдавить. Я развернулся и сбежал. Мне нужно было уйти. Но куда? В голове была одна мысль: найти Фэнга. Зазвенел звонок. Всё равно. Мне плевать. Найду его прямо сейчас. О каких уроках речь? Химия мне никогда не нравилась.

***

Где он может быть? Блин. Найдись. Пожалуйста. Я оббежал все мужские туалеты. Пусто. Заглянул в раздевалки, спортзал — никого. Даже успел спрятаться от училки. Куда он делся? Неужели он… Нет. Нет-нет-нет. Только не это. Надеюсь, он не полез на крышу. Мне стало по-настоящему страшно. На эмоциях можно натворить что угодно… Хотя я надеюсь, что он не такой человек. Я обошёл ещё один поворот и вдруг замер. Под лестницей, в том самом тёмном углу, где обычно прячутся курящие старшеклассники, сидел Фэнг. Его спина была прижата к стене, колени поджаты к груди, лицо уткнуто в них. Он даже не заметил, как я подошёл. Только плечи подрагивали еле заметно. Я застыл, не зная, дышать ли. Это был он. Без ярких эмоций, без ослепительной улыбки, просто Фэнг. Разбитый. Один. Я медленно приблизился и присел рядом, стараясь не спугнуть тишину. — Фэнг… Он не ответил. Только крепче обхватил себя руками. — Я… искал тебя, — пробормотал я, опуская взгляд в пол. — Ну так поздравляю, нашёл, — его голос был хриплым, будто царапал изнутри. — Прости… Он вздрогнул, медленно поднял голову. Глаза покрасневшие, в уголках — следы слёз. — Прости? — повторил он с глухим смешком. — Это всё, что ты можешь сказать? — Я не знал, что так выйдет. Я… — Да пошёл ты! — неожиданно сорвался он. — Ты что, думал, будет весело? Поиграть с чужими чувствами, а потом как ни в чем не бывало приходить? Он резко встал, спиной ударившись о лестничный пролёт. — Я как дебил, с этой грёбаной открыткой… — он вытащил её из кармана и со злостью сжал в кулаке, — А она… она стояла там, смотрела на меня и едва не смеялась! Фэнг едва взглянул на меня, губы дрожали. — Я был уверен, что ты сказал ей. Я верил. А ты просто молчал! — У меня не было такой цели. Я думал, что все обойдется, что она откажет — и всё, на этом закончится, — мой голос начал слегка подрагивать. Фэнг внезапно притих. Но тут же отвечает: — И ты все равно продолжил смотреть как я унижаюсь? Волшебно! — его лицо отвернулось от меня, он смотрел куда-то в стену, — А ты вообще думал, что я чувствую? — Фэнг, я не знал, что тебе будет так больно! Я… не хотел… — дрожь в коленах все никак не уходила, а стоять на ногах становилось все сложнее. — Чёрт, да ты придурок! Хочешь сказать, что я реву из-за ее отказа? — вдруг его лицо стало таким серьезным и пустым, что я опустился на корточки вниз, опираясь на стену. — Нет.? Но ты ведь… — — Мне больно, потому что ты не был со мной честен! Я бы не стал пытаться впечатлить ее, если бы знал, что всё бесполезно. Я бы это принял… Но почему же? Ты же всегда казался мне прямым. Надёжным… — Я впервые увидел как этот парень плачет… из-за меня? Блять. Эдгар, что же ты заварил… Мы ведь лично знакомы всего ничего, а он так… — Я наверное просто испугался, думал что это разрушит то, что и так только-только начало выстраиваться. Не заметил как ты стал больше, чем просто мальчик из параллели… — Я проговорил эти слова на одном дыхании, с меня словно сняли тяжелый груз. Вдруг я вспомнил отца. Назвал его трусом, при этом сам повел себя не лучше. Как же хреново. После моих слов, мы замолчали. Никто не продолжил. Наверху было слышно как бегает началка и раздражающе вопит, к нам это отдавало лишь приглушенным эхом. Казалось словно в этот момент время остановилось и ничего уже не было важно. Фэнг лишь слегка сопел и все также сидел, прижав колени. Я осмелился и придвинулся к нему ближе, но так чтоб не задеть. Во мне долго не просыпалось чувства сожаления к чужим людям, но сейчас, он уже кажется не таким уж и чужим. Сев рядом, мне в нос ударил аромат его шампуня. Отдает чем-то ягодным, вперемешку с карамелью. Я был бы рад если бы этот запах оставался рядом подольше.