Я решу твою проблему.

***

      После смерти Дрейка прошло три года. Жизнь и правда стала лучше. После многократный допросов и расследований, Эндрю снова оказался в приюте. Он был готов к этому. Но всё равно было больно. Кас отказалась от него. Отказалась из-за смерти родного сына, которого и человеком то было сложно назвать. Эндрю не было жаль. Он не раскаивался, что практически дал наводку на убийства этого урода. Не винил себя, потому что Дрейк по прежнему приходил к нему и мучил. Только на этот раз во снах. После недели в приюте он смирился, что у него никогда не будет семьи. Он принял своё одиночество. Но ему по прежнему не было жаль. Какого же было его удивление, когда ещё через неделю за ним пришли. Пришла его кровная семья. Его брат, кузен и дядя. Это было удивительно… И кажется тогда, Эндрю поверил что правда может быть счастлив.

***

      Это чувство длилось не долго. Эндрю, фамилия которого теперь была Миньярд, жил в доме своего дяди, а его брат продолжил жить с матерью. Они виделись пару раз в месяц, но каждый раз Эндрю испытывал трепет и радость. Но и это длилось только до тех пор, пока он не заметил побои на теле Арона. Ярость. Вот что тогда испытал Блондин. Он был очень зол. На Тильду, себя, на весь этот мир. Два года. Целых два года он терпел и топил в себе эти чувства. Но любому терпению приходит конец. Его закончилось вчера…       Арон в захлебываясь слезами прижимался к брату. На его теле не было живого места. Синяки, ссадины, даже несколько лёгких парезов. Последней каплей стали эти слова: — Она. Она накачала меня наркотиками. Сказала что так я буду тише… Сказала что это отлично работает… — он отстранился от брата вытирая слезы. — Эндрю, мне страшно. Блондин ничего не ответил, снова обнимая брата. Он несколько раз разговаривал с Тильдой. Говорил, чтобы она перестала. Угрожал и просил перестать изводить его семью. Не помогло. Значит пора действовать. Он не мог позволить этой дуре подсадить Арона на наркотики. Это слишком жестоко. Он решит эту проблему. Он убьет Тильду.

***

      План появился в голове почти сразу. А вот для реализации понадобилось время. Но он ждал. Ждал нужного момента. Момента, который наступит завтра…

***

      Сигаретный дым медленно рассеивался в темноте. Снова ночь и снова парк. Эндрю не мог уснуть из-за осознания, что именно он собирает сделать завтра. Он собирается убить мать его брата. Самого дорогого для него человека. Он знал, что скорее всего Арон возненавидит его после этого, знал что его могут поймать и посадить. Знал что он может испортить себе жизнь этим действием. Но ему было плевать. Он хотел уберечь семью. Любым способом. В голове всю ночь были лишь напряжение и негатив, но сейчас, в безлюдном ночном парке, он снова подумал о нем. О своём голубоглазом спасителе. О человеке что убил его личного монстра, что спас его просто так. Эндрю раньше часто вспоминал его. Часто думал о непослушных рыжих кудрях, о той самой шоколадке, фантик от которой хранился у него ещё год. Потом перестал вспоминать. Перестал, потому что стал сомневаться. Сомневаться в его реальности. Подросток начал думать что был лишь его сон, а шоколадка… Просто совпадение. От этих мыслей, Почему-то, становилось очень грустно. Как-будто часть жизни забрали и сказали забыть. Но он не забывал. Всегда помнил. Ещё детский, но уже немного сломанный, голос всё ещё звучал в его голове. То самое имя, что произнёс его ночной помощник перед исчезновением, он помнил его. И каждый раз, когда просыпался от кошмара с Дрейком, повторял его в слух и про себя. Оно помогало. Было что-то вроде оберега. Кошмары оставляли парня после произнесенного тихим шёпотом: Натаниэль. Вот и сейчас, перед таким значимым событием его жизни в голове появился образ рыжего парня. Он бы хотел увидеть его снова… За спиной послышались шаги. Тихие, но не крадущиеся, ночной гость хотел, чтобы Эндрю знал о его присутствие. Блондин хотел было повернуться, но его остановил знакомый, до сладкой боли в животе, голос: — Не смотри. Миньярд не понимал реакции своего тела, почему оно послушно замерло не оборачиваясь. Почему послушался?! Этот человек может быть угрозой! Эти мысли пропали когда человек остановился прямо за его спиной. Эндрю покрылся мурашками. Сигарета всё ещё была зажата в его руке. — Куришь? В голосе была еле заметная насмешка. Эндрю протянул ему сигарету не оборачиваясь. Ночной гость взял её. На секунду, их пальцы соприкоснулись. От этого лёгкого и незначительного на первый взгляд действия Эндрю покрылся мурашками. Он был настоящим! Он мог дотронуться до него! За спиной послышался выдох, что-то тёплое коснулось его шеи. Дыхание. — Почему ты здесь? Эндрю задумался. Мог ли он рассказать своему Спасителю причину бессонницы. Да. Определённо мог. А ещё он хотел попрощаться, если вдруг не выживет. От этой мысли Миньярд отмахивался целую ночь. Он не хотел верить в то, что он и правда мог умереть в той аварии, которую собирался подстроить. — Я… не могу уснуть. Он не мог. Что самое смешное, не мог, потому что было стыдно. Стыдно за переживания, или за то что собирался совершить убийство — было не понятно. За спиной хмыкнули. Тёплое дыхание коснулось его нежной шеи. Кожа снова покрылась мурашками, когда парень заговорил: — Причина? Его губы были слишком близко к его коже. Он чувствовал каждое слово на своей шеи. — Я… — стало страшно. Он не мог сказать этого в слух. Не мог признаться, это было выше него. — Я не могу сказать. Прости. — Не извиняйся. Ты мне ничего не должен. Безликий собеседник отстранился, выкидывая сигарету. Задумался на пару секунд, а затем спросил: — Имя. Блондин опешил. Откуда он знает?! — Что?.. — Имя того, из-за кого ты не спишь. Эндрю не мог дышать. Неужели его ночной друг снова хочет помочь ему? Это было слишком сложно принять. — Зачем оно тебе? — голос предательски дрожал. Парень за спиной больше не приближался, но его призрачное дыхание всё ещё ощущалось на шеи блондина. — Я могу сделать это. Помочь тебе. К тому же, — за спиной захрустели камушки, парень стал покачиваться, передвигая их — Мне снова скучно. Только сейчас подросток задумался о том, что его ночной спаситель здесь делал. Он решил узнать. Дыхание всё ещё не хотело вернуться полностью, поэтому вопрос прозвучал шёпотом. — Что ты тут делаешь? — Очевидно. — в голосе сквазились нотки разочарования. — Ты сам знаешь. Эндрю знал, знал что не сможет дышать до конца ночи. Холодок пробежал по спине. Хрипение — вот что вырвалось из горла. — Ты пришёл ко мне… — Ты гений, Ненси. Рыжий усмехнулся. — Ненси? — Ну типо, Ненси Дрю. По-моему неплохо. Да. Эндрю определенно нравилось, но только вторая часть. — Как скажешь, Дрю. Он с ужасом понял, что сказал это в слух. Щеки предательски потеплели и кажется покрылись румянцем. Хорошо что он всё ещё был спиной к собеседнику. Что кстати ему не слишком нравилось. — Я хочу увидеть тебя… Минутная пауза. Эндрю испугался, что всё это время, на самом деле был один. — Хорошо. Блондин медленно повернулся и застыл. Он понял что не дышал, только когда тёплое дыхание обожгло лицо вместе со словом: — Дыши. Всё те-же чёрные мешковатые вещи, рыжие непослушные кудряшки, пухлые губы, безразличное лицо и глаза. Яркие, холодные голубые глаза. Они смотрели прямо на Эндрю. — Ты… Это ты… — Очевидно. Рыжий скучающе зевнул. — Мне всё ещё нужно имя. Эндрю сглотнул. — Мне нечего тебе предложить взамен. Натаниэль нахмурился. — Я уже говорил тебе. Очень жаль, что ты не запомнил. Снова это легкое, напускное разочарование. Он не двигаясь смотрел на Эндрю, ожидая. А Эндрю смотрел в ответ пытаясь понять, зачем? Он снова не понял что произнёс это в слух. — И на это я тоже отвечал. Блондин затряс головой. — Я не понимаю. Почему? Почему ты мне помогаешь? Я же… Я же ужасен. Это правда. Парень призирал себя. Он всё ещё не мог отмыться от фантомных прикосновений. Не мог смотреть в зеркало без боли и воспоминаний о детстве. — Не смей говорить так о себе. — теперь голос был правда злым. — Ужасен тот, кто внушил тебе это. Тот кто сделал так, чтобы ты так думал. Глаза защипало. Ему никогда не говорили такого. Даже семья, они попросту не знали обо всех пережитых им ужасах. Голубые глаза сверкнули в темноте парка. — Мне нужно имя, Дрю. Имя того что заставил тебя не спать и думать так о себе. От нового прозвища в груди заныло и приятно потянуло. — Тильда… Тильда Миньярд. Моя мать. Рыжий лишь кивнул. Отойдя ещё на шаг, он хотел было развернуться чтобы уйти но его остановили. — Натаниэль! — парень замер. Нат медленно поднял взгляд на лицо блондина. Глаза прищурились, а затем он улыбнулся. Подошёл ближе, но остановился на расстоянии шага. — Я хочу дотронуться. Да или нет? Проблемы с дыхание были очевидны. Но парень собрался всё свалить на проклятые сигареты. — Да. Он закрыл глаза готовясь к чужим рукам на талии, бёдрах, лице где угодно, но… Рыжий осторожно ткнул, его сжатую в кулак, ладонь пальцем. — Ты в праве меня бояться. Я убийца. Но в этом случае, не проси остаться. Я не хочу этого. Нат снова отстранился, но не успел сделать и шага. Его руку крепко сжали. — Не уходи… Он снисходительно улыбнулся. Расслабил ладонь переплетая их пальцы. — У тебя есть семья, Дрю. Брат, кузен, дядя. Чтобы не сделала твоя мать, я решу это. Я не позволю ей или кому бы то ни было причинять тебе вред. Но я не нужен тебе. Я опасен. И не могу остаться. Но всегда буду рядом. Я приду как только понадоблюсь. Эндрю сожмурился когда понял что его щеки мокрые от слез. Тем временем его руку отпустили. Ладони коснулось что-то в пластиковой обёртки. Блондин распахнул глаза смотря на руки, он сжимал шоколадку. Такую же как и в прошлый раз. Парк бул пуст. Глаза снова защипало, а щеки намокли. На этот раз он ни за что не избавиться от этого подарка.

***

      На следующий день в дом Хэмиков пришёл полицейский. Именно он сообщение о смерти Тильды Миньярд. Арон тогда затрясся в истерики, Ники кинулся его утешать, Лютер зажал рот ладонью, а Эндрю… Эндрю всхлипнул и прошептал беззвучное «Спасибо.»