Но любовь...

Я люблю тебя, это плохо. И вот, все вроде бы начало возвращаться к истокам- никто его не бил, вновь пошли пасмурные дни, он опаздывал на английский, ходил на свой кружок. Ему даже показалось, что это и есть счастье - когда нету изменений. Когда все так мило и сонно, что хочется порой лежать, обняв своего плюшевого медведя, и засыпая, думать о дожде в еловом лесу. Мама порой пересказывала, что там приключилось в её дешёвом сериале. Выходные, обед. Но вот, только всё словно уснуло, его разбудил среди щебетания матери вопрос: - Так ты согласен? - На что? - Ходить к нему на уроки. - К....к кому? - Вашему преподователю, я же только что сказала! - Преподователю... - По английскому. Мистер Дженкинс. - А с чего это я должен ходить на английский? - Потому что он сам мне сказал, что дела обстоят плачевно. У тебя сплошные двойки, и ты не желаешь учиться абсолютно. Вот он и будет с тобой заниматься дополнительно. О боже. Этого то ему не хватало! Надо было спасать себя. - Послушай... Мама, он странный. - В смысле? - Я не знаю, но скорее всего, у него проблемы с головой. Аято сам не понимал, почему он избегает Хаула и считает его необычным. Только сейчас он задумался. А ещё он не горит желанием дополнительно заниматься этим отвратительным языком. У него итак нервный тик из за второго английского по понедельникам. - Знаю я тебя, лишь бы отлынивать. Будешь к нему ходить, не знаешь английского- не знаешь качественного образования. - Мама-а-а... - А, мне же Марии надо было позвонить!- и она поспешно смылась. И вот, пятница. На дополнительный урок Аято шел с такой хмурой миной, как будто он залетел в долги длинною в жизнь. В кабинете давно задвинули стулья, и уборщица провела по полу шваброй. Н-у-у. Аято решил все ему высказать в лицо, и обрубить все эти занятия. Он не мальчик, он парень, самостоятельный парень. Хаул пришел на две минуты позже, и лучезарно с ним поздоровался. - Ну что, приятель, рад что выпала возможность одолеть свой ненавистный язык? Он что, издевается? Дженкинс сел напротив, положил учебник, и Аято, потеряв терпение, сказал ему, без страха глядя в глаза: - Вы можете от меня отстать? - Прости?..- бледно-голубые радужки с непониманием уставились в ответ. - Почему вы без всякого предупреждения сказали моей маме, что мне нужны дополнительные занятия? - он повысил тон,- У меня итак проблем по горло и я .... Он замолк от неожиданности- Хаул протянул белоснежный палец и на секунду приложил к его губам. - Ну-ка, чего ты распылился так,?- он солнечно рассмеялся,- Я все с радостью тебе объясню. - Ну, так объясняйте! - Видишь ли, скоро я уйду из вашей школы, я тут подумал, будет не лишним попытаться втянуть тебя в английский, ведь я сделаю всё, чтобы ты полюбил его. А ваша прошлая учительница вернётся вновь, но она, как я понял, далеко не собирается чему нибудь вас научить. Аято не знал что ответить, но это его никак не успокоило: Хаул все равно не заставит его заниматься английским. Он чуть нахмурил брови, и опустил недовольные фиолетовые глаза, и тогда Дженкинс вновь хихикнул и ударил его по плечу. - Ладно, давай так. Позанимаемся всего 2 недели, вообщем: 4 занятия, считая с этим. И будешь свободен, как птица. - Идёт. Хаул открыл учебник и придвинул к нему.