Эхо будущей войны

      Сокомандники разделились.       Саске не мог сказать правильное это решение или нет. Хоть и он хотел поддержать друга, но не знал, как это сделать. Да и нужно ли это будет самому Наруто. Когда был уничтожен его собственный клан, когда на его глазах были убиты его родители, Саске просто хотел побыть один. Тогда это было ему необходимо. И Саске считал, что это также поможет и его другу. Он поддержит Узумаки, не оставит его одного, но сначала тот должен все обдумать сам…              Саске же отправился в сторону квартала Учих. Он хотел воочию увидеть, в каком состоянии сейчас находиться клан. И не произойдет ли тут тоже, что случилось в его родном мире.       Это не его клан. Не его семья. Но если он сможет помочь… Если не допустит геноцид…       Он шел мимо клановых ворот, внимательно всматриваясь в лица Учих. И видел он то же, что и тогда. Те же реакции, те же взгляды жителей. Страх, ненависть и презрение… Правление Четвертого лишь отсрочивало неизбежное. Да, клан ещё существует, хотя уже как шесть лет должен быть вырезан. Но это ненадолго…       В квартал его никто не пустит, да и сам он не сильно то туда и стремился...       Саске сам себе не мог с точностью ответить, хотел ли он вновь встретиться с семьёй. Да, мир другой, но они же просто неотличимы. Все, кого он встретил из клана, были так похожи на самих себя из его реальности, но… Да, это пресловутое «но». Смотря на знакомые лица, он словно видел живых мертвецов.       Пройдя мимо кланового квартала, Саске направился к зданию военной полиции Учиха. Сам того не желая, он шел туда ради одного — он отчаянно стремился увидеть лица своих родителей. Противоречащий логике порыв. Не в силах остановится он всматривался в каждую встреченную фигуру. Надеялся увидеть своих родителей и брата… и одновременно боялся этого. Пришедшая мысль об ошибочности его поступка пришла к нему слишком поздно.       — Мама, — одними губами прошептал Саске.       Он стоял посреди улицы и неотрывно смотрел на лицо женщины, точной копии его матери. Легкая улыбка. Спокойный взгляд. Она шла по улицу и увлеченно с кем-то разговаривала, но Саске не обратил внимание на её собеседника. И вот она заметила направленное на себя внимание.              Разговор женщин прекратился. Они остановились в паре метров от Саске.       — Юноша, почему вы на меня так смотрите? — обеспокоенно спросила Микото Учиха. — И почему вы плачете?              — А? — Саске коснулся своей щеки. Слезы стекали по его щекам. — Простите, — он легко поклонился женщине, стирая рукавом кимоно дорожки слез, — просто вы очень похожи на мою маму… только глаза другие.              Да, глаза… они смотрели с беспокойством и долей тревоги, но совсем не так, как смотрела на него его родная мама…       — Я, наверное, пойду… — осознав свою ошибку поспешил удалиться.              Он лишь мельком взглянул на стоящую рядом с Микото женщину. Точно такая же, как её описывал Наруто. Кушина Узумаки. Саске лишь мельком отметил слабость аловолосой женщины — единственное отличия от рассказа друга.       Сейчас Саске также, как и Наруто, нужно было подумать. И он направился на так знакомый ему причал у небольшого озера, на котором он когда-то встречал закаты шесть лет назад…

***

      Наруто шел по людным улицам деревни. Он смотрел себе под ноги не в силах взглянуть в лица тех, кого он не смог защитить. Он вспоминал ту иллюзию, в которой его запер Обито. Тогда ему было проще. При встрече с родителями он знал, что они — лишь иллюзия, созданная силой шарингана. Но сейчас он не в гендзюцу. Все они — живые люди. И от этого становилось только хуже.        В голове мелькали моменты его жизни, проведенные с друзьями. Ирука-сенсей, Какаши-сенсей, бабуля Цунаде, Сакура… Множество лиц и имен возникали в его голове и тянули на дно, во тьму отчаяния. Но что-то внутри Наруто пыталось бороться. Пыталось вырвать его собственное Я из лап безысходности. Но все попытки сопротивления смывались новым волной воспоминаний. Нагато, веривший в то, что Наруто сможет принести мир между странами. Джирайя-сенсей, чьи ожидания он не оправдал…       Он должен был умереть там. Вместе с его родным миром. В той жалкой попытке борьбы. Но он жив. Только ради чего? Здесь он чужой. Все, кто был ему дорог мертвы. В чем теперь смысл его жизни? Но ведь есть Саске… А сам Саске хочет жить в этом мире? Не считает ли он своё существование таким же бессмысленным?       Ноги привели Наруто к одному из значимых для него мест. Всегда, когда ему было грустно он приходил сюда. Раменная Ичираку. В любой день, когда бы он сюда не пришел, он получал свою долю счастья и спокойствия. Сколько он себя помнит, все обиды и печали он частенько заедал раменом…       Может и сейчас, после миски горячего рамена, станет легче?       — Здравствуйте, — сел он за стол, — порцию рамена с говядиной.       — Сейчас будет, — ответил ему задорный голос старика Теучи. — Первый раз в нашем заведении?       — А? Хм… Да, в первый.       На этом разговор и утих.       Сидя на высоком стуле, Наруто почувствовал, как что-то скатилось из-за пазухи непривычного в ношении кимоно куда-то набок. Протектор Конохи.       Наруто достал повязку, когда-то врученную ему Ирукой. В отражении потертого металла ему виделся давний разговор с первым человеком, что признал его не как Демона Лиса.       “Когда-нибудь я стану Хокаге и превзойду всех предыдущих!!! И тогда вся деревня признает мою силу!”       Как наивно…       “— Кстати, сенсей… У меня к вам просьба…”       “— Какая? Хочешь добавки?”       “— Нет. Можно мне померить вашу головную повязку?”       “А, это… Нет, нет, это только после выпуска. Это знак того, что ты уже стал шиноби…”       — Братец, почему ты плачешь? — звонкий голос вырвал его из воспоминаний.       — А? — Наруто повернулся и увидел девочку. Светлые волосы. Голубые глаза. И по три полоски на щеках.       Девочка с какой-то наивностью смотрела ему в глаза ожидая ответа на свой вопрос.       — Мои друзья… погибли, — шёпотом начал говорить Наруто. Сейчас ему просто хотелось высказаться хоть кому-то…       — Это… — девочка не знала, что на это ответить. — Соболезную…       — А я вот недавно шиноби стала, — спустя пару минут молчания звонкий голос вновь вывел Наруто из раздумий. — Ты ведь тоже шиноби…       Сейчас она смотрела на протектор в руках парня.       — Почему ты держишь его так? Мы — шиноби — должны гордо носить протектор своей деревни! — все ещё пыталась растормошить его девочка.       Ей ещё никогда не приходилось утешать кого-то от смерти близких, но девочка всеми силами хотела помочь незнакомцу. Поэтому она решила попробовать отвлечь его разговором.       — Мне… незачем больше быть шиноби…       — Это… как это… — такой ответ парня сбил её с мысли. Наруто заговорил прежде, чем девочка успела собралась что-то на это высказать:       — Я стал шиноби, чтобы получить признание людей. Когда меня признали, я продолжал быть шиноби, чтобы защитить близких…       — Почему же сейчас ты хочешь все бросить? — все с такой же наивностью в голосе спросила девочка.       — Потому что некого больше защищать.       Девочка молчала. Она попросту не могла понять, что значит потерять всё, что тебе дорого. Наруто говорил и пытался увидеть в лице своего отражения из этого мира ответ.       — Ради чего мне теперь быть шиноби? Ради чего мне вообще быть?       Девочка, до этого неотрывна смотрящая ему в глаза, впервые за разговор отвела взгляд.       — Я не знаю… — все, что она могла сейчас ответить. Она сейчас обдумывала слова парня и пыталась поставить себя на его место. Чтобы сделала она? — Я… я бы продолжила быть шиноби…       — Зачем?       — Если бы я испытала боль от потери близких, я бы постаралась сделать так, чтобы никто в Конохе эту боль не испытал… Я бы продолжила защищать Коноху, ведь здесь мой дом…       Девочка вновь посмотрела в глаза Наруто. Она продолжала говорить, а Наруто уже не слушал. Он просто смотрел на эту версий себя самого и… понимал, что не хочет, чтобы она пережила то же, что и он. Он уже узнал про нападение Кьюби на Коноху. События немного изменились, но все опять может прийти к одному, известному Наруто, финалу. И он был против того, чтобы сидящая перед ним девчонка, что только получила протектор и с наивными добрыми глазами пытается помочь ему… он был против того, чтобы она страдала.  В его силах изменить её судьбу. Нечто внутри него, отчаянно борющееся за жизнь, уцепилась за новую, едва оформившуюся цель существования всеми конечностями.       — Хорошо, — прервал он девочку. — Как тебя зовут?       — А? Наруко. Моё имя Намиказе Наруко, — улыбнулась она.       — А я — Наруто. — Он протянул в её сторону сжатый кулак. — рад встрече.       — Ага, и я, — весело улыбнулась Наруко.       — Я последую твоему совету. — твердо сказал Наруто. — Но и ты тоже должна стать сильной, и не позволить своим близким умереть.       — Хорошо! Я обещаю, — с серьезным лицом кивнула Наруко.       — А в качестве гарантии, — задумчиво покрутил свой протектор в руках Наруто. Посмотрел на Наруко и протянул его её. — Держи.       — Эй! Это же твоя повязка! Я не могу её взять! — возмущенно вскрикнула девочка.       — Нет. Бери. Я приму его назад, лишь тогда, когда ты станешь достаточно сильной. Хорошо?       Наруко на это лишь кивнула и приняла повязку.       — Вот и хорошо. А теперь я должен идти.       Парень лишь мельком взглянул на давно остывший рамен, что всё время разговора стоял перед ним, и положил деньги на стойку.       — Эй! Постой! — кинулась девочка в след уходящему парню, но того уже нигде не было. — Ушел…       — Эх, ну и для кого я, спрашивается, готовил? — покачал головой Теучи. — Наруко, думаю тут оплата и за тебя, — подсчитал старик оставленные деньги.       — Правда?       — Да. И пока ты все не съешь, я тебя не отпущу, — выставил Теучи на стол большую миску рамена. — Ты хорошо справилась, Наруко.       — А? Наверное, — она посмотрела на отданный ей протектор. — Он мне кого-то напоминает…       — Угу. Очень уж на Минато похож…       — На отца?!

***

      Саске сидел на причале и смотрел на заходящее солнце. Открывшаяся перед ним картина спокойной глади воды и слабый ветер навевали воспоминания о детстве. Именно сюда он часто приходил подумать и этим же он занимался сейчас…       Это не его родной мир и не его родной клан, но понимание того, что он не может все так оставить, не покидало его. Даже несмотря на все отличия в истории все придет к тому же, к чему и в прошлый раз. Уничтожение клана. Война шиноби. Возрождение Джуби. Кагуя. Но как это предотвратить? Нет. А нужно ли это предотвращать? Сохранить клан Учиха. Остановить возрождение Кагуи. Это Саске действительно хотел предотвратить. Но… Именно для противостояния Мадаре все страны объединились и были готовы забыть прошлые обиды. Да, это был только первый шаг к настоящему миру. Но без Четвертой Войны Шиноби страны так и продолжат бессмысленную резню. Великим странам нужен общий враг и Саске уже знал, кто будет этим самым врагом. Но сначала стоит гарантировать начало войны…       От мыслей его отвлекло чье-то присутствие. Наруто стоял на тропинке и прямо как тогда в детстве, смотрел на Саске. Встретившись взглядом с другом, Учиха теперь мог вздохнуть спокойно. Глаза Наруто больше не были пустыми. В них вновь горел огонь. Но уже не надежды. Решимости.       — Саске, — Наруто спустился к пирсу и взглянул в глаза друга. Он тоже теперь видел решимость во взгляде Учихи.       — Наруто, — легко кивнул ему Саске. — Что ты собираешься делать?       — Мы не смогли спасти свой мир. Давай спасем хотя бы этот.       — Ну, — слабо улыбнулся на слова друга Саске. — В этом наши мысли схожи. Обсудим все по дороге в Отафуку.       — Да. И ты не знаешь, что тут с реинкарнациями Ашуры? — неуверенно поднял новую тему Узумаки.       На это Саске лишь вопросительно поднял бровь.       — Последняя реинкарнация Ашура — девушка…       — А? — начавший уже идти с причала Саске остановился, внимательно осмотрел Наруто, и о чем-то задумался. — Хах. Хи-хи, — не удержал смешок Учиха, за которым и вовсе последовало нервное хихиканье.       — Эй! Ты о чем там подумал?! Саске!

***

      Минато вернулся домой после тяжелого рабочего дня. Впрочем, после того как он стал Хокаге не один день для него не был легким. Отношения к Учихам в деревне тоже вызывало головную боль. Но от этого хотя бы страдал не только он, но и Фугаку.       Сын сейчас отправился на тренировку, а дочь уже давно должна была вернуться с очередной миссии D ранга, о бесполезности и скучности которых заявляла не только в кабинете Хокаге, но и при каждом удобном случае дома. Увы, но с эти ничего нельзя было поделать. Она стал генином всего лишь десять дней назад и дать её команде что-то сложнее — все равно, что отправить их на смерть. Какаши все ещё вынужден отвлекаться на одиночные миссии и редко проводит для седьмой команды тренировки…       — Я дома! — привычно выкрикнул он, снимая обувь.       — Минато! — радостно встретила его Кушина, выглянув в коридор. — Ужин почти готов. И, — её лицо немного посерьезнело, — ты не знаешь, где Наруко?       — Она пропустила обед?       — Ага, — выдохнула Кушина. — Но и тренировку по фуин тоже…       Но вопрос открытым стоял не долго. Стоило только Минато сесть за стол, как раздался звук открытия двери.       — Я дома. — прозвучала фраза непривычно тихо. А спокойные шаги, вместо привычного выбегания на кухню вызвали нехорошее предчувствие у родителей.       — Что-то случилось? — обеспокоенно спросила Кушина. — Тебя кто-то обидел? Только скажи и я быстро с ними разберусь! — Даже несмотря на проблемы со здоровьем она была готова накостылять любому, кто хотел навредить её детям.       — Нет мам, — нервно завертела головой Наруко, и отвела взгляд — Просто…       — Что-то все-таки случилось? — спросил севшую за стол дочь Минато. Наруко же была полностью в своих мыслях.       — А? Ну-у. Сегодня мне встретился парень и…              — И как? Он красавчик? — начала энергично выпрашивать Кушина. Такого рвения, наверное, не проявляет ни одна другая мать. — Он тебе понравился?       — Ма-ам, — тихо протянула Наруко. И смотря на дочь, Кушина поняла — тут было что-то серьёзное.       — Прости.       — В общем… я увидела его в Ичираку и, — секунды две девочка подбирала слова, — взгляд у него был… как у Какаши-сенсея, когда он приходит на кладбище… только ещё хуже.       — Оу. У него кто-то погиб? — уже осторожней спросила Кушина.       — Да, все близкие, — Наруко опустила взгляд в тарелку с карри. От воспоминаний о разговоре с Наруто, а после и разговор с Теучи… от всего этого полностью пропал аппетит.       “…люди с таким взглядом часто кончают жизнь самоубийством…”       Слова Теучи заставили девочку задуматься. А что было бы если бы они не встретились? Ему бы кто-нибудь помог? Или больше некому было бы помогать?       — Я попыталась как-то помочь ему. Хотела отвлечь его от плохих мыслей… Тогда он сказал, что ему больше незачем быть шиноби…       — Можешь сказать, как его зовут? — впервые за разговор подал голос Минато.       — Наруто. Имя похоже на моё…       Сколько бы Минато не напрягал память, кого-то с таким именем он не мог вспомнить. Изначально это имя главного героя книги Джирайи-сенсея. В честь него хотели назвать Наруко, но родилась девочка и имя немного изменили.       — А, о чем вы ещё говорили? — напомнила о себе Кушина.       — Ну-у… эх… Он хотел стать шиноби, чтобы защитить своих друзей, но теперь… он потерял смысл жизни.       Минато с Кушиной слушали слова дочери с печальным выражением лица.  Они оба однажды потеряли близких на войне и миссиях. Там же они видели, как люди могут лишиться вместе с товарищами и смысла своего существования… Между тем, Наруко продолжала говорить:       — Когда он спросил меня, ради чего ему продолжать быть шиноби, я начала рассказывать то, как бы поступила я…       Вспоминать тот разговор было трудно. Тогда она пыталась понять Наруто и пыталась представить то, чтобы делала она если бы из близких, из её семьи, не осталось никого…       Рассказ Наруко между тем подходил к концу.       — …тогда я решила для себя, что стану сильнее, чтобы суметь защитить своих друзей… И… он взял с меня обещание, что я стану сильнее…       То, о чем рассказывала им дочь, заставляло ей гордиться. Не каждый человек будет даже словом помогать незнакомцу. И судя по всему, она смогла помочь этому Наруто… Тут внимание Кушины и Минато привлекло то, что дочь достала из кармана комбинезона протектор.       — Он передал мне свой протектор, и сказал мне вернуть его, когда я стану достаточно сильной, — это заставило Минато задуматься. Парень решил податься в нукенины? Но тогда теряется большая часть смысла его слов и действий. Из раздумий Минато выдернул голос дочери. — Пап. А, пап. Могу я… носить его протектор? Сейчас мне кажется, что это было бы правильно…       Просьба дочери выглядела безобидной, хоть и может вызвать некоторые вопросы по документации. Но для начала…       — Хорошо, только дай мне взглянуть на номер протектора, — он был обязан больше узнать о потенциальном нукенине.       — Спасибо.       Разговор на этом утих. Каждый думал о своем и даже Наруко наконец приступила к еде.       — Но он хоть красивый? — непринужденно спросила Кушина спустя несколько минут молчания.       — Кх, — от неожиданности Наруко чуть не подавилась рисом, — Мама!       — Ну что… Мне же правда интересно.       — Хм… Ну-у, он немного старше брата. И очень похож на папу…       — Что?       — Как это?       Такое заявление заставило обоих родителей удивиться. Но у Кушины были для этого свои причины.       — Правда. Вы с ним внешне очень похожи…       — Хм…       — Кушина? — повернулся к задумавшейся женщине Минато, что-то в этом хмыке показалось ему странным.       — Сегодня я гуляла вместе с Микото и нам встретился юноша. Если вспомнить, то он своими чертами лица похож на Саске и говорил, что Микото на его мать очень похожа, только глаза отличаются…       С одной стороны — совпадение, но с другой… Это можно назвать паранойей, но для Минато вся эта ситуация выглядела весьма подозрительно.