Любовь, как приход

Антон захлёбывался в слезах, когда рядом с ним на корточки, присел Рома. Подняв голову альбиноса чуть вверх, он произнёс: — Ну что же ты ревёшь? Что опять не так, Тош? — маниакально улыбнувшись, он убрал ладони и Петров ударился головой об пол, не ожидая резкого движения. — Что же ты так не аккуратно, Антош? Сильно болит? — положив голову себе на колено, Пятифан стал наблюдать за потугами блондина встать. — Ну что же ты молчишь, Тошка, будто немой? Скажи уже что-нибудь, слишком скучно. — Неужто, ты думаешь, что тебе всё сойдёт с рук, Пятифанов?! — попутно вытирая со своего лица слёзы и сопли, начал мямлить паренёк. — В кого ты превратился?! — альбинос пытался говорить более уверенно, но головная боль явно прерывала все старания парня. Вздохнув, Рома продолжил свою речь: — Ты ещё долго будешь лежать на полу? Он грязный, вставай. Да и мне скоро нужно будет уходить, так что нам надо закончить быстрее. — брюнет посмотрел на часы и развернулся обратно, к лежащему на полу Антону. — Рома я…- начал было говорить Петров, но его перебили. — Что ты? Продажная сука? Я знаю это. — гаркнул брюнет. — Я не такой! Ты же знаешь… — всхлипывал Петров, — это вынужденные меры. — С чего бы им быть вынужденными? Ты сам принял решение торговать своим телом. Скажи «‎спасибо», что я не заломал тебя здесь и сейчас. Я ведь просто сдерживаюсь, — ответил Рома с легкой ноткой неприязни в голосе. Спустя некоторое время, когда от альбиноса не было никаких звуков и движений, Пятифан встал с места и подошёл ближе к Петрову. Осмотрев первого с ног до головы, брюнет на выдохе сказал себе под нос: — Ох, отключился наконец, хоть домой спокойно доедем. — присев, парень обхватил обмякшее, от трёх часовой истерики, тело и понёс к выходу. *** Очнувшись, Петров сначала не понял, где он оказался, но потом его как током ударило. Тело бросало и в жар, и в холод, а сердце стучало так, будто сейчас выпрыгнет. Вдруг, в комнату вошёл брюнет с подносом в руках, Антон не мог разглядеть что на подносе, так как был без очков. — Ой, ты уже проснулся! Выспался? — мило улыбнувшись, Роман сел рядом с кроватью и поставил поднос на тумбочку. — Да, спасибо. — альбинос отвёл взгляд в сторону, дальше пытаясь разлядеть спальню. — Покушай, не зря же я это готовил. — взяв тарелку в руки и набрав немного еды в ложку, он поднёс её ко рту Антона. — Я не особо голоден сейчас… — попытался отнекиваться от приëма пищи парень. — Потом же плохо станет, лучше съешь. — приставив ложку прямо ко рту, приказал Рома. Через силу запихнув в себя пищу и укрывшись одеялом, альбинос лёг обратно в постель. «Чёрт меня побери, как мне теперь отсюда уйти?..» — думал про себя Петров, укрываясь всё сильнее, будто какое-то одеяло могло спасти от чего-то ужасного. По его щекам, из-за нахлынувших мыслей, вновь побежали слёзы. В то время Роман собирался на важную встречу и не сразу заметил, что его возлюбленный тихо хнычет. — Тоша, я собираюсь уходить, веди себя хорошо, ладно? — парень раскрыл немного белобрысого для того, чтобы поцеловать, но увидел его зарёванное лицо. — Антошенька, ты чего опять плачешь? — парень начал вытирать второму слёзы. — Я так не могу! Я будто домашнее животное… Я так не хочу! — залился слезами Петров. Секунда. Звук удара. Тишина… Рома сам не понял, что он только что сделал, но уже точно пожалел об этом. Моментально поменявшись в лице, он стал трястись и вскоре сел на пол. Заливался слезами теперь Пятифан, а Петров, до сих пор прибывал в шоковом состоянии, задержав руку на месте удара, приподнялся с кровати. Брюнет, всхлипывая, начал говорить: — Я такой мудак. Прости меня, пожалуйста! Я случайно! Я правда животное… — повернув голову в сторону альбиноса, брюнет встал перед ним на колени — Бей меня столько, сколько твоя душа пожелает. — Я не буду тебя бить, я прошу тебя только об одном: отпустить меня отсюда! — вцепился в чужой воротник Петров — Почему именно я?! Почему я должен терпеть это?! За что? За что ты испортил мне всю жизнь?! — тряся Рому, орал Антон, срывая свой голос. Вдруг Пятифан опрокинул его на кровать, оказавшись над ним. Замкнув крики Антона поцелуем, Роман начал снимать с него пижаму, оголяя белоснежное тело. Закончив с этим, брюнет начал поспешно расстёгивать ширинку своих брюк. Мгновение спустя альбинос оказался вжатым в кровать. Только парень хотел что-то сказать, как Рома со всей силы вошёл в него до упора. Сначала брюнет дал привыкнуть своей пассии, двигаясь медленно, но вскоре начал вдалбивать тело парня в кровать, толкаясь в него всё сильнее и сильнее. Второй, в свою очередь, осипшим, от криков, голосом пытался произнести только одну фразу — «‎остановись». *** Антон отключился, не продержавшись под таким напором и тридцати минут, а Рома, заметив, что первый в отключке, сразу же остановился. Он укутал юношу в одеяло, а сам пошёл приводить себя в порядок. Переодевшись в новый костюм, парень позвонил кому-то по телефону и предупредил, что задерживается. После чего подошёл к возлюбленному, погладив его по волосам и поцеловав в лоб, тихо проговорил: — Не волнуйся, я ненадолго. — тепло улыбнувшись, паренёк вышел из комнаты, а потом и из дома.