Голод демона

       На удивление Сантии, Дамиан привёл её к небольшому двухэтажному зданию, расположенному в начале дворцового квартала. В подобных домах обычно жили мелкие дворяне. Но разве высшие маги не должны обитать в величественном особняке у магической башни? Тем более управляющий назвал Дамиана придворным магом, значит его место вообще во дворце, разве нет?        — С возвращением, господин.        Дамиан едва успел спешиться, как к нему подбежал невысокий юноша, чтобы подхватить поводья лошади. Сантия его толком разглядеть не успела — он уже увёл кобылу на задний двор. Вероятно, там располагалась конюшня.        Дверь в дом была деревянной, узорчатой, на вид крепкой. Никакого ключа Дамиан не вставлял, да и самого отверстия под него не видно. Маг только схватился ладонью за ручку, отчего по дереву прошла едва заметная рябь, словно пространство вокруг исказилось.        — Дай руку, — велел Дамиан.        Сантия нерешительно подчинилась, и её ладонь тут же заменила ладонь мужчины. Кожу неприятно кольнуло, но это ощущение сразу прошло, стоило магу сделать несколько движений пальцами, после чего дверь слегка приоткрылась.        — Хозяин, это… охранное заклинание?        Сантия не смогла промолчать о своём предположении, слишком оно поразило её. Невероятно сложное заклинание.        — Откуда ты знаешь? — Дамиан чуть придержал дверь, обернувшись к рабыне.        — Чи… читала, — её голос неуверенно дрогнул. — Но… вы ведь не снимали старое заклинание, чтобы войти, верно? Го… хозяин, это был многослойный узор с исключениями? И вы сейчас добавили к нему ещё слой, чтобы кроме вас, я тоже могла беспрепятственно открывать дверь? Разве… это можно сделать так… легко?        — Хм, любопытный у тебя круг интересов.        Девушка невольно шагнула назад. Вроде бы ничего такого страшного она не сказала, но то, как Дамиан склонил голову, прищурив глаза, её насторожило. Да и на вопрос он отвечать, кажется, не собирался.        — Сантия, напомни, ты же с Мельничных полей?        — Д-да, хозяин.        — И твои родители были мельниками?        Она кивнула, вжав голову в плечи. Неприятное чувство. Но Дамиан, вроде бы, удовлетворился этим, наконец-то полностью открыв дверь.        — Проходи.        Интерес, поддерживающий её до этого, значительно угас, но не подчиниться Сантия не могла.        Почти сразу за входом шла большая светлая комната, похожая на гостиную, а в глаза бросилось огромное количество громоздких стеллажей, полностью забитых книгами. Осторожно ступая по деревянному полу, Сантия сделала несколько шагов вперёд и остановилась, чтобы внимательно осмотреться. В конце просторной комнаты две лестницы: одна вела на второй этаж, другая уходила в подвал. Слева закрытая изогнутая дверь, справа ещё одна комната с виднеющимся у окна обеденным столом.        Желудок Сантии неприятно заныл, напоминая о голоде, но она продолжила оглядываться. Что-то казалось не так, помимо уже отмеченных странностей. Дом действительно выглядел небольшим, светлым, тихим и… пустым? Вот оно! Где все слуги? А другие рабы? Пока было видно только конюха, но их обычно не пускали внутрь городских домов. Разве не должен был уже хоть кто-нибудь подойти, чтобы хотя бы забрать у господина плащ? Судя по тому, каким привычным движением тот закинул его в один из шкафов — нет.        — А-а… — почему-то не хотелось лишний раз привлекать к себе внимания, но отсутствие людей Сантию сильно встревожило. — Хозяин, а где все?        — Кто «все»?        — В-ваши слуги…        — Весь дом оплетён чарами. Здесь не нужны слуги, — перебил её Дамиан. — Есть хочешь? Вряд ли тебя успели покормить.        Предложение поесть было очень кстати, однако оно не отогнало тревогу.        — М-м-м… Хозяин, — осторожно позвала Сантия, последовав за магом мимо примеченного ранее длинного стола. — Нам сказали, что вы ранее уже приобрели четырнадцать рабынь…        — Возможно, я покупал их не для себя, или перепродал, или они в другом доме, а может, пришли в негодность — тебя это не касается.        Дамиан, прошедший в конец трапезной, остановился у прочной тёмно-коричневой двери, похожей на дубовую, и обернулся, всем своим видом показывая, что развивать эту тему не намерен.        На это возразить было нечего. Действительно, на всё воля хозяина: хочет — дарит, хочет — продаёт, а при желании и убить может. Что же ждёт её?        — Там кухня, — он указал на дверь. — Но готовить тебе не надо, всё под чарами. Смотри внимательно, как работает эта магия. Заклинание активируется от прикосновения и приказного тона. Слова распознает само, — маг три раза громко стукнул кулаком по центру стола и громко произнёс: — омлет из двух яиц с серыми грибами, краснопёрка, тушеная с лимоном, булочка с сыром. Чёрный чай с листьями мяты в двух чашках. Кувшин воды. Подать        Сантия, ничего не понимая, смотрела то на Дамиана, то на стол и кухонную дверь.        — Понадобится несколько минут, чтобы всё приготовилось.        Она ещё никогда не слышала о подобных заклинаниях. То есть всё должно приготовиться само? Или её просто разыгрывают и на самом деле на кухне кто-то был?        — А можно мне посмотреть, хозяин?        — Дверь на кухню всегда заперта, даже не пытайся открыть. Пользуйся только так, как я показал. Еда появится там, где активируешь заклинание, — он безразлично указал на стол, на котором только что ничего не было, а уже прямо ниоткуда материализовалась белоснежная скатерть, следом кувшин воды.        Чары, творившиеся на столе, одновременно и манили и пугали. Это точно высшая магия. Сантия о подобной даже не слышала. Боясь подойти ближе, она невольно вытянула шею, чтобы лучше видеть, как постепенно материализовался весь заказ. Не появились только столовые приборы и бокалы для воды.        — Запоминай, где лежит посуда, — коротко бросил Дамиан, достав из буфета то, чего не хватало.        Затем, он переставил тарелки с едой, оставив во главе стола только чашку чая.        — Садись, — он указал на место слева от себя, где стояла еда. — Ешь. Чай и воду можешь пить в любом количестве, но к вину в доме тебе прикасаться запрещено.        — Хозяин, вы хотите, чтобы я села за стол? — осторожно произнесла Сантия, не двинувшись с места. — С вами?        Вероятно, она всё же не так поняла. Где это видано, чтобы господа даже слуг с собой сажали, а уж тем более рабов. Если только… Вроде, с любовницами в качестве исключения могли интимный ужин устроить.        — Садись, говорю, — чуть резче повторил Дамиан. — Когда в доме нет посторонних мне всё равно.        Ладно, раз позвал сам, отказываться от еды Сантия не собиралась, тем более та так соблазнительно пахла. Кружочки незнакомого жёлтого нечто, лежавшего рядом с рыбой, будили любопытство. Явно еда с чужих земель. Правда, подозрение в том, что здесь творилось нечто странное, только усилилось.        — Хозяин, — неуверенно снова произнесла Сантия, не решив ещё, как сформулировать своё беспокойство в вопрос. — Эм-м… — она опустила глаза, глядя на пышный омлет с грибами, словно ища в нём поддержки. — У вас тут… всё делается само собой, под заклинанием? Я правильно поняла?        Девушка в ожидании ответа подняла голову, но увидев, что Дамиан так же не притронулся к еде, и смотрит на неё, слегка покраснела.        — Допустим правильно, — усмехнулся маг. — Что дальше?        — Зачем тогда вы купили меня, хозяин?        Страшно. И стыдно. Но Сантия решила, что лучше сразу прояснить.        — Как… — её щёки сильнее покраснели, — как наложницу?        — Вот уж где-где, а на моём ложе ты мне точно не нужна.        Стало немного легче. Всё-таки без господской постели она была рада обойтись. Губы Сантии невольно тронула лёгкая улыбка.        — Но тогда…        — Ешь, — перебил её Дамиан. — Вся еда тебе, — и он отвернулся, сделав глоток из красивой фарфоровой чашки, чем продемонстрировал, что разговор окончен.        Сантия со вздохом снова посмотрела на стол, только обратив внимание, что вся еда в одном экземпляре, Дамиан подтянул к себе только чашку чая.        Неловко, но не спорить же. Тем более, от запахов во рту уже собиралась слюна. Голод одолевал.        Это было необычно. Но вкусно. Только булка, после долгой жизни на мельнице показалась чуть хуже, чем у неё дома… Точнее бывшего дома.        — Ты наелась? — осведомился Дамиан, когда Сантия положила на опустевшую тарелку столовые приборы.        — Д-да, хозяин. Спасибо, — покорно произнесла она. Смущение, чуть отступившее во время еды, вернулось снова.        — Хорошо. А теперь, Сантия, расскажи мне, откуда дочь мельника может знать о принципах плетения заклинаний? Да и вообще умеет читать?        Так вот почему он смотрел на неё с подозрительным прищуром. А Сантии даже в голову не пришло, что её познания выглядят странно.        — Я… — она запнулась, не зная, как лучше ответить, чтобы этот ответ не вызвал ещё больше вопросов. — Наверное, мне лучше будет начать с начала…        Девушка неуверенно подняла глаза, забыв добавить «хозяин». Дамиан, кажется, этого не заметил. Или не обратил внимания, ожидая продолжения.        — У нас… у меня бабушка по папиной линии была дворянкой. Из низшего сословия, правда. Она вышла замуж за мельника, моего дедушку. Её род тогда уже был разорён… долгая история, да это и не важно. Из всего приданного у неё осталось лишь несколько книг. Среди них были книги по волшебству. Она научила нас с братом читать. А у Роя… У моего брата оказалась способность к колдовству. У него была мана… В общем, — сбивчиво подвела итог Сантия, — оттуда и знаю. Много лет видела, как Рой тренировался. Мечтал в волшебную академию попасть.        Она слабо улыбнулась, но тут же грустно потупилась, замолчав.        — Ну и как? Попал? — Дамиан не понаслышке знал, что крестьянам туда поступить сложно, но при большом таланте возможно.        Сантия печально покачала головой.        — Он умер пять лет назад вместе с нашим отцом от горячки. Была сильная эпидемия. Рой… — её голос дрогнул, — он долго пытался соткать целительное заклинание для отца, но не мог совместить узоры. И так, пока мана не кончилась. Если бы он себя так не истощил… — Сантия вздохнула, но снова заставила себя улыбнуться. — Теперь-то уже без разницы.        Дамиан понимающе кивнул. Исцеляющие заклинания при тяжёлых заболеваниях идёт от четырёх слоёв. Их очень трудно качественно соткать, особенно, когда сам болен.        — У тебя остались родные?        — Мать. Теперь ещё отчим и два сводных брата.        — Тот самый отчим, что тебя в рабство продал? — презрительно фыркнув, Дамиан откинулся на спинку стула.        — Ну… В этом году была засуха. Очень плохо с урожаем…        — И что, мать не возражала?        Сантия нервно дёрнула плечами.        — Наверное.        Это была ложь, но девушка не нашла в себе силы рассказывать о том, как её мать кричала и плакала, пытаясь заслонить дочь от мужа, собравшегося увезти Сантию. Даже сильная оплеуха, от которой пожилая женщина упала, не остановила её. Она продолжила умолять мужа, вцепившись в его штанину. Но мужчина был неумолим. Он заявил, что и так целых три года кормил чужую дочь, и больше терпеть её в своём доме не намерен. Раз за это время не смогла замуж выйти, пусть возвращает потраченные на неё деньги как может.        Дальше было хуже. Он пригрозил уехать и увести с собой маленьких сыновей. Мол, пусть выбирает, кто ей дороже: одна взрослая дочь или два двухгодовалых сына.        — И что, совсем их не винишь?        Голос Дамиана прервал тяжёлые воспоминания. Сантия не выдержала и опять подняла на него грустные глаза. Презрительная усмешка мага вызвала недовольный смешок. Как она могла винить мать, потерявшую сознание от горя, так и не сумевшую озвучить свой выбор. Девушка поборола пытающиеся прорваться эмоции и вновь неопределённо пожала плечами, повторив:        — Наверное.        Зрительный контакт затянулся. Молчание тоже. Пока Дамиан не вздохнул, уронив голову набок:        — Глупая, наивная пташка.        Сантия в ответ успела только удивлённо моргнуть, Дамиан бросил на стол три золотые монеты.        — Сейчас сходи в торговый квартал. Дом портного второй на площади, слева от дороги. Купи себе одежду, бельё… Всё, что нужно.        Деньги на столе снова заставили Сантию усмехнуться. Целых три золотых на тряпки. Она сама стоила в десятки раз меньше. Её отчим получил всего лишь одиннадцать серебряных и три медяка. Смешно, если бы не привёз её с отрезанными волосами, было бы на серебряный больше, так ему сказали в доме рабов. Жалел, небось, что не захотел потратить немного времени на освобождение её косы.        — Для того, чтобы купить правильную одежду, мне нужно знать каковы будут мои обязанности, — Сантия бережно собрала монеты со стола и, опомнившись, добавила: — Хозяин.        — Покупай что захочешь.        — Но всё же, хозяин, что я должна буду делать? Мне нужно…        — Быть рабыней, — Дамиан чуть наклонился к девушке, смотря прямо ей в лицо. Его взгляд похолодел, в интонации появилось пугающее напряжение. — Выполнять всё, что я велю и хранить все тайны этого дома.        По коже пробежала стайка мурашек. Сантия невольно сглотнула, после чего кивнула, чуть помедлив. Внезапной смены настроения она не понимала, но уточнять больше ничего не захотелось. Очевидно, она ошиблась, думая, что у неё будут какие-то конкретные обязанности. Они есть у служанки, а рабыни делают всё, что повелит хозяин.        Внезапный стук кулаком по столу вызвал испуг, а от громкого приказа Сантия едва не сжалась.        — Очисти стол.        Понадобилось несколько секунд, чтобы понять: маг обращался не к ней, а к зачарованному дому. Со стола постепенно начали исчезать все предметы.        — На поход к портному даю тебе два часа, — Дамиан первый поднялся из-за стола и жестом потребовал того же от Сантии. — Не вернёшься — верну сам и буду считать за попытку побега.        — Мне нет смысла…        — Сейчас молчи и стой смирно, пташка.        Непонимание вызвало небольшую обиду. Такое ощущение, что она заочно виновата, хотя на самом деле Сантия не собиралась даже пробовать убегать, осознавая полную бесполезность этой затеи. В силе магии она была уверена. И с небольшим испугом отнеслась к тому, что Дамиан перед ней начал снова шевелить пальцами, очевидно, собираясь наложить ещё одно заклинание. Как выдёргивают нити из маны, Сантия хорошо запомнила, наблюдая за своим братом. И движения при соединении узоров знала, поэтому, даже не обладая способностями к магии, могла безошибочно определить, когда человек колдует и насколько сложное заклинание плетёт.        На этот раз всего два узора, но Сантия всё равно невольно втянула голову в плечи, сжав кулаки.        — Что… — тихо начала она, стоило Дамиану опустить руки, но тот перебил её.        — Заклинание тайны, чтобы ты даже случайно не рассказала никому о том, что видела в моём доме. Теперь иди.        Утро выдалось слишком утомительным. На покупку одежды и некоторых девичьих личных вещей Сантии понадобилось чуть больше часа. Вернувшись в дом, она снова ощутила беспокойство. Пусть Дамиан показался ей неплохим человеком, но как рабыня, девушка чувствовала себя уязвимой. Она всё ещё не понимала, как должна себя вести. Да и сам верховный маг не был похож на типичного господина. После возвращения девушки он лично показал ей свой дом, объясняя где, что находится, а потом, предположив, что она за сегодня устала от переживаний — отправил отдыхать до конца дня. Ну какой господин станет так поступать?        Дом Сантии очень понравился. В первую очередь из-за огромного количества книг почти во всех комнатах. Особенно на втором этаже, который полностью отводился для нужд Дамиана. По нему экскурсия была поверхностной, поскольку Сантии там позволялось заходить только в библиотеку, но благодаря приоткрытым дверям она смогла заметить комнату, похожую на рабочий кабинет, заставленный сосудами с разными жидкостям, светящимися волшебными камнями, непонятными ретортами и колбами. На виднеющейся части массивного стола не было свободного места из-за разбросанных по нему свитков и кучи рассыпанных перьев для письма.        На первом этаже, помимо кухни, для Сантии оказалась под запретом ещё одна комната, находящаяся слева от входа, правда ей всё же показали, что там находилось: две арки с заклинанием переноса. Одна из них вела в королевский дворец, вторая в башню магов, и как пояснили Сантии, если её увидят свободно гуляющей в любом из этих мест, то могут убить на месте.        Самую большую неожиданность преподнесла девушке её спальня. Она ожидала в лучшем случае жёсткую деревянную кровать в помещении, похожем на чулан, а то и банальную солому на конюшне, а оказалась в хорошо обставленной комнате, которую не стыдно было бы предложить и гостю. На широкой мягкой кровати у стены можно было скрыться за зелёным пологом. Недалеко стоял комод для личных вещей, а рядом — просторный шкаф. Напротив, вытянутое трюмо в резной деревянной раме. Около него удобное кресло, обитое очень приятной тканью, наводящей на мысли о бархате, и круглый столик, на котором стояла пустая на данный момент ваза для цветов. Также в комнате было окно с видом на внутренний двор, беседку среди цветущего сада и стоящую вдалеке конюшню с сараем.        Поражённой Сантии даже пришлось ущипнуть себя, а то закралось подозрение, что это сон. Даже будучи свободной, у неё никогда не было ни такой красивой мебели, ни такой мягкой кровати, ни настоящей деревянной ванны, в которой только господа моются. Девушка чуть не обомлела, когда увидела её в небольшой смежной комнатке. Узнай отчим, где она в итоге оказалась — побагровел бы от злости. Возможно, рабство для неё окажется весьма сносным: кормят вкусно, спать будет мягко, работы Сантия не боялась, а в постели Дамиану она не нужна.        Мытьё в ванной превзошло все ожидания. Поначалу Сантия смутилась, не зная, правильно ли она поняла, что принцип обращения с домом здесь везде один, но поскольку даже если что-то сделает неправильно — никто сейчас не увидит, она решила попробовать.        Небольшой кулачок быстро стукнул три раза по деревянной поверхности:        — Наполни тёплой водой наполовину…        А вот голос чуть-чуть подвёл, в конце дрогнул. Однако, это не помешало: ванная послушно заполнилась, как было велено, на глазах у пришедшей в восторг рабыни.        Это было блаженство, особенно после нескольких дней, проведённых в ужасных условиях. Казалось, сейчас она смывала с себя не только грязь и пот, но и унижение со стыдом испытанных в доме рабов.        После ванны захотелось спать. Но, перед тем, как отправиться в постель, Сантия решила проверить одну теорию. Она стукнула по круглому столику, произнесла: «Стакан горячего молока», и чуть не взвизгнула от восхищения, когда он появился.        Вкусно. Тепло. Уютно. Стоило забраться в новой сорочке в кровать, довольная улыбка сама собой растянула губы девушки. Ей было хорошо.        Возможно, не стоило спать днём, но измученный за последние несколько дней организм востребовал своё. В итоге Сантия проснулась, когда в комнате совсем стемнело. Девушка даже не сразу поняла, где она, и почему ей так уютно. Но стоило свесить ноги с постели, как свечи в канделябре на комоде вспыхнули сами собой. Сознание постепенно обрело ясность.        Спать больше не хотелось, тело наполнилось странной тревожной энергией, тянуло выйти из спальни, побродить, ещё раз познакомиться с загадочным домом, только уже в одиночестве. Утром она даже библиотеку толком не смогла рассмотреть, а ведь именно это место её больше всего заинтересовало. Читать Сантия любила. Очень. Но на мельнице такой возможности почти не было. После смерти бабушки практически все её книги были проданы, брат девушки чудом успел спасти только магические учебники.        Освежившись водой и накинув халат поверх ночной рубашки, Сантия осторожно вышла. Чары дома поражали: свечи сами зажигались и гасли по мере её передвижения. На лестнице хорошо просматривались большие механические часы, висевшие в гостиной. Стрелки показывали без пяти минут полночь.        Тишина… Интересно, а хозяин дома уже спит? В представлении Сантии, почему-то, все сильные маги должны были работать непременно по ночам. Но вряд ли это было правдой, учитывая, что Дамиан посетил сегодня рынок рабов рано утром.        Деревянный пол не скрипел, но она предпочла при подъёме наверх ступать осторожнее. Гладкое покрытие чуть-чуть холодило босые ноги, но это не вызывало дискомфорта. В коридоре наверху половина свечей так же загорелась при приближении Сантии, но в помещении всё равно сохранился полумрак.        Дверь в кабинет Дамиана по-прежнему была приоткрыта. В темноте бело-голубые магические камни горели особенно ярко, освещая пространство вокруг себя намного лучше свечей.        Сантия чуть вытянула шею. Заходить туда ей не разрешили, но любопытство тянуло взглянуть хоть одним глазком. Было очень интересно, чем занимаются маги у себя в доме. Медленно она миновала дверь, ведущую в библиотеку, приблизилась к кабинету и осторожно заглянула.        Пусто. Хозяина здесь не было, что и ожидалось. Чуть поколебавшись, девушка сделала шаг внутрь и остановилась, оглядываясь.        Светились здесь не только камни, но и некоторые зелья в колбах. В углу стоял стол из белого камня, посередине его горел белый огонь, то подбрасывая языки пламени ввысь, то стеля их по столешнице, отчего создавалось ощущения, что они кружились в завораживающем танце.        Подходить ближе Сантия не решилась, только с восторгом осмотрела стену у каменного стола, с прикреплёнными на неё исписанными листами. Далее осмотру подвергся сам стол. Скрученные свитки Сантия трогать не стала, но с интересом склонилась над раскрытой книгой, даже поднесла один из волшебных камней, чтобы лучше видеть.        Судя по всему, это была книга магии с невероятно сложными многослойными заклинаниями. Сантия очень осторожно перевернула страницы, ближе к концу они оказались абсолютно чистыми. Чернила с перьями, а также множественно перечёркнутых формул и узоров на листах рядом наводили на мысль, что все эти заклинания были придуманы и записаны Дамианом. В груди зародилось непонятное нетерпение, стало ещё больше любопытно, и Сантия начала перелистывать книгу с начала.        Невероятно! Шестислойное заклинание для спасения плода в утробе матери, находившегося на грани гибели… Восьмислойное для осушения водоёма любой площади. Какое-то страшное пятислойное проклятье, способное за один день скосить до сотни людей… Даже чары, наложенные на дом здесь были описаны. Они состояли из нескольких заклинаний, и каждое имело не меньше семи узоров. Как такие наложить — Сантия вообще не представляла.        — Боги, помилуйте…        Тихий шёпот вырвался из её уст, когда она перевернула следующую страницу. Там было изображено сложнейшее заклинание на десять узоров. Судя по описанию, оно должно было вытянуть демона из одержимого, не нанеся человеку никакого вреда.        — Это же нереально…        Сантия ещё ближе поднесла камень, рассматривая узоры. Демоны — злобные магические паразиты были настоящей напастью этого мира. Они питались человеческими болью, страхом, энергией и жизнью. Заключать с ними соглашение или впускать в себя считалось самым тяжёлым преступлением, но иногда демоны захватывали тело жертвы насильно, превращая его в марионетку. Одержимость несла большую опасность для всех людей, ведь только в человеческой оболочке демоны могли преодолеть защитные барьеры города.        Обязанность бороться с демонами возложили на магов, но только ещё ни один маг, как бы силён он ни был, не мог спасти захваченного человека. А тут… Но даже так: десять слоёв сплести за короткое время… Разве такое возможно?        Внезапно резко перехлестнувшиеся страницы заставили Сантию вздрогнуть. Книга сама собой захлопнулась прямо перед её носом.        — Глупая, любопытная пташка.        От спокойного голоса, раздавшегося у двери, по телу девушки побежали мурашки. Она медленно подняла голову и уставилась на Дамиана, стоявшего в проходе.