The legend of Medusa and Panacea

Иногда истории, описанные на гобеленах, не отражают всего происходящего. Легенды пишутся устами героев, а не тех, кто пал. Тем не менее есть те, кто предпочитает узнавать что-то не из историй. Те, кто хочет испытать что-то на собственной шкуре. Итак, однажды слепая девушка вошла в лес. Не зная, откуда она пришла и куда идет, она всё равно шагала увереннее, чем любой солдат, которого когда-либо могли отправить в эти дебри. Глаза не лишали её зрения, их отсутствие лишь помогало ей видеть лучше. Она наткнулась на небольшие руины старого храма и с уважением вошла в них. Её руки пробегали по старому камню, исследуя сколы на нём, пока она кое-что не заметила. Кто-то наблюдал за ней. — Привет, — сказала она, ожидая ответа, который так и не последовал, — Извините за вторжение. — Уходи, — потребовал женский голос. Девушка была уверена, что также услышала небольшое шипение. — Я Панацея, — продолжала она, даже не задумываясь, — Как тебя зовут? Ничего не было слышно некоторое время, но затем раздалось тихое: — Медуза. — Это красивое имя. В воздухе появилась горькая усмешка. — Это имя монстра. — Разве монстрам не позволено иметь красивые имена? — спросила она, думая о человеке, который, кажется, появился перед её лицом всего через несколько секунд. — В монстрах не может быть ничего красивого, — с некоторой грустью произнес голос. — Ну, я не думаю, что это правда, — улыбнулась Панацея, протягивая руку к лицу незнакомки. Что-то тут же обвилось вокруг неё. — Ты очень странная,— заметила Медуза. — Я не странная, — хмыкнула девушка, — Я Панацея. К концу дня Медуза и Панацея нашли себе друга. К концу года они нашли для себя возлюбленную. — Не думаю, что когда-нибудь смогу описать, насколько ты драгоценна, — сказала Панацея, мирно отдыхая на чужих коленях. — Ты так говоришь, потому что не видишь меня, — ответила Медуза, не убирая руки с её волос. — Мне не нужны глаза, чтобы видеть тебя, — засмеялась Панацея, — И даже если бы они у меня были, я была бы рада иметь шанс взглянуть на тебя. — Ты же знаешь, что ты бы превратилась в кусок валуна, да? — Конечно, но я бы продолжала смотреть, чтобы мое каменное тело могло восхищаться тобой вечность. Это прозвучало как бред, но почему-то Медуза улыбнулась. Иногда, когда одни Боги проклинают смертных, другие благословляют их. Так же поступил и Асклепий. Он спустился прямо к Панацее и накрыл рукой её глаза, что мгновенно наполнились жизнью. Когда девушка в следующий раз открыла их, туманной дымки уже не было. Теперь все чудеса света были открыты её взору. Она могла увидеть всё, что только желало её сердце, но единственной мыслью в её голове было лицо Медузы. К сожалению, все, что она увидела в глазах своей любимой, — это страх. Несмотря на это, Панацея улыбалась, наконец-то полностью осознав, насколько прекрасна Медуза. В этот день впервые за всю историю существования легенды о Медузе Горгоне в её саду каменных статуй появилась одна мраморная.