Нежданное путешествие в мир с магией.

НЕЖДАННОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ

      Куда может завести человека судьба? Да куда угодно, даже в другое измерение. Нечто подобное произошло с обычным парнем чуть старше 31 лет, проживавшим в самой южной республике нашей необъятной Родины. Теплым летним вечером А́дам шел с работы домой. Путь пролегал через парк, а именно по незаметной на первый взгляд из-за высоких и пышных кустов дорожке, которая выводила на тротуар соседней с парком улицы. Он шел и, не замечая дороги, размышлял про прочитанную недавно историю о Гарри Поттере, удивляясь фантазии автора. Ему всегда нравилась фантастика, это как сказка для взрослых, которые иногда всё еще бывают детьми. Книги А́дам начал читать сравнительно недавно, потому как еще со школы недолюбливал литературу, но истории о «невозможном» увлекли его.       Предаваясь своим думам А́дам не заметил, как прошел в портал между мирами. Яркие разноцветные границы портала он принят за неоновую уличную рекламу по прокату различного транспорта для увеселения детей. Через некоторое время дорогу ему преградили ворота с резьбой в неизвестном А́даму стиле. Остановившись он уставился на них, как баран на новые ворота.       А́дам пытался сообразить, куда это он забрел. Парка, что мгновение назад окружал его своей зеленью, вокруг уже не было. Он стоял на ровной площадке диаметром примерно пару сотен метров. Покрутив головой, А́дам увидел справа от себя лилового цвета горы, слева – лазурного оттенка лес, тянувшийся до горизонта, небо над головой было бледно-жёлтым. Пребывая в легкой форме полного офигения, он постучал в ворота, перед которыми стоял. Никто не ответил. Он постучал с ноги, ворота при этом качнулись и жалобно заскрипели. Вот тут то и началось словоизвержение хозяина, вышедшего из дома, чтоб отворить ворота. А́дам даже не заметил, что он понимает странного старичка, хотя тот произносил речь не по-русски. Он не мог себе даже вообразить, что оказался в чужом мире в ином измерении со своими законами.       Мир, в котором оказался А́дам, носил имя Крин. Единственным обитателем Крина был волшебник Митхун Гамач, обычный на вид старичок среднего роста и телосложения, с бородой по пояс, который поселился здесь для изучения секретов магии этого мира, погибшего в междоусобной магической войне. Всё это наш герой узнал из слов старичка, который вышел на стук А́дама, при этом трехэтажно матерясь. Увидев перед воротами постороннего живого человека, Митхун Гамач естественно удивился, причем сильно нецензурно и громко, за что и получил крепким кулаком промеж глаз. А́дам даже не понял, что чисто автоматически он перебил речь волшебника весьма недружелюбным образом. Но и тот сам виноват – нечего было ругаться с порога.       А́дам осторожно взял на руки обмякшего исследователя магии иных миров и понес в дом, который был сооружен из толстых бревен, ну прям русская избушка. Обстановка в единственной комнате была скромная – кровать, стол со стулом, книжный шкаф, забитый книгами до отказа, и стопки книг по всем углам. Уложив волшебника на кровать, А́дам похлопал его по щекам, но тот не реагировал, однако пульс все же прощупывался.       Оставив волшебника в покое, А́дам начал осматриваться в доме. Он попытался прочесть обложки книг, не трогая их руками. Символы были абсолютно не знакомыми. Из окон дома виднелись необычных цветов лес и горы. А́дам самому себе с горечью в голосе продекларировал народную поговорку про тихо шуршащий шифер и неспешно покидающую насиженное место крышу. До него вдруг дошло, что он уже не на родной Земле, но верилось в это с большущим трудом.       Пытаясь осознать произошедшее, А́дам сел на стул, но не заметил, как старичок открыл глаза.       - Ты кто такой? – спросил Митхун.       От неожиданности А́дам, обернувшись к магу, выругался на языке одной из национальностей самого южного региона России, к которой принадлежал, да так звучно, что волшебник залез под кровать и со страхом в голосе запричитал:       - Не произноси заклятие, идиот! За что такое наказание…       - Я – А́дам, - ответил наш герой, размышляя над происходящим, а потом в шутку, но с серьезным лицом добавил, - гигант мысли и отец нерусской демократии.       Митхун смотрел из-под кровати на А́дам с интересом.       - Зачем ты меня ударил? – спросил маг.       - За хлебом! И заклятий я не произносил, это я непроизвольно выругался от неожиданности. А ты то кто?       - Я – маг Митхун Гамач, отшельничаю тут, магию изучаю местную!       А́дам взорвался диким хохотом и сложился пополам, но быстро взял себя в руки и заглядывая под кровать спросил:       - Послушай, Гамач, - не выдержав он снова заржал, но смог-таки продолжить, - а почему тут нельзя произносить заклятия?       - Тысячи лет назад население Крина погибло из-за большого количества боевой магии, выплеснутой магами этого мира в гражданской войне, но для уничтожения всего разумного населения хватило и малой доли этой магии. Остальная магия осталась неиспользованной, как бы в замороженном состоянии, так как убивать ею уже было некого. Если применить какое-либо заклятие на Крине, то вся не использованная в войне боевая магия обратится против тебя, посчитав за врага. Никого, кто мог бы использовать магию в этом мире нет, кроме меня, а в тебе магии я не ощущаю.       С минуту А́дам размышлял над словами старого мага: в происходящее разум верить не хотел, но он всё же решил продолжить знакомство.       - Выходит, что я в каком-то другом мире! И ты, значит, тоже не местный! Да и место это – дурдом «Ромашка». Как же ты попал сюда, если тут магией пользоваться нельзя? – спросил А́дам, надеясь получить ответ и на вопрос своего появления на Крине, - И, кстати, почему мы понимаем друг друга? Я ведь, кроме пары земных, языков не знаю, но при этом сознаю, что ты говоришь со мной на ином каком-то языке и, что удивительно, я тебя понимаю.       Митхун вылез из-под кровати, с неослабевающим интересом глядя на А́дама, а его вопросы вызвали у мага уверенность в том, что его собеседник не глупый человек и тоже из иного мира.       - Я не сказал, что нельзя использовать магию совсем. Произносить заклинания я бы не советовал по причине вероятного ответа со стороны магии Крина, но амулетами вполне безопасно пользоваться. В этот мир я путешествую уже несколько десятков лет. Я маг-отшельник и изучаю магическую науку иных миров. В своем родном мире случайно натолкнулся на древний портал, перенесший меня на Крин, и вот изучаю магические книги его канувшего в небытие населения. А понимаем мы друг друга по причине активности амулета снятия языкового барьера. Надо же было мне как-то изучать книги кринцев. Ты видел их, пробовал прочесть? – спросил маг.       - Только корешки и обложки. Бред какой-то, а не буквы, будто соплю из носа на бумаге пальцем размазали, – ответил А́дам.       - Это не буквы, а руны. У кринцев посредством рун осуществлялась общение и передача информации. Ну, а теперь расскажи, как ты тут очутился? Я уж думал, кроме меня, про Крин никто не знает. Очень удивился, увидев твою наглую физиономию, – весело пошутил Митхун.       - На свою бы рожу глянул, - ответил А́дам с ухмылкой, – В общем я попал сюда с Земли, но как это случилось не знаю.       - С Земли? Это что за мир такой? – проявил неподдельное любопытство маг.       А́даму нечего было скрывать, но возникли сомнения на счет мага. А вдруг его откровенность приведет к вторжению на Землю разного рода иноземных захватчиков, а потому решил приколоться над волшебником и сымпровизировать, приукрасив реальную картину, а на ум пришла история Гарри Поттера.       - О-о, уважаемый Гамач, это мир, где одна часть населения не владеет магией, а вторая - владеет, да еще как. Но проблема в том, что обычных людей в несколько тысяч раз больше, чем магов. Некоторых магов не устраивает, что немаги правят нашим миром, и они пытаются взять власть в свои нечестивые лапы. В общем, всё идет своим чередом в моем мире. Мне бы вернуться, а? Не поможешь?       - Ох и занесло же тебя парень!! Ну, от чего же не помочь то!? – ответил маг, - Дай только возьму нужный амулет из сумки своей.       Долго рылся в сумке волшебник и извлек кулон с рубином по центру на шелковой веревочке, за которую зацепился еще один неприметный на вид амулет в виде монетки. Митхун присел на кровать с амулетами в руках и начал объяснять принцип действия:       - Я с помощью этого амулета порталов могу отправить тебя домой. Но этот амулет работает только вместе с амулетом изменения возраста, разделить их у меня не получилось, а других амулетов у меня нет. Сам я попал сюда благодаря другому амулету, но отдать тебе его не могу, иначе сам тут застряну. В общем вернувшись домой, ты станешь физиологически либо старше на 20 лет, либо младше. Почему так происходит я не выяснил, так как амулеты кринские и изучить всю местную магию еще не успел.       - Охренеть разброс: либо 11 лет, либо 51, - невесело подумал вслух А́дам, но делать было нечего, это был единственный выход, – Ладно, раз уж выбора нет, то я согласен.       Надавив на сердцевины амулетов одновременно, маг бросил их на пол. Тут же раскрылось марево портала. А́дам подошел к нему. Обернувшись, он поблагодарил Митхуна и напоследок сказал фразу "ас-саламу аллэйкум", которой сильно напугал старого мага, подумавшего, что А́дам произнес какое-то заклинание. Когда А́дам провалился в портал, амулеты последовали в след за ним, чем и закрыли портал. Митхун стоял при этом пригнувшись и закрываясь руками на случай, если заклятие этого странного юноши обрушит на его плешивую макушку всю мощь остаточной боевой магии Крина. Маг-отшельник не мог знать, что в мире, откуда прибыл А́дам, фраза "ас саламу аллэйкум" в переводе с оригинального языка означает "мир дому твоему" и используется как при приветствии, так и при прощании. Ни маг-отшельник, ни А́дам не поняли, что законсервированная магия Крина отреагировала, приняв последнюю фразу Адама за заклятие, но не враждебное, а совсем даже наоборот. А́дам по инерции свалился на другую сторону портала от того, что поток кринской боевой магии быстро впитался в него спину и тем самым втолкнул в портал. ***************       А́дам вывалился из портала на каком-то вокзале. Оглянувшись по сторонам, он понял, что это вокзал Кингс-Кросс в Лондоне. Так было написано на табло над кассами. Вокзальные часы показывали половину десятого утра. А́дам увидел свое отражение в окне вокзала и порадовался, что все-таки помолодел, а не повзрослел. Странно было себя ощущать в теле одиннадцатилетнего паренька с сознанием и каким-никаким жизненным опытом 31-летнего мужчины.       На ломанном, как уши борца-вольника, английском А́дам спросил у прохожих, где можно купить газету. Местный аналог Роспечати нашелся быстро. На одной из газет была указана текущая дата – 1 августа 1991года.       «Значит я в Лондоне. Значит амулет не только возраст меняет, но и временную метку при перемещении. Машина, мать его, времени. И как же мне теперь в 1991 году из Британии попасть домой?» - думал А́дам. Решив, что нужно где-нибудь сесть и подумать, что делать дальше, он покинул вокзал и пройдя от него несколько кварталов, наткнулся на вывеску бара «Дырявый котел». Оглянулся на прохожих, но они бара даже не замечали, просто проходили мимо. «Охренеть, - думал А́дам с удивлением и каким-то детским восторгом, - это же тот бар из Гарри Поттера! И что интересно – если прохожие его не видят, значит на нем заклятие отвода глаз». С довольной ухмылкой на лице он зашел в Дырявый котел. Внутри бара царило средневековая обстановка и полный «полярный пушной зверек». А́дам подошел к барной стойке и спросил, как пройти в Косой переулок, на что бармен указал рукой в сторону неприметной двери, которую из общего зала не было видно. Попав в комнатку за дверью, он начал стучать в произвольном порядке по кирпичам черенком от швабры, которая стояла у стены. Минут через пять проход открылся, и взгляду А́дама предстал Косой переулок, где разодетые кто во что горазд волшебники и ведьмы всех возрастов от мала до велика сновали туда-сюда по торговым точкам.       Несколько часов А́дам гулял по Косому переулку и рассматривал витрины магазинов с различными товарами. Всё время прогулки по Косому он размышлял о своей дальнейшей судьбе. Этот волшебный мир его заинтересовал. Конечно А́дам хотел бы вернуться в свое измерение на родную Землю, однако, почему бы не воспользоваться случаем и не погулять в «сказке»? Он не боялся, что волшебное сообщество его отвергнет и заколдует его как магла, стерев память, ведь он смог увидеть «Дырявый котел», который маглам не видим, а значит и в нём самом есть хоть капля магии, а Гамач видимо ошибался на счет наличия у него магии. От этой мысли у А́дама мурашки галопом по коже пробежались. Тут же захотелось испытать себя и подтвердить свои догадки. Из книжек о Гарри Поттере А́дам помнил несколько заклинаний, но даже не представлял, как он их сможет применить без палочки, ведь палочка — это проводник магии. С другой стороны особого выбора у него не было, стоило попробовать без палочки, хотя сомнения и одолевали.       А́дам нашел наименее оживленный участок Косого переулка и устроившись поудобнее на пустом перевернутом ящике, решил левитацией поднять остроконечную шляпу старенького волшебника, который торговался за какую-то дрянь для зелий с продавцом аптеки. Мысленно произнося заклинание Левиоссы, А́дам сосредоточил взгляд на выбранном для эксперимента предмете гардероба, и шляпа воспарила над плешью старого колдуна, но он этого даже не заметил. Каково же было удивление колдуна, когда он обнаружил, что его шляпа оказалась на голове совы, сидящей на плече молодого волшебника, проходящего мимо. Удивление же самой совы обозначилось её громким возмущенным уханьем и ударами крыльев по лицу своего хозяина. Окружающий магический люд заметив эту картину веселился во всю.       Немного понаблюдав за совой в шляпе, А́дам устроил еще парочку проверок наличия у него магического дара. Он не понимал, как это может быть, но эксперименты подтвердили, что магия таки у него есть и, что более удивительно, заклинания, которым учат на первых трех курсах Хогвартса, А́дам мог использовать не только без палочки, но и не вербально. Более сложные заклинания А́дам использовать не решался, мало ли что.       Удовлетворенный результатами «полевых» испытаний, А́дам решил, что пора заняться другими насущными проблемами, а именно финансами, разработкой легенды, логично объясняющей его появление в Лондоне, и, конечно же, поступление в школу чародейства и волшебства Хогвартс. Денег на покупки у него само собой не было. Хорошо хоть одежда, в которой он попал на Крин осталась и просто уменьшилась при переходе в этот мир. Кроме того, А́дам очень проголодался. Однако, возможный способ решения финансовых проблем он обнаружил недалеко от прохода в Лютный переулок, где, как известно из книг, крутились различные темные личности волшебной национальности, в том числе Пожиратели смерти. Малфой-старший еле слышно переговаривался с двумя крупными волшебниками, которыми видимо были «шестерки» белобрысого Пожирателя – Крэбб и Гойл-старшие. За поясами у всех троих виднелись солидного размера мешочки, скорее всего, с монетами. «Хорошо бы, золотыми, - подумал А́дам. - Эх, Остапа Бендера на вас, гадов, нет! Что же с вами делать?»       Пока А́дам размышлял один из прихвостней Малфоя двинулся в сторону лавки Олливандера, изготовителя волшебных палочек. Вторая «шестерка» прошествовала в Лютный переулок. Малфой же незаметно стоял один в тени какого-то заброшенного магазинчика и брезгливо взирал на Артура Уизли, беседовавшего с кем-то у входа во Флориш и Блоттс.       А́дам понял, что пока Малфой был отвлечен, ему нужно действовать, но что именно следует сделать наш герой не знал, а потому действуя по наитию, направил указательный палец на свою жертву и шепотом произнес заклятие, подчиняющее волю - Империо! Уверенности в том, что непростительное сработает у него не было, скорее ему очень хотелось, чтобы это сработало. А́дам вспомнил, как в одной из книг о мальчике-который-выжил Белатрисса Лестрейндж давала совет Гарри Поттеру по использованию непростительных заклятий. «Ты должен хотеть, Поттер, чтобы оно подействовало!» – вопила она, после того как получила круциатусом от Гарри, но Поттер, видимо, не особо желал, чтобы оно сработало, а потому заклятие получилось хоть и болючим, но слабым.       Стеклянный взгляд белобрысого пожирателя означал, что А́даму удалось подчинить его волю себе. Едва А́дам успел отдать Малфою какую-либо команду, как к последнему одновременно подошли его недавние собеседники и Малфой заговорил с ними своим небрежным высокомерным тоном:       - Крэбб, Гойл – обратился Малфой к «шестеркам», - мне срочно нужно всё золото, что у вас есть с собой. В Гринготтс обращаться нельзя. А вы пока займитесь делом и не мозольте глаза.       Оба огромных пожирателя молча отдали свои мешочки и трансгрессировали в неизвестном направлении. По приказу А́дама Малфой левитировал все три мешочка вместе со своим прямо ему в руки. Затем направив указательный палец на свою жертву А́дам попробовал заклинание памяти – Обливейт, и стер Малфою последний час из памяти, а затем и Империо с него снял. Теперь его путь лежал в «Дырявый котел». А́дам думал, что достать монеты из мешочков будет проблематично, ведь это кошельки магов и черт знает какие на них чары, но обошлось: пара золотых монет уже была зажата в его кулаке. Он снял комнату в Дырявом котле и заказал еду.       Разделавшись с едой А́дам высыпал монеты на кровать и слегка удивился, потому что гора монет была высотой примерно полметра. «Сколько же тут в деньгах то? – спросил он вслух, - Гоблины помогут это выяснить!» и взяв с собой в карманах пару сотен галеонов отправился в банк гоблинов.       К ужину А́дам вернулся в свой номер в Дырявом котле в кучей покупок: новая одежда, портмоне с различными полезными чарами и прямой связью с персональным сейфом, несколько редких книг по артефакторике, невербальному колдовству и безпалочковой магии, а также волшебная палочка.       Сейф А́дам решил открыть на вымышленное имя Эдди Альтаира, спонтанно придуманного уже у главного входа в банк. Ну, а гоблины лишних вопросов не задавали и были рады угодить, когда увидели, что около шести тысяч галеонов поступило в банк. Палочка же была приобретена в лавке Олливандера. Её выбор длился не более нескольких секунд потому, что А́дам с порога магазина просто призвал себе ту палочку, которая его выбрала. Глаза Олливандера были размером с чайные блюдца, когда мимо его носа пролетела волшебная палочка.       - Что здесь происходит? – спросил с удивлением мастер-изготовитель палочек.       - Добрый день, мистер Олливандер! А я тут себе выбрал уже палочку, взгляните? – ответ А́дам с улыбкой на лице и протянул тому палочку.       Палочка была черного цвета, держа её в руке, А́дам ощущал, как по его жилам течет не только кровь, но и магия в чистом виде.       - Я даже вообразить не мог, что она кому-нибудь может подойти, она никого не слушается, - сказал озадаченный Олливандер, и снова продолжил, - Ты первый, кого она признала и приняла как хозяина. Восемь дюймов (прим. около 20 см.), жесткая, эбонит и тертый клык нунду. Это, вероятно, самый опасный зверь в мире. Гигантский леопард передвигается совершенно бесшумно, несмотря на огромные размеры, а его дыхание вызывает недуг, от которого вымирают целые селения. Палочку изготовил мой дед около семидесяти лет назад. Клык ему привез Ньют Саламандер - автор книг про фантастических зверей.       - Слышал о таком! – с уверенностью сказал А́дам и затем спросил, - Так сколько я Вам должен за палочку, мистер Олливандер?       - Одиннадцать галеонов, мистер …- тут мастер-изготовитель палочек прервался, ведь А́дам ему не представлялся.       - Эдди Альтаир, к Вашим услугам, - вежливо представился А́дам и выложил на прилавок золото.       - Знаете, мистер Альтаир, я помню абсолютно все проданные мною палочки, но ни один волшебник с такой фамилией у меня палочки не покупал, - с интересом в голосе заявил Олливандер, - Вы вероятно не из Британии?       - Нет. Если коротко, то я сбежал из дому, но в какой он стране, вы уж извините, я говорить не буду, - с улыбкой ответил А́дам, - Меня не хотели отпускать на учебу в Хогвартс, вот я и сбежал. Ну, мне пора, всего Вам хорошего.       На следующий день А́дам получил письмо из Хогвартса. Он был уверен, что мастер-изготовитель волшебных палочек рассказал Дамблдору всё о визите А́дама в его лавку. На это и был расчет. После покупки книг А́дам шел в Дырявый котел и размышлял как ему стать студентом Хогвартса, а проходя мимо лавки Олливандера, его осенило, что нужно посильней удивить изготовителя палочек, и он тут же доложит директору. План сработал. А палочка из эбонита вообще сильно порадовала А́дама потому, что с ней чары и заклинания получались мощнее и проще было сконцентрироваться. Но пользоваться палочкой он собирался только в крайнем случае, так как не хотел к ней привыкать и зависеть в дальнейшем.       За всё время приключений сначала на Крине, а потом тут на альтернативной магической Земле А́дам выбился из сил и, едва голова упала на подушку, он уснул.       Вплоть до первого сентября свободного времени у А́дама было много, а потому использовал он его для чтения приобретенных книг как школьных, так и купленных до посещения лавки Олливандера. Практическое применение магии так же присутствовало в его самообразовании. Не вербально и без палочки А́дам мог использовать многие не сложные заклинания. Даже еще пару раз он применял Испериус на насекомых, обитавших в «Дырявом котле». Гулять по Косому переулку А́дам тоже не забывал. Магловский Лондон также не остался без внимания.       Обменяв галеоны на фунты А́дам еще слегка отоварился. Среди прочего была куплена кожаная сумка неприметного серого цвета треугольной формы, которая одевалась через плечо, а сама сумка висела за спиной в районе поясницы. Вернувшись в «Дырявый котел», А́дам заперся в номере и стал с помощью палочки для более сильного эффекта накладывать на сумку заклинания из книги об артефакторике. Заклятие незримого расширения увеличило вместимость сумки до размеров одного вагона Хогвартс-экспресса. Вес также удалось уменьшить и зафиксировать его на одном килограмме даже при полной загрузке сумки. Прошел еще час практической магии, и сумка А́дама приобрела некоторые "суперсилы": она не могла утонуть, сгореть, порваться, получить какие-либо повреждения, не пропускала воду, не могла потеряться и была привязана к хозяину на случай если он забыл ее где-либо, становилась невидимой если от нее это требовалось. Снаружи на дне сумки А́дам наколдовал специальный кармашек, в который А́дам прятал эбонитовую палочку. Она сама прыгала в руку А́даму по его воле. Проверив плоды своего творчества А́дам устало присел на кровать и глядя на стоящую у кровати сумку с чувством удовлетворения весело подумал: «Не сумка, а терминатор какой-то получился. Мне же лучше!»       ***************       Первого сентября А́дам с сумкой через плечо шёл по вокзалу Кингс-Кросс к платформе девять и три четверти, с нетерпением ожидая посещения Хогвартса. Вдруг мимо А́дама прошел что-то ворчащий себе под нос с пышными усами шарообразный мужчина средних лет, толкавший перед собой тележку с огромным чемоданом и клеткой с запертой внутри белоснежной совой. А следом шел тощий мальчишка в мешковатой одежде и в круглых очках. А́дам последовал за Гарри и толстым мужчиной. Забавным А́даму показалось то, что и Гарри, и Дурсль-старший были очень похожи на актеров, сыгравших их роли в Поттериане.       Они остановились между девятой и десятой платформами вокзала. Вернон Дурсль обратился к Гарри:       - Ну что ж, мальчик, вот ты и на месте. Вот платформа девять, а вот платформа десять. Твоя платформа, по идее, должна быть где-то между ними. Но, судя по всему, ее еще не успели построить.       Затем что-то еще добавив к сказанному, Вернон Дурсль ушел со злорадной ухмылкой, а Гарри остался в замешательстве с немым вопросом на лице: что дальше делать?       А́дам убедился, что видит воочию события первой книги о Гарри Поттере. «Получается, - подумал он, стоя за одной из колонн вокзала, - что Джоан Роулинг ничего не придумывала, только пересказала все события в своей серии книг о Гарри Поттере? Но как она могла увидеть эти события? Вероятно, она из нашего мира как-то проникла в это измерение. Физически такое без магии невозможно, за исключением моего случая. Скорее всего это происходило подсознательно, а Роулинг считала, что это чисто ее вымысел. Да, в принципе, и неважно».       В это время Гарри безрезультатно попытался выяснить у сотрудника вокзала, где находится платформа девять и три четверти. В итоге ничего не добившись, он стоял посреди платформы с огромным чемоданом, который с трудом мог оторвать от земли и с клеткой, где сидела полярная сова. Но на его счастье мимо него прошла группа людей, и до Гарри донеслись обрывки разговора.       - Я так и думала, что тут будет целая толпа маглов.       А́дам догадался, что это было семейство Уизли. Он решил подождать пока все Уизли и Гарри пройдут на нужную платформу к Хогвартс-экспрессу. Через минуту путь был свободен. Он подошел вплотную к барьеру, стараясь не привлекать внимания окружающих, и встал к нему спиной. Затем просто сделал шаг назад и прошел барьер.       На платформе девять и три четверти было много детей разного возраста, а также их родителей - магов и маглов, которые провожали своих чад в школу.       Пока Хогвартс-экспресс добирался до конечной станции, а Гарри и Рон в одном купе объедались разными сладостями и знакомились друг с другом и Гермионой Грейнджер, А́дам прогуливался по поезду. Проходя мимо одного из купе, А́дам услышал, как из него доносится чей-то вой. Оказалось, что в палец Гойла впилась крыса Рона - Короста, и он выбежал с воплями из купе. Вслед за ним выбегали с воплями Крэбб и Малфой-младший. А́дам успел настигнуть их пинками по пятым точкам для попутного ветра, но те даже не обернулись и не поняли, кто это с ними сделал. Поводов для веселья больше не возникало, и А́дам коротал время в пути сидя один в купе, изучая свою внешность впервые со дня перемещения в этот мир. Он был таким же, каким был в своем мире в 11 лет: среднего для своего возраста роста; немного широкоплечий с атлетичной фигурой благодаря секции по борьбе, в которой А́дам занимался, начиная с восьми лет; лицо симметричное со слегка грубоватыми чертами из-за многочисленных уличных драк; карие глаза; прямые тёмно-каштановые волосы, закрывавшие уши наполовину.       По прибытии на станцию Хогсмит первокурсников забрал Хагрид, а затем, переправив в замок на лодках, сдал их Минерве Макгонагал. А́дам стоял в самом конце скопления одиннадцатилетних магов.       - Добро пожаловать в Хогвартс, - наконец поприветствовала их профессор Макгонагал. - Скоро начнется банкет по случаю начала учебного года, но прежде вас разделят на факультеты. Отбор - очень серьезная процедура, потому что с сегодняшнего дня и до окончания школы ваш факультет станет для вас второй семьей. Вы будете вместе учиться, проводить свободное время в комнате, специально отведенной для вашего факультета. Факультетов в школе четыре - Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизерин. У каждого из них есть своя древняя история, и из каждого выходили выдающиеся волшебники и волшебницы. Пока вы будете учиться в Хогвартсе, ваши успехи будут приносить вашему факультету призовые очки, а за каждое нарушение распорядка очки будут вычитаться. В конце года факультет, набравший больше очков, побеждает в соревновании между факультетами - это огромная честь. Надеюсь, каждый из вас будет достойным членом своей семьи. Церемония отбора начнется через несколько минут в присутствии всей школы. А пока у вас есть немного времени, я советую вам собраться с мыслями.       Все волновались перед распределением, гадая какие испытания их ждут. А́дам же просто наблюдал. Затем буквально из стен появились призраки и начали желать студентам поступления на факультеты, которые они представляли. Пришла Макгонагал и выгнала призраков, затем повела первокурсников в большой зал, который был освещен тысячами свечей, плавающих в воздухе над четырьмя длинными столами, за которыми сидели старшие ученики. Столы были заставлены сверкающими золотыми тарелками и кубками. Бархатный черный потолок был усыпанный звездами. На другом конце зала за таким же длинным столом сидели преподаватели.       Какое-то время спустя началось распределение. А́даму было интересно, куда же шляпа определит его. Распределение проходило точно так же, как описывала его Роулинг. Наконец очередь дошла и до него.       - Альтаир, Эдди, - громко произнесла Макгонагал.       А́дам спокойно сел на табурет и услышал голос шляпы в голове:       - Что тут такое творится? - спросила она скорее у себя. Но А́дам молчал и предвкушал веселье. Она разрывалась между всеми четырьмя факультетами, спорила сама с собой, затем наконец-то сдавшись обратилась и к объекту анализа, - Да, мой друг, я вижу, что ты маг и весьма могущественный, да и ум у тебя более чем зрелый для своего возраста. Что же с тобой делать то? Может у тебя предпочтения есть?       - А как же, - ответил ей мысленно А́дам, - Но тогда зачем нужна ты, если твою работу будут делать за тебя ученики, выбирая куда поступить?       От такого заявления шляпа запаниковала и разуверилась в себе, но слишком затягивать распределение А́даму не хотелось, а потому он сам выбрал факультет и им стал Слизерин. Почему именно факультет змееуста? А́дам просто решил повеселиться, особенно над слизеринцами. Он прошел к столу своего факультета и, нагло вклинившись, сел между Крэббом и Малфоем.       - Ты еще кто такой? - спросил Драко с надменными нотками в голосе.       - Тот, чьи ноги размяли твою задницу и задницы этих кретинов, что справа от меня - ответил А́дам, глядя прямо в глаза Малфою.        - Так это был ты? - прошипел Драко и добавил, - Да я тебя за это заколдую!       А Крэбб при этом начал поглаживать свои кулачищи, но А́дама это только раззадорило.       - Попытайся, говнюк! - ответил А́дам и врезал Малфою и Крэббу локтями по ребрам. Оба чуть не прослезились от боли. Слизеринцы, сидящие неподалеку – в основном первый и второй курсы, посмотрели на А́дама так, будто собирались растерзать его, но тот осадил их пыл фразой про грелку, порванную каким-то Тузиком, точнее тоном, которым её произнес. Слизеринцы, ставшие свидетелями перебранки, переглянулись, но промолчали, явно изображая из себя культурных людей которые не опустятся до выяснения отношений прилюдно. Никто из преподавателей не обратил внимания на этот инцидент, так как всех интересовал Гарри Поттер.       После плотного и вкусного ужина была небольшая речь директора школы с предупреждениями про опасность прогулок в Запретный лес и правую часть коридора на третьем этаже, а закончился вечер массовым пением гимна Хогвартса. Затем все первокурсники со старостами факультетов во главе направились по своим гостиным и спальням. А́дама определили в комнату с Драко Малфоем, Винсентом Крэббом, Грегори Гойлом и Блэзом Забини. Перед сном Драко начал разговор про Поттера и Уизли, ругая их, на чем мир стоит. Однако, А́дам, проигнорировал все эти разговоры и попытки вовлечь его в эти разговоры, послав Малфоя и его шестерок «…на хутор бабочек ловить!», удобно расположился в своей кровати и моментально уснул.        А́дам проснулся за три часа до завтрака отдохнувшим и полным сил. Лежа в кровати, он анализировал всё, что с ним произошло с момента перемещения на Крин, и размышлял над дальнейшими своими действиями. Стоит ли вмешиваться в ход событий, описанных Роулинг, или лучше просто наблюдать со стороны? Что делать, если вмешательство приведет к изменениям истории о мальчике, который выжил, ведь это грозит неизвестностью для самого А́дама. Еще его смущало, что распределяющая шляпа признала в нем могущественного мага. И это не были просто слова, ведь уже в 11 лет он мог обходиться без палочки и слов в применении заклинаний. "Как так то? - думал А́дам, - Дома магом не был, а тут стал. После Крина. Что же сделал со мной Крин? Или тот чокнутый отшельник что-то учудил? Хотя вряд ли – он так боялся, что кринская магия обрушится на нас и испепелит, что даже слова приветствия принял за заклятие…" - В этот момент А́дам аж присел, он понял как стал магом: кринская магия впиталась в его тело после слов пожелания мира (прим. «ас саламу аллэйкум»). Именно по причине наличия огромных объемов магии у А́дама шляпа видимо и назвала его могущественным магом.        Идя в большой зал, А́дам гадал о том, что сейчас происходит в его родном мире, ищут ли его? Вдруг мысли его переключились на происходящую с ним странность. Он ЗНАЛ каким путем надо идти, чтобы попасть на завтрак в большой зал, уже минут десять он шел как на «автопилоте». Без магии, конечно, не обошлось, магии замка. А́дам буквально кожей ощущал эманации магического поля Хогвартса. «Интересно, но нужно будет в выручай-комнате поэкспериментировать!» – решил он.       Первый учебный день А́дам даже запомнить не успел, настолько он быстро закончился, как и первая учебная неделя. Палочками пока не пользовались вообще, так как начать изучение практического применения магии планировалось со второй недели семестра. А́дам занимался практически по всем предметам и весьма успешно, но сознательно не стал демонстрировать свои познания в магии, ведь знания лишними не бывают, а оценки для него роли не играли. Кроме того, он наблюдал за Гарри Поттером, всё же намного интересней наблюдать воочию те события, о которых прочел книги и посмотрел фильмы. В первую же неделю Гарри много узнал и испытал, особенно ему не понравились урок зельеварения, где над ним издевался профессор Снэйп, а Малфой и компания хохотали, нисколько учителя не стесняясь, и истории магии, на которых просто невозможно было не уснуть.       После уроков А́дам со всех ног помчался в коридор на восьмом этаже к выручай-комнате. Как проникнуть туда он знал хорошо. Проходя трижды мимо стены, где обычно открывался вход в выручай-комнату, А́дам думал о месте, где можно найти углубленные знания по одновременному применению безпалочковой и невербальной магии.       Отвечая на просьбу выручай-комната превратилась в небольшой кабинет метра по три с половиной в длину и ширину и потолком не выше четырех метров. Предметов интерьера было немного: по центру кабинета стояли стол из красного дерева с лампой и кресло очень удобное на вид; у стен стояли книжные полки высотой до потолка из того же красного дерева, заполненные толстенными фолиантами, а над дверью висели обычные часы. А́дам выбрал пару книг и углубился в чтение. Прошло уже несколько часов, когда он поднял глаза на часы и осознал, что зачитавшись успел пропустить ужин, но на его хорошее настроение, связанное с объемом полученной информации, это не повлияло. Он знал где можно раздобыть еды. Но прежде нужно было провести-таки эксперимент с замком, который заключался в том, чтобы вступить в контакт с магией древнего замка. Не вставая с кресла А́дам закрыл глаза и попытался «поймать» магию замка. Не прошло и пары секунд как у него получилось – ощущалось будто еле заметная щекотка по всему телу. Минут пять А́дам сидел и концентрировался на магии Хогвартса, после чего в голове вдруг возникла карта замка, совсем как карта Мародеров.       “Поттер старший и его друзья создавая карту Мародеров просто «присоединили» магию замка к пергаменту и заставили его показывать схему Хогвартса. Умно! Что тут еще скажешь!? Вот так, наверно, я и попал в Большой зал, хотя не знал, как туда идти из гостиной факультета – «подключился» к магии Хога и он меня привел туда куда мне нужно!” – мысленно говорил себе А́дам. Через некоторое время А́дам завершил эксперимент и весьма довольный собой пошел подкрепиться.       Проникнуть на кухню к домовым эльфам Хогвартса оказалось не сложно, хотя по началу А́дам пытался вспомнить, где находится картина, за которой был спрятан вход на кухню, и как открыть проход туда, где готовят эльфы. Домовики были счастливы визиту ученика, а потому задарили А́дама едой под завязку. *************       Вторая учебная неделя началась для А́дама весьма неплохо. В понедельник занятия и уроки давались ему почти без усилий. На следующий день около трех часов пополудни А́дам стоял в ряду слизеринцев, ожидавших начала занятий по полетам на метлах. Наконец появилась преподавательница полетов, мадам Трюк. Поздоровавшись со всеми, она перешла к уроку.       - Ну? И чего вы ждете?! Каждый встает напротив метлы! Давайте, пошевеливайтесь. Вытяните правую руку над метлой и скажите: «Вверх!».       Метла, лежавшая справа от А́дама, даже не шелохнулась. Он еще раз приказал ей со сжатыми зубами, но ситуация не изменилась. В общем, метла его послушалась только после пятой попытки. А́дам сосредоточился на том, чтобы не прозевать неприятности Невилла и попытаться помочь ему.       Вовремя А́дам справился с метлой потому, что Невилла уже несло в небо. Чтоб никто его не увидел, А́дам встал позади всех и в момент падения Невилла с метлы направил на него ладонь с оттопыренными указательным пальцем и мысленно произнес заклинание Вингардиум Левиоса. Невилл не разбился всмятку только потому, что невербальное заклинание А́дама все-таки сработало. Горе-пилот отделался только сломанным пальцем руки. А́дам же остался очень доволен, использовать заклинание не произнося его вслух могут немногие, а тех, кто в силах без палочки это сделать, можно посчитать по пальцам. «Невербальной магии учат только на шестом курсе, – подумал А́дам, - а у меня на первом получилось. Такими темпами я экстерном Хогвартс закончу».       После занятий А́дам снова отправился в выручай-комнату, чтобы потренироваться в использовании заклинаний. На этот раз комната стала тренировочной, точно такой же какой станет на пятом курсе, когда в Хогвартсе будет директором Долорес Амбридж.. Если я оставлю канон без изменений. В начале А́дам решил поколдовать с палочкой для улучшения взаимодействия с ней. Он снова и снова, не произнося вслух, использовал заклинания, которым Гарри обучал Отряд Дамблдора. А́дам чувствовал, как эбонитовая палочка в его руке наслаждается волшебством, она приятно грела ему руку. Даже сложнейшее заклинание Патронуса, произнесенное вслух, сработало мгновенно, а с третьей попытки использовать его невербально появился телесный патронус. Это был нунду. Серебристый леопард выглядел величественно, гордо подняв морду он бесшумно рычал и раздувал при этом шею. Патронус держался, пока сам А́дам не прекратил сосредотачиваться на самом счастливом для него воспоминании.       В выручай-комнате также нашлась книга по оклюменции и легилименции. Эти области магии по защите разума А́дам стал изучать с особым упорством и даже достиг некоторых успехов. С помощью советов из книги по оклюменции ему удалось выстроить в сознании простенький блок, который через полчаса тренировок был развит до того состояния, что попытавшийся вторгнуться туда получал мысленную оплеуху по сознанию и его выкидывало из разума А́дама. Он не знал сможет ли долго противостоять Снэйпу или даже директору, а они ведь мастера в магии разума, но был уверен, что его защита нанесет моментальный ответный удар даже им, если профессора попытаются проникнуть в его, А́дама, мысли.       Легилименцию было решено попрактиковать на домовиках Хога, если они согласятся помочь ученику. Но сначала предстояло снова посетить кухню, так как вызвать домовиков в выручай-комнату он не мог не зная имени хотя бы одного из них.       Придя в спальню, А́дам наблюдал весьма довольного собой Малфоя, который рассказывал своим дружкам, как он исхитрился подставить Гарри Поттера, ввязавшись с ним в дуэль.       - Их поймает Филч, а завтра их исключат за нарушение школьных правил, – радовался Малфой.       - Рано радуешься, Драко. – сказал А́дам и с отвращением добавил, - Ты поступил как трус: сам предложил дуэль, но не явился на нее.       - Не тебе меня учить, как себя вести, Эдди Альтаир или как там тебя? – надменно и с вызовом ответил Драко.       - Ну конечно не мне, - с ухмылкой ответил А́дам, - Ты ведь учишься у своего папаши!       - Ты что, опять нарываешься, Эдди? – проревел Малфой.       - А если и так, что с того, Драко? – подойдя вплотную, ответил А́дам. – Кишка у тебя тонка на меня в открытую напасть, даже со своими подручными вместе.       Малфой молчал, волком уставившись на А́дама, который спокойно лег в постель и демонстративно отвернулся. Он ожидал, что вот может сейчас Малфой с дружками кинутся на него, но надежды не оправдались. Все молча, легли спать.       На завтраке в большом зале А́дам с удовольствием наблюдал за Малфоем. Тот не поверил своим глазам, когда увидел усталых, но светившихся от счастья Гарри и Рона. Затем шесть сов принесли Гарри сверток с метлой и Малфоя чуть удар не хватил. Как понял А́дам, впервые за последнюю сотню лет истории школы в команде по квиддичу появился первокурсник.       Так, периодически издеваясь над Малфоем, занимаясь урока и практикой в магии в выручай-комнате, А́дам не заметил, как пролетели два месяца со дня его появления в этом мире. Знания он впитывал, как губка воду, и не забывал практиковать их в выручай-комнате, но домашние задания делал на «троечку», чтоб его не заподозрили, ведь преподаватели в Хогвартсе, особенно директор и деканы Гриффиндора и Слизерина, весьма проницательные волшебники.       Вечером последнего дня октября А́дам появился в празднично украшенном к Хэллоуину большом зале. Домовые эльфы явно расстарались к празднику, каких только блюд они не приготовили. Столы ломились от яств. А на стенах и потолке сидели, помахивая крыльями, тысячи летучих мышей, а еще несколько тысяч летали над столами, подобно низко опустившимся черным тучам. От этого огоньки воткнутых в тыквы свечей трепетали.       Слегка перекусив, А́дам вышел из зала, спрятался в нише в стене рядом с дверцей и стал ждать. Через несколько минут мимо него пронесся Квиррелл с ухмылкой на лице и сбитым набок тюрбаном. Он вбежал в зал, подбежал к креслу профессора Дамблдора и, тяжело опираясь на стол, простонал: «Тролль! Тролль... в подземелье... спешил вам сообщить...» Затем рухнул на пол, будто потерял сознание. Пока Дамблдор успокаивал суматоху, поднявшуюся в зале, из двери в нише, где стоял А́дам, вышел профессор Снэйп.       - Что вы тут делаете, мистер Альтаир? – удивленно спросил он А́дама.       - Вас жду профессор! Хотел предупредить, чтоб вы не забывали о музыке, – спокойно ответил А́дам и ушел в гостиную Слизерина, оставив профессора Снэйпа в недоумении от такого предупреждения, в одиночестве.       Придя в гостиную, А́дам взялся за уроки, не обращая внимания на разговоры других студентов факультета Слизерин про тролля. А в это время Гарри и Рон спасали Гермиону от того самого тролля, что объявился в подземелье.       Чуть позже, когда всё немного успокоилось, А́дам уже лежал в своей кровати и размышлял. Мысли крутились вокруг вопроса о возвращении в свой мир: без посторонней помощи осуществить это, скорей всего, не получится еще очень долго, а значит, нужно обратиться к кому-то за помощью. Вариантов А́дам видел два: Снэйп либо Дамблдор. Но второй не вызывал у А́дама доверия, потому что из книг Роулинг о Гарри Поттере знал, что директор не пожалеет ничьей жизни, в том числе и своей, ради уничтожения Темного лорда, ради «общего блага». А́дам был уверен, что директор, узнав о нём и его способностях в магии, тут же попытается привлечь А́дама к достижению своей цели, исполнению своего «плана» ликвидации Волдеморта. В то же время Северус Снэйп показал себя в книгах Роулинг весьма талантливым магом, обладающим мужеством большим, чем тот же Дамблдор, побоявшийся умирать в мучениях, которые могла ему причинить Белатрисса Лестрейндж, а потому потребовал от Снэйпа убить его и избавить от страданий. При этом Снэйп был «показательным» слизеринцем с его изворотливостью и хитростью. Конечно знаний у Дамблдора было побольше, накопил видать за сто с лишним лет, но Снэйп заслуживает доверия несравненно больше, ведь и сам, как писала Роулинг, доверял Дамблдору до последней секунды своей жизни, зная, что может её лишиться. А директор, как он выразился в последней книге Поттерианы, не любит класть все яйца в одну корзину, особенно в корзину, болтающуюся на руке Волдеморта.       Недолго еще А́дам размышлял и, наконец уже засыпая, пришел к выводу, что Снэйпу нужно рассказать всё о себе, даже о применении Империуса при изъятии золота у Малфоя, Крэбба и Гойла, иначе тот не доверится ему полностью. **********       На следующее утро по пути на завтрак в большой зал А́дама перехватил хромающий профессор Снэйп:       - Здравствуйте, мистер Альтаир. Прошу Вас зайти ко мне в кабинет. У меня к Вам есть разговор.       - Конечно профессор, я к Вашим услугам, - ответил А́дам.       Не сказав ни слова, Снэйп и А́дам прошли в кабинет декана Слизерин. Первым заговорил А́дам:       - Профессор, почему Вы пренебрегли моим советом? Трехголовый пёс поранил Вам ногу. Я не хотел, чтоб так случилось, потому и дал совет, как усыпить пса.       - А кому-нибудь еще ты давал такой совет? – спросил Снэйп, глядя пронизывающим взглядом черных глаз. Закончив вопрос, он попытался проникнуть в разум ученика, но был бесцеремонно из него вышвырнут. Профессор даже слегка вздрогнул.       - Конечно, нет, профессор. Он и без меня всё знает! – улыбаясь, ответил А́дам.       - Кто знает?       - Квиррелл. Он хочет похитить камень для своего хозяина.       - Откуда тебе известно о камне, мальчишка? – вдруг зашипел Снэйп угрожающе.       - Простите, профессор, но Вам не стоит на меня так набрасываться, как и пытаться проникнуть в мой разум. Вам я всё и так расскажу, ведь Вы единственный из известных мне магов, которому я могу довериться и без непреложного обета.       - Я Вас не понимаю, мистер Альтаир. Вы о чем? – спросил Снэйп, взяв себя в руки.       - О моем появлении в школе. Это не займет много времени, если Вы готовы выслушать меня.       - Ну что ж, я слушаю! – ответил Снэйп.       Рассказ А́дама о своих приключениях с момента попадания на Крин по день отправки в Хог уместился в пять минут. Снэйп его не перебивал и слушал внимательно не отводя от своего студента взгляда.       - Вот так я очутился в Хогвартсе, профессор. Имя Эдди Альтаир, как Вам уже стало ясно, выдуманное. На самом деле меня зовут А́дам, а Вы единственный в этом мире кто знает об этом.       - Очень интересная история, А́дам! Но ты не сказал, как узнал про камень и его защиту!? – в голосе профессора читалось легкое сомнение в правдивости услышанного рассказа.       - Это уже другая история, профессор, я расскажу Вам ее вечером. Приходите сегодня после ужина в коридор на восьмом этаже. А пока прошу Вас ничего никому не говорить. Особенно профессору Дамблдору. Я знаю, что Вы ему доверяете и кое в чем помогаете, но обо мне он знать не должен, иначе история изменится.       - Какая история? – в недоумении спросил Снэйп.       - Вечером Вы всё узнаете. А сейчас мне надо поесть и к занятиям приступать. До вечера профессор, – сказав это, А́дам вышел из кабинета и помчался на завтрак, снова оставив Снэйпа в легком недоумении.       Во время ужина в большом зале А́дам снова увидел Снэйпа и кивнул ему. Тот ответил своим кивком и поднялся из-за стола, а затем удалился из зала. Они встретились на лестнице между седьмым и восьмым этажами.       - Что мы здесь забыли, мистер Альтаир?       - Сейчас всё увидите сами, профессор. Мне нужно будет просто трижды пройти мимо одной стены, чтобы дверь открылась.       А́даму снова понадобился кабинет и с этим мысленным требованием он трижды прошел мимо предполагаемого входа в выручай-комнату. Когда двери начали вырисовываться на стене, будто рисунки на песке, Снэйп остолбенел.       - Профессор, что с Вами? – озабоченно спросил А́дам когда закончил.       - Так ты нашел выручай-комнату? – справившись с собой, ответил Снэйп вопросом на вопрос.       - Да, профессор, это она, давайте пройдем внутрь, - поторопил его А́дам.       Обстановка кабинета в выручай-комнате была той же, что и при единоличном посещении её А́дамом, только прибавилось еще одно кресло.       - Я читал о ней, когда был студентом…. - начал было Снэйп, но А́дам его перебил.       - … в книге об истории Хогвартса. Я знаю, профессор, но комната не самое важное, о чем я хотел бы Вам рассказать. Если позволите, я начну с самого начала.       - Я тебя внимательно слушаю, А́дам, - ответил Снэйп, садясь на одно из кресел.       А́дам знал, что разговор с профессором будет нелегким, потому не собирался скрывать ничего из того, что знает, в том числе о детстве Снэйпа и Лили Эванс - матери Гарри Поттера. Он сосредоточился, чтобы быть готовым к малейшим признакам агрессивной реакции профессора, и начал рассказывать:       - Вы знаете, как я попал в Ваш мир, но не знаете, с каким багажом знаний я тут очутился. Я знаю, что произойдет в Хогвартсе и в некоторых местах за его пределами в ближайшие семь лет, считая этот учебный год. В моем мире, где нет волшебства, магии и колдовства, некая британка Джоан Роулинг написала семь книг о Гарри Поттере. Может быть, она просто пересказала в книгах то, что увидела в вашем мире или кто-то из вашего мира ей расскажет в будущем, с этим вопросом всё слишком запутано и точного ответа я не знаю. Но это и не важно, потому что я наблюдал за происходящим в школе и убедился, что написанная ею история, в точности воплощается в жизнь.       А́дам немного помолчал, чтобы Снэйп смог обдумать и осознать услышанное, а затем продолжил:       - Как я Вам уже говорил вчера, профессор, Квиррелл хочет достать философский камень для своего хозяина – Тёмного Лорда. Он живет, если это можно назвать жизнью, на затылке у Квиррелла словно паразит. Камень нужен Темному Лорду для обретения нового тела. Его подручный найдет способ обойти защитные заклинания и ловушки, подготовленные преподавателями. Получить камень Темный Лорд не сможет, потому что Гарри Поттер ему помешает.       - И ты узнал об этом из книг этой Роулинг? – спросил Снэйп с уже нескрываемым интересом во взгляде.       - Да, профессор, и это только начало. На втором курсе Джини Уизли, находясь под волей дневника Тома Рэдла, который впоследствии стал Темным Лордом, откроет тайную комнату и выпустит из неё василиска. Но не волнуйтесь, никто серьезно не пострадает. Дневник Тома подкинет ей Люциус Малфой в книжной лавке будущим летом. Скажите, профессор, Вы знаете что-нибудь про заклятие «крестраж»?       - Самую малость, – ответил Снэйп - это заклятие, с помощью которого темный маг прячет часть своей души в какой-либо предмет.       - А чтобы разорвать душу на части нужно совершить убийство, - продолжил за него А́дам. - Так вот, дневник Тома Рэдла – это первый крестраж, созданный Темным Лордом почти пятьдесят лет назад. При его создании погибла девочка, призрак которой сейчас обитает в дамском туалете.       - Плакса Миртл?! – догадался Снэйп.       - Верно! Том Рэдл свалил всё на Хагрида, которого в последствии исключили из школы и сломали палочку. Министерство магии даже вопросом не задалось как гриффиндорец, в добавок полувеликан, может быть наследником Слизерина и как такой посредственный волшебник смог отыскать вход в тайную комнату.       - Ты сказал дневник – первый крестраж. Сколько же он их создал? – спросил Снэйп.       - Всего их семь, - ответил А́дам, - но один, как я думаю, он создаст только через три года. В конце концов, Гарри с друзьями разберутся с крестражами. Но мы отвлеклись: так вот, попав под влияние части души Темного Лорда Джини Уизли натравит василиска на кошку Филча и нескольких студентов. Не пугайтесь профессор, никто из них не умрет, потому что никто не будет смотреть чудовищу прямым взглядом. Кстати, Хагрида, снова посчитав виновным в нападениях, Министерство упрячет в Азкабан, а Дамблдора отстранит от руководства школой попечительский совет, но ненадолго. К концу учебного года василиск утащит Джини Уизли в тайную комнату. Она понадобится Темному Лорду, чтобы восстановить свое тело и свою мощь. Но опять ему помешает Гарри Поттер с помощью феникса Дамблдора – Фоукса и меча Годрика Гриффиндора.       - Сомневаюсь, что в Гарри Поттере есть что-то, что может помочь ему в столь юном возрасте помешать Темному Лорду! – улыбнувшись уголком рта, сказал Снэйп.       - Он помешает Тёмному лорду, профессор, и будет мешать регулярно. Ведь тогда в Кабаньей голове Вы услышали только часть пророчества Сивиллы Трелони, из-за которого вините себя в смерти Лили Эванс.       Снэйп резко вскочил с кресла и, направив палочку на собеседника, с яростью на лице зашипел: «Откуда ты узнал про Лили?». Но и А́дам успел направить палочку на профессора и мысленно произнести «Экпеллиармус», тем самым обезоружив преподавателя.       - Простите, профессор, что задел Вас за живое и обезоружил! А теперь прошу Вас успокоиться и снова присесть.       Снэйп сел обратно в свое кресло, а А́дам поднял его полочку с пола и вернул хозяину, затем сел сам и продолжил рассказ.       - Я знаю всё это из книг Роулинг. И про Ваше детство, проведенное бок о бок с Лили Эванс, и про Вашу ненависть к Джеймсу Поттеру, которую Вы перенесли и на его сына, и про то, что Вы дали согласие Дамблдору помочь ему оберегать Гарри в память о Лили. А еще я знаю, что Темный лорд прикажет своей змее убить Вас.       - Значит, он всё же раскроет меня! Плану Дамблдора наступит крах, – с ухмылкой, но грустным голосом произнес Снэйп.       - Не раскроет он Вас, а план таки будет реализован, хотя и не без помощи случая. Темный лорд, конечно, очень могущественный волшебник, но знаний у него ужасающе мало для обладания такой мощью. Он многие факты понимает по-своему, хотя истина фактически отличается от его видения. Например, он сам даровал могущество Гарри Поттеру для своей погибели.       - Как это? – в недоумении спросил Снэйп.       - Как я уже сказал, в Кабаньей голове Вы услышали только начало пророчества, профессор, где говорится о том, что мальчик родится в июле, у людей, трижды бросавших вызов Тёмному лорду. Полностью пророчество звучало так: «Грядет тот, у кого хватит могущества победить Темного лорда, рожденный теми, кто трижды бросал ему вызов, рожденный на исходе седьмого месяца... и Темный лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы... И один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой... тот, кто достаточно могуществен, чтобы победить Темного лорда, родится на исходе седьмого месяца...»       - «...и Темный Лорд отметит его как равного себе...» - задумчиво повторил Снэйп.       - Именно, профессор! Темный лорд решил опередить события и уничтожить того, кто, по его мнению, представляет для него опасность, но тем самым запустил цепь событий, которая приведет к его гибели.       - То есть, если бы он не знал про пророчество, то Лили осталась бы в живых… - грустно произнес Снэйп, повесив голову.       - Северус, так или иначе, все те, кто отвергает темную сторону магии, были бы убиты. Темный лорд не сделал для Вас исключения в тот раз, когда Вы просили пощадить Лили, не сделал бы и после. Если бы Вы не донесли ему о пророчестве, то способа победить Темного лорда могло и не быть вовсе. Когда Гарри после победы над Темным лордом узнает, что Вы для него сделали, то будет благодарен по гроб жизни, настолько, что назовет своего сына в Вашу честь. Мальчик будет носить имя Альбус Северус Поттер.       - Ты серьезно, А́дам? – тихо спросил Снэйп, смотря на него широко раскрытыми глазами и не веря своим ушам.       - Да, профессор! - улыбнувшись, сказал А́дам, - Давайте пока на этом остановимся. Продолжим, когда будете готовы.       Профессор поднял на него взгляд и, молча, кивнул, а А́дам добавил к сказанному: «И очень Вас прошу не рассказывать никому о том, что вы узнали от меня, особенно Дамблдору. Почему – объясню при следующей нашей встрече. Вам необходимо вести себя так, будто ничего не знаете». И снова Снэйп кивнул, глядя А́даму в глаза. ********       Они вышли из выручай-комнаты и направились в подземелья. Через некоторое время Снэйп тихо спросил:       - Почему ты решил открыться мне?       - Я не хочу, чтобы Вы погибали, профессор! – ответил А́дам почти шепотом, - А еще я надеюсь, что Вы поможете мне вернуться домой, в мой мир.       - А как ты научился невербальным заклинаниям? – с удивлением в голосе спросил Снэйп.       - В выручай-комнате.       Пока Гарри Поттер выигрывал в квиддич, выяснял с друзьями у Хагрида про трехголового пса Пушка, искал в запретной секции библиотеки сведения о Николасе Фламмеле, ночами смотрел в зеркало Еиналеж, отбывал наказание за ночные прогулки к Хагриду, прошли недели. А А́дам в это время усердно занимался на уроках по магии и самостоятельно в выручай-комнате.       *******       Незадолго до начала экзаменов Снэйп и А́дам снова сидели в выручай-комнате.       - Почему директору нельзя ничего рассказать, А́дам? – спросил Снэйп.       - Чтобы он не смог вмешаться. Он построил целый план по уничтожению Темного лорда. Директор пойдет на любые жертвы, не пожалеет даже собственную жизнь, которую, кстати, Вас и попросит забрать.       - Что? – удивился Снэйп, - Но зачем ему это?       - Темного лорда нужно будет убедить в Вашей ему, Лорду, преданности. Но я лучше расскажу всё по порядку.       - Я внимательно тебя слушаю! – серьезно сказал Снэйп, удобнее устраиваясь в кресле.       - Скоро Гарри не позволит Квирреллу добраться до философского камня, уничтожив профессора защиты от темных искусств буквально голыми руками. Потеряв верного слугу и своё временное вместилище в виде затылка Квиррелла, Волдеморт сбежит в леса Албании. Там он будет ожидать своего верного слугу, который и поможет ему возродиться.       - Кто этот слуга? – перебил А́дама Снэйп.       - Это Питер Петтигрю. – ответил А́дам.       - Но ведь его убил Сириус Блэк. И еще с десяток маглов вместе с ним.       - Я знаю, что Вы ненавидите Блэка из-за того случая с оборотнем, профессор, но Сириус не убивал ни одного человека за всю свою недолгую жизнь. Он был хранителем тайны местонахождения убежища Поттеров. За ним пожиратели смерти охотились больше всего. Сириус предложил Дамблдору поменять хранителя тайны на Питера Петтигрю, полагая, что Темному лорду и в голову не придет, что Питер может быть хранителем тайны местоположения Поттеров. А Поттеры с ним согласились и поменяли хранителя. Хотя директор не разделял мнения Сириуса, но ритуал всё же провел. Сейчас Блэк очень раскаивается в том решении и мечтает поймать Петтигрю и отомстить. Сириус до сих пор не лишился разума в Азкабане только потому, что осознает свою невиновность в преступлениях, за которые сидит.       - Где же сейчас Петтигрю, если он всё же остался в живых? – с усмешкой спросил Снэйп.       - Вы не знаете, профессор, кое-чего о нем, потому и сомневаетесь. В годы учебы в Хогвартсе с Вами учился не только оборотень Римус Люпин. Его друзья были незарегистрированными анимагами. Чтобы Римусу не было одиноко в полнолуния, и чтобы держать его под своеобразным контролем, Питер Петтигрю, Сириус Блэк и Джеймс Поттер стали анимагами. Несколько лет им понадобилось для развития анимагических способностей, но они всё же добились своего.       - И в кого же они перевоплощались? – с нескрываемым удивлением спросил Снэйп.       - Питер в крысу, Джеймс в оленя, Сириус в большого черного пса. Вся эта компания называла себя Мародерами и даже создала некую карту Хогвартса. Вы можете найти её в кабинете Филча. С помощью карты Вы сможете найти Питера. Однако карта не должна покинуть кабинет Филча, иначе история изменится.       - То есть Питер сейчас в замке? – спросил Снэйп.       - Да, профессор. Проявит он себя только тогда, когда Гарри будет на третьем курсе. Жизни Петтигрю начнет угрожать опасность, и он постарается исчезнуть. Ситуация получит совершенно неожиданное развитие для всего волшебного мира.       - Неужели? – вскинув брови, удивился Снэйп.       - Да. Питера тоже пока необходимо оставить в покое. Иначе сами знаете. Всё должно пройти так, как написано в книгах Роулинг.       - Почему ты так считаешь? Не лучше ли сделать так, чтобы Темный лорд не мог вернуться и оставался слаб, а затем отыскать его и уничтожить?        - Нет, профессор, не лучше. Он очень изворотлив, и темная магия захлестнула его с головой, он не остановиться ни перед чем для того, чтобы вернуться и обрести бессмертие.       - Бессмертие? Разве это возможно? – резко встав с кресла, спросил Снэйп.       - Темный лорд считает магию крестражей способной даровать бессмертие. Но жизнь с разорванной на куски душой это не жизнь, профессор, Вы ведь это понимаете!       - Действительно, – согласился Снэйп, - Мне очень интересно узнать, как возродится Темный лорд? Как он будет действовать? Какое заклятие применит для этого?       - Как оно называется, профессор, я не знаю, но опишу его в продолжении рассказа о будущем Гарри Поттера. Итак, Петтигрю сбежит в леса Албании, Сириус ускользнет из лап министерства, Люпин уйдет в отставку с поста преподавателя Защиты от темных искусств, а Гарри одолеет стаю дементоров в одиночку. Все эти события произойдут в конце третьего года обучения Поттера в Хогвартсе.       - Как это Гарри… в одиночку… сможет одолеть даже не одного…, а целую стаю дементоров? – спросил Снэйп с нескрываемым сомнением и одновременно удивлением.       - Люпин его обучит заклинанию Патронуса. И спустя не больше пары месяцев Гарри сможет наколдовать телесного Патронуса, который спасет и самого Гарри, и Сириуса Блэка. Он одаренный, Северус, и Вы сами увидите это совсем скоро. На этом про третий год обучения Гарри в Хогвартсе мне рассказать нечего! - сказав это, А́дам немного помолчал, а затем продолжил, - Четвертый год учебы Гарри в школе ознаменуется проведением первого за последние несколько веков Турнира трёх волшебников. Темный лорд узнает о турнире от Берты Джоркинс, которую Петтигрю захватит и приведет к нему в албанские леса. Один из самых верных Темному лорду пожирателей смерти, который не только сбежал из Азкабана, но и долгое время находился по Империо, освободится и весь учебный год будет помогать Поттеру выиграть турнир и дотронуться до Кубка Огня, являющегося порталом на кладбище, где Гарри Поттера будет поджидать Темный лорд. Кровь Гарри нужна ему для обряда восстановления своего тела, сейчас он не сильнее захудалого привидения. Кроме того, из могилы своего отца, Тома Рэдла старшего, ему понадобится кость отца, взятая без спроса, а также часть тела слуги, отданная добровольно. Всё это, в том числе свою конечность, Петтигрю бросит в большой котел, а затем бросит в него тельце Темного Лорда. Затем этот котел трансфигурируется в тело Волдеморта. Никогда не слышали о такой магии, Северус?       - Нет, но я уверен, что это очень сильная темная магия, - ответил Снэйп.       - А он не только знает, но еще и владеет ею. Темный лорд обладает магическим потенциалом, превосходящим силы нескольких величайших магов прошлого и нынешнего времен. Однако, отдавая предпочтение только темным искусствам, знаниями о других видах магии он себя не обременяет. Что, кстати, и приведет к его краху, но об этом потом. Итак, пройдя все испытания с блеском, в том числе и негативное отношение студентов всех факультетов, кроме Гриффиндора, Гарри вместе с Седриком Диггори окажется на кладбище и воочию увидит возрождение Темного лорда. Седрика, к сожалению, к этому времени по приказу хозяина убьет Петтигрю…       - Гарри вместе с Седриком? – недоумевал Снэйп, - У Хогвартса будет два чемпиона? Это против правил турнира.       - У Хогвартса будет только один чемпион – это Седрик Диггори, а Поттера шпион Темного лорда заявит на турнир как единственного студента какой-то четвертой школы. Гарри, конечно же, этого не знал и не просил об этом никого. Шпион Темного лорда сработает отлично, проведя его через весь турнир прямо в лапы хозяина. И Гарри не испугается Темного лорда и выйдет к нему на встречу, фактически на свою смерть. Будет дуэль, но Гарри не проиграет и сможет сбежать, прихватив тело Сэдрика. После рассказа Гарри о своих приключениях, Дамблдор то и додумается, как уничтожить Темного лорда. Краеугольным камнем в его плане будет способность Гарри лицом встречать опасность и при необходимости жертвовать своей жизнью ради безопасности других людей, особенно тех, кто ему дорог.       - Но кто будет этим шпионом? У Темного лорда много преданных слуг, – заинтересовался Снэйп, - кому по силам водить за нос представителей Министерства магии вместе с преподавателями Хогвартса, включая директора?       - Барти Крауч младший внедрится в Хогвартс, приняв внешность Грозного Глаза Аластора Грюма. Миссис Крауч, жена Барти старшего, перед смертью попросит своего мужа ради нее забрать сына из Азкабана. Во время летних каникул Барти Крауч старший вместе с супругой явится в тюрьму для магов на свидание с сыном. В камере жена мистера Крауча выпьет оборотное зелье с волосками сына, а тот в свою очередь выпьет зелье с волосками матери. Под внешностью супруги Барти Крауч ст. выведет сына из Азкабана, а саму миссис Крауч похоронят вместо сына. Через года три Барти Крауч мл. с помощью домовика Винки сможет вырваться из-под заклятия Империус, наложенного отцом. А затем, уже во время турнира, Барти Крауч ст. будет под действием Империуса Темного лорда. Сам же пожиратель смерти будет разоблачен, когда Гарри вернется с кладбища потрепанным внешне и опустошенным внутренне, но всё же живым и здоровым.       - Значит, Поттер будет биться с Тёмным лордом и при этом выживет? Невероятно!!! Я бы даже сказал невозможно!!       - Вы сможете лично в этом убедиться, Северус, если посетите кладбище в Литл-Хэнглтоне одновременно с Гарри и Седриком во время финального испытания Кубка Трех волшебников. Как Вы помните, Гарри удалось выжить, будучи еще годовалым младенцем, не без помощи конечно, но и на кладбище ему тоже помогут. Кроме того, Гарри Поттер получит еще одну силу, которая поможет ему не погибнуть при одной их следующих встреч с Волдемортом.       - Еще силу? Это какую же? – спокойно спросил Снейп, хотя и любопытства скрыть не смог.       - Во время дуэли с Волдемортом на кладбище палочка Гарри сможет вобрать в себя смертоносность палочки Тёмного лорда, но это сила будет полезной только против него. В остальных случаях палочка Гарри из остролиста останется самой обычной волшебной палочкой. Вы в курсе, что в сердцевинах палочек Волдеморта и Гарри перья из хвоста феникса Фоукса?       - Я этого не знал! – догадываясь о чем-то, ответил Снэйп.       - Эти палочки – сестры, поэтому… - начал было А́дам, но Снэйп продолжил за него, - поэтому одна палочка смогла взять силу другой, между ними есть связь!       - Именно так, профессор! Палочка Гарри сможет не только впитать силу палочки Темного лорда, но и заставит её воспроизвести совершенную ею магию в обратном порядке. В общем Гарри увидит своих родителей, Седрика Диггори и еще пару человек, но это будут лишь тени убитых Волдемортом людей, – закончил А́дам.       - Он увидит Лили? – ошарашенно спросил Снэйп и в его голосе А́дам почувствовал тоску по Лили Эванс.       - Даже услышит её голос, профессор, но Вам проявлять себя на кладбище в тот момент, когда будут происходить рассказанные мною события, нельзя.       - Да! – успокоившись и опустив голову, ответил Снэйп, - я уже понял, может измениться ход событий, который приведет к концу Темного лорда, будь он проклят.       Около десяти минут А́дам и Снэйп сидели молча, затем профессор так же молча встал и собирался выйти из выручай-комнаты, как А́дам окликнул его:       - Профессор, Вы в порядке?       - В полном! – твердо ответил Снэйп, обернувшись, - когда я смогу услышать продолжение истории избавления от Темного лорда?       - Когда Вы этого пожелаете, профессор! – ответил А́дам, - экзамены мне не помешают, не волнуйтесь! *********       После экзаменов, которые А́дам намеренно сдал на средний балл, чтобы не вызывать подозрений у руководства магической школы, Снейп пригласил его в свой кабинет.       - А́дам, ты не знаешь, почему у мистера Поттера болит его шрам? – пристально глядя, спросил профессор, - я слышал, как он своим друзьям об этом рассказывал.       - Шрам Гарри жжется, когда Волдеморт испытывает сильные эмоции. Он очень близко подобрался к философскому камню, профессор! Радуется наверно, - пожав плечами, ответил А́дам.       - Не понимаю! Как могут быть связаны эмоции Темного лорда и боли в шраме Гарри? – снова спросил Снэйп, не отводя пристального взгляда с собеседника.       - Ответ на этот вопрос в свое время Вы получили бы и от директора, но я думаю, что Вам нужно узнать об этом пораньше, а потому, если не возражаете, я продолжу свой рассказ.       - Не возражаю, А́дам, я даже напомню тебе, на чем ты остановился: Темный лорд снова обретет тело, а Гарри Поттер расскажет об этом Дамблдору. – слегка улыбнувшись уголком рту, ответил Снэйп.       - Он расскажет об этом не только Дамблдору. Гарри, прихватив тело Седрика Диггори, с помощью кубка, который шпион заколдует как портал, вернется на стартовую площадку финала Кубка Трех волшебников в Хогвартсе. Слова о возвращении Волдеморта услышат помимо директора еще несколько человек: Вы, Минерва МакГонагал, министр магии, Барти Крауч мл. под личиной Грюма. Последний заберет Гарри к себе в кабинет, чтобы прикончить, но ему помешают директор и Вы с деканом Гриффиндора. Под действием Вашей сыворотки правды Барти Крауч мл. ответит на вопросы о том, как оказался на воле и воссоединился со своим повелителем, как они вместе с Петтигрю пленили Грозного Глаза, как он под носом у Дамблдора провел Гарри через весь турнир, как убил своего отца, который смог преодолеть заклятие «Империус» и примчаться в Хогвартс, чтобы предупредить Дамблдора.       - Барти Крауч ст. наверно надеялся исправить свою ошибку! – задумчиво сказал Снэйп.       - Да, но не успел, - продолжил А́дам, - собственный сын убил его.       - После разоблачения Барти Крауч мл. снова отправят в Азкабан? – злорадствуя спросил Снэйп.       - Нет, профессор. Сам министр магии явится в замок в сопровождении дементора, чтобы выяснить у Дамблдора, что происходит. В общем дементор применит «поцелуй» и от Барти Крауча мл. останется только туловище, а его признания в пересказе директора школы министр магии оценит, как действия сумасшедшего. Мол, он только думал, что выполняет приказы Темного лорда, а на самом деле Тот-кого-нельзя-называть не мог возродиться. Даже демонстрация Вами своей руки с проявившейся меткой Волдеморта его не убедит.       - Идиот! Как он мог не поверить директору и моей метке? - с отвращением на лице сказал Снэйп.       - Он боится потерять пост, если магическая общественность вдруг узнает, что Темный лорд вернул себе былое могущество. Повздорив с Дамблдором, он вернется в министерство, уверенный в том, что директор школы хочет занять его пост. Мистер Фадж развернет свою деятельность против Дамблдора, чтобы магическое сообщество не верило в возвращение Волдеморта. Министр магии не просто идиот, профессор, он феерический кретин.       - Да уж, - согласился Снэйп, - Дамблдору уже предлагали этот пост еще до избрания Фаджа, но Альбус отказался.       - Как директор сам о себе говорил в книгах Роулинг, таким людям как он нельзя доверять власть. Услышав мое повествование до конца, профессор, Вы поймете почему.       - Почему, А́дам, ты так уверен, что всё, что написала эта Роулинг, непременно произойдет? – снова сомневаясь, спросил Снэйп.       - Потому, что все события из первой её книги произошли на моих глазах, профессор, в точности. Кстати скоро Гарри с друзьями пройдут мимо Пушка и других ловушек преподавателей Хогвартса к философскому камню. Гарри встретится с Квирреллом и Темным лордом лицом к лицу, и Поттер победит, хоть и в защите студентов философский камень не нуждался. Как и в защитных заклинаниях преподавателей.       - Почему? - удивился Снэйп.       - Потому, что Дамблдор придумал наилучшую защиту для камня – только тот, кто хочет найти камень, только найти, а не использовать - сможет это сделать. Вы понимаете, профессор, что всё это значит?       - Не совсем – недоумевая, сказал Снэйп.       - Суть в том, что Гарри не нужно было идти спасать философский камень от Квиррелла, он итак ему не достался бы. При этом Дамблдор знает, что Гарри с друзьями провели своё расследование и полезут в люк под Пушком, но не станет вмешиваться, пока положение студентов не станет критическим.       С последними словами А́дама Снэйп вскочил со своего места и ринулся к двери, но А́дам встал у него на пути, раскинув руки.       - Прошу, профессор, не надо помогать Гарри, он справится и без Вас, - спокойно сказал А́дам, - Квиррелл не выживет, я же Вам уже рассказывал. Я понимаю, что Вы хотите отдать долг Джеймсу Поттеру за спасение своей жизни, но, прошу, не торопитесь. С Гарри ничего серьезного не случится, проваляется три дня в больничном крыле и всё.       - А что, если ты ошибаешься? – с волнением в голосе, но строго сказал Снэйп.       - Если Вы знаете способ, как незаметно проникнуть в оберегаемую преподавателями Хогвартса комнату с волшебным зеркалом и не быть обнаруженными, то мы вместе увидим всё воочию, и Вы убедитесь, что я прав.       Через некоторое время Снэйп и А́дам под дезиллюминационным заклинанием стояли в зале так, чтобы видеть и слышать всё происходящее. Перед зеркалом крутился Квиррелл, коротко переговариваясь со своим затылком. Когда он остановился посреди комнаты, появился Гарри.       - Вы? — изумленно выдохнул Гарри.       - Именно, — спокойно подтвердил Квиррелл. - А я все гадал, встречу ли здесь тебя, Поттер.       - Но я думал… — ошеломленно пробормотал Гарри. - Я думал… что Снейп…       А́даму было очень интересно увидеть то, о чем он читал в первой книге о Гарри Поттере, но диалог Квиррелла и Гарри заставил его задуматься над происходящим.       - Постой спокойно, Поттер, мне надо исследовать это любопытное зеркало. В этом зеркале кроется ключ к камню, - пробормотал Квиррелл, постукивая пальцами по раме.       Эти слова о зеркале натолкнули А́дама на мысль о том, для чего же Дамблдор принес его сюда? Для защиты камня оно не нужно, ведь камень может найти тот, кто просто хочет его найти, а не использовать. А зеркало показывает самые сокровенные желания того, кто стоит перед ним. В финале книги и фильма Гарри смог найти камень потому, что захотел его найти, но только для того, чтобы защитить его. И именно с этим желанием он стоял перед зеркалом, которое могло показать желаемое, но не воплотить. Камень оказался в кармане Гарри без помощи зеркала, таким его создал Фламмель.       А́дам начал вспоминать события начала книги Роулинг: когда Хагрид забирал философский камень из сейфа в Гринготтсе, Гарри присутствовал при этом. Неужели нельзя было забрать его оттуда раньше? Причем ограбление сейфа, где лежал камень, произошло в тот же день, как и встреча в баре Гарри с Квирреллом, который уже был преподавателем в Хогвартсе. Зачем директор вообще взял его, если даже Хагрид называет его чуть ли не трусом, а его уроки пародией? Его не выгнали с должности даже после попытки убить Гарри во время матча по Квиддичу. Дамблдор не мог не знать, что на затылке Квиррелла обитает Темный лорд, которому для восстановления необходим философский камень. Чтоб разведать, где его найти, Квиррелл, вероятно, и устроился в Хогвартс. Волдеморт при этом еще и единорогов убивал в запретном лесу. А директор наказанных студентов в помощь Хагриду послал для поисков тел убитых единорогов, хотя сам же и запрещал студентам появляться в запретном лесу под страхом смерти.       Касательно Гарри директор регулярно нарушал правила, например, когда за ослушание преподавательницы полета на метах его не выгнали, а сделали ловцом Гриффиндора. Потом еще этот увалень Хагрид дарит Гарри на рождество флейту, хотя сам же перед ним обмолвился о том, что трехголовая собака засыпает, если слышит музыку. «Бред какой-то, - подумал А́дам, - или всё-таки не бред?!» А если предположить, что директор всё знал и допустил такое поведение Квиррелла и Темного лорда, а также манипулировал Гарри и обстоятельствами вокруг мальчика, который выжил? Даже сегодняшнее приключение Гарри и его друзей рассчитано на умение Рона играть в шахматы, на логику Гермионы и знание ею заклинаний, на владение Гарри полетом на метле и его же знание особенностей работы зеркала Еиналеж. Вывод напрашивается сам собой: Дамблдор организовал всё именно так, как нужно было ему, он манипулировал Гарри через Хагрида, который по своей рассеянности болтал лишнее, и Снэйпа, которому позволял несправедливо наказывать Гарри штрафными баллами.       - Ну и хитрый же ты старый лис! – восхищенным шепотом произнес А́дам.       - Ты это о ком? – так же шепотом спросил Снэйп.       - Потом расскажу, профессор! А пока нам можно уже уходить, ведь камень Гарри защитил, а Волдеморт уносит свои остатки, даже пятки вон сверкают.       Пока А́дам был погружен в свои мысли, действо в зале с зеркалом практически закончилось. На сцене появился Дамблдор и забрал бессознательного Гарри на руках. Позднее Снэйп и А́дам сидели в выручай-комнате и профессор, наконец, признал, что А́дам оказался прав. Договорившись о следующей встрече они разошлись. *************       После обеда в предпоследний день учебного года А́дам пошел в кабинет директора по срочному вызову. В кабинете присутствовали Альбус Дамблдор и Северус Снэйп. “Неужели продал меня, Нюниус?” - подумал А́дам, но озвучивать мысль не стал.       - Здравствуйте мистер Альтаир! - первым заговорил Даблдор.       - Добрый день, профессор! - вежливо ответил А́дам.       - Мы вызвали тебя потому, что профессор Снэйп попросил меня отпустить тебя погостить у него на время летних каникул. Я считаю, и Министерство со мной согласно, что решать должен ты. Ты согласен провести лето у профессора Снэйпа или отправишься снова в «Дырявый котел»?       - Я согласен, профессор Дамблдор. - ответил А́дам и мысленно поблагодарил Снэйпа.       - Ну раз так можете идти. Я думаю летние каникулы пойдут тебе на пользу в плане учебы, – с улыбкой и взглядом поверх очков полукружий ответил директор.       Спустя четверть часа Снэйп с А́дамом сидели в выручай-комнате.       - Наверно надо было тебя предупредить, А́дам, что я собираюсь к директору с разговором на счет тебя!? – снова улыбнувшись уголками рта сказал Снэйп.       - Не переживайте на счет этого, профессор. Меня другое интересует, - загадочно ответил А́дам.       - Что именно?       - Что спрашивал директор обо мне и что Вы ему рассказали? – подав плечами, ответил А́дам.       - Ничем особенно он не интересовался, только спросил зачем это нужно мне, не привязался ли я к тебе. Но я ответил, что ты студент моего факультета и я обязан тебе помочь с учебой, - рассказал Снэйп.       - Вот и отлично, пусть вся история идет своим чередом. А директор пусть думает, что Вы меня по учебе подтягиваете. Как думаете за лето успеем найти путь в мой мир? – с надеждой спросил А́дам, хотя прямого согласия помочь ему Снэйп еще не давал.       - Из библиотеки Хогвартса я могу взять все книги, которые необходимы для решения твоей проблемы..., - начал было Снэйп, но А́дам его оборвал:       - Нет, профессор. Директор может заинтересоваться для чего Вам эти книги. Если и брать книги из библиотеки Хога, то только в тайне от директора и тех, кто ему может об этом доложить.       - Я не понимаю, А́дам! Почему ты не желаешь, чтобы Дамблдор был в курсе на счет тебя? У него и сил и знаний больше, чем у меня, он бы помог! – пристальный взгляд дополнял вопрос Снэйпа.       - Потому, что он манипулятор. Возможно и Вы это подозревали, но даже представить себе не можете какой он мастер в интригах. Он не считается с жизнями безликой толпы людей, которые кладет в фундамент его «общего блага». Я не хочу быть его марионеткой. Он превратил и Вас в марионетку, используя Ваше отчаяние из-за смерти Лили. Я же хочу спасти от смерти тех, кого смогу спасти. Мои действия директор скорее всего воспримет как угрозу своему плану. А он ни перед чем не остановиться, чтобы его план сработал. Так что директор ничего не должен знать обо мне, - наконец закончил А́дам.       - Не могу полностью с тобой согласиться, но твои слова заставляют задуматься. Ладно, раз уж ты просишь меня о помощи, то я помогу. Благодарю, что доверился мне! – ответил Снэйп.       - Не за что, профессор! Я сделал это и ради сохранения Вашей жизни тоже. Я пока я Вам хочу еще кое-что показать, но нам нужно будет выйти из выручай-комнаты.       Через пару минут они снова вошли в выручай-комнату, которая преобразилась в тренировочный зал. А́дам демонстративно положил свою палочку на ближайший стеллаж с книгами и вышел в центр зала. Снэйп на это только бровь приподнял. На молчаливый вопрос профессора зельеварения, А́дам мгновенно раскинул руки и начал молча выпускать заклинания остолбеней по манекенам, которые его окружали в пяти метрах по радиусу. Каждому манекену досталось, но на этом не закончилось, следом полетели более мощные заклятия, в том числе непростительные «Круцио» и «Авада Кедавра». Когда все манекены валялись разорванными на части, А́дам подошел к Снэйпу, стоящему в безопасном месте зала с выпученными глазами и пытающемуся мысленно найти и подобрать свою упавшую челюсть.       - Столько заклинаний невербально, да еще и без палочки… – только и смог вымолвить Снэйп.       - Да, даром времени я не терял. Тренировался здесь же. Оклюменцию и легилименцию тоже. В артефакторике и алхимии я тоже поднаторел. В общем, чтобы выжить, даже при самой серьезной опасности, мне палочка не нужна, хотя с ее помощью заклятия и получаются легче и мощнее. Например, Адский огонь без палочки использовать я не рискнул, а с палочкой он слушается меня как ручной, - с довольной от произведенного впечатления улыбкой ответил А́дам.       - Поразительно! Но хочу тебя предупредить, что обладание такими сильными навыками может вскружить голову, как, например, Темному лорду, - сказал Снэйп глядя прямо в глаза А́даму.       - Не волнуйтесь, профессор, захватывать мир я не собираюсь, только хочу вернуться домой.       - Когда мы наедине можешь называть меня Северус! - ответил Снэйп удовлетворенный ответом А́дама, - А сейчас прошу продолжить твой рассказ. Ты говорил, что после Турнира Трех волшебников министерство ополчится на Дамблдора!       - Да, и на Гарри тоже, ведь волшебное сообщество будет думать, что Дамблдор уверен в возвращении Волдеморта только на основании рассказа Поттера. В прессе Гарри будут называть сумасшедшим и больным ребенком, который требует к себе внимания потому, что он - мальчик, который выжил после смертельного заклятия. К началу пятого учебного года Гарри в Хоге директор не сможет найти нового преподавателя защиты от темных искусств, а потому министерство воспользуется этим и самостоятельно назначит Долорес Амбридж сначала преподавателем этого предмета, а затем и генеральным инспектором Хога. В течение учебного года Гарри начнет видеть мысли Волдеморта, что в конце концов сыграет не в пользу Сириуса Блэка. Темный лорд покажет Гарри, что его крестный захвачен и подвергается пыткам, - сидя на полу зала на подушках А́дам продолжал свой рассказ.       - Как это покажет? – не понял Снэйп.       - Мысленно. Сам Гарри также является крестражем, который Темный лорд создал не понимая этого. Мать Гарри при его рождении дала ему мощную защиту, плюс к этому поставила свою жизнь между сыном и Волдемортом. Темный лорд убил её, но когда хотел заавадить Поттера, заклятие отскочило и снова разорвало ему душу на две части. Гарри стал крестражем, а Волдеморт превратился в недопривидение и поспешил убраться с места своего преступления. Темный лорд не понимает, что сам наделил Гарри силой необходимой, чтобы победить. А связь между их сознаниями крепнет. Вначале только шрам болел, когда Волдеморт рядом, потом заболит из-за сильных эмоций Темного лорда, а затем и в мысли друг другу проникать смогут. Но Волдеморту делать это будет крайне тяжело из-за искалеченной и порванной на части души.       - Так вот о чем речь в пророчестве! – ошарашенно сказал Снэйп.       - Да. После своего возвращения Волдеморт захочет узнать полный его смысл, чтобы не допускать больше ошибок, для чего организует побег целой толпы пожирателей из Азкабана. В то же время Орден Феникса будет это пророчество охранять прямо под носом у министерства. Темный лорд догадается о связи с Гарри и воспользуется этим. Различные мелкие обстоятельства убедят Гарри в правдивости того, что он видит, а потому он поспешит на помощь Блэку. Сириус в составе группы магов Ордена Феникса ринется на помощь Гарри в Министерство Магии, где и должен будет встретить свою смерть.       - Должен? Не говори мне, что ты хочешь его спасти! – холод в голосе Снэйпа заморозил бы холодильник и снаружи.       - Хочу. А Вы даже попытаетесь это сделать! – с улыбкой ответил А́дам.       - Прости, А́дам, но мне в это не верится. – голос профессора зельеварения был также холоден.       - Тогда я вынужден просить Вас настоять на том, чтобы Блэк не покидал своего дома пока Гарри будет в министерстве. Сириус поселится в доме своих родителей на пятом году учебы Гарри и будет жить там безвылазно по приказу Дамблдора, спасая тем самым ему жизнь. Петтигрю ведь рассказал пожирателям про мародеров всё, что знал. Такого труса даже запугивать не требуется.       - Блэк с дружками никогда не отличались хорошим ко мне отношением, что в принципе было взаимным. Поэтому не вижу оснований для доверия Блэка мне, вряд ли он меня послушает, – сомнения не сходили с лица Снэйпа.       - Тогда, если потребуется, его нужно обездвижить или задержать любым другим безопасным для жизни способом. Кстати издевательства над ним Вам доверия с его стороны не добавит. Я не прошу у Вас дружить с ним или назвать его братом. Просто будьте нейтральны к нему. Вы по одну сторону в этом противостоянии и это должны понимать вы оба. Донесите ему эту мысль. – убедительный и такой взрослый не по годам взгляд А́дама при этих словах удивил Снэйпа.       - Я сделаю то, о чем ты просишь, - кивнул Снэйп и добавил, - несмотря на то, что в школе он попытался меня убить.       - Я сильно сомневаюсь, что Сириус желал Вам смерти, профессор. Думаю, что он хотел Вас просто проучить, чтобы не лезли в чужие дела. А Вы ведь враждовали с мародерами, но почему тогда поверили Блэку в тот раз? – спросил А́дам.       - Хотел, чтобы их исключили, а для этого требовались доказательства. Я был тогда учеником, то есть ребенком. – оправдывался Снэйп.       - И Блэк был таким же ребенком, когда подсказал Вам как войти в Визжащую хижину. Я его конечно не оправдываю, профессор, но как слизеринец Вы не должны были так легко поверить однокашнику, которого хотели выставить из школы. А Блэк до сих пор раскаивается в своем поступке, чуть не стоившим Вам жизни.       - Слабо в это верится, если честно, ну да ладно. Меня больше интересует, что будет дальше? – видно было, что Снэйпу не приятны разговоры о мародерах в принципе и потому он сменил тему, - Темный лорд получит наконец пророчество?       - Не получит потому, что оно разобьется во время сражения пожирателей с орденом в Министерстве, но Гарри всё же услышит пророчество полностью в омуте памяти Дамблдора после того, как директор и Темный лорд схлестнутся в атриуме и сведут бой вничью. К концу схватки Волдеморта наконец то увидят мракоборцы и сам министр, который весь последний год отрицал его возрождение. Под давлением волшебной общественности Фадж уйдет в отставку, а заменит его Скримджер. После этого Дамблдор начнет поиск крестражей Темного лорда.       - Ты обещал о них подробнее рассказать, – напомнил Снэйп.       - Что я сейчас и делаю, - с улыбкой ответил А́дам и продолжил, - в сороковые годы именно Дамблдор явился в детский приют, чтобы уговорить Тома Рэддла учиться в Хоге. Еще тогда директор заметил, что Том жаждет обладать чужими вещами как коллекционер, у него в платяном шкафу лежала коробка, в которой Дамблдор увидел несколько безделушек, отобранные и украденные у других подопечных детского приюта. Именно этот факт привел директора к выводу, что уже повзрослевший Том сделал несколько крестражей из редких предметов или артефактов волшебного мира.       - Что они из себя представляют? – с интересом спросил Снэйп.       - Дневник Тома Рэддла, чаша Пенелопы Пуффендуй, диадема Кандиды Когтевран, медальон Салазара Слизерина, кольцо семьи Мраксов и змея Нагайна, которая, вероятно, в доме Рэддлов залегла в спячку. Седьмой клочок души Волдеморта обитает сейчас в лесах Албании. Дневник, который находится у Малфоя старшего, Гарри уничтожит через год, чаша хранится в сейфе Белатриссы Лестрейндж, диадема находится в другом воплощении выручай-комнаты, кольцо спрятано среди руин дома Мраксов, медальон лежит в доме Блэков, но если Сириус умрет, то медальон попадет в лапы Амбридж, которая и не поймет, что это на самом деле за кулон, – ответил А́дам и замолчал.       - Их необходимо уничтожить! – тихо прорычал Снэйп вставая с кресла и начиная ходить из угла в угол.       - Тогда история изменится, Северус! – недоумевая ответил А́дам, - Признаться я и сам думал над этим, однако есть проблема. Уничтожение всех крестражей не уничтожит той части души Волдеморта, что обитает в Албании, он должен обрести тело, чтобы часть души в нем можно было уничтожить. А где находится его змея мне не известно. Я думаю лучше не нарушать хода этой истории, профессор, ведь зная будущее можно воспользоваться этим преимуществом.       - Зачем это всё, А́дам? – Снэйп продолжал накручивать круги по выручай-комнате, - Даже в Албании часть души Темного лорда можно найти и уничтожить, то же самое и со змеёй. Если мы уничтожим крестражи сейчас, то ход истории будет не важен.       - Мы? – не понял А́дам.       - Да, А́дам, мы! – Снэйп присел на корточки перед креслом своего студента, - Ты показал, что много уже знаешь в магии, а умеешь без палочки и слов даже больше меня и директора вместе взятых. Ты поможешь мне уничтожить крестражи, а я помогу тебе с возвращением домой!       - Это Ваш мир, профессор, Вам и решать, что с ним будет. Я не против Вашей идеи. – с этими словами А́дам встал и протянул руку для рукопожатия.       - Вот я и решил! – ответил Снэйп с улыбкой и пожал студенту руку.       - Тогда может начнем с диадемы? Её легче всего сейчас достать. Нам нужно только выйти из выручай-комнаты и войти в другое её помещение. – А́даму захотелось действовать, а то он уже заскучал в школе.       - Действуй, А́дам! – снова уголок рта на лице Снэйпа обозначил улыбку.       Спустя полчаса поисков в комнате спрятанных вещей, в которую превратилась выручай-комната, Снэйп шел в свой кабинет с диадемой, спрятанной под мантию, а А́дам полушепотом рассказывал ему, как она попала в замок.       - Еще будучи студентом Волдеморт втерся в доверие призраку башни Когтевран и узнал у нее где спрятана диадема.       - Откуда Серая дама могла это знать? – поинтересовался Снэйп также полушепотом.       - Под личиной Серой дамы скрывается Елена Когтевран, профессор, дочь Кандиды. Она завидовала матери и похитила диадему, после чего скрылась в албанских лесах. Кандида будучи морально разбитой и подавленной поступком дочери находилась в шаге от смерти. Она попросила человека, который был влюблен в Елену, найти её и привести к ней. И он нашел, но Елена отказалась возвращаться. Барон впал от этого в ярость и заколол возлюбленную, а осознав, что натворил, заколол и себя. Сегодня этот барон известен как Кровавый.       - Невероятно! Стоит барона подробней об этом расспросить, - прошептал Снэйп.       - Ничего нового от барона Вы уже не узнаете, - ответил А́дам, - я итак всё рассказал. Расспросите его после завершения нашего дела, если Вам так это интересно.       Дальше они шли молча и также молча вошли в подсобку кабинета Снэйпа. Профессор зельеварения положил диадему на стол и стал её изучать, применяя различные заклинания. А́дам стоял в сторонке и внимательно следил за Снэйпом.       По истечении десяти с лишним минут Снэйп отошел от стола и устало сел на табуретку.       - Этот гад испортил артефакт основательницы Хогвартса, - с холодной яростью проговорил профессор.       - Видимо сохранить артефакт не получится, - разочарованно ответил А́дам.       - Крестраж можно уничтожить, уничтожив диадему. Иначе никак.       - Нам нужно вернуться в выручай-комнату. Там уничтожить крестраж Адским огнем будет безопаснее всего. Пойдемте, - предложил А́дам.       Уничтожение диадемы прошло гладко. А́дам обратил её в прах Адским огнем из своей палочки. Профессор зельеварения был поражен контролем А́дам пламени, с чем его и похвалил.       На следующий день студенты Хогвартса отправлялись домой. Но Снэйп и А́дам остались в школе, чтобы разработать план дальнейших действий. Выручай-комната снова предстала в виде кабинета.       - Я думаю, Северус, у Вас появились за ночь идеи?! – слегка улыбнувшись спросил А́дам, садясь за стол.       - Я планирую посетить имение Малфоев с дружественным визитом, а уходя прихватить и дневник, - безэмоционально ответил Снэйп.       - Вам виднее, профессор. Ну а я планирую проникнуть в Гринготтс за чашей Пуффендуя, - изложил свою идею А́дам.       - Это практически невозможно. Сейф Белатриссы охраняется по высшему разряду, - проговорил Снэйп, ошарашенный идеей своего студента.       - Я последую примеру Гарри, который со своими друзьями умудрился это сделать в книге Роулинг. Не волнуйтесь профессор, я принесу к Вам домой чашу послезавтра вечером, - довольный произведенным эффектом А́дам встал. - А пока нам нужно подготовиться, Северус.       ************        А́дам не стал отправляться в Лондон вместе с остальными студентами. Снэйп переправил его к себе домой через камин в кабинете. Весь день А́дам изучал книги по артефакторике и созданию порталов, которые предоставил ему профессор. Как выяснил наш герой, создать портал при наличии магической мощи уровня даже среднего мага не составит труда. Есть заклинание «Портус», еще нужен какой-нибудь предмет и сосредоточенность на месте, в которое хочешь попасть. В теории попасть можно в любую точку вселенной, но на практике этого никто не доказал. Проведя пару опытов, А́дам создал порталы в Дырявый котел, Хогсмит и Азкабан. Стоило их показать для оценки Снэйпу.       Вечером явился Снэйп с еще одной кучей книг, среди которых оказался дневник Тома Рэддла. На вопрос о том, как его удалось добыть, профессор ответил коротко: «Одолжил. Незаметно.»       После ужина оба сидели в гостиной и обсуждали создание портала в другое измерение. А́дам описал медальоны, благодаря которым он прибыл в мир Гарри Поттера.       - Созданием портала думаю лучше заняться после уничтожения этих пакостей, - прервал его А́дам, указывая пальцем на лежащий на столе дневник. – Завтра пока меня не будет Вы можете оценить несколько порталов, которые я создал сегодня, пока Вас не было. Мне было бы интересно услышать Ваши замечания.       Коротко кивнув Снэйп попрощался с уже уходящим спать А́дамом.       На следующее утро А́дам стоял в фойе банка Гринготтс под чарами невидимости и приценивался, какого бы гоблина забрать с собой к сейфу. Еще в доме Снэйпа он оделся в магловскую одежду и прихватил свою сумку.       Наконец в поле зрения появился Крюкохват и тут же попал под Империус. Без помех они прошли к тележке и начали спуск. Гоблин управлял тележкой, а А́дам парил следом с помощью заклинания левитации. Когда тележка почти достигла водопада, называемого гоблинами «Гибель воров» и снимающего все наведенные чары, А́дам отпустил руку и пролевитировал метров на десять в сторону и вниз. В это время он мысленно снял с гоблина Империус. Как только водопад сполоснул гоблина А́дам снова наложил на него Империус. Воющие чары так и не сработали, а тележка продолжила свой путь. А́дам пролевитировал к ней и схватился рукой. Когда они с гоблинов ступили на твердую поверхность пещеры из темноты подуло горячим воздухом. Это был дракон, украинский железобрюх, на котором, по словам Роулинг, Гарри с друзьями сбежали с чашей из Гринготтса. По всей видимости он спал, а потому А́дам и гоблин прошли к сейфу бесшумно.       Проникнуть в сейф Белатриссы Лейстрендж, если у вас под рукой гоблин под Империусом, не составит труда. А́дам с тупо смотрящим перед собой гоблином стояли перед стеллажами с сокровищами. Из фильма наш герой помнил, как выглядела чаша Пуффендуя, а потому нашлась она быстро. Приподняв себя левитацией А́дам схватил чашу и закинул её в сумку. Затем гоблин открыл вход, и они выбрались в пещеру. Дракон оказалось уже не спит. Он расхаживал по пещере шумно втягивая воздух. Пока волшебный ящер не обратил внимания на них А́дам засветил ему прямо в подслеповатый глаз усыпляющим заклятием, которое благодаря палочке вышло очень мощным. Лапы дракона разъехались как на льду и его туша с грохотом упала на пол пещеры. Обратный же путь, в том числе препятствие с водопадом, А́дам с гоблином проделали также, как и прибыли к сейфу.       Невидимый для магов и гоблинов А́дам вышел из банка и направился к Дырявому котлу. В ближайшей подворотне он избавился от чар невидимости. Уже практически дойдя до бара А́дам заметил выходящую из нее женщину, которая была похожа на Белатриссу. Осененный догадкой, что это сестра пожирательницы – Андромеда Тонкс, в девичестве Блэк, А́дам незаметно наложил на нее следящие чары, чтобы узнать где она живет. Он задумал проникнуть в дом Блэков с помощью жены Теда Тонкса.       Через камин в баре А́дам вернулся в дом Снэйпа. Но того в доме не было. А́даму показалось это странным, ведь они договаривались, что профессор дождется его. Как только чаша Пуффендуя оказалась на столе в гостиной Снэйп появился из камина.       - У тебя получилось! – испуганно глядя на чашу еле слышно прошептал Снэйп, - Я стоял на входе в банк с самого утра, чтобы в случае чего подстраховать тебя, но так и не заметил твоего присутствия.       - Чары невидимости, а также левитации, усыпления и Империус посодействовали в успешном выполнении этого дела. Ну, теперь мне понятно почему Вас не было, когда я вернулся. Спасибо, Северус, за подстраховку. Кстати у Вас не найдется клыка Василиска?       - Есть один среди ингредиентов. А что? – недоумевая спросил Снэйп.       - Несите, а я покажу! Не забудьте дневник этого гада! – довольно ухмыляясь ответил А́дам.       Профессор принес клык и дневник. А́дам взял дневник со стола и бросил его на пол. Со словами о том, что именно так Гарри уничтожил бы дневник, если бы они с профессором не вмешались в ход событий, А́дам проткнул его насквозь клыком Василиска. Лужа черной жижи словно нефть расплылась на полу под дневником. Физиономия Снэйпа с широко раскрытыми глаза повеселила А́дама, но тот не издав ни звука, взял со стола чашу, положил на дневник и воткнул в нее клык. Лужа стала больше. Дневник как будто высохший под солнцем пустыни лежал на полу, а чаша же просто рассыпалась от прикосновения Снэйпа.       - Ну что же, мы существенно облегчили работу Дамблдору и Гарри. Три крестража уничтожено, - устало сев на кресло сказал А́дам. Снэйп сел на противоположное и поднял взгляд на студента.       - Остались клочок в Албании, змея, медальон и кольцо, - сказал зельевар довольно ухмыляясь.       - В Гарри Поттере тоже обитает крестраж, профессор. Чтобы его уничтожить нужно чтобы Волдеморт сам это сделал, а Гарри при этом не сопротивлялся, иначе Темный лорд не сможет его убить, крестраж не позволит. Как бы нам организовать такое мероприятие? – спросил А́дам.       - Я думал над этим с того дня как ты рассказал об осколке души Темного лорда в Поттере, но ничего толкового в голову так и не пришло. Думаю, нам лучше пока заняться другими крестражами, - спокойно ответил Снэйп.       - Согласен, Северус. Но если останется только тот крестраж, что сейчас обитает в Гарри, то где гарантия, что осколок души Волдеморта не подчинит мальчика, который выжил. Представьте, что это произошло, и Поттер стал новым Темным лордом. Как Вам такая перспектива?       - Нам нельзя этого допустить, - вскочил с кресла Снэйп, - нельзя позволить Волдеморту захватить разум и тело Поттера.       - Согласен, а потому у меня есть одна мысль, но боюсь Вам она очень не понравится. Я думаю, нам нужно помочь возродиться Темному лорду из того осколка, что обитает в албанских лесах, а потом пусть заавадит Поттера. Гарри же нужно убедить, что это спасет всех, а сам он даже царапины не получит. Не умер будучи младенцем, не умрет и теперь, – спокойный голос А́дама, которым были сказаны эти слова, поразили Снэйпа.       - Как ты себе это представляешь? – недоуменно и сомнением спросил Снэйп.       - Очень просто. Захватываем Петтигрю, накладываем на него Империус и пускаем его на поиски Волдеморта, в это время добываем пару капель крови Гарри. Кость из могилы отца Темного лорда Питер достанет прямо на кладбище. Когда эта крыса Петтигрю найдет Волдеморта должна объявиться и змея, хотя вероятно она пока еще не крестраж. Крыса проведет ритуал, о котором я Вам рассказывал, помните профессор? – кивок Снэйпа обозначил, что он понял о каком ритуале идет речь, а А́дам продолжил, - Кровь Гарри Петтигрю получит от нас. Надо будет еще ритуальный ножичек ему одолжить, у Вас наверняка найдется. Волдеморт возродится и получит Гарри. Когда Гарри упадет от Авады Кедавры, сам Темный лорд также упадет. Нам останется его только добить этим вот клыком. Но прежде чем это всё провернуть надо уничтожить кольцо и медальон. Если этого не сделать он снова станет меньше чем привидением, но не умрет, так как будут в сохранности якоря, которые его удерживают в мире живых.       - Ты прав, А́дам, - со вздохом сказал Снэйп, - в очередной раз.       - Я знаю, как попасть в дом Блэков и знаю, где находится хижина Мраксов, - не громко сказал А́дам, кивком поблагодарив Снэйпа. – Вам необходимо попасть в Литтл-Хэнглтон, там жили Мраксы. Опыта и знаний Вам хватит, чтобы забрать оттуда кольцо и прошу не надевать его ни в коем случае. Я же навещу сестренку Белатриссы – Андромеду. С её помощью проникну в дом Блэков и заберу медальон. Что скажете?       - Твои идеи пока осечки не давали, - весело промолвил Снэйп, - Когда желаешь приступить?       - Сначала я хочу пообедать и отдохнуть, - также весело ответил А́дам.       - Кстати, я посмотрел твои порталы, А́дам, и структура их магического плетения очень похожа на плетение в амулете, который закинул тебя сюда. Такое плетение в нашем мире волшебства и магии не используется. Я даже попробовал повторить твое плетение, но ничего не вышло. Видимо ты используешь какую-то другую магию.       - Тем лучше, Северус, для нас. Волдеморт не распознает ее наличие рядом с собой, например, Империус на Петтигрю во время проведения ритуала. Вы были правы, мы можем покончить со всем этим сами, профессор. Не возражаете если я возьму Вашу метлу, когда отправлюсь в гости к Андромеде Тонкс?       - Конечно не возражаю, но будь осторожен, А́дам. Ты конечно могущественный маг, но тело у тебя всё же детское, а это уязвимость, - предупредил Снэйп.       А́дам кивнул и через камин отправился с метлой в руке в Дырявый котел. Из бара он вышел не обращая внимания на удивленные взгляды посетителей. В подворотне Косого переулка наложил на себя заклятие невидимости и, усевшись на метлу поудобней, воспарил в небо. Наложенные на Андромеду Тонкс следящие чары указывали на то, что живет она относительно недалеко от Лондона, если лететь по прямой. Минут через двадцать А́дам был на месте. Это был небольшой домик на большом зеленом лугу, вдали от магловских деревень и автодорог. Заходящее солнце ласково светило в окна. Спрятав метлу в высокой траве, он подошел к открытому окну и увидел довольных супругов Тонкс, пьющих чай и весело что-то обсуждающих. А́даму не хотелось нарушать семейную идиллию, а потому он решил пока подождать.       Вскоре Тед Тонкс поднялся на второй этаж. А́дам же не стал терять время и наложил Империус на Андромеду через открытое окно. Повинуясь воле А́дама она вышла из дома и стала рядом с ним. В это время Тед Тонкс спустился в гостиную и упал на диван от парализующего заклятия. Взяв за руку миссис Тонкс, А́дам приказал ей трансгрессировать в дом Сириуса Блэка на площади Гриммо.       Появление Андромеды в доме Блэков шокировало домовика, столько лет не видевшего никого из хозяйского рода. Кикимер стоял с отвисшей челюсть и во все глаза таращился на нее. По воле А́дама Андромеда приказала домовику принести медальон хозяина Регулуса, чтобы она могла его уничтожить. Тот даже вопросов задавать не смел и моментально исполнил приказ. Не прошло и десяти минут, как А́дам оказался в гостиной дома Тонксов вместе с женой хозяина дома, держащей медальон за цепочку. Он забрал артефакт из её рук и вышел из дома, а затем снял с супругов наложенные заклинания слежения, Империуса и паралича, а также подчистил память Обливейтом.       Домой к Снэйпу А́дам вернулся, когда наступила ночь. Использование заклинаний палочкой при добыче крестражей его утомило, а потому просто пошел спать.       *************       На следующее утро за завтраком он рассказал Снэйпу о проделанной работе и положил на стол медальон. Профессор заворожённо разглядывал его, то и дело вертя в пальцах: всё-таки это артефакт основателя Хога. Насмотревшись на медальон и вернув его на место, он положил на стол добытое им кольцо Мраксов, но А́дам на него только посмотрел, потому как был занят едой, такого голода он не ощущал давно.       - А Вы времени даром не теряли, профессор! – Похвалил А́дам и откинувшись на спинку стула, спросил. - Кстати, Северус, пока я добывал крестражи я пользовался своей палочкой, потому что так надёжнее выходят заклинания. И вот по возвращении вчера я ощутил, что жутко утомился. Не знаете почему?       - Скорее всего это твое детское тело виновато. Нагрузки магической не выдерживает, - ответил Снэйп.       - Логично, Северус, но мне кажется, что моя магия проходя через палочку, изготовленную для использования местной магии, расходуется значительнее чем расходовалась бы местная, - предположил А́дам.       - Тоже логично, - с улыбкой ответил Снэйп.       - Профессор, не знаете места, где можно адским пламенем уничтожить эти мерзости? – спросил А́дам кивнув на крестражи.       - Лучше вернуться в выручай-комнату. Ко мне вопросов не будет никаких, а ты становишься невидимым чуть ли не лучше директора, - ответил Снэйп.       - Тогда отправляемся! – с этими словами А́дам закинул кольцо и медальон в сумку.       Замок был пустой и какой-то унылый несмотря на летнее солнце и зелень за окнами, даже кошки Филча не было видно. Наконец ликвидаторы крестражей Волдеморта дошли до выручай-комнаты и вошли в нее. А́дам положил оба крестража на центр пола и отошел к стене, Снэйп стоял рядом. После адского огня медальон и кольцо обуглились и покрылись копотью настолько сильно, что при прикосновении рассыпались. От кольца остался только камень, от медальона вовсе ничего не осталось. А́дам подошел и без палочки левитировал камень себе на ладонь. Камень был холодным, даже такое мощное заклятие не причинило ему вреда.       - Что случилось? – Снэйп тихо подошел.       - Остался камень, который был в кольце, - поднял на него глаза А́дам, - адский огонь не повредил его. Камень, который может свести Вас, профессор с ума! От него надо избавиться, и я знаю кому его отдать. Крестраж уже в нем уничтожен.       - Почему он может свести с ума меня? – спокойно ответил Снэйп.       - Потому, что может показать то, что Вы потеряли, но только показать. Первый владелец и, скорее всего, создатель этого камня покончил с собой из-за него. Поверьте, профессор, он Вам не нужен.       - Уж кому мне и верить так это тебе, А́дам. А кому ты его хочешь отдать? – с беспокойством спросил Снэйп.       - Директору. Он знает, что это за камень, а потому разберется, что с ним делать. Нам пора, Северус! Осталось воскресить тело Волдеморта и уговорить Гарри пожертвовать собой ради уничтожения последнего крестража. Пять этих пакостей мы уничтожили. Петтигрю сейчас живет в доме семейства Уизли, а Гарри у Вашей старой знакомой – Петунии Дурсль.       От этих имен лицо Снэйпа скривилось так, будто он уксус выпил и лимонами закусил. А́дам на это только ухмыльнулся. Не сговариваясь оба молча вышли из выручай-комнаты и направились подземелье в кабинет декана Слизерина. Проходя мимо входа в кухню, А́дам остановился.       - Что случилось? – спросил Снэйп обеспокоенно.       - Мне нужно на пару минут зайти к домовикам, Северус, чтобы отправить камень из кольца директору. Не волнуйтесь я скоро.       А́дам быстро нашел домовика, который согласился помочь ему с занятиями по легиллименции, отдал ему Воскрешающий камень и велел передать его Альбусу Дамблдору без упоминания о самом А́даме и не раньше, чем после отбоя первого сентября. Хлопнув ушами эльф-домовик кивнул.       А́дам вернулся к Снэйпу в коридор и вместе с ним пошел в кабинет профессора. Несколько часов прошло за обсуждением дальнейшего плана и сбором необходимых вещей. Затем оба вернулись в дом Снэйпа. Вечером после ужина обсуждение плана продолжилось:       - Итак нам нужно попасть к Уизли и забрать оттуда крысу. – начал Снэйп, но тут же был перебит.       - Крысу вы сможете изъять и без меня. Чтобы он не сбежал запихните его тушку в не разбиваемую стеклянную банку или нечто подобное, сидя там он не сможет принять человеческий облик. Я хочу наведаться к Гарри, профессор. Поттера необходимо подготовить к предстоящему. Он не знает, что в нем волдемортова часть души обитает. Открою ему глаза, так сказать.       - Он может отказаться участвовать в этом, - засомневался Снэйп.       - Он не откажется. В конце концов можно им манипулировать. Чем я хуже директора в конце концов? – А́дам со смехом задал риторический вопрос, - Гарри не позволить умирать людям вместо него, тем более он знает кто повинен в смерти его родителей.       - Что с ним будет, если он узнает, что часть души убийцы его родителей живет в нём? – встревоженно спросил Снэйп.       - Испугается конечно, но узнав о способе избавиться от Волдеморта с пользой для всего мира, он обязательно пожелает им воспользоваться. Завтра же я отправлюсь на Тисовую улицу, – твердо А́дам в этом уверен не был, но и сомнений своих не показал.       - Можешь снова воспользоваться моей метлой. Сейчас тебе лучше отдохнуть, а я пока поищу клетку для крысы и наложу заклятия, - с этими словами Снэйп встал и вышел из гостиной.       На следующее утро А́дам сидя невидимый на метле добрался до дома миссис Фигг, которая поселилась тут по приказу Дамблдора и следила за Гарри. Предстояло сначала нейтрализовать на время шпиона директора. С этой целью А́дам проник к ней в дом. Миссис Фигг сидела на диване в гостиной. Она была сквибом, то есть родилась в семье магов, но была совершено лишена магии, а потому не почувствовала чужого присутствия в своем доме. А́дам стоял у нее со спины, направив на нее палочку. Он применил Петриффикус Тоталлус от чего старушка как будто застыв, так и осталась сидеть на диване. Затем А́дам отлевитировал её в первую попавшуюся комнату, на которую наложил заклятие Оглохни. Теперь оставалось ждать пока Гарри выйдет из дома, чтобы прогуляться.       Полчаса спустя он появился на Тисовой улице и направился к детской площадке неподалеку. А́дам направился следом за ним, на ходу снимая с себя невидимость. Когда Гарри с грустным видом присел на качели, А́дам поприветствовал его:       - Привет Гарри! Как дела? – услышав, что к его поприветствовали, Поттер резко обернулся и удивился, но увидев знакомое лицо, успокоился.       - Привет… эм-м-м, извини, не помню, как тебя зовут. Ты вроде из Слизерина и учишься со мной на одном курсе!? Кстати, что ты тут забыл? – Поттеру стало стыдно за незнание имени собеседника.       - Да не заморачивайся, Гарри. С кем не бывает, – улыбающийся А́дам немного успокоил мальчика, который выжил, - Меня представили на распределении как Эдди Альтаира, однако это вымышленное имя. Да и на Слизерине я оказался по своей воле, а не потому, что шляпа так распорядилась. Хотелось Малфоя с дружками понервировать.       - И как же тебя на самом деле зовут? – удивленно, но с улыбкой спросил Поттер.       - На самом деле мое имя - А́дам. И я знаю кое-что о тебе, Гарри.       - Обо мне вся волшебная Англия знает, - уставшим тоном ответил Поттер, - и это меня уже порядком достало. Куда не пойди вечно пальцем в шрам тыкают и удивленно-восхищенные лица у всех. Как будто я просил об этой славе.       - Знаю, Поттер, знаю. Но я не об этом. В общем есть важный разговор к тебе. Ты ведь в курсе, что Волдеморт снова попытается вернуть себе тело? – задал вопрос А́дам.       - Ага, а еще прикончить меня, - уже с грустью сказал Гарри.       - Дамблдор не всё тебе рассказал. Он боится взваливать на тебя такой груз, потому что считает тебя слишком юным и не готовым к такому. Дает тебе насладиться детством, дружбой и вообще радостями жизни. Но я знаю, как ты несчастен на Тисовой. Может быть сейчас и не так несчастен, как был до появления письма из Хогвартса, но всё же радостей у тебя мало, - с тоном нетерпящим возражений сказал А́дам.       - Откуда тебе известно, что я был несчастен в доме Дурслей?       - От верблюда, - пошутил А́дам и тут же добавил, - прочел в одной книге. Да и не важно откуда я знаю о тебе.       - А что тогда по-твоему важно? – подозрительность так и сквозила в словах Гарри.       - Важно то, хочешь ли ты как можно скорее избавиться от Темного лорда.       - Если это возможно, то было бы замечательно, - настроение Поттера явно поднялось.       - Это возможно, но не спеши отвечать на вопрос, Гарри, потому, что если ты сомневаешься во мне и моих словах, то я просто уйду и на этом наше общение завершится. Но если ты согласен, ты должен будешь дать непреложный обет о том, что не расскажешь об этом никому, особенно Дамблдору, до первого сентября.       - Что это – непреложный обет? – Гарри слышал об этом впервые.       - Клятва, за нарушение которой - смерть. Если пожелаешь я тоже могу дать тебе непреложный обет о том, что никто кроме Волдеморта и его прислужников не пострадает, но если ты хотя бы поцарапаешься, я тоже умру.       С ужасом в широко раскрытых глаза Гарри Поттер смотрел на собеседника и пытался понять шутит тот или говорит серьезно. Обыденный тон сокурсника явно не настраивал его на доверие, но ему жуть как хотелось избавиться от сильнейшего темного мага, преследовавшего его непонятно почему еще с младенчества.       - Какой груз не хочет взваливать на меня Дамблдор? - решил наконец спросить Гарри.       - Это касается некоего пророчества, узнав о котором в общих чертах Волдеморт решил тебя убить, так как полагал, что ты в силах его прикончить, - спокойно ответил А́дам.       - Что еще за пророчество? – снова рой вопросов возник в голове у Поттера.       - Звучит оно так: «Грядет тот, у кого хватит могущества победить Темного лорда, рожденный теми, кто трижды бросал ему вызов, рожденный на исходе седьмого месяца, и Темный лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы... И один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой... тот, кто достаточно могуществен, чтобы победить Темного лорда, родится на исходе седьмого месяца...». То есть твои родители трижды избегали смерти при столкновении с Волдемортом, ты родился в конце июля, и он сам тебя наградил шрамом, когда не смог убить Авадой.       Поттер уставился на сокурсника глазами размером с чайные блюдца. Он переваривал вываленную в его мозг информацию. Мысли путались, а вопросы, которые он хотел задать А́даму, мешали друг другу. В итоге минут пять Гарри сидел как будто дементор лишил его души. Видя его состояние, А́дам решил его немного успокоить.       - Послушай, Гарри. Он не смог убить тебя из-за жертвы твоей матери. Её поступок наложил на тебя сверхзащиту, которая отразила убивающее заклятие. В то время как ты отделался шрамом, Волдеморт потерял тело и стал слабее чем любое привидение. Вот почему ты единственный кто выжил после прямого попадания Авады Кедавры, да еще от самого могущественного темного волшебника своего времени.       Гарри отвернулся от А́дама и вытер лицо руками, потом снова пристально посмотрел на собеседника и еле слышно сказал:       - У меня нет никакой силы, чтобы победить Волдеморта.       - Есть, Гарри. Дамблдор считает, что это твои чувства к друзьям и родным, он даже некоторую теорию придумал про это. Но я не совсем с ним согласен потому, что в момент, когда Темного лорда сразило его собственное убивающее заклятие, кусочек его души проскользнул в тебя и живет в тебе до сих пор. Твоя сила заключается в том, что Волдеморт не сможет тебя убить пока ты ему сопротивляешься, ведь часть его души в тебе тоже будет сопротивляться в месте с твоей душой. Кстати он об этом всем ничего не знает и не узнает! – с улыбкой сказал А́дам.       - И что мне теперь делать? То, что он не сможет меня убить понятно, но как мне убить его самого? – Гарри уже отошел от шока и пытался мыслить здраво.       - Способ есть, Поттер. Я кое с кем даже начали действовать и весьма продуктивно. И если ты согласен помочь мне помочь тебе уничтожить его, то я подробно всё расскажу. А пока могу только сказать, что в тебе не единственная часть, отколотая от его души. Было еще пять магических предметов, в которые он вложил части своей души для обретения бессмертия. Это темная магия, Гарри, называется крестраж. Это якоря, которые удерживают его в мире живых.       - Почему ты сказал, что пять предметов было? Они уже уничтожены? – с надеждой спросил Поттер.       - А как же, - ответил А́дам, - но есть еще крестражи в тебе и, возможно, в змее Волдеморта – Нагайне. Только после их уничтожения можно браться за самого Темного лорда. Иначе он просто наделает еще крестражей.       - Как ты собираешься уничтожить крестраж во мне? – спросил Поттер почти на автомате.       - Узнаешь, если согласишься действовать вместе со мной. Ты прямо сейчас должен определиться верить мне или нет. Решай Гарри, - ответил А́дам серьезно глядя в глаза Поттеру.       - Почему я должен верить слизеринцу? – с вызовом спросил Гарри.       - А Мэрлину ты поверил бы? – задал А́дам встречный вопрос.       - Скорее всего, - неуверенно ответил Поттер, - Это ведь великий светлый маг!?       - Действительно, - согласился А́дам и ухмыляясь добавил - а еще он был слизеринцем! Каков великий светлый маг, а?       - Не может быть! - удивился Гарри.       - А ты проверь как-нибудь, - ответил А́дам улыбаясь. - Давай, Поттер, решай сейчас! Либо мы вместе Волдеморта добьем, либо тебе это придется сделать самостоятельно через недели, месяцы, годы!       - В чем же отличие, если мне и так придется сделать это, если верить пророчеству? – Гарри никак не мог поверить слизеринцу.       - Отличие лишь в том, что если ты мне откажешь, я не буду этим заниматься вовсе. Чем мог я тебе уже помог. Дальше сам, Гарри. Дамблдор и его Орден Феникса тебе в помощь. А если согласишься, то скоро всё закончится, а ты будешь жить полноценной жизнью без части убийцы твоих родителей в себе.       - Что это за Орден?       - Тайное общество магов, созданное директором для борьбы с Волдемортом. Туда входили и твои родители, и твой крестный Сириус Блэк, который сам бы умер, но твоего отца не предал. Запомни, Гарри, Блэк невиновен, а Дамблдор возможно потом поможет тебе вытащить его из Азкабана. Если хочешь посмотреть на него, то взгляни на фотографию со свадьбы твоих родителей, он был шафером твоего отца, - ответил А́дам.       Гарри молчал некоторое время размышляя над словами сокурсника. Он удивился тому сколько А́дам знает о нём. Но размышлять долго нет времени, нужно сделать выбор прямо сейчас: либо довериться А́даму, либо отказаться. Прежде чем дать ответ Поттер решил спросить:       - Почему Дамблдор не должен знать, чем мы собираемся заняться? Он мудрый и сильный. Думаю, его помощь пригодилась бы.       Немного подумав А́дам глубоко вздохнул и рассказал про план директора:       - В том, что он мудрый и сильный ты конечно прав, но он хочет сделать всё по своему. Директор уже выстраивает план по уничтожению Темного Лорда, и я знаю в чем он заключается. Однако количество людей, которые должны умереть при этом меня абсолютно не устраивает. Дамблдор не пожалеет даже своей жизни ради исполнения плана, что уж говорить о жизнях других людей. Я не хочу очернять его светлый образ в твоих глазах, Гарри, но именно из-за него ты десять не очень счастливых лет жил в доме тети, а не в семье волшебников, пусть и приемной, но всё же в семье. Многие согласились бы взять тебя приемным сыном, но директор решил защитить тебя в доме кровного родственника твоей матери, которая итак дала тебе высшую защиту. Всё это время за тобой по приказу Дамблдора следила только миссис Фигг, которая рождена в семье волшебников, но магией не владеет. Конечно директор перестраховался, но это было лишним. Со временем ты найдешь подтверждение моим словам, а потому настало время решить: помочь мне тебе или ты сам будешь разбираться с Волдемортом.       Они сидели в молчании минут десять, а затем Гарри твердо сказал:       - Я согласен на твое предложение, А́дам!       - Отлично, Гарри! Теперь нам нужно отправить сообщение моему напарнику в деле уничтожения крестражей. – А́дам был доволен, что уговорил Поттера, а потому патронус получился с первого раза.       - Какое красивое животное, по-моему, из кошачьих, вроде леопарда. – удивился Гарри и спросил, - К кому ты хочешь его отправить?       - К Снэйпу, он проведет обряды непреложного обета. Я же обещал гарантировать тебе безопасность, помнишь? – после этих слов патронус взмыл в небо.       - Помню, но я не очень ему доверяю, - Гарри стало грустно, - Он меня почему-то ненавидит.       - Зря не доверяешь! Весь последний учебный год он защищал тебя от Волдеморта, даже согласился вместе со мной уничтожать крестражи. А ненависть он испытывает не совсем к тебе, Гарри, а к тому, что ты очень похож на своего отца, которого он и ненавидел. Только ближайшие несколько лет даже не думай об этом с ним говорить. Он сам для себя очень тяжелый на характер человек, для других тем более, а для тебя и подавно.       Гарри молча кивнул, ведь ему не хотелось обострять отношения с профессором зельеварения. Не успел Гарри закончить свои мысли как рядом возник Снэйп.       - Здравствуйте, профессор! – произнес мальчик, который выжил.       - И Вам не хворать, мистер Поттер! – Снэйп улыбнулся уголком рта, а затем он повернулся к А́даму, который сразу же перешел к делу.       - Профессор, я обещал Гарри принести непреложный обет о том, что во время нашей операции никто кроме Темного лорда и его последователей не пострадает. Прямо сейчас нужно провести ритуал. Он тоже даст клятву, что не раньше начала нового учебного года поведает о произошедшем Дамблдору и своим друзьям. Пройдемте в дом миссис Фигг.       Снэйп коротко кивнул и пошел в дом. А́дам подхватил Гарри под локоть и повел его следом, по пути объясняя почему именно к ней. Поттер еще был шокирован тем, что миссис Фигг оказывается из волшебного мира и по приказу Дамблдора следила за ним.       После проведения обрядов все втроем сидели в гостиной и А́дам со Снэйпом посвящали Гарри в план окончательного избавления от Волдеморта.       - Итак, Гарри, ты уже знаешь, что в тебе засел крестраж. Но уничтожить его можно только одним единственным способом. Даже Дамблдор считает также и, поверь мне, он использовал бы этот шанс, не обращая внимания ни на какие жертвы, - рассказывал А́дам.       - Что за способ? – неуверенно спросил Поттер.       - Я скажу, Гарри, только не забывай, что я тебе гарантировал безопасность. Если ты хоть царапину получишь – я умру. - Пристальный взгляд при этих словах убедил Поттера и тот кивнул, а А́дам продолжил, - в общем, чтобы полностью избавиться от Волдеморта нам осталось через посредника помочь ему возродиться, а затем он сам должен уничтожить крестраж который находится в тебе, Гарри. Иного варианта просто нет.       - То есть, - почти шепотом сказал Поттер, - он должен убить меня.       - Гарри, я же тебе объяснял, что убить тебя он не в силах! - А́дам посмотрел в глаза мальчику, который выжил, - Если ты не будешь сопротивляться, то он убьёт только свой крестраж в тебе. Не будь я уверен в успехе или если существовал другой способ, я даже не стал бы обращаться к тебе. Так что тебе нужно настраивайся на личную встречу с Темным лордом. Не забывай: ты уже дважды победил его, да оба раза с помощью своей матери, но ты победил.       - Я боюсь, что не смогу спокойно ждать пока он выбросит в меня Аваду, - тихо сказал Поттер, глядя в глаза А́даму, но его отвлек зельевар.       - Поттер, это единственный шанс победить его, - сказал Снэйп, - и отомстить за родителей. Тебе просто нужно не сопротивляться, можешь даже глаза закрыть.       Тяжело вздохнув Поттер кивнул Снэйпу и опустил взгляд. На душе у Гарри было неспокойно, но мысль что скоро с Темным лордом будет покончено грела. Видя его состояние А́дам решил, что пора заканчивать с Поттером.       - Нам пора, Гарри, нужно всё подготовить. Скоро профессор Снэйп явится за тобой, чтобы доставить на место, где и будет покончено с Темным лордом. И ты наконец то освободишься от Волдеморта навсегда, но прежде чем мы расстанемся нам нужно несколько капель твоей крови. Я даже шприц захватил для этого дела, - сказал А́дам и встал со своего места и передал шприц зельевару. Гарри кивнул глядя в пол и протянул руку.       Когда А́дам и Снэйп трансгрессировали из дома миссис Фигг, Гарри зашел в дом и поднялся к себе в комнату, чтобы прилечь и обдумать полученную информацию. Конечно ему было страшно от самой мысли, что план не сработает, но непреложный обет А́дама всё же вселял надежду. Потихоньку мысли переключились на директора школы чародейства и волшебства Хогвартс. Гарри долго не мог поверить словам А́дама о великом светлом маге Альбусе Дамблдоре:       «Но такой ли он светлый? – думал Поттер, - Если у Гарри уже была защита, что сам Дамблдор и подтвердил в больничном крыле после спасения философского камня, зачем директор отдал его тете и дяде, которые ненавидят племянника? Почему за десять лет так и не дал знать ни о себе, ни о мире магии, ни о чем? Наверно всё же А́дам прав, директор себе на уме и делает всё по-своему. Даже тогда в больничном крыле Дамблдор отказался отвечать на некоторые вопросы. Так и сказал: не здесь и не сейчас, но однажды узнаешь…» Гарри прокручивал в голове последний разговор с директором раз за разом и всё больше убеждался, что А́даму можно верить хоть он и слизеринец.       ******************       После разговора с Поттером А́дам и Снэйп вернулись в дом зельевара. Весь этот день у них ушел на подготовку к осуществлению начального этапа плана, а именно необходимо было расколдовать Петтигрю и наложить на него Империус. Снэйп хотел сам сделать последнее, но А́дам сказал, что чары зельевара могут быть распознаны Волдемортом, а потому он сам наложит непростительное заклятие на Питера.       Через полчаса посредине гостиной дома Снэйпа стоял невысокий лысоватый мужчина в потрепанной одежде с водянистыми глазами под подчиняющим волю заклятием. Профессор зельеварения удивился силе заклинания своего студента.       - Удивительно сильное действие, А́дам. Даже месяц заклятие подпитывать не придется учитывая слабохарактерность этого предателя! – ухмыльнувшись сказал Снэйп.       - Надеюсь Вы не ошиблись, Северус, и этого времени нам хватит, чтобы закончить с Темным лордом.       После этого небольшого диалога А́дам мысленно приказал Петтигрю взять со стола флакон с кровью Поттера и небольшой ритуальный нож, подготовленный Снэйпом, что подконтрольный анимаг и сделал. Затем все втроем они трансгрессировали в деревню где когда-то жили и были убиты самим Волдемортом его отец и дед с бабкой. Будучи под чарами невидимости они пробрались в дом Рэддлов. По настоянию А́дама двигались они практически бесшумно, так как где-то в доме возможно обитала Нагайна. А́дам не помнил из книг и фильмов где именно змея встретилась Петтигрю и Волдеморту, а потому еще в доме Снэйпа предупредил об этом зельевара.       - Северус, можете приступать к созданию у Питера ложных воспоминаний как мы договаривались, - шепот А́дама отвлек Снэйпа от осмотра внутреннего убранства дома Рэддлов.       Петтигрю по мысленному приказу А́дама сел на ближайшее кресло и поднял голову к потолку. Снэйп направил на его лицо палочку и еле слышно произнес заклятие. Учитель и студент Хогвартса договорились, что Питеру надо создать такие воспоминания, которые убедят Волдеморта в том, что Петтигрю сам решился найти его и помочь возродиться, даже на всякий случай кровь Поттера достал самостоятельно и нож умудрился у Снэйпа украсть. Воспоминания получились не совсем логичными, но А́дам со Снэйпом понадеялись, что Волдеморт не обратит внимание на такие мелочи, если обнаружит способ и всё необходимое для возвращения себе тела.       Наконец нож и кровь Гарри были спрятаны в доме Рэддлов, а сам Петтигрю по воле А́дама трангрессировал в леса Албании на поиски Волдеморта. Хогвартские студент и преподаватель вернулись в Паучий тупик в дом Снэйпа, но всего через пару часов А́дам почувствовал, что Питер нашел Темного лорда.       - Питер нашел его, Северус! – взволновано сказал А́дам входя в лабораторию, где Снэйп коротал время за приготовлением различных зелий.       - Так быстро! – удивился зельевар, оборачиваясь на вошедшего, - Не думал, что нам так скоро придется возвращаться в Литтл-Хэнглтон. Что сейчас они делают?       - Они трангрессировали в дом Рэддлов, профессор! Волдеморт снова на чужом затылке путешествует. – Рассказывал А́дам, - а вот и змейка проснулась. Она в подвале в спячке валялась, оказывается.       - В очередной раз ты оказался прав, А́дам. – сказал Снэйп улыбнувшись уголком губ.       Некоторое время А́дам молчал, а зельевар помешивал свои зелья, но тут наш герой вдруг вспомнил кое что:       - Северус, у Вас не найдется Феликс Фелицис? – с надеждой спросил А́дам.       - Зелье удачи? Есть флакончик на всякий случай, а что? – непонимающе глянул через плечо на своего студента зельевар.       - Целого флакона и не понадобится. По глотку Вам, мне и конечно же Гарри. Зелье само подскажет ему, как успокоиться и дать себя заавадить Волдеморту! И почему мы раньше не додумались, профессор!? – задал вопрос А́дам откровенно радуясь, что вовремя вспомнил про зелье удачи.       Снэйп же медленно повернулся к А́даму и посмотрел на него с нескрываемым уважением и произнес:       - Никогда не думал, что скажу это, но я и сам видимо недалеко ушел от студентов Хогвартса, умственные способности которых подвергал огромному сомнению.       Мгновение спустя оба расхохотались, а зельевар и вовсе смеялся до слез. Спустя несколько минут оба сидели в гостиной и периодически похихикивали, попивая чай. Когда чашки почти опустели, А́дам снова продолжил описывать происходящее в доме Рэддлов. Каким-то образом он видел происходящее глазами Петтигрю и даже мог перехватить управление его телом, но пока не вмешивался.       - Питер подоил Нагайну и нашел в округе еще необходимые ингредиенты. Теперь у Волдеморта есть тело, Северус, правда, как у младенца, но всё же процесс пошел. Нам пора за Поттером, а потом на кладбище отправимся.       - Что случилось? Почему такая спешка? – недоумевал Снэйп.       - Он прочел те воспоминания и даже не засомневался в них. И очень сильно обрадовался. Хочет провести обряд как можно скорей. Петтигрю уже котел ставит на кладбище.       Не говоря ни слова Снэйп спустился в лабораторию, достал из тайника пузырек зелья удачи, вернулся в гостиную и передал его А́даму.       - Пусть побудет у тебя, а я пока за Поттером, - произнес зельевар и трансгрессировал.       Поттер сидел запертый в своей комнате за провинность, которую на него “повесили” Дурсли, и размышлял. Вдруг перед ним появился Снэйп, от чего Гарри даже подпрыгнул.       - Прошу прощения, мистер Поттер, но я за Вами, - обычным для себя тоном произнес зельевар.       - Так скоро? – удивился и испугался Поттер, - Почему? Что-то случилось?       - На подробные объяснения нет времени, Поттер. – Тихо произнес Снэйп, - А если вкратце, то наш план начал осуществляться. А́дам даже нашел способ как нам всем, в том числе и тебе, Гарри, облегчить работу, но об этом в моем доме поговорим.       - Это радует, - произнес Поттер слегка ошеломлённый от того, что Снэйп назвал его по имени впервые в жизни, но быстро взял себя в руки и спросил, - мне что-то нужно прихватить, профессор?       - Нужны только ты и крестраж в тебе. Держись за мою руку, Гарри, – с легкой ухмылкой сказал зельевар, протягивая руку, - мы трансгрессируем ко мне домой, а потому прошу не испачкай мне ковер.       Поттер даже слова вставить не успел как у него возникло ощущение, что его крюком тянет за живот внутрь себя. Через мгновение оба стояли в гостиной, но Гарри при этом пошатывался и цветом лица напоминал кактус. Однако довольно быстро справившись с собой Поттер выпрямился.       - Примите мою благодарность, Поттер, за то, что сдержались от демонстрации своего завтрака, - сказал Снэйп и посмотрел на А́дама, который от этих слов заржал как не нормальный.       - Профессор, неужели Вы думаете, что Питунья перекармливает племянника? Его завтрак давно переварился, демонстрировать нечего. - Отсмеявшись сказал А́дам и обратился к Поттеру, - Гарри как себя чувствуешь?       - Не плохо, - ответил улыбаясь тот, - а у Вас тут весело.       - Это минутное отступление, Гарри, не обращай внимания, - сказал А́дам хмыкнув. - Возвращаемся к нашим баранам, то есть к Волдеморту.       При этих словах Снэйп, стоявший к студентам спиной, стал подергиваться от беззвучного смеха, а потом немного успокоившись произнес:       - Слышал бы Вас Темный лорд.       - Еще услышит, профессор, - улыбнулся А́дам и переключился на Поттера. – Гарри, сейчас мы сделаем по глотку зелья удачи и переместимся на место основных событий. Зелье поможет тебе сосредоточиться, если перед тем как его выпить, ты пожелаешь уничтожения Волдеморта.       Гарри кивнул, подтверждая, что согласен исполнить задумку сокурсника. Волнение, возникшее с момента их первой встречи с А́дамом и Снэйпом, практически сошло на нет. Оставался только небольшой мандраж. А после глотка зелья удачи на душе Гарри стало так легко, что даже встреча с убийцей родителей не пугала его. Он точно знал, что даже глазом не моргнет, когда Волдеморт заавадит его. От изучения своих ощущения Гарри отвлек голос А́дама.       - Волдеморт рассказал Питеру как достать его волшебную палочку из тайника над камином. Интересно, кто ее туда спрятал, если местом последнего развоплощения Темного лорда была Годрикова впадина? Но это после потому, что Петтигрю подготовил всё для возвращения тела Волдеморту. Нам пора, профессор, отправляемся!       Снэйп подошел к своим студентам и, взяв обоих за руки, крутанулся на месте и перенесся на край территории кладбища в деревне Литтл-Хэнглтон. Посмотрев друг на друга, Снэйп и А́дам синхронно кивнули и зельевар отделился от студентов и ушел в направлении неподалеку стоящего дома. Ему предстояло убить Нагайну. А́дам же повел улыбающегося Гарри за собой поближе к зеленоватому костру, который виднелся между надгробиями.       В десяти метрах от костра они спрятались за одним из надгробий в форме креста и стали наблюдать за происходящим. Как и в конце четвертого фильма о Гарри Поттере, Петтигрю закинул в котел тельце Волдеморта, свою отрезанную кисть и капнул кровь Поттера. А́дам повернул голову на Поттера и слегка обалдел увидев глуповатую улыбку на лице Гарри. Конечно это зелье удачи так действовало на мальчика, который выжил, но видимо Гарри еще очень молод, чтобы полностью контролировать себя под его действием. А́дам только чувствовал, что всё они сделали правильно и всё у них получится. Видимо его магия, не принадлежавшая этому миру, а также тренировки по окклюменции способствовали сдержанности в выражении эмоции под действием Феликс Фелицисс.       В это время котел начал оборачиваться в худое под два метра ростом жилистое тело. Темный лорд стоял посреди кладбища и осматривал твое новое тело. Затем он обратился к Петтигрю:       - Дай мне мою палочку, Хвост! – тихий ледяной голос Волдеморта, почти что шипение, послышался в тишине.       Как только Петтигрю выполнил его просьбу, А́дам повернулся к Поттеру, но тот уже вышел из укрытия и осторожно ступая двинулся навстречу Темному лорду с широченной улыбкой на лице. «Сейчас будет шоу» - про себя посмеялся А́дам.       Волдеморт еще не заметил Гарри, а потому решил приодеться в черную мантию с помощью своей палочки. Когда он закончил и поднял взгляд от своего внешнего вида, то просто замер от неожиданности, ведь к нему шел тот, кого он хотел убить больше всего на свете. Поттер остановился в двух метрах от Темного лорда и улыбаясь смотрел на убийцу своих родителей. Оба молча глядели друг на друга, но первым молчание нарушил Гарри.       - Я пришел уничтожить тебя, сволочь! – улыбка на лице Поттера после этих слов стала еще шире.       - Уничтожить? Меня? – Холодная ярость проснулась в Темном лорде. Он был обескуражен появлением своего врага, но быстро взял себя в руки и практически прошипел вкладывая в слова ироничные нотки, - ты малолетний сопляк, которому столько раз везло благодаря козням этого старого глупца и маглолюбца Дамблдора, пришел уничтожить меня? Самого могущественного волшебника всех времен?       - Ты не можешь быть могущественнее даже таракана, ведь не смог убить даже годовалого ребенка! – громко рассмеялся Поттер, но смех его продолжался пару секунд.       - Авада Кедавра! – выкрикнул Волдеморт с перекошенным от ярости и злобы змееподобным лицом.       Гарри даже не думал защищаться и как подкошенный рухнул на землю. Темный лорд тоже принял горизонтальное положение, потеряв сознание. В этом момент из дома послышался грохот, который практически сразу затих. А́дам не теряя времени подбежал к Поттеру и приложил ухо к грудной клетке Гарри. Стук работающего сердца вызвал у нашего героя улыбку. Но радоваться время еще не наступило. Поднявшись на ноги он отдал приказ Петтигрю воткнуть в сердце Волдеморта заранее приготовленный клык василиска и ритуальным ножом отрезать ему голову. Так, на всякий случай. Чтобы не смотреть на столь кровавое действо, А́дам решил оттащить Поттера в укрытие и дождаться прихода мальчика, который выжил, в сознание и возвращения Снэйпа. Зельевар вернулся минут через десять. Он немного прихрамывал и что-то нес в руках. А́дам люмусом подсветил зельевару место своей дислокации. Тот молча огляделся и устало подошел и присел рядом со своими студентами.       - Надеюсь Гарри не пострадал? - с легкой тревогой в голосе спросил Снэйп.       - Я же еще жив, профессор, - устало сказал А́дам, напомнив учителю про непреложный обет. - Он просто без сознания.       - Зато Темный лорд не только без сознания, но и без головы, - с ухмылкой на лице ответил Снэйп.       - Как и его змейка, - добавил А́дам и взглянул на зельевара.       Оба еле сдерживаясь от того, чтобы не заржать в голос, уткнули лица в колени и тряслись от беззвучного смеха. В это время Поттер очнулся и проморгавшись присел. Действие зелья удачи уже практически сошло на нет у всех троих. А́дам и Снэйп отсмеявшись подняли головы и посмотрели на Поттера. Первым нарушил молчание Гарри.       - Я видел осколок души Волдеморта, который жил во мне. Он уничтожен, - улыбка на лице Поттера была искренней, ведь он так скоро избавился от своей проблемы.       - Мы в курсе, мистер Поттер! - Голос Снэйпа всё еще был уставшим, но всё же улыбаясь он с облегчением добавил, – его змея и воскрешенное тело вместе с оставшейся частью души тоже уничтожены. Нам нужно возвращаться домой и привести себя в порядок.       - Да уж, – согласился с ним А́дам, - но прежде надо кое-что еще сделать.       Петтигрю подошел и положил перед ними голову Волдеморта. А́дам приказал ему обратиться в крысу, что тот и сделал. Снэйп взял крысу и запер в нерушимой клетке, а голову Волдеморта спрятал в какой-то мешок. Затем А́дам взял голову змеи и отошел к телу Темного лорда. Адский огонь из палочки нашего героя обратив в пепел останки Волдеморта и его змеи.       - Профессор, как там Ваша метка? – спросил А́дам, глядя как ветер разносит по кладбищу пепел Темного лорда.       Не обращая внимания на любопытный взгляд Поттера, Снэйп подошел к А́даму и оголил предплечье руки, на которой Волдеморт оставил свою метку. Но теперь её там уже не было, а значит у них получилось. А́дам кивнул зельевару и повернувшись обратился к Поттеру.       - Гарри, нам пора возвращаться. Я знаю, что у тебя есть много вопросов, которые ты хочешь задать нам с профессором, и думаю, что лучше задать их Дамблдору. Он тебе подробно всё растолкует, а у меня извини нет на это времени – скоро я уезжаю. Домой тебя доставит профессор Снэйп.       - Хорошо. А что теперь с непреложными обетами? – неуверенно спросил Поттер.       - Тот, что я дал тебе – исполнен, так как ты не пострадал, а я остался жив. А обет, что ты давал мне – еще не исполнен, но тебе нужно просто потерпеть до первого сентября. – Закончил А́дам и повернулся к Снэйпу, - Профессор, я хочу попробовать сам трансгрессировать. Есть ощущение, что у меня получится. А Вы доставите Гарри домой, если Вас не затруднит.       **************************       Когда Снэйп вернулся в свой дом, то обнаружил в гостиной попивающего сливочное пиво А́дама.       - Как прошло с Поттером? – спросил наш герой глядя на зельевара.       - Доставил его прямо в его комнату. Волноваться не о чем. Как твоя первая самостоятельная трансгрессия? – в свою очередь полюбопытствовал Снэйп, садясь в кресло напротив своего студента.       - Вроде цел. Правда мутило чуток после приземления. Но я уже в норме. Знаете, я кое, что обнаружил, профессор. - Снэйп удивленно воззрился на А́дама и тот сразу продолжил, - трансгрессировать не получалось до тех пор, пока я просто не захотел тут оказаться. Моя магия работает от моего желания, но более качественно ее применять получается, если пользоваться палочкой и произносить заклинания, но и расход магии при этом повышается. Так, что мне нужно тренироваться в беспалочковой и невербальной магии побольше. Нельзя забывать и об артефактирике и портальной магии. Как Вы смотрите на то, чтобы поднатаскать меня, Северус?       - Это меньшее, что я могу для тебя сделать!       **************************       Прошло больше полугода с тех пор, как А́дам распрощался с профессором Снэйпом и отправился на остров в Карибском бассейне, чтобы отдохнуть и затем переместится в свой мир. Весь июль и август зельевар нещадно гонял своего студента по изучению и применению магии. В конечном итоге А́дам мог теперь обходится без палочки и произношения вслух при применении многих заклинаний, в том числе непростительных. Создание же порталов или каких-либо не слишком мощных артефактов не составляло теперь труда, хотя о применении беспалочковой и невербальной магии при этом пришлось забыть, но А́дама это даже не расстраивало.