Тихое спасибо.

3 часа ночи. Тёмная комната была захломлена коробками из-под лапши. Только свет от экрана монитора освещал её. Дождь стучал по окну, издавая раздражающий звук, а на столе стоял помотанный жизнью чайник. У него уже несколько месяцев не работал выключатель, а отключить его можно было только лишь вынув из розетки. Он свистел и старался напомнить о своём существовании хозяйке квартиры. Да, в наушниках звук был слышен, но сил подняться с кресла совершенно не было. Лишь когда звук начал становиться невыносимым, девушке пришлось отключить его. «Надо заварить лапшу и поесть»— пронеслось у неё в голове, но незаконченная песня была важнее. — «Нет, нужно работать». Она правда боролась с собой. Физически — была истощена, а морально — готова к любым препятствиям. Это проклятие убивало её, но Кей не замечала этого. Так проходил час за часом. Смирившись с голодом она продолжала писать. Если посмотреть на неё со стороны можно заметить стеклянный и мутный взгляд, который сопровождался огромными мешками под глазами. К сожалению, сам композитор не находил это ужасным. Лишь иногда, следуя наказу друзей из группы — отдыхал. Хотя всё же это достаточно глупое занятие, ведь отдохнув один раз невозможно восстановить весь урон нанесённый организму. «Звук не тот.» «Нет, это убивает картину.» «Такая слабая песня никого не спасёт.» Под 6 часов утра в голове уже сварилась каша из навязчивых мыслей. Мозг уже не справлялся, а руки не могли без тремора передвигать мышку. И так каждый раз. Доводит себя до полного истощения, а потом лежит в кровати с температурой и полным отсутствием сил. Организм уже не мог держаться. Йоисаки отключилась. Это единственное состояние, когда тело могло хорошенько отдохнуть, как бы это плачевно не звучало. Обморок? Нет. Так называют лишь кратковременную потерю сознания, тогда кома? Она пробыла в таком состоянии четыре часа. Это мало, но Канаде вполне хватило. «Снова это произошло.» — поднимая голову со стола, пробурчала себе под нос девушка. Она посмотрела на экран и увидела несколько сообщений из ночного кода. 9:07 -Кей, я закончила с анимацией для песни~ Надеюсь не только я работаю усердно, да Энанан? — 9:30 -Как ты вообще это успела сделать? Ты во время собрания то и делала, что говорила! И вообще я тоже закончила иллюстрации.- 9:30 -Ох, не завидуй~ Просто я умею работать, болтая, в отличии от некоторых. — Это было обычное дело, Мизуки подкалывал Эну, а та в свою очередь злилась и обижалась. Вся эта ситуация вызвала лёгкую улыбку на лице Канаде. Она правда видела в этом что-то тёплое и родное, что заставляло забывать о проблемах. Найткорды были очень активными, несмотря на все проблемы, часто мешающие даже собраться вместе. Лишь человек под ником Юки писал редко, да и если и делал это, то только по делу и чаще всего в личные сообщения. На удивление композитора и от неё было сообщение. 7:02 Текст закончен. Если будет необходимость в изменении слов — пиши. Спокойной ночи. «7 часов утра?.. Стоит проверить» — Канаде поспешно открыла файл, что был прикреплён к сообщению. Перед её глазами всплыл текст. Он не был похож на обычную лирику от Мафую. Оно и неудивительно, ведь в последнее время Юки живёт в секае. После ссоры с матерью она просто не может находиться дома. Канаде пыталась поговорить с ней по этому поводу, узнать, почему она не поживёт у Кей некоторое время, но та всё время коротко отвечала. «Не задавай мне таких вопросов.» Вынуждать отвечать Мафую также не имеет смысла. Она просто перевернёт весь диалог и через минуту будет говорить про работу в nightcord at"25:00» или просто молчать, заставляя собеседника чувствовать себя неловко. «Помогла ли ей последняя песня хоть немного? Ох, стоит навестить её. " В голове всплыло множество вопросов, но всё прервал звонок в дверь. «Мочидзуки-сан пришла.» — Канаде встала со стула держась за край стола. В глазах в миг всё потемнело, но также быстро всё прошло. Подойдя к двери, Канаде остановилась. Стоит ли ей это делать? «Она увидит меня в отвратительном виде и будет волноваться, но в то же время если я не открою, она позвонит бабушке.» — после секундных раздумий Йоисаки открыла дверь. Перед ней оказалась приятная и улыбающиеся девушка. Хонами по-настоящему была рада видеть затворницу, не упавшей по дороге к двери. — Йоисаки-сан, добрый день! В ответ Канаде лишь тихонько кивнула. В горле пересохло, говорить было бы очень проблематично. -Вы кушали сегодня? Домработница снимала верхнюю одежду и обувь, оставляя на себе только одежду, которую было не жаль испачкать. -Ещё нет. — честно ответила белокурая. -Не стоит забывать о себе! Сейчас холодает, а вы очень уязвимы к такой погоде. — Первым делом она подошла к раковине. Там лежала большая куча вилок, хоть хозяйка дома и питалась в основном лапшой быстрого приготовления, столовые приборы никто не отменял! Они часто докупались, ведь юная девушка просто не замечала, как выкидывала их вместе с пустыми пачками лапшы. Как бы всё плохо не было с квартирой, светловолосая по-настоящему старалась, в меру своих возможностей, конечно. Даже иногда готовила, а возможно и убиралась, когда были силы. Это помогало отвлечься и забыть про резкий стоп в написании. Всё не выглядело запустело, я думаю, если бы так не было, то Йоисаки давно жила бы не одна, а с парой сотней рыжих друзей. Лишь одна комната оставалась неизменной, сколько бы времени не проходило. Комната её отца. Прошло почти 3 года с его попадания в больницу. Он так и не вспомнил Канаде, но не стоило терять надежду. Раз он помнит о маме, то не всё так плохо?.. Это успокаивало душу и придавало смысл её существованию. Она не до конца убила его. «Он вспомнит.» — проносилось в голове девушки каждый раз, когда она смотрела на закрытую дверь. Хоть она и не понимает, но скорее всего именно этот свет надежды виднелся под тоннами работы за компьютером. Ближе к вечеру Хонами ушла. Канаде попрощалась с ней и закрыла дверь. Сегодня она приготовила несколько заготовок, которые можно поставить в микроволновку и приготовить за несколько минут. А также рис, курицу, суп из брокколи, котлеты. И.. Яблочный пирог. Он пах на всю квартиру, так и привлекал попробовать хоть кусочек. " Нельзя. нужно отнести Мафую еды, в следующий раз стоит поблагодарить Хонами.» В последнее время потребление пищи изменилось — холодильник начал успевать пустовать. Хонами показалось это странным. После пары проверок мусорного бака она убедилась, что ничего не выкидывалось. Счастью не было предела. Обычно хотя бы половина портилась, а иногда и вовсе вся работа на кухне проподала за зря. Всё же композитор редко ела, а такое улучшение казалось замечательным. Кто бы подумал, что она кормит далеко не себя? Канаде быстро собрала пакет с пищей на ближайшие 2 дня и набрала в термос кипятка. «Стоит взять чай. Скорее всего она не ела со вчерашнего дня. Нужно больше за этим следить.» Да, это звучало глупо. Девушка, что забывала есть и морила себя голодом — заботиться о других. В этом и была вся Канаде. Она далеко не спасительный круг, как считают многие. А просто заботливый друг, забывший о своём здоровье из-за чувства вины. Канаде подошла к компьютеру и открыла файл с названием «composed for the future». После небольшой вспышки Канаде оказалась в пустом секае. Хотя. он уже не такой пустой, как ранее, не правда-ли? Обычно холод поглощал это место. Звуки, мысли, действия — всё это смешивалось в шум на фоне, мешающий здраво мыслить. Пустота безнадёжно съедала любую душу изнутри. Конечно, Мику пела нежные мелодии, стараясь разбавить обстановку. В то время она была одна, а фиолетоволосая была на грани «исчезновения». Сегодня, в ранее пустом мире — было шумно. Вокалоиды играли в настольные игры, которые принёс Мизуки. А сильного холода не было, лишь лёгкий ветерок, который доставал лишь до ног. Именно это было неоспоримым доказательством. Доказательством того, что душа хозяйки мира изменилась. Поздоровавшись с Вокалоидами, Канаде отправилась к месту, где спала и жила Мафую в последнее время. Несколько балок, натянутая верёвка и простыни — маленький домик. Он выглядел мило, так, будто маленький ребёнок сделал себе «замок» из подушек прямо на кровати. Канаде остановилась рядом с укрытием, боясь потревожить подругу. — Мафую? — тихо сказала Канаде — Ты спишь?.. Ответа не было. Приоткрыв «дверь» из простыни, Канаде заглянула в дом. Перед её глазами открылась редкая картина. Расслабленная Мафую спала на надувном матрасе, крепко обнимая свою подушку. Фиолетовые волосы, что обычно были собраны в конский хвост, были растрёпаны и лежали на лице Юки. Всё так и манило поправить эти пряди. Кей не выдержала этого. Она поставила пакет с едой, и, тихонько подойдя к спящей, композитор сел на корточки и потянулась к непослушным волосам. Кем бы была Канаде, если бы смогла продержаться в таком положении и не упасть? Так и случилось, потеряв равновесие она упала на спину. В глазах вмиг всё расплылось. -Ай!.. кх… — вскрикнула голубоглазая. После нескольких секунд Кей смогла подняться на логти и всё же увидела сонный и вопросительный взгляд. -Что ты делаешь? — спросила Мафую. Её глаза были пустыми, выплаканными до самой последней слезинки. Синяки под ними, такие огромные, даже похожие на след от удара. Ранее она скрывала их существование… Мать не должна была узнать о её ночных посиделках, как и одноклассники. Сейчас же такая потребность вовсе пропала. В секае никто не осудит. -Извини. — тихо прошептала Канаде, а после начала переходить на крик.— Я не хотела тебе мешать, правда!.. -Не кричи, голова раскалывается. — Она приподнялась и подала руку подруге. — Вставай, пол холодный. Та незамедлительно воспользовалась помощью и ухватилась за запястье фиолетоволосой. -Спасибо… — Зачем пришла? Это место далеко от центра секая, не поверю, что ты забрела сюда случайно. -А. Я.. Хотела принести тебе еды. А также обсудить текст, которую ты мне прислала вчера. — Композитор достала контейнер с едой и отдала его Мафу. — Мочидзуки-сан сделала прекрасный пирог! Извини, сама я очень плохо готовлю, не смогла ничего сделать. — . Стекляные глаза молча наблюдали за её действиями, в то время как челюсть перемалывала пищу. Еда была со вкусом. Не в нашем понимании, а лишь немного тёплой и сладкой. -Зачем ты так заботишься обо мне? Я не умру в секае, как бы не хотелось. — резко выдала жительница "замка". Не ожидав такого, светловолосая чуть не пролила на себя чай, который заваривала с помощью пакетика. -Странный вопрос. — с улыбкой прозвучало из её уст. Она взаправду уставший ангел, который может принести тепло к безжизненному сердцу. — Так. Тут ещё две пачки лапши. На случай, если нужно будет покушать. Термос должен продержать воду в горячем состоянии долго. -Спасибо, но ты сама ела? -Ой. Извини. Времени не было. Виноватый взгляд бегал и пытался зацепиться за всё, кроме лица собеседницы. «Главное не смотреть ей в глаза.» -Времени? Ты серьёзно?.. Уже вечер. Сейчас ты должна поесть сама. — Я в порядке, правда! Как вернусь домой — поем. — Эта фраза была ложью чистой воды. Канаде вряд-ли вспомнит об этом. — Это я в порядке, но не думаю, что ты тоже. Выглядишь плохо. А сейчас, держи.- Мафую протянула нетронутый контейнер. В нём лежал кусочек от того самого яблочного пирога. -Но. -Никаких «но», как иначе я смогу убедиться, что ты поела? Отказываться было бессмысленно, лирик была настроена серьёзно. -Хорошо. — Она не хотела есть, но всё же села рядом и приняла свой же контейнер. Если честно, человек теряет способность чувствовать голод после тонн убеждений, что это лишь отвлекает и занимает время. Кей долгое время наказывала себя лишением еды. Это стало привычкой. Они ели в полном молчании. Мафую управилась довольно быстро — привычка из дома. А Кей всё откусывала маленькие кусочки. Казалось, что тишина — вечность, где нет законов и душ. Юки наблюдала за неспешными движениями Канаде. Потерянность была видна невооружённым глазом. Кто ещё разламывает пирог на маленькие кусочки, а после перебирает тесто от яблок? Чтобы скрасить это неловкую паузу, пришедшая всё же заговорила. — Почему ты не поживёшь у меня? Я знаю, что ты уже отвечала мне на этот вопрос, но тогда я не получила никакой вразумительной причины. Было бы чуть спокойнее всем из нииго, включая Мику и других вокалоидов. — Она всё же положила контейнер на пол, надеясь, что вторая не заметит этого. Голос Мафую зазвучал более монотонно, чем ранее. — Я в порядке. За меня не стоит переживать. -Ты сбежала из дома и сидишь в месте, куда не проходит связь, не отвечаешь никому, а лишь приходишь в центр секая для встреч. Ты уверена, что всё в порядке? Твой отец должно быть тебя потерял. Я.. — Канаде увидела лицо, явно изменившиеся за последние пару секунд, и испугалась — Прости. Я не хотела. -Нет. Ты права. -Что? -Ты права. — Юки, сама того не заметив, на эмоциях прижала Кей к полу. Её волосы распластались по всему холодному полу. Ангел, что на самом деле кролик, лежит в ловушке волка. Страшно. Нависшее тело полностью закрыло свет. Были видны только фиолетовые потерянные глаза. В них виднелась серая злость, но она была направлена далеко не на Канаде. — Да, я убегаю от своей жизни. Я не знаю, что мне делать, поэтому справляюсь именно так. Моё присутствие лишь помешает твоей и так не лёгкой работе и жизни. Ком в горле и 30 секундное молчание, что длилось целую вечность, но вскоре происходит смена ролей, новый спектакль. В этот раз уже снежный волк скорчил самую нелепую гримасу, явно не понимая слов такого яркого, как аметист, кролика. -Кх. Нет. Ты не будешь обузой. Ты замечательная девушка, умеющая справиться с любой трудностью, но не знающая, как принимать помощь. По правде говоря, я скорее буду твоей проблемой. Я настоящий бытовой инвалид. Так что прошу, не смотри на это через призму страха. Я всегда поддержу тебя. Мы всегда поддержим тебя. — Это вышло из уст так быстро, что дыхание сбилось. В итоге, из и так выплаканных глаз, слёзы полились сами собой. Лицо Мафую смягчилось в потоке, но она ничего не ответила, лишь выпустила Канаде из крепкой хватки, и дала ей встать. -Извини. Я согласна при условии того, что ты будешь есть. Мафую взглядом указала на контейнер Пообещай, что если доставлю проблем, первым делом выгонишь меня в пустой секай. В тот день они так и не разобрали текст, что был отправлен в ночь, но это далеко не то, что хотелось бы слышать после произошедшего. Всё же странно вспоминать прошлое. Солнце пробивается через задвинутые шторы, а его лучи падают в аметистовые глаза лирика. Впереди сложный день, следует пойти в музыкальный магазин, нужно договориться о последующих продажах песен их группы. В мыслях было лишь одно. — «Как бы встать с кровати». Цепкие и холодные руки крепко схватили Мафую, не давая ей выбраться. Сопение и обжигающе-горячее дыхание в сторону груди пленили не только душу, но и тело. Хотелось так и остаться в тёплых объятиях ледяного ангела. Будить композитора после бессонной ночи за последней песней для альбома, явно не стоит. Подумав несколько минут, и, осознавая всю безнадёжность этой ситуации, было предпринято несколько попыток отодвинуть от себя милый обогреватель. Третья, к счастью, оказалась успешной. Она не разбудила свою подругу, а вместо своей руки подложила подушку-обнимашку, которую купила Кей несколько дней назад. Кролик покрыла её одеялом и нежно поцеловала в лоб, оставив лёгкий розоватый след от цветной гигиенической помады. Осознание того, что рядом тот, кто вправду всегда беспокоился и любил тебя, заставило губы приподняться в улыбке и тихо ими прошептать — Спи, Ангелок. Она направилась на кухню. К счастью питание лапшой быстрого приготовления позади. Было важно приготовить то, что с большим аппетитом съест Канаде. Надо что-то горячее, потому, увидев остатки просроченного молока и бутылочку кленового сиропа, выбор был сделан. В скором времени лёгкий аромат блинов и кофе начал доносится из кухни, создавая симфонию, которая никого не оставит равнодушной. Даже Юки, что лишь недавно, наполовину восстановила свое восприятие вкусов и запахов. Это была долгая работа. Не проснутся от музыкального произведения лирика — невозможно. Поэтому, тихонько потягиваясь, на кухню зашла маленькая длинноволосая девушка, что зевала и заинтересовано смотрела на свою девушку. -Доброе утро… Фиолетоволосая обернулась на тихий голос, и вместо того, чтобы сказать доброе утро в ответ, кивнула и показала два пальца. Так она просила подождать пару минут, пока справиться с грязной посудой. В этом тихом молчании шумела только вода и столовые приборы, издавая столь раздражающий, но тёплый и домашний звук. Канаде села за стол и начала рассматривать Мафу. Её волосы были распущены, как и в тот самый день. Единственное изменение во внешности — их длина, короче, но не менее прекрасней чем ранее. Они сияли от солнечного цвета, а лучики так и игрались со столь тёмным фиолетовым цветом, делая его ярким и мягким, будто пастельным. С первого взгляда нельзя сказать, что что-то поменялось, для этого просто нужно быть достаточно близким человеком для неё. Улыбка перестала быть настолько удивительным событием, а панические атаки, что случались довольно часто, сократились к минимуму. Она больше не похожа на играющий камень, который не чувствует злости, а лишь радуется и улыбается, ожидая того, что его пинут и кинут в море. Из этих мыслей её вырвала тарелка, что появилась перед Кей буквально из воздуха. На ней лежало 3 блинчика и фрукты, а главное любимые яблоки композитора, что были аккуратно нарезаны. -Спасибо. — тихо прошептала Канаде. В ответ на благодарность местный повар решил отомстить за утро. Крепко обнимая её сзади, она приблизилась к уху жертвы, прикусила за мочку и прошептала: -Жду оплату труда сегодня ночью. — А после, как ни в чём не бывало села рядом и начала свою трапезу. Такие действия со стороны Маф были обычны, но каждый раз, будто в первый, композитор смущалась. Бледная от природы девушка покраснела до очень странного для себя цвета. -Мафую. -М? -Ты демон. На это «искуситель» рассмеялась. -Кто бы говорил, мисс Йоисаки. А вот не надо так сильно прижимать меня к себе по ночам. -Что? Я опять.. Извини, пожалуйста. -А я сказала, что мне это неприятно? -Но, я же. -Нет. — перебила Юки. — Давай ешь, иначе будешь платить по двойному тарифу. -Хорошо. Если ты ранее была серьёзна, то прошу, давай не как в прошлый раз. -Тебе не понравилось? — Тёмные аметисты посмотрели на композитора вопросительно, а рука положила вилку на стол, ожидая ответа. -Не совсем. Просто отвечать на вопросы Мизуки по поводу следов на моей шее.. Очень трудно. -Так просто скажи правду, в чём дело? Они же с Эной не очень-то скрывают свои разговоры. Если не можешь, скажи об этом мне напрямую, я поговорю с Амией. -Нет-нет! Уж лучше я сама разберусь. -Как хочешь, но это не освободит тебя от меня. Нам нужно уже одеваться, остался час до встречи. Канаде даже не поняла, от чего она больше смутилась, от таких слов или резкой смены темы, но возражать уже не стала — не хотела нажить себе ещё больших проблем. Поэтому просто кивнула, вставая и убирая тарелки в мойку. Ни одного слова больше не произносилось до самого выхода. Молчание всегда сопровождало пару, но это не всегда плохо, и они — отличный пример тому. Прервалось это правило лишь тогда, когда Мафую мягко обняла Канаде у входной двери. Больше не было ощущения того, что длинноволосая попадёт в больницу в предсмертном состоянии. Груз взаправду упал с плеч. Пара помогла друг другу. А для помощи, как оказалось не должно быть сложной причины. Тихое слово вырвалось с выдохом, оставляя столь приятную сладость на языке и ушах. -Спасибо. -Тебе тоже спасибо, Снежинка.