Единство музыки

20 июня. Пустота. Тёмное помещение. Ни стен, ни дверей, ни окон - ничего нет. Однако непроглядной тьмы тоже нет, можно увидеть то, что находится в метре от тебя, а дальше уже нет, хоть глаз выколи. Здесь ни холодно, ни жарко, тут необычайно тихо, но сильное эхо, тут безлюдно. Прохладное прикосновение к руке заставило девушку проснуться. Эмили устало открыла глаза, ничего не увидев перед собой. Она обратно закрыла глаза, тяжело вздохнув, но холодное прикосновение к руке стало напористым. Что-то заставило девушку встрепенуться, она резко открыла очи, поднялась с пола, на котором лежала, и отползла назад. Ей понадобилось пару секунд, чтобы успокоить себя, перед ней был Кабура, её ручная белая змейка. Рючи слабо улыбнулась, протянула к нему руку, змей обвил её своим туловищем. Теперь Эмили ясно ощутила насколько ему было холодно, она прижала животное к себе, закутав в плащ, накинутый на её плечах. Девушка огляделась, в ближайшем метре ничего не было, только и можно было рассмотреть пол из странного на ощупь материала. По коже пробежали мурашки, Рючи хотела сказать "Жуть" или "Ужас", но не смогла. Словно голос пропал. Она потрогала своё горло, вроде не болит, так в чём же проблема? Не могла же она стать немой. Скрипачка опустила взгляд на Кабуру, тот лишь прошипел, шевельнув языком. Делать нечего, девушка встала и пошла вперёд, эхом отдавался стук её каблуков, шуршание ткани плаща, когда змей менял своё положение, и его шипение. "Странное место. На реальность не похоже. Может, это сон? Жуткие они у меня, однако", -размышляла Эмили, идя дальше. Был ли в этом смысл? Никто не знает, дальше ничего не было видно, ничего не появлялось на горизонте. Девушка будто бы и не шла, а лишь буксовала на месте, как это делают иногда машины и поезда. Эмили подняла голову кверху, ничего не обнаружив в вышине, покружилась на месте, теперь ступая спиной назад, провела рукой по чешуе Кабуры, пока не врезалась во что-то. Попытавшись обернуться, она ощутила, как вокруг её торса что-то сжалось, принося сильную боль. Рючи с большими усилиями повернула голову назад, заметив странную картину. Дерево - то, что она увидела. Господи, ну не в вселенной Гарри Поттера она же оказалась. Ветки сжались сильнее, заставляя девушку начать волноваться, ноги подкосились, а треск веток раздавался по всей ближайшей округе, проникая в самые глубины мозга. На стволе дерева был заметен небольшой клочок бумаги. Надпись "Сомнение" большими и яркими буквами отражалось на черной древесине. Однако, ствол, а после и ветки подгорели неизвестным способом, дерево ослабило хватку, Эмили сразу же отошла назад, у неё дрожали руки, а глаза неотрывно глядели на пламя. Растение извивалось, как могло, а когда протянуло горящую ветку к скрипачке, то окончательно спугнуло, Рючи побежала прочь. Она не смотрела ни вперёд, ни назад, только и могла, что прижимать к себе Кабуру да тяжело дышать. Долго бежать ей не пришлось, споткнувшись об подол платья, она упала, не в силах подняться. -Зачем же так бежать? Колени все сотрёшь ведь, -донёсся голос откуда-то сверху. Рючи подняла голову, человекообразное, мутное, тёмное существо стояло перед ней. Вместо лица у него был белый знак вопроса, форма тела гладкая, да и в целом, он выглядел, как тень. Эмили хотела задать вопрос, но снова не могла ничего сказать. -Не утруждай себя, -продолжал незнакомец. -Всё равно ничего не сможешь сказать. Права то у тебя нет. К слову, советую пойти туда, не пожалеешь. И он пропал, испарился, словно ветром унесло. Вопросов у девушки было всё так же много, а ответов никто и не собирался давать. Она встала, поправила подол, взяла Кабуру на руки, заметив, что тот, видимо, заснул. Эмили пошла дальше, туда, куда её указали. Выбор был невелик, даже если там опять случится что-то странное, то пусть уж лучше это скорее закончится, и скрипачка проснётся. Сложно было верить, что всё это может оказаться чем-то, кроме сна. Ну, это же просто антинаучно, не бывает такого. Сердце бешено стучало, по коже пробежали мурашки, пальцы рук дрожали, казалось, что откуда-то дует холодный ветер, но это просто страх играл с девушкой. Она шла дальше, пока не почувствовала движение Кабуры. Тот выполз из плаща, слез с рук Рючи за землю и уполз. Эмили хотела крикнуть ему вдогонку, побежать за ним, но голоса не было, а ноги словно прилипли к земле. Она секунду смотрела на уползающего компаньона, после потеряла его из зоны видимости и только тогда ощутила способность к ходьбе. "Кабура никогда раньше не уходил", -подумала она, но решила не рисковать и идти дальше по намеченной дороге. Пусть уж скорее это закончится. Странное беспокойство овладело всем телом, накрыло, словно ворон тёмным крылом, заставляя вздрагивать от каждого шороха. Неожиданный свет заставил поморщиться Эмили, прикрыв глаза рукой. И вот опять эти тёмные фигуры, у каждой вместо лица знак вопроса. Вот, у одной красный, а у второй белый. Их голоса тоже разные, что на мгновение заставляет подумать, что это такие же люди, как и Рючи. Девушка остановилась, неотрывно глядя на фигуры, те, казалось, её не замечали, у них был свой диалог. -Я больше так не могу, это невыносимо... -жалобно сказало женским молодым голосом существо с белым знаком. -Заткнись! -проревел в свою очередь мужским голосом собеседник. -Это твоя обязанность! Завязывай ныть и возвращайся к делу, или я сам задушу это отродье! Теперь сцена сменилась, фигуры рассеялись, появились другие. Первая - всё та же, с белым знаком, а вторая - уже с синим, её голос походил на голос женщины пожилых лет. Держа голову на коленях старушки, женщина роняла слёзы, пока её успокаивающе гладили по голове. Над её головой сверкнуло лезвие, стремительно упало вниз, от чего Эмили сделала шаг назад, но оно упало рядом, на землю, отрезав лишь малый клок волос. Картина снова сменилась, теперь уже только одна женщина возле детской колыбельки. Вокруг фигуры была пугающая и неестественная аура, руки дрожали, на мгновение Рючи разглядела в этом лице глаза, которых на деле совсем не было, те были стеклянными, пустыми, неживыми. Женщина подняла дрожащую руку над колыбелькой, сжала в кулак, постояла так секунду, явно не решаясь, после чего резко, с силой ударила, раздался плач маленького ребёнка, режащий слух, а затем сцена снова сменилась. Стоял мужчина с красным знаком вместо лица и старушка с синим знаком. Первый нервно шагал из стороны в сторону, бормоча что-то себе под нос. -И всё же это ты зря... -проговорила старушка, сидя в кресле с пряжей. Мужчина остановился, повернул голову к женщине, его руки сжались так, что будь он человеком, а не чёрной материей, костяшки бы начали выпирать, его аура стала зловещей, от неё словно исходил жар пламени. -Зря? -спросил он, после чего фыркнул, отведя взгляд. -Бабам слова не давали. Старушка не собиралась так просто молчать на это. -Но разве так можно? Это же негуманно! -Заткнись! -прокричал он, от чего Рючи невольно снова отошла назад. Слишком уж сильно ей этот голос кого-то напоминал. -Твоё дело хранить очаг, раз уж она с этим не справилась, а с тем убожеством я сам справлюсь, а то все старые ноют, что и колени болят, и спину схватывает! Будет мне ещё женщина указывать! Сцена снова сменилась, теперь никого не было, так подумала Эмили в первые секунды. Но немного погодя, сзади стал доносится тихий смех, потом слева, справа, да в принципе везде. Рючи подняла голову, вокруг неё стояли фигуры с жёлтыми знаками вместо лица. Каждая из них мерзко смеялась, тыкая пальцем. Была меж них одна, что сильно отличалась. Мало того, что смеялась она громче всех, чуть ли не падая с ног, так и её лицо было иным. Надпись "Ревность" жёлтым цветом резала глаза. За этой фигурой вновь образовался тот мужчина с красным знаком. "Ревность" заговорила: -Ответь же, каково это? Настолько жалко и низко, разве не мерзко? А эти глаза... Отвратительно, как тебя земля носит? И что за внешний вид? Ты вообще про зеркало слышала? -снова послышался всесторонний смех. -Кого ты вообще можешь заинтересовать? Литература и стихи никому в 21 веке не интересны, завязывай с этим! Занялась бы полезным, точными науками, а не этой мистикой и фантастикой. Да и разве можно себя называть девушкой, когда ты такая? Отвра... Она не договорила. Рючи попятилась назад, споткнулась, упала на колени, но перед ней возник Кабура. "Ревность" закрыла лицо руками, смех прекратился. Скрипачка пригляделась, это не Кабура. Чешуя не белая, она сине-лазурная, зрачки не красные, а жёлтые, да и в целом размером змея была больше, чем Кабура. Эмили протянула к ней руку, животное посмотрело на неё, улыбнулась, насколько это позволяла её анатомия, а потом вся темнота резко пропала. Яркий белый свет заставил девушку зажмурить глаза. Эмили резко встала, тяжело дыша, по лбу шёл холодный пот, руки судорожно сжали скатерть одеяла, волосы растрепались, глаза были затуманены. Она проснулась. Мда, странные сны, однако. Рючи провела рукой по лбу, облегчённо выдохнув. Она закрыла лицо руками, сжав пальцами выбившиеся прядки волос, взгляд был устремлён в пустоту, мысли крутились, меняли друг друга, не останавливаясь ни на секунду. Не ощущая собственного тела, Эмили встала с кровати, только сейчас поняв, что случайно заснула и не переоделась в пижаму. Ну что ж, будет меньше хлопот. Она прошла к окну, отодвинула в сторону ажурные светлые шторы, поглядела на тёмные улочки. Её рука потянулась к ручке, пальцы еле уловимо коснулись холодной материи, дыхание сбилось, пока дрожь не заставила отдернуть ладонь. Эмили стояла так, с вытянутой рукой к окну, испуганными глазами смотря то на улицы, то на своё отражение, какое-то время. Попятившись назад, она опустила голову вниз, взялась рукой за крестик, что висел на шее, сверкая красным камнем посередине, девушка чувствовала себя так, как чувствует себя вор, если его застают за кражей. Стыд, страх, позор заставили Рючи не спать ещё долгое время. Она сидела в кресле, подогнув ноги под себя и обнимая колени руками, подбородок опирался на уголки колен, волосы полностью скрыли лицо, а глаза ничего не видели перед собой, хотя оставались открытыми. Эмили не знает сколько она тогда просидела, но не меньше часа, без сомнений. 21 июня. -Госпожа, проснитесь, вы в порядке? Кто-то настойчиво тряс девушку за плечи, пока та не открыла глаза. Рючи протёрла их рукой, отходя от сонного состояния. Размытый взгляд сфокусировался, скрипачка увидела Ивана. -Госпожа, с вами всё хорошо? Я мигом вызову доктора, если вы чувствуете недуг, -говорил дворецкий с обеспокоенным взглядом. Рючи, смотря на него, увидела расплывчатый силуэт другого человека, того, кого она, казалось бы, знает, но в тоже время видит впервые. "Что за бесовщина?", подумала она, но вслух ответила: -Нет, я в порядке, не нужно доктора. Просто задремала, -она замолкла, переводя дыхание. Странные видения пропали. -К слову, который сейчас час? -Час дня. Вы долго спали, поэтому я и забеспокоился. К тому же вам нужно принять лекарство, -с этими словами Иван протянул Эмили поднос, на котором были таблетки и стакан воды. Немного погодя, девушка не без омерзения выпила нужную дозу, внутренне радуясь, что они хотя бы не горькие. Рючи поставила стакан на рядом стоящий столик, а Иван уже собирался выйти из комнаты, перед этим откланявшись, когда скрипачка взглянула на число в календаре и окликнула дворецкого. -Иван, сегодня 21 число? Мужчина остановился, обернулся к девушке, кивнул. -Да, сегодня 21 июня. Эмили помолчала, обдумывая что-то, одновременно с этим сильно кусая свои губы. -Значит, через неделю у меня экзамен, верно? -Да, вы правы. Это пройдёт в здании школы Франсуа Дюпон, директор которой согласился на проведении этого мероприятия. Эмили кивнула, осмыслив эту информацию, у неё есть ещё неделя, 7 дней, в каждом по 24 часа, если вычесть из этого время на сон, приём пищи, процедур, необходимых для здоровья или гигиены, и прочие прелести, то получается, что как миниум 84 часа у неё остаётся на подготовку. Проще говоря, три с половиной дня, если поделить. Много или мало? Сложный вопрос, на который она не могла дать ответа. Хотя разве это важно? Встав с кресла, Эмили взяла с полок нужные книги по японскому языку: по грамматике, по иероглифам, словарик, тренировочные упражнения, контрольные задания и прочее. Вогрузив всё это на рабочий стол, она включила настольную лампу, открыла первую страницу справочника и принялась готовиться. Лампа работала весь день, ведь день шелестели страницы книг, весь день скрипела ручка по бумаге в комнате скрипачки. Под конец дня она составила план по подготовке: сегодня грамматика с первого по пятый урок в справочнике, завтра иероглифи со второго по шестой урок, в среду отработка чтения, составления текста, перевода, аудирование, в четверг решение тренировочных заданий и грамматика с шестого по десятый урок, в пятницу иероглифы с седьмого по одиннадцатый урок, в субботу повторение слов, аудирование, чтение текстов и их составление, а в воскресенье, в последний день подготовки, решение контрольных задач, в них было вмещено всё вышеперечисленное. Эмили расписала этот план в виде таблицы, повесила на стену с помощью булавок и после долгого учения повалилась на кровать, смотря в потолок. Сейчас так сильно ничего не хотелось, но в тоже время она корила себя за безделье. С чего бы вдруг? Она же просто прилегла отдохнуть. Хм, ответа нет, просто что-то давит на сердце, как если бы это была вина за серьёзный проступок.