«Монстр»

Джек с ней не разговаривал и, насупившись, сидел на диване в гостиной. На базе ей тоже никто и слова не сказал, только наградили благодарно жалостливыми взглядами. Как будто Джун они помогут выжить при встречи с Визом. — Послушай, все будет в порядке, — Дарби садится рядом с сыном, приобнимая того за плечи. — Говоришь так, как будто это что-то повседневное! Конечно! Моя мать идет на блядское «свидание» с ржавым куском дерьма! — Джек! — строго начинает Джун, но парень ее попросту не слушает. — Что Джек?! Ты знаешь, что у него в голове? Может, он отвратительный извращенец! Хотя, скорей всего так оно и есть, раз его привлекают люди! Как я могу быть спокоен, когда ты поедешь с ним непонятно куда? — Джек тяжело дышал, щеки его раскраснелись от возмущения, а глаза пылали праведным гневом и неприкрытым страхом. Джун потупила взгляд. В чем-то он прав. Только вот… Виз был чересчур странным. — Я обещала. — глухо отзывается мать, опуская плечи. Этот разговор ничего не решит. Стрелка часов безжалостно добегает до семи. На улице слышится рев мотора спорткара. Парень вздрагивает, аккуратно подходя к окну и задирая жалюзи. Знакомый McLaren уже ждет. Кение оказался чертовски пунктуальным. Джек недовольно цокает языком. — Мам, может не стоит? — Я обещала, Джек, — вновь повторяет она. — Кто знает, что он сделает, если я совру, — Дарби треплет сына по густой черной шевелюре и целует в лоб. — Надеюсь, что вернусь в десять, не переживай. Джун выходит на улицу, на прощание помахав сыну и послав воздушный поцелуй. Она старается вести себя естественно, но дрожащие пальцы и неспокойные отрывистые движения предательски выдают ее. Джек провожает мать хмурым взглядом. Возможно, если сегодня она останется в живых, им предстоит еще один неприятный разговор. Виз приветственно рычит мотором, открывая ей дверь на пассажирское. Дарби садится, откидывая голову на кожаные кресла. Сегодня Кение отчего-то не пытается вести с ней беседу, выезжает на шоссе и мчит вдоль рыжих высоких скал в то самое место, где в прошлый раз открывал мост.

***

После воронки Джун встречает прозрачное озеро, посреди густого лиственного леса. Неподалеку растет дикая земляника. Целое поле сладкой красной ягоды. Вдалеке журчит родник. Женщина выбирается из душного, как ей кажется, салона, вновь вдыхая природную свежесть. Дарби приседает на корточки, с восхищением любуясь колокольчиками и принимаясь собирать в ладонь ягоды. Главное — близко не приближаться к десептикону и следить за своим языком. Да, тогда все будет в порядке. Виз трансформировался и отошел к одному из толстых стволов, облокотившись спиной на кору. Дерево под его немалым весом жалобно заскрипело. Мех молча наблюдал за женщиной, задумчиво потирая неприкрытые металлом шейные магистрали. Здесь, в лесном массиве, солнце было еще высоко, ненавязчиво грея голые руки. Джун окунула землянику в воду, промывая ее, и тут же запихнула горсть в рот. Сладкая. Ужасно сладкая ягода обожгла холодом язык. Дарби расплылась в блаженной улыбке. В этих встречах могли бы быть и плюсы. — Почему ты согласилась? — спустя минут десять пророкотал дес, отвлекая увлеченную женщину от поедания ягод. Джун смущенно отвела взгляд. Слишком уж Кение был проницательным. — Потому что захотела. — Врешь, — тут же парировал мех. Улыбка сошла с его лицевой, но вел он себя совершенно неагрессивно. — Ты бы не стала. Джун вздрогнула. В голосе Виза сквозила неприкрытая ничем… обида. Да, он дураком не был и прекрасно осознавал, что женщина его боялась. Его сенсоры слегка дернулись, отзываясь на шелест травы под ногами Джун. Она заметила это еще с их первой встречи — у Кение был острый слух. — Прости, — за что она извинялась, Виз не понимал, но вдаваться в подробности не стал. Из-за артефакта или же нет, без разницы! Она сейчас здесь, с ним, а это главное. Джун стало от самой себя мерзко. Может, Виз не был святым, но лично ей этот странный десептикон ничего плохого не сделал. Кение лишь выполнял то, что ему поручили. Ни больше, ни меньше. Точнее… пытался это выполнить. Но пока что, непонятно почему, игнорировал приказы начальства. Джун хихикнула, представив, как перекосит Мегатрона, узнай он о том, почему Виз снова не принес артефакт. Антенны десептикона встрепенулись, и он с интересом поглядел на улыбающуюся женщину. — И что же тебя так рассмешило? — Дарби мгновенно замолчала, испуганно уставившись на фиолетовозначного. Кение выжидающе сложил манипуляторы на груди, вскинув оптогрань. — Да просто представила лицо Мегатрона, когда, ну, когда ты ему ничего не принёс, — женщина ссутулилась, в момент сделавшись совсем крохотной и беззащитной. Но вместо ожидаемой скорой смерти, которую, как она думала, ей любезно обеспечит дес, послышался гортанный смех. Виз смеялся. Искренне. — О! Хах, ты права, это и впрямь забавное зрелище! — Кение сполз вниз по стволу, спинными сегментами облокачиваясь на теплую кору. Щупы его вновь покоились на мягкой траве, а это значит, что мех не причинит ей вреда. Наоборот, десептикон был настроен на разговор. — Вы не ладите? — Джун на свой страх и риск пытается завести с ним беседу. — Мягко сказано, — кивает Кение, безотрывно наблюдая за медсестрой. Дарби сложно понять по его залитым неоново-зеленым окулярам, о чем он думает. Женщина усаживается на мягкую прохладную землю, поодаль от десептикона. Виз не двигается и не предпринимает никаких попыток дотронуться до нее. — Хочешь еще что-то спросить? — хрипит он, прикрывая окуляры и закладывая манипуляторы за шлем. — А можно? — аккуратно интересуется Джун. Кение хмыкает. — Можно. Сейчас бы стоило прояснить один важный для медсестры момент. Иначе, гадая, она просто сойдёт с ума. — Когда… когда ты говорил про то, что я тебе нравлюсь. Что ты имел в виду? — То и имел, — мгновенно отвечает дес. — На вашей планете любовь имеет вполне себе четкое определение. Джун заливается краской. Услышать такое от робота сродни экзотике. Она вновь глотает сладкие ягоды, молча водя пальцем по воде. Голова отказывается работать, потому что такое заявление не поддается никаким законам логики. И когда он только успел, если до этого Джун знать о нем не знала. — Когда? — шепотом интересуется она, пряча смущенный румянец за волосами. — Когда ты плавала. Дарби вскидывает голову, удивленно смотря на спокойного меха. Он даже окуляры не открыл, продолжая наслаждаться звуками незнакомой ему природы. Серьезно?! Тогда?! Боже, она же была абсолютно нагая! Джун пытается выровнять дыхание и успокоить трясущиеся руки. — То есть… ты подсматривал? — М-м-м, скорее, наблюдал, — криво усмехается десептикон, обнажая серые клыки. Они поблескивают в солнечных лучах. Дарби сглатывает. Если подумать логически, то на вряд ли кого-то из кибертронцев бы тронул вид голой землянки. Только вот… Кение был под сомнением. — Тебе противно? — вдруг интересуется мех, распахивая яркие окуляры. И Джун удивленно замирает, прислушиваясь ко внутренним ощущениям и отчаянно бьющемуся сердцу. Что она чувствует, когда Виз говорит ей все это? Страх? Возможно. Смущение? Конечно. Отвращение? Нет, это больше похоже на… непонимание. Да. Она его не понимает. — Нет, — качает она головой. Черные волосы патлами спадают на лицо, закрывая его от Кение. Виз довольно урчит. Словно кот. И это сравнение веселит женщину. Она слышит характерный звук движения шнура. Десептикон аккуратно подхватывает цепкими усиками шелковые локоны, отмечая про себя их поразительную мягкость, и заправляет их Джун за ухо. Кение, оказывается, филигранно умеет управлять своими щупами. — Тогда… — он отчего-то отводит взгляд в сторону, сцепляя когти в замок, — тогда, могу ли я расчитывать на еще одну встречу? Джун вздрогнула. В голове осел неприятный ком сомнения. А если он тут играет перед ней эту глупую влюбленность, чтобы втереться в доверие? Мысль была бы логичной, если бы не одно жирное «но»! Виз с легкостью отдал сегодня важнейший артефакт, наплевав на лорда. Если бы он хотел выслужиться, то правильнее было бы деактивировать кого-то из автоботов, да еще и экстрактор с собой утащить. Верно ведь? Принимая же предложение Джун, он обрубал благосклонность Мегатрона к своей персоне. Да и сегодня мех сам говорил, что они не ладят. Стоило ли верить всему этому? Дарби не могла дать однозначный ответ. Однако, подпускать Кение близко к команде не стоило. А к себе? С чего вдруг она решила, что дес, в угоду своей фракции, не придушит ее, когда она потеряет бдительность? Виз тихо хмыкнул. Конечно, на что он только рассчитывал? Видимо, опять ее напугал или еще чего хуже. Кение поднялся с травы, разминая шарниры и приводя гидравлику в порядок. Пора возвращаться, иначе за нее начнут волноваться. — Можешь не отвечать, — машет он манипулятором, вымученно улыбаясь клыкастыми дентами. Джун снова закусывает губу, пальцами впиваясь в кофту. Она его расстроила. Кение не выглядел злым. Скорее… подавленным. Его нижние щупы опустились к воде, кончиками пуская по темной глади рябь. Дарби протянула к ним руку, касаясь теплой мембраны. Она сокращалась под ее шершавыми пальцами, слабо вибрируя. Женщина не рискнула трогать усики, извивающиеся на конце, вспомнив странную реакцию десептикона. Виз подошел чуть ближе к кромке воды, присаживаясь на корточки и наблюдая за несмелыми чужими касаниями. Дарби положила ладонь на шнур, погладив его, словно кота, вызывая у Виза тихий хриплый рык. Щуп доверчиво прижался к коже, потерся о чужие пальцы и исчез, привлекая внимание женщины к десептикону, который оказался удивительно близко к ней. — Можешь, — одними губами произносит медсестра, вновь пряча глаза за челкой. — Что? — Ты можешь расчитывать на встречу. — Оу, — Кение довольно скалится и радостно хрипит. Он, видимо, любитель издавать странные звуки. Сначала Джун его голос казался чересчур скрипучим и шипящим, будто по старому радио крутили звук проржавевших петель, но в тишине природы он звучал на удивление гармонично. К такому можно было бы привыкнуть. — Тогда, ты мне напишешь, как будешь свободна! Дарби достает из кармана телефон, находя номер с одним единственным сообщением, и собирается вбить контакт. Кение краем окуляра замечает ее метания. — Можешь обозвать так, как тебе больше нравится. — А тебе… тебе как хочется? — неловко интересуется Джун. — Мне? — Кение выглядит глубоко пораженным, будто никто до этого момента таким вопросом не задавался. — Виз. — Тогда так и запишу, — слабо улыбается женщина, печатая позывной в своей раскладушке. Кение урчит, трансформируясь и приглашая в салон. Домой он привозит женщину к одиннадцати. — До встречи, — тихо прощается с ним она, зная, что Виз услышит, и, перейдя дорогу, скрывается в доме, где ее ждёт обеспокоенный сын.

***

— Она что?! — Кнопа то ли радостно, то ли ошалело скачет вокруг меха. — Что ты ей такого наплел, что она согласилась с тобой просто так встретится? — Ничего я ей не наплел, и прекрати уже прыгать! — Кение хватает щупами мелкую фемм, усаживая ее на законное и привычное место на левом плече. — Ну ты даешь, Виззи! Я теперь буду болеть за ваши отношения еще яростнее! — воодушевленно попискивает миниконша, приобнимая меха за шлем. — Как будто ты до этого болела? — скептически интересуется Виз, открывая двери в главный отсек. В отличие от Кнопы, начальство встречает деса злобным рыком, швыряя в парочку планшет. Кение благополучно уклоняется, с грустью отмечая, что полет у бедной техники выдался короткий и с трагичным попаданием в стену. — Совсем с процессора съехал? Ты отдал им экстрактор! — Да, я в курсе, — радостно замечает Виз. Сегодня даже лорд со своей истерикой не сможет испортить ему настроение. — В курсе?! В курсе?! Слушай сюда, Виз, — утробно рычит гладиатор, опасно нависая над мехом, — либо ты прекращаешь творить всякую хрень, либо твоей ненаглядной белковой придет конец! Я сожгу ее также, как и когда-то спалил всех твоих юродивых! Мегатрон успел только поставить блок, прежде, чем в его грудь с огромной силой врезался щуп. Виз зарычал, ринувшись на лорда и обнажив когти. Связист среагировал молниеносно, преградив тому дорогу и выпустив собственные щупы. — О, главный шлак Немезиды очнулся! А я-то все думал, когда же ты оторвешь свой бампер от компьютеров! — Приказ. Уничтожить. Опасность. — Да-да, знаем, проходили, — заскрипел Кение, лениво махнув рукой на связиста. — А теперь, отойди. Саундвейв, ясное дело, просьбе не внемлил, продолжая возвышаться перед мехом неприступной скалой. Визу хватило пары мгновений, чтобы обогнуть сбоку чужие щупы и оказаться в опасной близости от черного сенсора. Связист отклонился назад, собираясь увернуться от удара, но снизу в его шлем вонзился чужой шнур, с силой сжимая металл. Кение бьет точно в визор, лишая Саундвейва главного преимущества. Офицер отшатывается. — Медлено, — фыркает Виз и сбивает того с серво. Мегатрон болезненно стонет. Оптика идет помехами, искажая картинку, а боль в манипуляторе не утихает. Этот шлаковый мех пробил ему защитные пластины. Чужой шнур обвивается вокруг шеи гладиатора, сдавливая магистрали. Процессор присылает множественные сообщения о резком снижении топлива и о срочном уходе в перезагрузку системы. Кение слегка ослабляет шнур, продолжая держать лорда в сознании. — Еще раз ты упомянешь Аркс, я вырву твою искру и преподнесу ее Прайму, как Юникронов трофей, — Виз мерзко скрипит дентами на аудио Мегатрону и отшвыривает того в другой конец отсека. — Виззи? — красная фемм ласково гладит меха по серво. Она успела спрыгнуть с Кение, когда только увидела разъяренного лидера. — Знаешь, Кнопа, мне испортили настроение.