Орущий и сигма

      Вечер. На улице, как ни странно, шёл дождь. Сильвер, который любил под этим самым дождём покричать от всей души, молча сидел на пляже и думал о чём-то своём. Ему не хватало сил даже не крики. Сейчас под дождём хотелось скорее плакать, чем орать.       О чём же он думал? Он сам не до конца понимал. Его голова была забита мыслями о многом, и одна мысль сменяла другую чуть ли не каждую минуту. Слишком много всего произошло за последнее время. Слишком много нагрузки. Недавняя ссора с другим Сильвером, чьё прекрасное лицо никак не забыть, делала всё только хуже.

***

      Удивительно, что от этих криков под дождём орущий Сильвер не потерял голос. А ведь кричит он просто потому, что ему хочется кричать. Он любит заниматься подобным, особенно когда идёт дождь.        Рядом с ним стоял его друг. Но действительно ли он друг? Всем уже давно понятно, что эти двое нравятся друг-другу в романтическом плане. Да и стоит признать то, что они, видимо, сами уже поняли это. Почему же они ещё не начали встречаться? Им страшно озвучивать свои чувства, страшно признаваться в любви.        Сильвер, которого все в шутку называют «альфой» или «сигмой», смотрел на своего орущего товарища с небольшим раздражением в глазах. Его голова сейчас раскалывалась от боли, но вместо того, чтобы сидеть дома и отдыхать, попивая тёплый чай в компании остальных обжектов, он пошёл на улицу со своим серебряным дружком. И всё ради того, чтобы тот уже в тысячный раз покричал под дождиком? Хотя это скорее ливень, чем дождик.       — Зачем ты вообще это делаешь? — спросил «сигма» Сильвер, вздохнув.       — Помогает мне расслабиться, — ответил его друг, после чего вновь издал громкий крик. — Иногда крики под дождём помогают выпустить пар.        — Не буду спорить с тем, что порой поорать бывает полезно, но… Но зачем ты всегда берёшь меня с собой? — голова медленно начинала болеть ещё сильнее. — Я ведь кричать не люблю.       — Ну, у тебя всегда есть возможность отказаться от того, чтобы пойти со мной. Я ведь не могу заставить тебя пойти со мной, — после этого предложения, конечно же, раздался очередной «крик души». Его товарищ уже начинал молиться всем богам на то, чтобы тот наконец-то потерял свой голос.       — Отлично, тогда я пошёл к остальным, — сказал Сильвер Спун, уже повернувшись к другу спиной. — Ещё увидимся.       Не успел он сделать и шагу в сторону жилища всех участников, как кто-то схватил его за руку. Было очевидно, что сделал это орущий Сильвер.       — Останься! — проговорил он, смотря на своего друга. Однако ложка почти сразу же понял, как невежливо и высокомерно это прозвучало. — Пожалуйста.       — Я не хочу, — ответил ему Сильвер, вздыхая. — У меня сейчас очень сильно болит голова, а ливень и твои крики не помогают.       — Выпей обезболивающие и вернись, — посоветовал орущий. — Только не бросай меня здесь, без тебя ужас как скучно!       Раздражение начинает возрастать, как и головная боль. Вновь вздыхая, Сильвер ответил любителю дождей:       — А почему ты не можешь покричать вместе с кем-то другим? Я уверен, что хоть кто-то из остальных согласиться составить тебе компанию во время твоих ритуалов кричания под дождём.        — С другими не так весело, как с тобой.       — Позови Инь-Яня. Он то тебя развеселит, я в этом уверен.       — Инь-Янь недолюбливает меня, как и тебя. Хотя недолюбливает ещё мягко сказано.       — Ну, это уже не мои проблемы, Сильвер, — «сигме» казалось, что его голова сейчас просто взорвётся. Вырвав свою руку из рук друга, он пошёл туда, куда изначально собирался пойти: домой. — Я пошёл к остальным.        Его товарищ ничего на это не сказал, что немного обрадовало Сильвер Спуна. Если бы они продолжили спорить, то наш «альфа-самец» не выдержал бы и сорвался. Поскорее бы придти домой… Сейчас оставалось лишь надеяться на то, что дома будут хоть какие-то обезболивающие.        Но орущий Сильвер вновь закричал. На этот раз очень громко, так ещё и прямо над ухом своего друга. После крика он не менее громко сказал:       — Сильвер Спун, не бросайте меня одного! Только с Вами я могу так хорошо проводить время! Пожалейте же меня и-…       Он не успел договорить, ведь его прервал удар в лицо. И удар этот был прямо в нос… Из того почти сразу же потекла тонкая струя крови. Орущий посмотрел на своего друга, в глазах которого теперь видел лишь гнев и раздражение.       — Знал бы ты, как сильно ты меня раздражаешь… — после этой фразы «альфа» недовольно фыркнул. — Вообще не понимаю, как мы с тобой стали друзьями.        На то, что он только что чуть не сломал Сильверу нос, «сигма» никакого внимания не обратил. Смерив товарища недовольным взглядом, он развернулся, а затем наконец-то отправился в сторону дома, оставляя орущего в полном одиночестве.

***

      Кровь уже давно перестала течь из носа. Правда нашему с вами другу всё равно удалось немного испачкать свою одежду кровью. Но ничего страшного, она отстирается, и потом одежда будет как новенькая.       «Ты меня раздражаешь…», эта фраза раз за разом повторялась в голове Сильвера, вовсе не собираясь покидать её. Неужели он и правда раздражает своего друга?.. А что, если не только его? А что, если он раздражает всех? А ведь это может оказаться реальностью. Но ведь они довольно хорошо с ним общаются. Неужели притворяются? Неужели не хотят показаться грубыми, поэтому делают вид, что им приятно общение с постоянно орущим парнишкой?       А ведь он и правда дорожил дружбой с некоторыми из обжектов. Дружбой с «сигма» Сильвером он дорожил больше всего. Но теперь их дружбе настал конец? И настал он не из-за того, что кто-то из этих двоих наконец-то решился признаться в любви другому.       А ведь Сильвер действительно чувствовал что-то к своему другу. Он уже больше семи месяцев понимал это. Ему уже давно хотелось поцеловать своего друга в губы. Да, просто взять и поцеловать его в губы. Но он прекрасно понимал, что друзья так не делают. Целуются, а особенно в губы, только парочки. И теперь у него уже не появится возможности хотя бы признаться в этих чувствах своему другу «сигме»… И всё это лишь из-за того, что он не мог заткнуться на минуту. Как смешно…       И всё же наш орущий друг заплакал. Он не выдержал и заплакал под дождём. Молча заплакал, ведь кричать сейчас не хотелось. Почему же не хотелось кричать? Он боялся, что кто-то прибежит на эти крики и увидит его в таком состоянии. Не хватало ещё показать себя дураком перед остальными! Лучше уж молча поплакать в одиночестве.

***

      Он сидел в одиночестве уже два часа. Дождь никак не хотел заканчиваться. Сильвер Спун уже начинал потихоньку замерзать. Он промок до нитки. Теперь не оставалось сомнений в том, что после сегодняшних посиделок под дождём он заболеет, а возможно ещё и охрипнет.       Сзади раздались чьи-то шаги. Но орущему не хотелось даже повернуть голову в сторону этих шагов, чтобы посмотреть, кто же идёт в его сторону. Но тут он почувствовал, как на него перестал капать дождь. Подняв глаза вверх, он увидел, что кто-то держал над ним зонтик.       — Ты таким образом простудишься, — раздался голос, который орущий Сильвер никак не ожидал сейчас услышать. Этот голос принадлежал его серебряному другу.       — А тебе какое дело до этого? — сказал он, вновь опустив взгляд вниз. — Кричать хоть меньше стану.       — Уж лучше ты будешь кричать, чем болеть.       — Это ведь тебя раздражает… — он всё ещё не осмеливался посмотреть на друга.       Вздох. После него «альфа-самец» уселся на песок. Теперь он сидел вместе со своим уже не орущим другом. Положив свободную на плечо своего товарища, он проговорил:       — Сильвер, ты меня не раздражаешь. Я ляпнул это в порыве гнева, и мне хотелось бы извиниться за это… И за твой нос я тоже хочу попросить прощения.       Орущий всё же поднял свой взгляд на того. С наворачивающимися на голубые глаза слезами, он спросил:       — Ты уверен в том, что я тебя не раздражаю?       Притянув своего друга к себе, «сигма» Сильвер заключил того в объятия.       — Я уверен в этом на все сто процентов.       Теперь любитель покричать под дождём опять заплакал, сильнее прижавшись к своему другу. Он понимал, что глупо было верить в то, что простое «ты меня раздражаешь» могло навсегда разрушить их дружбу… Но сейчас ему было всё равно на это. Сейчас он обнимался со своим другом, которым так сильно дорожит. И это было для него важнее всего другого на свете.       Спустя пару минут обнимашки закончились. Сильвер Спун посмотрел на своего орущего друга. В его глазах теперь смешались чувство вины и небольшой страх.        — Извини меня за то, что я сказал и сделал, — тихо сказал он, всё ещё не отводя взгляд с товарища. — Сильвер, ты вовсе не раздражающий, и… — он замялся. Но, вздохнув, всё же продолжил. — И я люблю тебя.       Бледноватая кожа обоих покрылась лёгким румянцем.        — Это признание в любви? — спросил промокший до нитки парень, тихо усмехнувшись.       — Да, — после этих слов его товарищ отвёл взгляд в сторону.       — Я тоже тебя люблю.       Он в шоке уставился на своего друга. А друга ли? Они оба только что признались друг-другу в любви. И чувства, что очевидно, оказались взаимными. Могут ли они теперь теперь называть друг-друга парнями или партнёрами? Но эти размышления прервал чих, принадлежавший орущему.       Встав с песка, «сигма» протянул своему возлюбленному руку. Тот взял её, после чего тоже встал       — Я ведь говорил тебе, что ты заболеешь.       — Ничего страшного, — ответил ему Сильвер Спун, всё ещё не отпуская руку товарища. — Переживу.       — Ты ведь понимаешь, что я теперь за тобой буду ухаживать? Я специально попрошу остальных оставить твоё лечение полностью на мне.       — Я прекрасно это понимаю, — улыбнувшись, проговорил он. — И меня это вполне устраивает.       — Но под дождь я тебя без зонтика больше никогда не выпущу, — сказал «альфа-самец», в ответ улыбнувшись своему парню. Полагаю, что теперь они будут называть друг-друга именно так.       — А вот это я уже с трудом переживу, — за этой фразой последовал наигранный драматичный вздох.       Оба парня тихо засмеялись. Однако спустя минуту орущий Сильвер сделал то, что он так долго хотел сделать. Губы серебряных соприкоснулись в поцелуе, который продлился лишь пару мгновений. Но этот поцелуй значил многое для этих двоих. Их бледные щёки покраснели ещё сильнее.       — Я надеюсь, что ты меня не заразил, — проговорил «альфа-самец», крепче сжимая руку Сильвер Спуна.       Их дружбе и правда пришёл конец. Но это был счастливый конец. Это был конец, который в итоге стал началом чего-то нового. Теперь они будут ещё счастливее в компании друг-друга.