Хела Поттер

      — Он и правда просто взял и распылил все заработанные очки, — продолжала причитать Эйлин, лёжа на своей кровати.       — Хватит уже это вспоминать, — решила высказать своё мнение Гермиона, лёжа на кровати и выглядывая из-под книги, которая удобно левитировала над ней. — Директор Дамблдор сам подтвердил слова Хелы. Неужели ты думала, что он не сдержит своего слова?       — Я не об этом, — махнула рукой в её сторону Эйлин. — Просто как подумаю, что эти баллы кто-то собирал, сразу же жалко становиться... и баллы, и тех, кто их находил. А ведь я даже ни одной штуки не заработала. Вот, Хела, как ты себя чувствуешь после превращения всех твоих трудов в пыль?       — Я? — вопросительно сказала я после недолгого молчания. — Мне всё равно, — просто ответила я и подсунула ещё один кусочек мяса довольной сове, которая прилетела меня навестить.       — Как так можно вообще! — непонятно чему возмутилась Эйлин, вскакивая на своей кровати. — Гермиона, скажи ей, что так нельзя.       — Нельзя что? — решила уточнить она, перелистывая страницу книги.       — Понятно всё с тобой, — сразу же махнула на неё рукой Эйлин, видя такое несерьёзное отношение к теме, и перевела весь свой напор на меня. — Хела, неужели тебе, правда, плевать на то, что ты собственноручно заработала? Ты же буквально по замку ползала.       После этого уточнения я скосила на неё взгляд и, увидев неподдельное переживание в её глазах, тяжело выдохнула.       — Я ползала, потому что мне было интересно, а баллы не были самой целью, как бы это со стороны не выглядело, — решила я пояснить свой взгляд на произошедшее. — Что есть эти баллы, что их нет — мне всё равно. А вот что меня волнует сейчас больше всего, так это имя для моей совы.       — Имя? — вопросительно протянула Эйлин, переводя взгляд на довольную жизнью птицу, которая с потрясающим превосходством начала рассматривать мою соседку в ответ. — Хочешь сказать, что у неё нет имени?       — Ну, я называю её совой, но это всё же неправильно... наверное, — с сомнением сказала я, подбрасывая ещё один кусочек мяса в направлении прожорливого клюва птицы.       — Могу тебя понять, — сразу же заинтересовалась другой темой Эйлин, видимо, сама тема баллов её вообще не интересовала: ей просто захотелось поболтать о чём-нибудь. — Как насчёт Снежка?       Сова недовольно ухнула и посмотрела на Эйлин с небывалым осуждением во взгляде.       — Согласна, — кивнула я, а на вопросительный взгляд соседки пояснила: — Слишком банально и неинтересно, да и звучит как кличка какого-нибудь жирного домашнего кота, — закончила я, и сова подтверждающе ухнула.       — Какие мы привереды, — фыркнула Эйлин, складывая руки на груди. — Вот сову в нашей семье зовут Изумрудик, и никто не обижается.       — Серьёзно? — отозвалась Гермиона, закрывая левитирующую книгу и поднимаясь с кровати. — Изумрудик?       — А что такого-то? — спросила Эйлин, с непониманием смотря на нас. — Нормальное имя и Изумрудику нравится, — сказала она уверенно, но под недоверчивым взглядом совы возмущённо продолжила: — И нечего на меня так смотреть. Это чистая правда. Вот прилетит письмо от моих родителей, и сама всё у него спросишь.       Сова согласно ухнула и перевела на меня требовательный взгляд.       — Всё, больше не дам, — отряхнув пустые руки, сказала я, чем заслужила недовольное уханье. — Нечего так наедаться, а то потом взлететь не сможешь.       — Хела, ты же знаешь, что твоя сова спокойно перенесёт и рояль, даже не заметив его веса, — решила уточнить Гермиона.       — Переедание ни на ком хорошо не сказывается, — строго сказала я, уперев руки в боки, — мои дядя с кузеном — отличное этому подтверждение.       Получив всё ещё недовольное, но согласное уханье от совы, я решила прекратить пародировать тётю и всё же продолжить интересующую меня тему.       — Так какое имя больше подойдёт моей сове? — спросила я, присаживаясь на стул.       — Задавака, — сразу же сказала Эйлин, показывая язык ухнувшей сове.       — Ммм, — задумчиво протянула я, чем вызвала рядом ещё один возмущённый «ух». — Нет, ей не нравится.       — Может, Афина — греческая богиня мудрости? — спросила Гермиона, подходя поближе к надувшейся от гордости сове.       — Не, — сразу же отмахнулась я. — Слишком пафосно, да и на этот раз не нравится уже мне.       — Тогда...       Так мы и продолжили подбирать имя для совы до отбоя, но, увы, так и не смогли определиться, какое лучше всего подойдёт. На следующий день мы снова стояли в гостиной рано утром в компании всего первого курса Гриффиндора, а старосты взирали на нас со всей доступной им строгостью и серьёзностью.       — Все взяли нужные учебники? — строго спросила Анжелика, проходясь взглядом по нашим нестройным рядам и слушая слабые подтверждения.       — Напомню, что мы будем вас сопровождать до нужных кабинетов лишь первый месяц, а дальше только вы сами будете отвечать как за свою успеваемость, так и за свою посещаемость, — сказал Перси, уставившись в какую-то бумажку в руках.       — Думаю, мы готовы, — кивнула Анжелика, складывая руки на груди. — Где ваш энтузиазм?! — громко спросила она, вытягивая из сонного царства добрую половину первокурсников. — У вас сегодня будут первые предметы, но сначала идём на завтрак в Большой зал. Не слышу вашего предвкушения и возбуждения, — приставив руку к уху, сказала она, вызвав у второго старосты закатывание глаз.       — Ура? — вопросительно сказал Рон, вяло поднимая руку, и за ним повторило ещё парочка первокурсников, включая меня саму.       — Как-то не вдохновляюще, — заключила Анжелика, состроив недовольную гримасу, и повернулась к Перси. — Как ты считаешь?       — Считаю, что мы тратим здесь своё время зря, а уже могли быть на полпути в Большой зал, — ответил он.       — И правда, — кивнула Анжелика. — Так, первокурсники, вот вам задание поработать над своим утренним настроением, а сейчас вперёд на завтрак.       

***

      Что из себя представляют предметы в магической школе? На первый взгляд, да и на десятый, если честно, то они совсем не похожи на те, что были у меня в обычной школе. Но они учитывают какую-то базу, которой уже должен владеть ученик. А судя по учебнику трансфигурации, этой базой точно не является начальный курс физики в школе, разве что что-то похожее на математику там есть.       За своими размышлениями я и не заметила, как наша группа подошла к нужному кабинету. Внутри он был похож на обычный класс: с доской и множеством окон, разве что парты со стульями выглядят добротней и дороже.       — Вот, — указав рукой на класс, сказала Анжелика, — ваш первый урок скоро начнётся, так что рассядьтесь по местам и достаньте нужную книгу и бумагу с писчими принадлежностями.       Немного пошумев, мы всё же заняли все места в кабинете. Рядом со мной сидела Гермиона, а за нами уселась Эйлин в компании Рона. Невилл и Симус сидели следующими. Хм, как-то так получилось, что я села на первой парте, прямо рядом с окном.       — Что же, раз вы так быстро справились, то мы пойдём по своим делам, — сказал Перси, разворачиваясь к выходу.       — Эм, да, — сказала Анжелика и поспешила за ним. — Ведите себя хорошо. Профессор Макгонагалл скоро придёт.       Когда же за старостами закрылась дверь, то все сразу же начали весело гомонить, и я не исключение. Всё же первый магический урок — это и правда событие, а Гермиона была хорошим собеседником и просто лучилась довольством, когда я у неё что-то спрашивала. Как-то незаметно в наш кабинет пробралась кошка. Она уселась на преподавательский стол и оглядывала нас с неподдельным интересом. Хм, возможно, это необычная кошка, хотя для низла она слишком маленькая. Может, просто котёнок?       — Слушайте, мне одному кажется, что этот мелкий низл за ними следит? — громким шёпотом спросил Рон, чем вызвал ещё больше внимания к названной особе.       — А вдруг это питомец Макгонагалл, — поспешила поделиться своими выводами Эйлин.       — И что? — спросил Симус.       — А то, — передразнила она его, высокомерно подняв подбородок. — Профессор могла поручить ей за нами наблюдать.       — Серьёзно? — с сомнением спросил Рон. — Такой мелкий низл вряд ли сможет хоть что-то сделать.       — Ох, — схватившись за виски, сказала Эйлин, — низлы бывают разные. Возможно, эта такая разновидность, которая одним взглядом парализовать может. Ну, Гермиона, хоть ты им скажи, — решила она прибегнуть к чужой помощи.       — Вы не думаете, что узор на её мордочке похож на очки? — спросила Гермиона, не сводя взгляда с кошки. — Да и взгляд очень знакомый.       — Хм, и вправду похоже на очки, — тихо сказал Невилл.       Своё мнение никто не успел высказать, так как кошка с довольным мявком прыгнула вперёд и буквально перетекла в профессора Макгонагалл, которая уже легко стояла на двух ногах в своей неизменной мантии и остроконечной шляпе и строго осматривала нас.       — Привет, класс, — уверенно сказала она, когда образовалась поразительная тишина. — Как вы все уже знаете, меня зовут Минерва Макгонагалл, и я буду преподавать у вас курс трансфигурации, — сказала она и махнула рукой в сторону доски, на которой сразу же появилось её имя и фамилия с названием предмета, выведенное каллиграфическим почерком. — Важно отметить, что вы должны слушаться меня во всём и точно следовать полученным инструкциям. Тот, кто будет пытаться что-то сделать без моего присмотра или разрешения, сразу же вылетит из этого кабинета и больше никогда его не найдёт. Понятно? — закончила она, пронзительно посмотрев в глаза каждого из нас.       Встретившись же взглядом со мной, она быстро его отвела, и я ничего не успела уловить, не то чтобы я вообще пыталась, но зато теперь я знаю, что у неё зелёные и пытливые глаза.       — Итак, для начала откройте свои учебники, — сказала профессор Макгонагалл, доставая свою палочку. — На моём недавнем примере вы могли увидеть высшую точку магии трансфигурации: превращение собственного тела во что или кого угодно, — сказала она веско, чем вызвала удивлённые и поражённые вздохи. — Мало кто достигает такого мастерства, но всё же стоит показать вам не только вершину, но и тот базовый уровень, которого должны достичь все выпускники Хогвартса.       После её слов она замысловато махнула палочкой в сторону учительского стола. Миг — и он превращается в кусок золота. Ещё несколько взмахов — в большущего низла, который был выше меня на пару голов. Взмах — стопка бутербродов. Взмах — часть стены от каменного дома. Взмах — изящный стол с сервированными блюдами и чаем. Взмах — стопка книг. Взмах — снова обычный учительский стол.       — Сейчас вы могли наблюдать многообразность искусства трансфигурации, — в поражённой тишине голос Макгонагалл казался недостижимым и каким-то загадочным. — Основательно изучив предмет, вы не пропадёте ни в безжизненной пустыне, ни в кишащих различной живностью лесах. Главное — помнить, что для волшебника нет границ, а трансфигурированную еду лучше есть только после кое-каких манипуляций, которые вы будете изучать на втором курсе. Сейчас же вы начнёте с основ. Как вы думаете, что является основой для любого волшебника? — спросила она, рассматривая нас с нескрываемым интересом.       — Магия, — решил сказать кто-то из моих однокурсников после того, как поднял руку и ему дали слово. Надо будет лучше познакомиться с ними... или хотя бы не пропускать их имена мимо ушей.       — Без неё вы и волшебником не будете, — кивнула профессор. — Но мы говорим о тех, кто уже имеет магию: о вас. Есть у кого ещё какие идеи?       — Эм, выносливость? — предположил ещё кто-то.       — Тоже важно, но не является самым главным, — одобрительно сказала Макгонагалл.       Рядом со мной Гермиона внезапно охнула и резко подняла руку вверх, чуть ли не взлетая с места.       — Мисс Грейнджер, — кивнула ей профессор.       — Знания, — со счастливой улыбкой сказала Гермиона. — Без знаний мы и представить не можем, как сделать хоть что-то из того, что вы нам сейчас показали.       — Правильно, — слабо улыбнулась Макгонагалл. — Одно очко Гриффиндору, — после её слов я почувствовала слабое и практически незаметное дрожание голосов стен замка. — Без знаний ваш максимум будет какой-нибудь огненный смерч. Могу признать, что это тоже бывает полезно, но он вряд ли поможет вам выжить в пещере или выплыть из середины океана. Разве что вы сможете поджарить сами себя на потеху падальщикам. Поэтому мы и начнём с этих основ, а тот, кто не захочет их воспринимать и будет пренебрегать... что же, один поход в Запретный Лес легко вернёт такому ученику тягу к знаниям, — совершенно серьёзно сказала она, чем вызвала у меня, да думаю, не только у меня, стаю мурашек. — Открываем учебник на первой главе. Надеюсь, все из вас ознакомились с материалом перед уроком?       

***

      — Жуть какая, — высказал своё мнение Рон, когда мы шли по коридору после первого урока в компании остальных учеников и старост. — Даже моя мама не нагоняла столько жути, чтобы я сел за учебники.       — А мне понравилось, — счастливо улыбаясь, сказал Гермиона. — Тем более профессор Макгонагалл всё правильно говорила.       — Конечно, тебе понравилось, — сказала Эйлин. — Ты же просто на каждый вопрос руку поднимала. И не стыдно?       — А чего мне должно быть стыдно? — неподдельно возмутилась Гермиона. — Это вам всем должно быть стыдно за свою глупость. Мне же стыдиться нечего, — гордо заявила она, сложив руки на груди.       — Эм, думаю, Эйлин хотела сказать, что стыдно не делиться своими знаниями и оставлять нас с носом, — решил смягчить углы Симус, подмигивая надувшейся Эйлин.       — Правда? — с неподдельным воодушевлением заглянула Гермиона в глаза девочки.       — Да, — чуть растерявшись и пряча глаза, ответила Эйлин.        — Это же просто замечательно! — сразу же воодушевилась Гермиона. — Мы можем заниматься дополнительно все вместе, а потом и познать все тайны волшебства.       — Ну вот, — вымученно вздохнул Рон, — я уже чувствую, как тиски учёбы сжимаются на моей шее.       — Если не хочешь, то можешь не учиться и оставаться хиленьким волшебником, — махнула в его сторону рукой Гермиона.       — Эй, — возмутился уже Рон. — Я, вообще-то, стану великим волшебником.       — Да? — с сомнением спросила Гермиона, оглядывая его. — Что-то не вижу особенного рвения.       Маленькая перепалка каким-то образом разрядила атмосферу. Если честно, то первый магический урок мне понравился, хоть и было в нём что-то волшебное только в начале. Остальное же время мы провели за писаниной и конспектированием. Мы даже вывели пару формул самостоятельно, а домашнее задание было подумать, где они могут пригодиться и написать об этом эссе. Хм, что-то мне подсказывает, что в библиотеке уже есть куча книжек с нужными примерами. Дальше у нас будут Чары и Заклинания. Звучит многообещающе, а то слова профессора Макгонагалл об огненном шторме меня немного покоробили. Ведь я и правда ничего, кроме грубого воздействия, и не могу, а хотелось бы уметь хотя бы вещи в воздух подымать без помощи артефактов или там посуду взмахом палочки мыть.       — Здесь у вас будут проходить чары первый месяц, — сказал Перси, когда мы вошли в класс. — Располагайтесь.       Старосты практически сразу ушли, а мы заняли уже привычную рассадку. Сам же кабинет был похож на прошлый, но просторнее и с вкраплениями синего цвета, а на потолке было нарисовано звёздное небо, но на этот раз для разнообразия совершенно не «живое». Здесь даже было парочка манекенов, которые скромно стояли в углу.       — Привет, класс, — звучно оповестил нас невысокий человек, напоминающий гоблина с седой бородой и в светло-синей мантии. — Вижу, вы уже заняли свои места. Молодцы, — радостно отметил он и поспешил к преподавательскому столу. — Меня зовут Филиус Флитвик, и я буду преподавать вам Чары и Заклинания, — взмахнул он непонятно откуда взявшейся палочкой, и нужные слова появились прямо в воздухе в виде светящихся печатных букв и остались там висеть, чуть перетягивая на себя внимание. — Думаю, профессор Макгонагалл ввела вас в курс дела, так что давайте начнём без долгого вступления. Кто может сказать, чем различаются чары и заклинания?       Некоторые из первокурсников неуверенно подняли руки, и среди них, кроме Гермионы, даже Рон был. Я же пыталась найти ответ в учебнике, который ещё даже не открывала.       — Мистер Уизли, прошу, — добродушно сказал Флитвик, указывая на него.       — Чары как бы «ложатся» на предмет, а заклинания производят мгновенный эффект, — чуть неуверенно ответил Рон.       — Неплохо, — кивнул профессор Флитвик. — Хоть и сказано грубо. Один балл Гриффиндору. Как сказал мистер Уизли, чары вы можете наложить на предмет. Например, первые чары, которые вы будете изучать, — это чары левитации: Вингардиум Левиосса, — сказал он, взмахнув палочкой, и учительский стол взмыл в воздух. — Простейшие чары. Но есть ещё и заклинание со схожим эффектом, например, Сублимтис, — сказал профессор и, взмахнув палочкой, направил её на стул. — Как вы можете видеть, стул теперь тоже парит. Эффект один и тот же, но в чём же их принципиальное различие? — задал Флитвик вопрос и начал с интересом разглядывать наши задумчивые лица.       Прошла минута, и стул упал с ощутимым грохотом, но профессор Флитвик даже не обратил на это внимания. Стол же продолжал преспокойно висеть в воздухе. Это событие, кажется, навело пару учеников на нужную мысль, и вверх поднялось несколько рук.       — Ох, — радостно воскликнул Флитвик. — Как вас много в этом году. Что же, давайте выслушаем чью-нибудь версию, — с этими словами профессор подкинул палочку в воздух, и она быстро закрутилась, через пару секунд палочка указала на одного из незнакомых мне учеников. — Мисс Парвати.       — Ну, ваше заклинание выдохлось, а чары держаться до сих пор? — полувопросительно ответила она, указывая на очевидный факт.       — Да, это так, — кивнул Флитвик, приманивая свою палочку обратно в руку. — Но почему так происходит? Можете ответить более полно?       — Я э-э-э думаю, заклинание выдохлось? — чуть растерявшись, всё же ответила она.       — В принципе верно, — сказал Флитвик. — Но надо, чтобы кто-то из вас это сформулировал правильнее. Всё же это лишь первая глава учебника, — с самым возможным из всех прозрачных намёков сказал он. — Кто хочет попробовать?       На этот раз осталась лишь одна рука.       — Мисс Грейнджер, — добродушно кивнул профессор Флитвик в её сторону.       — Чары ложатся на предмет или живого человека и являются самоподдерживающимися, то есть будут действовать до тех пор, пока их не отменить или пока целевой предмет не разрушится. Существует множество чар, от простейших, которые вы нам показали, до сложных проклятий. Заклинания же вызывают мгновенный эффект и действуют лишь определённое время, которое зависит от количества магии, вложенной в волшебство. Также заклинания тоже можно отменить, — со рвением сказала она, смотря прямо на профессора.       — Верно, — кивнул Флитвик и взмахнул в сторону парящего стола. — Фините, — сказал он, и стол сразу же рухнул на пол, вызвав недовольное причитание у стен замка. — Простите за шум. Как сказала мисс Грейнджер, чары будут действовать до тех пор, пока их не отменят. Фините подходит в большинстве случаев, но есть и множество других отменяющих заклятий. Что же, раз с этой разницей мы разобрались, то давайте я вам продемонстрирую кое-что по технике безопасности, — после этих слов он поудобнее взял в руки палочку. — Видите ли, существует множество артефактов по управлению магией, созданию заклинаний и наложению чар, например, посохи, кольца, элементы одежды, просто какие-то предметы, один раз мне встретился кувшин, который позволял запирать в него что и кого угодно. Большинство из них специализированные и могут наложить парочку чар и создать десяток заклинаний. Это удобно и намного безопасней, ведь все нужные формулы уже вложены в эти артефакты, и они вам пригодятся, если вы не собираетесь как-либо улучшать свои навыки и хотите отстать в развитии. Палочка же универсальна и способна помочь вам создать и наложить всё, что вам в голову взбредёт, но есть один нюанс, Секо, — сказал Флитвик, фигурно взмахнув палочкой и направляя её в сторону многострадального преподавательского стола, и эффект проявился мгновенно: рука профессора отлетела к столу, орошая всё вокруг кровью. — Вы можете лишиться жизни лишь из-за одного неосторожного движения, — совершенно спокойно сказал Флитвик, подходя к отрубленной руке с зажатой палочкой. — Мы могли бы учить вас использовать безопасные артефакты, но они будут вас ограничивать, может, даже через несколько поколений ваши дети вообще не смогут творить магию без нужных предметов, — недовольно покачал головой Флитвик, доставая из мантии красный флакончик и выпивая его залпом. — Палочка опасна не только для вас, но и для окружающих, так что учитывайте это, если захотите показать своё «мастерство», не отточив нужные действия до совершенства. Что же это вам даст? Возможность творить волшебство без помощи палочки, — с этими словами Флитвик поднял свою руку и приложил её к уже почти не кровоточащей ране. Кровь, разлитая вокруг, поднялась в воздух и устремилась к культе, через считаные секунды профессор вновь стоял совершенно целый, и лишь отрезанный рукав на мантии напоминал о случившемся. — Многие волшебники и с палочкой в руках умудряются ограничивать себя и не хотят переходить на новый уровень владения магией, ведь это им совсем не нужно, но я надеюсь, что вы, мои ученики, превзойдёте прошлое поколение и станете полноправными магами, — спрятав палочку в мантию, Флитвик взмахом руки приманил отрезанный рукав и вскоре восстановил свою мантию полностью, ещё один взмах руки — и преподавательский стол разрезается пополам. Совершенно без каких-либо дополнительных движений со стороны профессора эти две половинки взмыли в воздух, а потом соединились воедино, превращаясь в новенький и совершенно невредимый стол. — Палочка — это ваш проводник и наставник в мир настоящей магии, и только от вас зависит, кем именно вы станете.       Не знаю, что думали другие, наблюдая за действиями профессора, но я абсолютно точно для себя решила научиться делать так же. И судя по образовавшейся тишине и горящему взгляду Гермионы, большая часть учеников будут солидарны со мной.