Вместе в одиночестве

      Джисон ловит грусть при просмотре фильма в общей комнате с мемберами. Он не понимает причин, ведь на экране что-то смешное, комедия, выбранная Сынмином, там не может быть и намёка на грусть. А Джисону не по себе.       Он смотрит вокруг. Заглядывается на улыбающегося Феликса, заслушивается озорным смехом Чана, а у самого уголки губ только ниже опускаются. Он оборачивается на Минхо, сидящего рядом, и тот брови изгибает, безмолвно вопрошая: «Что случилось?»       Джисон мотает головой, а затем снова взгляд на экран возвращает. Кадры фильма сменяются, шутки льются через экран, а ему не до улыбки даже. Смотрит без особого интереса, и чувствует, что ещё мгновение и разрыдается.       Джисону жизненно необходимо в эту секунду спрятаться в углу, обнять себя за плечи и зарыдать. Так важно сейчас пожалеть себя.       Джисон сидит ещё мгновение, а затем тихонько встаёт, чтобы остальных не тревожить, и уходит в комнату, которую делит с Чонином. Хорошо, что Ян в ближайший час точно не зайдёт.       Джисон быстро залезает под одеяло, натягивает его края до ушей, и дыхание задерживает. Он до боли закусывает губу, собираясь всхлипнуть, но вздрагивает лишь.       Дверь со скрипом приоткрывается, и Джисон очень надеется, что это Чонин вернулся за телефоном. Заберёт и свалит. Сейчас Хану не нужна компания, не нужны дебильные вопросы: «А что случилось?» «Как ничего? Так не бывает!»       А так бывает.       У Джисона всё хорошо. Отлично даже. Просто захотелось немного погрустить. Он взрослый мальчик. Может себе позволить грустить без повода.       Джисон высовывает нос из-под одеяла и видит далеко не Чонина. Он моргает несколько раз и брови нахмуривает.       Минхо сидит на полу у изголовья, сложив руки на краю кровати. В глаза смотрит, выискивает что-то.       «И зачем он пошёл за Джисоном?»       Джисон тяжело сглатывает слова, которые говорить не стоит, и шепчет негромко:       — У меня всё в порядке. Я просто хочу побыть один. — И взгляд такой умоляющий.       — Хорошо, — кивает Минхо. — Тогда я побуду с тобой, пока ты один.       Минхо укладывает голову на предплечья, разрывая зрительный контакт, и смотрит куда-то в сторону. Джисон не уверен в какую именно сторону, но замечает блеск чужих глаз во мраке комнаты.       Джисон сначала выглядит недовольным, потому что ему не нужен кто-то рядом сейчас. Его не нужно утешать, поддерживать или ещё что-то. Он просто хочет побыть один, покопаться в себе, может быть, всё-таки поплакать. Просто так. Без повода.       Почему Минхо такой бестактный? Не понимает, что ли?       Джисон нос морщит и собирается попросить Минхо выйти словами через рот. Он даже губы уже разомкнул, чтобы сказать, но вдруг почему-то смыкает их снова.       Джисон не знает причин. Просто тянется к руке Минхо, чтобы провести кончиком пальца по его ладони. Минхо даже не дёргается. А Джисон продолжает рисовать узоры на его руке. Слегка царапает короткими ногтями, давит на костяшки. Следом проводит ладонью по его голове, расчёсывает мягкие волосы пальцами, играет с прядками.       Джисон немного отвлекается. Думает о своём, занимая руки. А после зовет Минхо негромко, проверяя, не уснул ли тот.       — М? — слышится тихое и хриплое.       — На полу холодно. Заползай ко мне на кровать.       Минхо медленно поворачивает голову, смотрит в глаза Джисона какое-то время, а после исполняет каприз, когда тот двигается к стенке.       Кровать маленькая, одноместная. Тесно в ней вдвоём, но Джисон не жалуется. Прижимает щеку к груди Минхо и лежит молча. Минхо тоже молчит. Не спрашивает, не говорит. Хан очень благодарен ему за это.       Джисон всё-таки мочит футболку Минхо слезами, окунаясь в свои мысли. Он чувствует себя жалким. Только вот Минхо снова молчит. Обнимает крепче, гладит плечи и невесомо целует в макушку.       Джисон чувствует себя комфортно в своём одиночестве. В слезах, со сбитым дыханием и с больно стучащим сердцем. Какое-то одиночество вдвоём получается. И так почему-то лучше, чем одному.       Джисон поднимает мокрые глаза, и Минхо осторожно убирает кончиками пальцев назад прилипшую прядку к виску.       — Минхо-хён, я...       Минхо прикладывает палец к его губам и головой качает.       — Ты не должен объяснять.       Джисон такой прилив ощущает, что чувствует, как сейчас снова расплачется. Откуда Минхо такой хороший и понимающий? Хан бы никогда не поспорил с тем, что он самый лучший хён, но чтобы прямо настолько...       Джисон столько эмоций испытывает в эту секунду, что невольно тянется вперёд. Ему кажется таким правильным то, что он делает. Но кажется так только до тех пор, пока его губы не остаются прижатыми к губам Минхо.       Джисон пугается. Вздрагивает. Была бы возможность, отскочил бы. Он смотрит широко раскрытыми глазами, но лицо Минхо источает спокойствие. Он гладит Хана по голове и слабо — почти незаметно — улыбается.       Джисон прячет нос в изгибе его шеи и чувствует, как под рёбрами колет. Неприятно. Только вот он ощущает себя слишком вымотанным, чтобы думать больше. Глаза слипаются, голова пустеет.       Ничего, он завтра с этим разберётся.       Наверное.

💔💔💔

      Джисон остаётся взволнованным, сидя на студии, пока Минхо пропадает на съёмках. Он хочет поговорить, хочет как-то оправдаться или что-то ещё. Недосказанность мучает.       Джисон думает написать ему, но не решается. Строчит три слова и сразу стирает.       Джисон собирается с мыслями весь рабочий день, но, когда встречается взглядом с Минхо в общежитии, все они испаряются из головы, оставляя после себя целое ничего. Он нервничает, подходя к Ли, который что-то готовит на кухне.       — М... Минхо-хён, слушай, — говорит Хан, но продолжает молчать, не находя, что ещё должен сказать.       Минхо смотрит с интересом, но недолго. Возвращается к готовке, пока Джисон ищет нужные слова.       — В общем, я извиниться хочу за вчерашнее. Я не знаю, что случилось. Оно просто случилось. И теперь я чувствую вину, — тараторит он на одном дыхании.       — Легче стало?       — Ну, да, вроде.       Джисон мнётся на входе, но Минхо не кажется ему взволнованным. Наоборот, умиротворённым, что ли.       — Тогда всё хорошо, — улыбается он.       — Прямо всё? Я просто о...       — Джисони, — Минхо смотрит на него со всей серьёзностью, — тебя это гложет?       Джисон губу закусывает и глаза в пол опускает.       — Нет, наверное, это же с тобой, — очень неуверенно произносит он ломающимся голосом.       Минхо откладывает нож на разделочную доску и поворачивается к Джисону, делая шаг ближе.       — Если чувствуешь это ошибкой, порывом эмоций, забудь. Всё хорошо. Мы не будем об этом говорить.       — А если...       — Если нет, приходи сегодня вечером ко мне. Целоваться будем, — по-кошачьи улыбается Минхо.       Джисон вздрагивает и глаза округляет. Смотрит, даже не мигая. Смотрит, даже когда Минхо уже отвернулся, не дождавшись ответа.       Джисон пока не понимает, было ли это ошибкой. Он даже не понимает пока, что именно чувствует. Но почему-то уверен, что эту ночь проведёт с Минхо. И они будут целоваться. Кажется, всё именно так.