Заблудшая душа

Борис отбыл в Москву, чтобы составить доклад по чиновникам, которых они с Рамом поймали, - так что Шензи предстояло покинуть Чечню одной. «Если не считать те несколько дней, которые я потратила на поиски Маклэмба, я провела на войне полтора года», - мысленно отметила гиена. На дворе был март, и она щурила глаза от яркого солнца. На ней был тот самый бушлат, который достал для неё Сергей Шухов. А вот с трофейным пулемётом ей пришлось попрощаться, так как в противном случае ей не дали бы покинуть блокпост. Если не брать в расчёт редкие ночные кошмары, в которых она то убегала от Шухова-каннибала, намеревающегося отведать её плоть, то оказывалась в подвале Президентского дворца с трупами своих товарищей и искалеченным, но всё ещё живым Вольфом, война не особо сказалась на психике Шен. «Про Серёжу так, к сожалению, не скажешь. Уж кого-кого, а его война в этом плане не пощадила», - подумала она. Стоя на вокзале и осматриваясь по сторонам, гиена заметила Шухова. Подойдя к нему, она увидела мрак на его лице. - Чего не весел, Серёж? Война закончилась! - обратилась Шен к нему. - Да, закончилась, - кивнул Сергей, - вот только мне от этого не легче… - Почему же? - А у меня здесь всё. Друзья, семья - всё здесь. И скоро всего этого не станет. Нас разбросает по всей стране - и мы вряд ли встретимся снова. - В чём-то ты прав, - потёрла подбородок гиена, - но ты не грусти. Всё будет хорошо. Она обняла Шухова - но тот не изменился в лице. - Спасибо, что помогаешь, - посмотрел он на неё, - куда теперь поедешь? - Я поеду на другом поезде в Москву. А там, может быть, и на родину к Вольфу. Ну а у Шухова путь до Москвы был более извилистым. Незадолго до окончания боевых действий погиб его товарищ Геннадий Воронцов - и он попросил Сергея, чтобы тот, когда война закончится, отправился в Новороссийск и сообщил его жене о том, что её муж и отец её детей пал смертью храбрых. Шухов, увидев Марину, направился к ней, оставив Шен одну. Гиена пожала плечами и направилась к нужному поезду. «Моё место располагается у окна - так что я по пути в Москву смогу вдоволь налюбоваться на виды природы», - подумала она после того, как оказалась в вагоне. Найдя своё место, Шен стянула с себя бушлат и, аккуратно сложив его, села напротив окна. Поезд тронулся с места - и гиена поймала себя на мысли, что он везёт её в мирную жизнь без вооружённых до зубов боевиков и смерти, что подстерегает её на каждом шагу.