Любви в этом городе нет.

      Молчание удушало. Резиной растягиваясь в пространстве. Свободная рука по привычке тянется к шрамам сначала успокаивающе обводя те подушечками пальцев. Затяжную паузу прерывает глушащий удар. Сердце замирает, а ногти непроизвольно впиваются в кожу, оставляя за собой красные полумесяцы. Кажись то был телефон… Вернее Федя мысленно надеялся, что это был только он и с Колей все в порядке. Отпускать начало, лишь после того, как на той стороне трубки вновь послышался родной голос.       — БЛЯТЬ! Да чтоб ещё раз я его послушал! Шиба, сука ты последняя! — Поток ругани не скончался, проклиная одного и того же человека. Федя затих, вслушиваясь в пьяные крики. Картинка складывалась заторможено, но главная мысль оставалась на протяжении всего времени: «Тот поцелуй не был случайностью»       — Поговори с ним по-человечески. Бла бла бла. Да тебя поймут. ЧЕРТОС ДВА! НЕНАВИДИТ ОН МЕНЯ! Лучше бы и дальше молчал… Идиот На отчаявшиеся возгласы последовал другой, давно позабытый, голос «Шибы» и быстрые шаги.       — Придурок, ты что орёшь тут?       — Мать твою, Коля! Ты что тут творишь?!       Шорох и тихая ругань Шибусавы не стихали. Старший брат явно был не рад попойке младшего, всячески пытаясь оттащить непутевого в постель.       — Да чтоб ещё раз я тебе выпить предложил. Сам будешь со своим голубиным царство справляться.       Федя уж было хотел вешать трубку, как голос подал Коля. Впервые на его памяти братья открыто слали друг друга. Это… Это было необычно.       — Ши-иб, завались’ка ты нахуй. Из-за тебя… Он меня… Да я ж теперь…       Шибусава коротко вздохнул и звонок вновь пронзил удар, однако теперь он был звонче и унизительней. Пощёчина…       — Да успокойся ты, пьянь! Завтра своему парню и напишешь и позвонишь. А сейчас, будь добр, завались и прими помощь! Сиди смирно!       — Ауч! Больно вообще то       — Заслужил.       Федя неловко отвёл взгляд. В груди смешалось абсолютно все: необъяснимая печаль, волнение, интерес и… смущение. Черт, что? Кожа на щеках наливалась кровью, придавая болезненной бледности живой окрас. Прислонив ладонь, он лишь убедился в этом. Кожа горела. И из-за чего?

«Парень…»

      Контраст был ошеломительный, фоном отдающие болью потревоженные шрамы и буря в груди. Странно. Непривычно. Но приятно. Уйдя в мысли, Федя и не заметил, как на том конце повисла тишина. Забывшись, он тихо хмыкнул, обозначая собственное присутствие.       — О-оу, ну здравствуй. Федь, а подслушивать то не хорошо.

      Даже сквозь экран ощущалась чужая улыбка, такая тонкая и едкая. Это была угроза? Предупреждение? Ответа Федя так и не узнал. Звонок был сброшен, оставляя после себя лишь оглушающую тишину тёмной спальни.

***

      Это утро выдалось для Николы явно не самым удачным в его жизни. Нет, он не страдал о последствий пьянки в лице мучительной головной боли и не бежал, сломя голову, к пластиковому тазу, мысленно молясь успеть. Благо пока что молодой организм весьма стойко переживал спиртное отравление, минимизируя последствия насколько мог. Все началось, как и всегда с малого. «Чёрный экран» перед глазами пробил дневной свет, а от шеи по позвоночнику прошёлся приглушённый спазм. Коля спросонья что-то простонал, но стоило только не аккуратно повернуть голову, как кости пронзил разряд боли.       — Нагх, да что за…       Хмурясь и медленно выворачиваясь в более или менее «безопасное» положение, Коля наконец открыл глаза. Сфокусироваться на реальности было трудно, но как таковой надобности в этом и не стояло. Парень, замирая в одной относительно безболезненной позе, безжизненно смотрел на белоснежный потолок. Мозг все ещё не мог собраться воедино, постоянно относя сознание Николы куда-то в даль. Тяжело… Парень протяжно зевнул, после чего постепенно воспоминания начинали накрывать отрезвевшее сознание. Вот они с братом выпивают, а вот Коля уже сидит в одиночестве, швыряя куда-то свой телефон… Подождите-ка, что?       Воспоминая вспышками били по голове, хаотично показывая эпизоды прошедшего вечера. На трезвую голову хотелось всячески отрицать существование былой пьянки, в особенности разговора с собственным братом. Безусловно, Колю никто не осудил, но неведомый ранее стыд постепенно накатывал на него.

«М-да. И как ему в глаза смотреть?»

«Боже, надеюсь, я ничего лишнего не выдал. Вот это была бы та ещё фиеста»

      Но, как оказалось разговор с Шибой это была ещё не самая интересная часть вечера. Телефон… Коля отчётливо помнил несколько ярких деталей. Вот он сидит с телефоном в руках, а вот, буквально через мгновение тот летит куда-то за диван. Из мыслей вырывает какой-то подозрительный шорох на полу. Кто-то на маленьких лапках и увесистой тушке аккуратно царапал обшивку дивана всячески стараясь привлечь людское внимание.       — О, лохматый, и тебе доброе утро… Ох, ты ж ё… — стоило только Коле чуть сильнее подать голос, как по ушам ударил непривычно низкий и хрипящий звук. А вот и последствия подкатили… Парень только сейчас осознал, насколько хочется пить. Горло раздирало от жажды, а во рту, казалось, разрослась полноценная пустыня.

«Минералки бы…»

             Коля только и мог, что обреченно вздохнуть, так и продолжая лежать в ожидании чуда. Ситуация была не из приятных, каждое движение отдавалось болезненными спазмами в шее, а «засуха» с каждой минутой становилась все невыносимее. Хах, хоть начинай брата кричать и молить того о помощи. Быть может просто уснуть? Подозвать кота себе под бок, закрыть глаза и вновь провалиться в приятную негу. Хотелось просто позабыть обо всех проблемах.      

«Окееей, расставим все на полочки. Я все ещё у Шибы дома, ну или же благополучно выкрал у него кота хаха.»

«Пилы мы вчера не так уж и много. Ну так. На донышке коньяка сверху хлебнул.»

      И вновь фейерверк из воспоминаний дёрнул Колю, словно ребёнка оттаскивая в реальность. Признание… Слова, вытащенные из самых дальних и тёмных уголков души. Слова, которые никто и никогда не должен был услышать. И в особенности это касалось его старого друга, человека, по совместительству которому и были адресованы все амурные восхваления Николы. В голове, словно «стоп-слово» витала ещё одна мысль, подающая надежду на хоть какое-то сохранение лица.

«Да я ж не стал бы… Наверное. Кто вообще стал бы такой бред человеку выносить? Я что совсем конченный?»

«Пить более менее умею. Пускай и перебрал вчера, но я ж в сознании был. Хотя нет, наверное, все как раз наоборот. Да, точно! Мы с братом поговорили, а после я уснул.»

      Коля мысленно щелкнул пальцами, подтверждая одну догадку другой. Он ещё успеет осознать глубину собственной ошибки, но сейчас, только отойдя от пробуждения, адекватно думать не хотелось.

«Хаха, ну конечно. Это все объясняет. Сто процентов, так и было.»

      Насколько то возможно аккуратно и до смешного медленно, Коля все же принял вертикальное положение. Руки плотно упирались в обшивку дивана, так, что основной вес практически полностью ушёл на них. Положение не из приятных, конечности медленно начинали затекать и ломить, а любое резкое движение могло вновь спровоцировать болевые ощущения. Порой так хотелось взять и во весь голос вырубаться, перебирая все известные ему маты, однако и так избитая совесть позволяла лишь время от времени тихо шипеть, совершая очередные движения.

«Надо бы телефон найти…»

      Было тяжко ориентироваться в пространстве. Так уж сложилось, что квартира Шибусавы особо не обладала обилием часов и лишь свет за старомодными шторами давал хоть какую то информацию о времени суток.       Поднявшись на ноги, Коля мельком оглядел пространство вокруг себя. Хаос… Вчерашний вечер определенно выдался насыщенным. Остатки алкоголя и грязные стаканы все ещё дождались на полу, вещи были раскиданы вокруг, в том числе и Колина футболка, которая как пиратский флаг, чуть покачивалась на ручке двери. И как здесь вообще можно было отыскать небольшой гаджет? Глядя на все это, парень лишь обречённо набрал побольше воздуха в легкие, морально готовясь остаток дня вычищать все это.

«И вот как к этому все пришло? Цивильно же сидели…»

      — Агх, да меня будто бы семеро по кругу пустили! — очередная болезненная волна выбила почву из-под ног. Кажись, ещё совсем немного и Коля на полном серьезе начнём задумываться, что в свои 20 пора бы уже закупаться мешками с обезболивающими и мазями. Да и, желательно, побольше, чтобы уж точно хватило.       — Ну что ты? Совсем разваливаешься? Небось ещё и головка побаливает? — Стоя в дверном проеме, Шиба довольно улыбался. Видимо, он уже многое увидел за это «утро» и прекрасно понимает в каком положении его брат. Он, будто злорадствуя, наблюдал как ещё парой часов ранее буйный Коля сейчас весь трясётся от боли. Карма? Возможно и она.       — М-да, вот это ты задал вчера. В курсе, что сам все это вычищать будешь? — Шиба обвел пальцем всю комнату, словно волшебной палочкой, колдуя мгновенный клинниг.       — Месяц без пьянок, Николай — пародируя злобного препода, Шиба пригрозил брату пальцем еле сдерживая хихиканье. Судя по всему, в этой квартире он единственный, у кого с самого утра было замечательное настроение. Коля поворчал что-то себе под нос, перемещаясь к спинке дивана. Вот оно что значит «Пили одинаково, а накрыло по разному», только в из случае на Коле отыгрывалась сама Карма, постепенно забирая чужую удачу.       — Да-да, мам… Слышь, а ты случайно телефон не брал? Может видел где? — Коля уж было хотел вновь отмахнуться о брата, как вспомнил про свои поиски. Сейчас нужно было убедиться, что все «воспоминания» лживы и вчерашний вечер не закончился чередой стыдных признаний и откровений пьяницы.       — Опять бойфренда потерял?.. Тьху ты ж блять, нет, не могу. — Шиба поморщился, словно ему подсыпали лимонной кислоты на язык. Происходящее с братом ему все ещё довелось с трудом. Как-никак не каждый день узнаешь о таких подробностях личной жизни своего младшего. Но как же можно упускать такой прекрасный момент, чтобы подколоть его? Неет, так было нельзя.       — Феде своему опять тирады петь собрался? Объяснишься за вчера или мне опять в качестве твоего личного психолога сидеть? Брат с усмешкой смотрел как меняется лицо Николы. Опасения подтвердились. Очередной прокол. Да ещё и какой… Нет, тут уже правда конец. А что же он сказал? Может не все так плохо?       Коля нахмурился, перебирая все известные ему детали. Шансы были. Небольшие, Небольшие нов все-таки были. Нужно вновь переговорить с Федей и все выяснить. Но… Стоит ли? Сомнения одолевали парня, всячески ломая его изнутри.       — Завтрак на столе. Телефон я туда же убрал. Насколько то возможно аккуратно и до смешного медленно, Коля все же принял вертикальное положение. Руки плотно упирались в обшивку дивана, так, что основной вес практически полностью ушёл на них. Положение не из приятных, конечности медленно начинали затекать и ломить, а любое резкое движение могло вновь спровоцировать болевые ощущения. Порой так хотелось взять и во весь голос вырубаться, перебирая все известные ему маты, однако и так избитая совесть позволяла лишь время от времени тихо шипеть, совершая очередные движения.

«Надо бы телефон найти…»

      Было тяжко ориентироваться в пространстве. Так уж сложилось, что квартира Шибусавы особо не обладала обилием часов и лишь свет за старомодными шторами давал хоть какую то информацию о времени суток. Поднявшись на ноги, Коля мельком оглядел пространство вокруг себя. Хаос… Вчерашний вечер определенно выдался насыщенным. Остатки алкоголя и грязные стаканы все ещё дождались на полу, вещи были раскиданы вокруг, в том числе и Колина футболка, которая как пиратский флаг, чуть покачивалась на ручке двери. И как здесь вообще можно было отыскать небольшой гаджет? Глядя на все это, парень лишь обречённо набрал побольше воздуха в легкие, морально готовясь остаток дня вычищать все это.

«И вот как к этому все пришло? Цивильно же сидели…»

      — Агх, да меня будто бы семеро по кругу пустили! — очередная болезненная волна выбила почву из-под ног. Кажись, ещё совсем немного и Коля на полном серьезе начнём задумываться, что в свои 20 пора бы уже закупаться мешками с обезболивающими и мазями. Да и, желательно, побольше, чтобы уж точно хватило.       — Ну что ты? Совсем разваливаешься? Небось ещё и головка побаливает? — Стоя в дверном проеме, Шиба довольно улыбался. Видимо, он уже многое увидел за это «утро» и прекрасно понимает в каком положении его брат. Он, будто злорадствуя, наблюдал как ещё парой часов ранее буйный Коля сейчас весь трясётся от боли. Карма? Возможно и она.       — М-да, вот это ты задал вчера. В курсе, что сам все это вычищать будешь? — Шиба обвел пальцем всю комнату, словно волшебной палочкой, колдуя мгновенный клинниг.       — Месяц без пьянок, Николай — пародируя злобного препода, Шиба пригрозил брату пальцем еле сдерживая хихиканье. Судя по всему, в этой квартире он единственный, у кого с самого утра было замечательное настроение. Коля поворчал что-то себе под нос, перемещаясь к спинке дивана. Вот оно что значит «Пили одинаково, а накрыло по разному», только в из случае на Коле отыгрывалась сама Карма, постепенно забирая чужую удачу.       — Да-да, мам… Слышь, а ты случайно телефон не брал? Может видел где? — Коля уж было хотел вновь отмахнуться о брата, как вспомнил про свои поиски. Сейчас нужно было убедиться, что все «воспоминания» лживы и вчерашний вечер не закончился чередой стыдных признаний и откровений пьяницы.       — Опять бойфренда потерял?.. Тьху ты ж блять, нет, не могу. — Шиба поморщился, словно ему подсыпали лимонной кислоты на язык. Происходящее с братом ему все ещё довелось с трудом. Как-никак не каждый день узнаешь о таких подробностях личной жизни своего младшего. Но как же можно упускать такой прекрасный момент, чтобы подколоть его? Неет, так было нельзя.       — Феде своему опять тирады петь собрался? Объяснишься за вчера или мне опять в качестве твоего личного психолога сидеть? Брат с усмешкой смотрел как меняется лицо Николы. Опасения подтвердились. Очередной прокол. Да ещё и какой… Нет, тут уже правда конец. А что же он сказал? Может не все так плохо? Коля нахмурился, перебирая все известные ему детали. Шансы были. Небольшие, Небольшие нов все-таки были. Нужно вновь переговорить с Федей и все выяснить. Но… Стоит ли? Сомнения одолевали парня, всячески ломая его изнутри.       — От Федьки, кстати, привет. Перезвони ему. Кажись, вам явно есть о чем поговорить. Коля практически тут же сорвался с места, будто бы у него вовсе ничего и не болело. Шибусава только и успел отскочить с пути этого мчавшего урагана. Он многозначительно хмыкнул, опускаясь на колени перед ворчащим лохматым другом. Питомец настойчиво требовал внимания и всячески жаловался на творящейся хаос вокруг.       — Ничего — ничего, потерпи, дружок. Скоро со всем закончим и отдохнём как в старые добрые на диване. — Парень заботливо погладил котофея по голове, на что тот лишь больше подставлялся, требуя продолжения ласк. — И обязательно возьмём сушеной рыбки и кальмаров, как ты любишь. Считай компенсация. Лохматый что-то мрявкнул и самостоятельно запрыгнул на чужие колени. Никола же уже обхаживал кухню, меняя её периметр собственными шагами. Наконец, усевшись на стул, он подпер подбородок рукой. Как и говорил брат, смартфон находился на кухонном столе. С последнего раза на нем прибавилось с парочку новых трещин на стекле.       — Ну’с, горе любовник — Шибусава с котом на руках вошёл на кухню. На его лице все ещё красовалась лёгкая ухмылка, придавая ему спокойный вид. Коля заметил его не сразу. Стоило лишь чуть повернуть голову, как прямо перед лицом, практически вплотную красовалась морда котофея.       — ЧЕРТ! — Подскочил Никола, силясь не отпихнуть брата подальше.       — Ты почти угадал. — Брат заботливо чесал «Лохматого» за ушком, в то время как сам зверёк охотно подставлялся под ласковые касания хозяина. Кажись для этих двоих весь процесс стал сродни медитации среди внезапно окружившего их хаоса.       — Так, что? Ты писать то ему собираешься? Или и дальше на чёрный экран пялиться будем?       Коля молчал, погруженный в размышления о словах брата. Должен ли он действительно это сделать? Возможно, стоит все же… В одно мгновение его охватил ледяной озноб, пробежавший по всему телу. Страх. И полная неясность…       — Ну? — Шибусава не унимался, подбивая и дразня брата. Он резко пнул его по ножке стула, и это оказалось весьма эффективным. Коля вскрикнул, судорожно схватившись за край стола.       — А знаешь, как мы можем сделать лучше?       Коля, словно аквариумная рыбка, глупо хлопал глазами, не понимая, что именно задумал Шиба. Судя по всему, тот не собирался ничего объяснять и действовал быстро и без колебаний. Выпустив кота из рук, он схватил смартфон Коли и отступил на несколько шагов назад, оставляя пространство для маневра.       — Эй! Что ты творишь? — Коля попытался вернуть телефон, но Шиба уже находился вне досягаемости. В комнате раздались характерные гудки.       — Не смей… Я тебя прибью. Шиб, положи трубку. — Коля говорил тихо, пытаясь угрожать, но его голос звучал неуверенно, выдавая его замешательство. И всё вокруг замерло, когда в пространстве раздалось знакомое «Да?» с другого конца провода. Шиба прокашлялся и мелком окинув Колю взглядом, выключил громкую связь. По началу он и вовсе хотел демонстративно уйти из комнаты, переговорить с Федором, а после уже предоставит слово младшему, но реакция, последовавшая от Николы перевернула его планы. Да и стоило убедиться, что каждая из сторон так ил иначе готова на разговор или хотя бы не станет слать куда подальше. Шибусава уже не впервые сделал ставку на Федора и, кажись, не прогадал. Парень как и всегда звучал холодно и рассудительно, так, словно все было, как и всегда. Шиба определенно любил в нем это качество, каждый раз мысленно ставя ему очередную звездочку на доске почета.

«Хах пусть Коля только попробует после этого нам двоим выпивку не оплатить»

      — Здравствуй, Федь. Надеюсь, мы не слишком мешаем сейчас. — он намеренно подчеркивал присутствие в разговоре Николы, подводя собеседника к нужной мысли.       — Давай опустим все формальности и поговорим как мужчина с мужчиной. Или как это у голубых трактуется. — на том конце раздался возмущенный кашель. Федя явно не был готов к таким поворотам, но пока что молчал, слушая до конца. — Мой брат тот еще идиот.       — Да что, мать твою, ты творишь? — шипел Коля, пытаясь выхватить телефон из чужих рук. Но Шиба жестом попросил молчать, показывая, что ситуация находится под полным контролем.       — Ну, ты сам понимаешь. Но он не сможет справиться с этим в одиночку. — Шиба выдохнул, потирая переносицу. Казалось, что всегда собранный парень сейчас изо всех сил пытался найти слова, принимая сложившуюся ситуацию. — Я не знаю, что именно происходит между вами, но в конце концов вы же были друзьями. Дай ему шанс, пусть выговорится напоследок.       Никола застыл в недоумении. Что он только что услышал? Окружающее пространство казалось сплошным сном, постепенно превращающимся в настоящий кошмар. Под ребрами истерично колотилось сердце, а инстинкты кричали о побеге. Он не был готов. Коля быстро замахал руками, когда Шибусава протянул смартфон с активным звонком. Но, похоже, это волновало только его.       — Коля? — По ту сторону слышался Федя, звучащий на редкость неуверенно. Контраст между тем, как он говорил с братом, и тем, что Коля слышал сейчас, вводил в ступор. Тот словно прощупывал почву под ногами, стараясь не увязнуть в трясине.       Не видя иного исхода, Коля взял смартфон в руки, собираясь с мыслями. Шибусава, глядя на происходящее, лишь понимающе кивнул и похлопал брата по плечу.       — Ну, дальше давайте сами.       И Коля остался один. Один на один с проблемой. Тянуть дальше было нельзя.       — Знаешь, я бы хотел обсудить всё лично, но, кажется, так будет даже лучше... —       Коля говорил тихо, словно боялся, что его услышат. Он делал большие паузы, подбирая слова. Чёткого плана не было, только зыбкая надежда, что всё не обрушится.       — Мне правда это тяжело далось. Я… я просто не понимаю, — он остановился, чувствуя, как сбивается дыхание. — Да и сказать это всё не так просто.       Он нервно ходил по кухне туда-сюда, глядя в пол, будто искал там ответы. Даже кот, мирно завтракавший у миски, остановился и с интересом уставился на него.       — Я хочу быть честным с тобой, — продолжил Коля, с трудом глотая слова. — Но это всё так странно, ведь я понимаю, что ты… ты не такой. Ты ведь такой замечательный. Умный. Рассудительный. И… нормальный.       На том конце провода раздалось приглушённое покашливание. Звук был неуверенным, будто Федя собирался что-то сказать, но слова застряли у него в горле. Коля ощутил, как это короткое покашливание словно эхом отразилось в его собственной груди, ударив по нервам. Казалось, что пауза затянулась на вечность, но она длилась всего пару секунд.       — Я тебе нравлюсь? — выпалил он вдруг, резко, на одном дыхании. Голос дрогнул, едва слышно переходя в шёпот.       На мгновение в комнате стало слишком тихо. Даже кот перестал двигаться, будто чувствовал напряжение в воздухе.       — До безумия... — тихо, почти шёпотом, подтвердил Коля. Голос его был сдавлен, но в этих словах звучала непреложная истина. Он больше не мог это отрицать, да и не хотел.       Федя и впрямь стал его личным безумием. Демоном, который окутал мысли, туманил разум, заставлял просыпаться по ночам, едва дыша от нахлынувших чувств. И теперь, когда это было сказано вслух, Коля не чувствовал облегчения. Только напряжение. Будто стоял на краю пропасти, ожидая, что его толкнут вниз.       Он закрыл глаза, стиснув зубы, чтобы не сорваться на нервный смешок. Смиренно готовился к тому, что должно было последовать: насмешка, гнев, отвращение. Он представил, как Федя, возможно, хмыкнёт и скажет что-то вроде: «Да ты с ума сошёл, Коль?» Или, что ещё хуже, просто повесит трубку.       Но кары не было. Лишь тишина. На том конце не слышалось ни единого слова. Словно Федя просто завис, обрабатывая информацию, пытаясь понять, что теперь делать.       Затем раздался его голос. Тихий, почти неуловимый, но наполненный каким-то неясным, тревожным оттенком:       — Спасибо... Нет, скорее, прости.       Эти слова прозвучали так неожиданно, что Коля открыл глаза, будто не веря в услышанное. Они звучали не как укор, не как отказ, а как что-то большее, что он не мог пока понять.

«Что? Спасибо? За что?»

«А извинения? Почему?»

      Каждое слово резало по сердцу, оставляя после себя беспокойство и ещё больше вопросов.       Эти слова прозвучали так тихо, что Коля едва их расслышал. Но они, казалось, ударили громче, чем любой крик.

«Что? Спасибо? За что? А извинения?»

      Он буквально замер, не понимая, что происходит. Руки начали дрожать сильнее, и смартфон пришлось поддерживать другой рукой.       — Федя? — Коля попытался заговорить, но почувствовал, что голос предательски дрожит.       — Я… ненормальный. Да, именно. Ненормальный в край.       — Федя, ты о чём? — В груди Коли разлилось беспокойство. Происходящее явно выходило за пределы его ожиданий. На другом конце линии было слышно, как Федя тяжело дышал, будто борясь с истерикой.       — Федь. Федя! Поговори со мной! Что происходит?       Коля прикусил губу, понимая, что нужно что-то делать. Квартира Достоевских находилась недалеко от общежития. Он мог добраться туда за пару минут. Но… стоило ли?       — Чёрт.       — Я… нормально… сейчас, — голос Феди звучал хрипло и рвано. — Давай вернёмся к теме.       — Нет. Что это было? — Коля уже натягивал куртку, но никак не мог оставить этот вопрос без ответа. — Пойми, для меня ты очень многое значишь, и я… я беспокоюсь. Слышишь?       — Ты тоже для меня много значишь.

      

«Не подавай мне надежду, прошу...»

      Коля замер на месте, но уже принял решение. Плевать на последствия. Плевать на всё.       — Ты сейчас дома, правильно? Я буду у тебя через пару минут.       Он отнёс смартфон от уха, с трудом попал по кнопке завершения звонка и прислонился к стене. Дрожащие пальцы с трудом справлялись даже с простыми действиями, а дыхание сбивалось. Федя явно был на грани. И Коля уже не мог оставаться в стороне.