Стой!

Окетра легко улыбается и идёт по улице, лишь временно, неизвестного ей города. У неё получилось. Она смогла уломать этого "Джона" на то чтобы он взял её с собой. И вроде она до сих пор плавает в той обшарпанной лужице которая находится в своем собственном создании, но все уже не так плохо. Она почти на поверхности. Почти уже избавилась от этого отчаяния. У неё есть лучик надежды, и она плывет на свет, который с каждой минутой все ярче! Да и вода, в которой она тонула уже не такая темная. У Окетры есть все шансы снова увидеть его и забрать домой. Это и дарит желание жить, которое пропало. Хочется скорее забрать Лололошку обратно. Там где он должен быть… Там где ему очень рады. Главное, это найти его. Но кто он здесь? Работник какого-нибудь ресторана, например «Оазис», или голодающий на улице? Хотя Окетра пока не видела таких. А может и не искала. Она чуть ли не светиться от счастья, от осознания того что найдет его. Это уже похоже на опьянение. Она как будто пьяна любой мысли о Лололошке, о том что сможет его обнять, прижать к себе крепко-крепко и забрать с собой. Или, если этот мир так же чудесен как те в которых уже успела побывать Окетра, пока добиралась сюда, да и в своей реальности, то может они останутся здесь. Жить долго и счастливо…

***

Все сюжеты, которые придумала Окетра похожи на сказку с обязательно счастливым концом. По-другому и быть не может, так ведь?

***

Но пока что поиски не обвенчались успехом. А Окетре даже ночевать негде… А денег нет. Сжимая губы, она осматривает улицу. Взгляду попадается огромное здание. Интересно, что это? Но это уже не важно. Взгляд цепляеться за, боли знакомый и нужный ей, шарф. Голубой в черную клетку. Тот же что и у Лололошки. Она смотрит и не верит глазам. Это он! Окетра срываться с места и обнимает, прижимает к себе своего абда. А можно уже его так называть? Уже не важно. Ведь он с ней. Для Лололошки же это было иначе. На него налетела смутно знакомая девушка, он не успел разглядеть черты её лица. Сейчас она чуть ли не душила его объятием. Наконец она отстранилась, смотря на него с такой радостью и надеждой. Рассматривая её, в голове мироходца стали проноситься воспоминания с этой девушкой. Он вспомнил все. Все что знал про Окетру он вспомнил. Осознание того что видеть её не хотелось было до ужаса легким. Будто она и не важна вовсе. Наверное так и было. Особенно после всех слов о том что она должна быть умнее своего абда, что она предала лишь из-за гребанной мечты, после всех слов о её очень тяжелой судьбе, хотя пожалуй она намного легче чем жизнь того же Абди. Он не отрицал что и ей было тяжело, но то что она игнорировала и принижала проблемы других он вынести он мог… Сейчас разбираться не хотелось в своем отношении к ней, хотелось избавиться от мозолящей глаза девушки, которая проговорила, протягивая руку: —«Лололошка, прошу, пойдём. Уйдем обратно в Миср.» В мир который втаптывал его в грязь стоило только там появиться— Да никогда он туда не вернется! Ноги его там не будет. —«Нет» Раздался голос, пронизанный холодом, как и взгляд которым Лололошка одарил свою бывшую госпожу. Окетра замерла. Улыбка, что была радостной, превратилась в нервную. Она не видела ещё Лололошку таким. —«В-всмысле нет? Как же… Почему?» Она не могла и двух слов связать вместе. —«Потому что я не хочу опять попадать в мир, который буквально втаптывал меня в грязь. Прости Окетра, но нет. Прощай» Лололошка развернулся и пошёл к остановке. Окетра продолжала стоять. Но колени подкосились, а на глазах наворачиваются слёзы. Казалось что вот, увидев Лололошку она наконец всплыла на поверхность, уже подплыла к берегу и протянула руку за помощью, но нет. Её жестоко отпихнули. Она снова тонет. Снова все становиться темным. Нет больше света и надежды. Лишь липкая и холодная тьма. Окетра снова несется ко дну, но теперь еще быстрее. Ведь нет той, даже мимолетной и почти невозможной надежды на встречу. Теперь точно нет выхода. Стены, за которые раньше можно было зацепиться теперь идеально гладкие. Воздуха снова критически мало. Она падает на дно Но это у себя в голове. В реальности же она опустилась на колени, прям посреди улицы, и закрыла лицо руками. Ее сердце не выдержит. Больше не выдержит. Оно разбивается как ваза. Когда красивое, но теперь оно—лишь мелкие осколки, которые мешают дышать, рвут лёгкие и становится ещё тяжелее. Окетра задыхаешься в своих слезах. Теперь она на дне. На самом дне своего отчаяния. Жить больше она не сможет. Нету сердца, нет души. Какие могут быть вопросы?..

***

Её больше нет