Хрупкая, как стекло

      Солнце пробивается сквозь окно. С крана противно капала вода. А Марта лежала на полу, плакала. Он прочитал, но не ответил. Она закрывает глаза, хочет напиться, забыться, но алкоголя было бы мало. Нужна наркота, которая, должно быть, осталась в заднем кармане джинс. Она встает с холодного кафеля и медленно идет к джинсам. Проверяет все карманы, ничего нет. Мгновенно она вспоминает Женю, и ее обещание. Она берет телефон и быстро набирает. Ларионова Марта: Привет, помнишь, ты говорила что-то про то что достанешь мне нарк. Можешь?       Ответ последовал сразу же.

Женя Хомякова: Нет, что ты, не нужно употреблять, что случилось?

Ясно       Она закатывает глаза, не найдет у Жени, у кого-нибудь другого точно будет. Она заходит в общий чат «11Б» и видит Яну. Наверное, она сможет помочь. Ларионова Марта: Привет, я Марта из центра. Можешь помочь найти н😸? Заранее спасибо.       Ответила она спустя несколько минут.

Яна Рудевич: Привет, я завязала, но могу достать, сегодня предам, ты же идешь на матч?

      Марта закатывает глаза, вновь. Точно матч. А сколько вообще время? Шесть утра. Ложится смысла не было, тем более спать не хотелось. Она была бы готова провести все это время в ожидании наркотиков, но она решила, что просто выйти погулять будет лучше.       Теплый летний ветер приветствовал лицо, на глазах образовывались слезы, но не от него. Опять воспоминания, опять боль. Хочется прямо сейчас здесь и совершить что-то с собой, да нет, не будет. Марта проходит мимо деревьев, домов. Доходит аж до скейт площадки. Она опять плачет. Достает телефон, вставляет наушники, заиграла песня, эту песню скидывал он. Она бросает телефон на прорезиненный пол. Достает из заднего кармана сигареты и опять воспоминания убивают. Опять она вспоминает как он запрещал курить, а после вглядывается в пачку, это еще и его пачка. Она ложится на землю, лежит и молча смотрит на небо, а слеза за слезой кататься по холодным щекам.       — Эй, у вас все нормально? — спрашивает прохожий, видимо приехавший покататься пораньше.       — Нет, все плохо, — говорит девушка, пряча лицо в капюшон.       — Ладно,— говорит парень, встает на скейт и начинает кататься.       Ларионова встает с земли, берет телефон, сигареты и уходит домой.

***

      Спортивный матч должен был начаться через час. Русая договорилась встретится с Яной у центра. Она надевает джинсы и всю ту же толстовку. Идет на это соревнование лишь только что бы получить ту самую дозу, что бы наконец, хоть на день, забыть о проблемах, особенно с ними.       Второй раз выходит из квартиры за день и направляется в сторону центра. Идет быстро, проходит место вчерашней неприятной встречи. Какое счастье, он не пришел сегодня. Она выдохнула с облегчением, когда тот злосчастный дом оказывается позади.       Волосы, были спрятаны в капюшон и лишь несколько прядей лезли прямо в лицо из-за ветра. Девушка дошла до центра и встречает Яну.       — Привет,— говорит та, помахав рукой и залезая в свою рюкзак рукой.       — Привет, — говорит Марта тихо и не сильно слышно.       —Все в норме? — спрашивает девушка. — Хотя, с учетом того, что ты ждешь наркоту, наверное нет.       — Все нормально, — говорит девушка. — Только давай не будем, ладно?       Яна одобряюще кивнула головой. Они шли вдвоем на этот стадион. На нем, Марта никогда не была, он был не далеко, точнее сказать неподалеку.       — Кстати, меня Никита просил не отдавать тебе наркоту, а вы поссорились что ли? — спросила Яна.       — Чего? А он откуда знает? — спросила кареглазая.        — Я тоже не знаю, просто в личные написал.       — М-м, — Марта не понимала, о чем речь, но понимала одно, он лезет не в свое дело.

***

      На трибуне, ветер обдувал прядки волос, солнце светило ярче чем вчера. Яна сидела рядом и протягивала зип-пакетик с белым порошком. Марта его перехватывает и прячет в карман. Она оглядывается, кажется, это никто не видел, передает деньги и устремляет взгляд на поле. Черт.       Стоит Никита и просто смотрит на нее, скорее всего он видел все что произошло, но просто стоял и смотрел. Ларионова не может отвести взгляд. Она смотрит на него, а тот на нее. Руки были скрещены и видно что он не шибко доволен ее поступком, ну ничего. Игнорировать, вспылить, кричать он может не разобравшись в ситуации, пусть теперь смотрит из далека, как она портит свою жизнь, но не вмешивается.       — Слушай, а че Никита на нас так смотрит, он видел что ли? — спросила Яна тихо, что бы услышала лишь кареглазая.       — Я не знаю, — растерянно произнесла девушка, уводя взгляд.       Она смотрит на подругу, после на пакет лежавший в руке. Она этим, пожалуй, займется позже. Так что русая складывает пакетик себе в рюкзак и теперь, смотрит на игру, которая не то что бы очень хорошо протекала. Счет 0:1 не в нашу пользу. Она вновь смотрит на Никиту, он бежит к парням. По твердому и скользкому сидению, Марта неосознанно соскальзывает. Кареглазая сидит на земле и смотрит в одну точку. Она уже, кажется, ничего не чувствует. Начинается перерыв. Марта этого даже и не замечает. Она достала свою карту, и высыпала содержание пакета. Начинает выстраивать дорожку. Как тут неожиданный толчок и вся наркота оказывается на полу.       — Да блять! — Марта поворачивает голову и видит Женю, — ты заебала, второй раз уже.       — Прости, я правда не хотела… — говорит девушка,— в этот раз могу тебе все таки отдать.       — Потом, — сквозь зубы проговаривает русая.

***

       Игра подходила к концу. Второй тайм был гораздо лучше чем первый. «Боги футбола» — название команды из центра, забивали уже третий мяч. Все шло очень удачно. Марта сидела рядом с Яной и Женей. Они молчали. Наблюдали за игрой.       — Блять, девочки, мне так херово, — произносит Марта, хватаясь за голову.       — Что такое? — Яна подскакивает и смотрит на Марту. Она выглядела явно не здорово. Вероятно, весь тот стресс и наркота, уже попавшая в организм давала о себе знать. Она ничего не чувствует, перестает слышать, а в глазах все расплывается.

***

      Очнулась она лишь спустя двадцать минут, игра закончилась, но большинство зрителей и игроков осталось, остались посмотреть, что же там с той девушкой. Вся мокрая, вокруг врач, Ковалев, ребята с центра, но нет Никиты. По крайней мере она его не видит. Кареглазая пытается привстать. Садится на стул более ровнее.       — Все, расходимся! — кричит врач. Он говорит что-то Ковалеву, а после уходит.       — Вам сказали разойтись! — орет Ковалев, подходя к Марте, — Пойдем поговорим.       Русая встает и направляется за тренером.       — Ты могла свои наркоманские дела делать не здесь, я заебался тебя прикрывать, — говорит Антон.       — А вас кто-то просил это делать? Не прикрывайте в следующий раз, — произносит Марта и уходит от него. Берет рюкзак с трибуны и уходит.

***

      Солнце садилось. Марта шла домой медленно, не хотелось домой, с отчимом и матерью она не разговаривала почти четыре дня. Позади, было ощущение, что кто-то идет за ней по пятам. Она разворачивает, но никого не видит. Убегает, но чувство не пропадает. Она уже почти доходит до дома, а чувство все так же остается. Она вновь поворачивается, но в этот раз уже видит ее преследователя. Это был Бойко.       — Блять, что ты ходишь за мной? Думаешь почему мне так херово? Как думаешь, зачем мне наркота? — Марта срывается на крик.       — Мне тоже плохо, прости что не… — в мгновение его перебивает Марта.       — Что прости? Я не обижаюсь, рад? Ты убиваешь меня снова и снова, я уже так больше не могу, — кричит девушка, а потом уже не может сдержатся и начинает плакать, опять, — Скажи, я правда этого заслужила?       Она слаба, очень, она будто сломанная кукла. Такого больше не повторится, твердит себе Никита. Если она простит, я склею ее, соберу по осколкам. Ведь она хрупкая, хрупкая как стекло.       — Нет, ты не заслуживаешь такого, правда, — он тяжело вздыхает. Она была с ним такой счастливой, а теперь, а теперь нет.       Она подходит к нему ближе. Прижимается к нему и плачет в футболку. Ему больно, что больно ей. Ей больно от него. А в душе, будто кто-то окурок тушит.       — Без тебя бы я умер, — произносит Никита.       — Мы все починим, но не сейчас, не сегодня, — произносит Марта, отстраняясь. — Я пойду..       Он провожает ее взглядом. Да, они все починят и когда-нибудь, они будут лежать в одной кровати, он будет рассказывать ей о том, что беспокоит, впервые расскажет ей, а она будет лежать рядом, слушать, а после поможет, как и делает всегда. Она узнает причину татуировок. Первая узнает. И поцелует его вновь. Никита закрывает глаза, ветер ласкает лицо, но не она, смотрит на Марту в последний раз и уходит.