Всё, что ты хотел.

Три резких стука —

      Пик сразу понял, кто к нему пришел. Прятаться бесполезно, плакать, как выяснилось, тоже. Смириться. Нужно смириться.       — Войдите…— до безумия уставшим голосом сказал психолог, опираясь щекой о собственную руку, которую, согнув в локте, мужчина поставил на край деревянного стола.       — Ну это просто пиздец!— раздалось с порога, и через секунду в кабинет влетел парень, демонстративно размахивая руками. Закрыв за собой дверь, он, тяжело вздыхая и явно пытаясь скрыть пелену гнева в зелёных глазах, подошел к Пику.— Здравствуйте, Пик Юрьевич.       — Что я говорил о нецензурной лексике?— мужчина вопросительно вскинул бровь, позволяя мальчишке сесть на диванчик, стоящий рядом со столом.— Вару, не выражайся. Неприятно слышать.       — А, да-да,— подросток отмахнулся, мотнув головой. Какие сейчас приличия? Вару хочет столько всего рассказать любимому психологу, что просто не может сидеть на месте, постоянно ёрзая и вздрагивая.— короче, я понял, почему меня так раздражает тот одноклассник, про которого я рассказывал. Он лезет к вам.       — Что? Ко мне?— Пик Юрьевич сощурился, недовольно сверкнув золотистыми глазами.— С чего такие выводы, товарищ Винокуров?       — Ну это элементарно. Я, может, люблю покурить или выпить, но мозги-то у меня присутствуют. Логика тоже.— подросток скрестил руки на груди, сведя брови к переносице. Атмосфера в кабинете школьного психолога была комфортной и такой до безумия уютной, что хотелось остаться тут навсегда, наслаждаясь близостью любимого человека. Холодный, непроницательный и рассудительный психолог сразу приглянулся Вару, вызывая прилив мурашек и «бабочек» в животе, а потому подросток всеми силами пытался приковать к себе внимание привлекательного мужчины.— Не знаю, почему так, но это правда. Во всем виноваты вы…       — Начнем с того, что тот одноклассник, которого ты откровенно покрываешь нецензурной лексикой, не лезет ко мне. Он тоже мой пациент, как и ты.— Пик кинул на Вару мимолетный взгляд, но, когда увидел, как чувственно глядят в ответ зелёные глаза, моментально увёл взгляд.— Следующее, я не виноват в твоих личных проблемах. Напридумывал себе всякого, а теперь говоришь мне то, чего не существует.       — Правда что ли?— подросток вздохнул, ощущая, как в груди просыпается обида и тихая грусть. Наплевав на правила, Вару достал из кармана пачку сигарет. Пик недобро посмотрел на пациента, сжимая пальцы в кулаки. Вопросительно вскинув бровь, парень всё равно закурил, наполняя лёгкие горячим сигаретным дымом. Психолог хмыкнул, позволяя губам на мгновение расплыться в мимолетной усмешке.— Ну не знаю, кажется, всё же вы виноваты.       — Тебе кажется.— Пик аккуратно коснулся щеки Вару, проводя пальцами по нежной коже. Подросток замер, прерывисто выдыхая клубы дыма. Сердце пропустило удар. Чёртов возраст, когда влюбляешься во всё живое и неживое тоже. Голову дурманит одно простое касание. Супер. Тихо сглотнув, Вару прищурился, наблюдая за эмоциями психолога.— Но я могу помочь тебе найти настоящую причину.— продолжал Пик Юрьевич, а рука его плавно переместилась на подбородок пациента. В золотых глазах мужчины невозможно было прочитать эмоции и чувства. Казалось, что они просто бесчувственно прожигают тебя насквозь, не оставляя живого места.— Расскажи мне поподробнее…       — Да я вам отвечаю! Бля буду. Знаете, я не романтик, но…— Вару запнулся, сильнее сжимая между пальцами сигарету. В горле застрял ком, а мысли стали путаться. Как всё глупо получается. Признаться психологу в симпатии? И что потом? Надеяться на взаимность? Смешно. Пик Юрьевич, вероятно, уволится быстрее, чем ответит пациенту на данное откровение. Скорее за дверь выгонит и забудет, как тебя звали.—…как у вас дела?       — Не меняй темы. Говори всё, что хотел. Я весь внимание.— психолог убрал руку от лица подростка, вызывая на его лице прилив грусти. Вару поморщился, уводя взгляд. Нервничает. Не хочет. Стоит ли давить? Дать время? Почему так много вопросов, но совсем нет ответов? Винокуров Вару безумно проблемный подросток, найти общий язык с которым буквально невозможно. Особенно, когда ты психолог.— Если не хочешь, можем вновь побеседовать о сигаретах и алкогольных напитках.— Пик Юрьевич пожал плечами, хитро сверкая глазами. Вару же задумался, заостряя внимание на фиолетовых запутанных волосах. От психолога вечно пахло чем-то свежим, чистым, дорогим. Хотелось нюхать только этот запах. Запомнить его навсегда, всегда узнавать. Одет мужчина вечно в чёрные рубашки и строгие брюки. Никаких других деталей. Никаких других цветов. Впрочем, чёрный очень идёт Пику Юрьевичу, как подметил Вару.       — Нет, поговорим обо мне. Скажите, что во мне… привлекательного?— подросток разлегся на диванчике, закинув ноги в грязных кроссовках наверх. Пик замер, а на лице его заиграли желваки. Что делает этот бестолковый мальчишка? Играет с ним? Поспорил с кем-то? Как сказать ему, что всё в его лице привлекательно? Психолог тихо вздохнул, откинувшись на спинку стула.       — Правильные черты лица, глаза, голос, бледная кожа…— Пик нахмурился, стараясь избежать зрительного контакта с Вару. Подросток воодушевленно закивал головой, расплываясь в самодовольной усмешке. Вновь прислонив сигарету к губам, парень хитро прищурился.—…столько достаточно?— Пик Юрьевич скрестил руки на груди. В душе вновь вспыхнуло странное чувство, которое психолог никогда ранее не испытывал.       — Ну и это значит, что я вам нравлюсь?— мальчишка вскинул бровь, бросая окурок сигареты на стол. Наглости у Вару не занимать. Пик тяжело вздохнул. Да, нравится. Да, с самого первого сеанса. Да, глупо, но ничего поделать с собой психолог не мог. Отказываться от своих чувств он не спешил, да и отрицать их тоже.— Пиздец, ну не молчите.       — Вару, что за цирк? Ты и так прекрасно знаешь мой ответ.— Пик Юрьевич закатил глаза, не давая прямого ответа. Подросток плотно сомкнул губы, задумчиво уставившись в потолок. Так странно. Почему Вару не может просто смириться с невзаимностью, как делал с многими девушками и парнями в своей жизни? Почему хочется добиться желаемого?— Я смотрел твои оценки. Ты молодец. Исправился. Сеансы идут тебе на пользу,— психолог взглянул на пациента, замечая его задумчивый вид.— о чём мечтаешь?       — Да так, просто.— Вару отмахнулся, закрывая глаза. Пик напрягся, чувствуя, как внутри просыпается любопытство. Что за секреты у подростка?       — Расскажи, что тебя беспокоит, возможно, я смогу помочь,— психолог взял синий блокнот и ручку, внимательно наблюдая за эмоциями Вару. Парнишка поморщился, словно предполагая что-то у себя в голове, но ничего не ответил. Молчал.— Вару, давай, я ведь не смогу помочь тебе, если ты будешь молчать. Не доверяешь?       — Нет, просто боюсь говорить.— Подросток закусил щёку, обхватывая себя руками. В груди всё трепетало. Всё умоляло ничего не говорить. Вару нахмурился, пытаясь бороться со страхом, но выходило плохо. Очень плохо.— Вы не поймете. Никто не поймет.— продолжил парень, закрыв глаза.       — Уверен?— Пик Юрьевич, разумеется, был не рад тому, что пациент ему не доверяет, но и слишком сильно давить на Вару не хотел.— Позволишь мне попробовать понять?       —…— подросток насупился. Психолог покачал головой, крепко сжимая в пальцах ручку. Недоверие Пик ненавидел. Как он может помочь, если парень не доверяет?—…нравится мне один человек. Правда, думаю, что это не взаимно, а наоборот. Больно от этого. И обидно.— голос Вару стал тихим, сосредоточенным. Говорить истину подросток не привык. Обычно врал и придумывал всякое, чтобы выкрутиться из различный ситуации, а тут решил пооткровенничать.       — Ты не пробовал признаться ей или… ему?— Пик запнулся, осознавая, что до сих пор не узнал ориентацию пациента. Вару покачал головой, ощущая тихую злость. Почему любить так страшно? Почему так страшно услышать отказ? Любовь это ведь что-то прекрасное, от чего будоражит всё внутри. Это ведь то, что хочется испытывать и дарить другому. Так почему же так тяжело на душе? Почему эта загадочная любовь, которая так красива в песнях и романах, не доставляет совершенно никаких положительных эмоций? Возможно, из-за того, что Вару полюбил именно Пика. Несовместимые.       — Он точно не ответит взаимностью.— парнишка горько усмехнулся, чувствуя, как глаза начинает щипать от совершенно ненужных слёз. Куда пропал весь похуизм? Где вся сила и непринужденность? Психолог поджал губу, загадочно сверкнув золотистыми глазами.       — Почему ты так уверен? Скажешь его имя? Может, я знаю подход к этому человеку?— Пик тихо сглотнул, ощущая в груди беспокойство за парня. Вару повернул голову на собеседника. Зелёные глаза смотрели насквозь. Заставляли поёжиться.       — Что будет, если я скажу, что это вы?— словно в пустоту сказал подросток. Психолог приоткрыл рот, подумав, что просто ослышался, но пазл в голове собрался воедино. Пик Юрьевич замер. Перестал дышать. Эффект неожиданности сработал как надо, и психолог завис в моменте, думая, как правильно ответить на подобное заявление.— Видите, говорил же, что не ответит взаимностью.— Вару воспринял молчание мужчины по-своему. Он всегда воспринимал всё по-своему. Пик дернулся, подавшись вперед.       — Нет, подожди. Я… просто не ожидал и…— запнувшись, психолог интенсивно замотал головой, пытаясь переубедить пациента.—…ты не прав, я отвечу тебе…— Пик Юрьевич заметил в глазах подростка такую живую надежду, что к горлу подступил ком, а мысли стали путаться в голове. Признаваться в симпатии психолог не привык. Тем более так внезапно.—…взаимностью.       — Что?— Вару раскрыл рот, не веря собственным ушам. Взаимностью? Как взаимностью? Так просто? В груди взорвался фейерверк эмоций. Подросток поднялся на локтях, с нескрываемым удивлением смотря на психолога.— Вза.. взаимностью?       — Взаимностью, Вару. Ты мне тоже нравишься.— Пик повторил увереннее, четче. Золотистые глаза не отрывались от пациента. Они изучали его в мельчайших деталях. Всё запоминали.— Слышишь, нравишься…       Вару не отвечал — Вару действовал. Буквально подскочив с дивана, подросток накинулся на собеседника, с которым внезапно стал намного ближе и роднее. Пик Юрьевич не сопротивлялся. Прикрыв глаза, мужчина встал со стула, властно возвышаясь над пацаном. Обхватив руками чужую талию, психолог полностью расслабился, чувствуя, как его губы соприкоснулись с губами Вару. Воздух моментально стал обжигающим, раскаленным. В груди появился громкий визг счастья, наполняющего душу своим теплом. Как всё хорошо обернулось. Солнечные лучи проникали в кабинет через плохо закрытые шторы, придавая этому моменту какую-то свою атмосферу и красоту. Первый поцелуй. Такой сладкий и нежный. Когда воздуха стало не хватать, герои отстранились друг от друга, переводя дух. Вару ощутил себя самым счастливым на этой чёртовой планете. Такой нежности он не получал никогда. Ни от родителей, ни от бывших. Никто не понял его. Никто, кроме психолога. Иронично.       — Я люблю тебя.— тихо, словно боясь спугнуть партнера, сказал подросток, незаметно переходя на «ты». Счастье грело душу, радость перекрывала доступ к кислороду. Всё внутри трепетало, расцвело. Подросток улыбнулся. По-доброму. Искренне.       — И я тебя люблю…— незамедлительно ответил Пик Юрьевич, прижимая Вару к своей груди. Пацан засмеялся, обхватив чужое тело руками. Как же тепло. Как же хорошо. Все проблемы, казалось, растворились в пелене радости и нежности. Здесь только Пик и Вару. Больше никого.       — Это всё, что я хотел сказать…— осторожно добавил подросток, не отлепляясь от партнера.— Всё, что я хотел.       — Надеюсь, всё, что ты хотел…— Пик Юрьевич говорил тихо и спокойно, вызывая на лице Вару глупую улыбку.—…ты получил?       — То ли ещё будет.— былая хитрость вновь вспыхнула в зелёных глазах, а в голосе читался явный азарт. …как будет,

так и будет…