dårlig tispe

В их распоряжении была вся ночь, целая комната за закрытыми дверями, огромная кровать, которую купил себе Эндрю, и сдерживающие крики стены. Эндрю позаботился о том, чтобы ни одна живая душа не услышала его в периоды ночных кошмаров, а теперь использовал звуконепроницаемые стены для того, чтобы никто в доме не узнал, что именно он делает со своим братом по ночам. Аарон сидел на краю кровати, слегка пошатываясь и посмеиваясь. Его бордовая помада вышла за границы дозволенного, оставляя след на щеке. Эндрю не мог оторваться от губ близнеца. Аарон поднял руку и поднес пальцы к щеке, именно там, где размазалась помада, но та была достаточно качественной, чтобы не отпечататься на подушечках пальцев, заставив Аарона хмыкнуть. Миньярд, тем не менее, снова хихикнул, опуская взгляд сначала на свои руки, потом на ноги, а после попытался осмотреть себя. — О, — довольно громко сказал он, замечая корсет, который эстетично сидел на нем поверх совершенно не эстетичной футболки Эндрю. Аарон поднял взгляд на брата, стоящего у двери, и обнаружил, что его собственная футболка была надета на Эндрю, и усмехнулся. Надпись «bad bitch» переливающимися буквами очень контрастировала с лицом Эндрю, заставляя Аарона рассмеяться. Как старшему из близнецов удалось сдержаться, чтобы не закатить глаза, остается загадкой человечества. Аарон попытался встать, но его зашатало и он снова упал на кровать, все еще продолжая смеяться. — Кажется, меня развезло сильнее, — с трудом выговорил Аарон, поднимая одну руку и пытаясь сосредоточить на ней свой взгляд. А после приподнявшись, он посмотрел на брата, сощурив взгляд. — Хочу тебе отсосать. — Облизнув губы, закончил Аарон.