Я исцелю твои раны

Воспоминание. 10 января 1975 год. Ригель Блэк. 5 лет. Сегодня был мой пятый день рождения. Уже с утра я получила письма с поздравлениями и подарками от моих родственников, но я не успела притронуться к ним. Братья, разбудившие меня рано утром (точнее стащили меня с кровати), решили опередить всех и поздравить меня первыми. Регулус вёл меня в сад нашего дома, закрыв мне глаза руками. Январский снег хрустел под ногами, а ветер завывал свою песню, вращая маленькие снежинки в небе. От того, что я не могла понять, куда мы идём я пару раз споткнулась и чуть не подскользнулась, в то время как Регулус заботился не о моей сохранности, а больше переживал за то, чтобы я не увидела их сюрприз. Я резко остановилась. — Мы скоро придëм? — спросила я. — Уже пришли, — ответил Регулус. — Готова? — Да! Что там, покажите! Регулус открыл мне глаза. На против меня сидел Сириус и держал маленького лисëнка. — Сюрприз! — братья хором закричали. — Лисёнок! Какой хорошенький! — Нравится? — спросил Сириус. — Да, она такой красивый, спасибо большое! Где вы его нашли? — я аккуратно взяла лисëнка, а тот быстро пригрелся в моих руках. — Сириус нашёл его в лесу, он был совсем один. Вот мы и подумали, что ты сможешь о нем позаботиться, а то ему скучно будет без мамы, — сказал Регулус, и присел рядом. — Как назовешь своего питомца? — поинтересовался брат, гладя лиса по голове. — Назовем его Кусака, — ответил на его вопрос Сириус. — Он мне чуть пальцы не откусил, пока я держал его. — Не надо было его так долго тискать, Сириус, — шепотом сказал Регулус. — А то бы он давно полакомился твоими короткими пальчиками. — Что ты там вякнул? А ну, иди сюда, я тебе сейчас сам все пальцы откушу! — Сириус, подобрав снежок с земли, кинул в Регулуса, а тот не смог удержаться на корточках и повалился на земь. Братья стали бегать друг за другом, прыгая по сугробам. Они смеялись и кидались снежками, прячась за деревьями. Сириус бросил в Регулуса большой снежный ком, что тот снова не смог удержать равновесие и поскользнулся на ровном месте, провалившись в сугроб. Под звонкий хор из радостных восклицаний слышался резкий крик, вырывающийся из глубины души. И все игровые будни мучительно оборвал пронзительный зов матери. Ее обеспокоенное лицо возникло как маяк на крыльце дома. —РЕГУЛУС! — крикнула мать, быстро спускаясь с крыльца. Она подбежала к яме, где барахтался брат, который пытался выбраться из под снега. — С тобой всë в порядке, не ушибся? — она судорожно осмотрела Регулуса, который уверял, что он не пострадал. Направив свой взгляд на Сириуса, она, как по <i>щелчку, пришла в бешенство. — Ты, — она подошла к старшему брату. — Сколько раз я предупреждала тебя, несносный мальчишка, но ты только испытываешь моë терпение… — Мама, Сириус не вин...- пытался сказать Регулус, но мама его перебила и подняла руку перед ним, не желая слушать. — Но он первый начал, — возмутился тот, указывая на Регулуса пальцем. — А потом мы начали играть, и я не хотел его ронять в сугроб, всё произошло… — ВСË ПРОИЗОШЛО ИЗ-ЗА ТВОЕГО БЕЗРАССУДСТВА, СИРИУС ОРИОН БЛЭК! – заорала мать, будто хотела напомнить брату кто он и как должен вести себя. Схватив его за рукав дубленки, она продолжила говорить шепотом. — Ты вечно ищешь приключения на свою задницу, а потом страдают из-за этого другие, от тебя одни неприятности. Почему ты не можешь сделать так, как я прошу тебя, м? Почему ты делаешь всë на зло МНЕ? Сириус выхватил свою руку и исподлобья посмотрел на мать. Каждое дыхание, каждое движение было натянутым, словно стрела перед тем, как порваться. Их взаимная ненависть ощущалась в воздухе, казалось, что вот-вот они вцепятся в друг друга, но первая была мать. Еë рука замахнулась в сторону Сириуса и ударила его по щеке. Пощёчина была такой звонкой, что птицы, сидевшие на деревьях, тут же взлетели в небо. На замерзшей щеке брата горел огнём отпечаток ладони матери. — МАМА! — хором завопила я и Регулус. — И ТЫ ЕЩË СМЕЕШЬ СМОТРЕТЬ НА МЕНЯ ТАК? — всë так же обращалась она к Сириусу.  — Как же ты меня ненавидишь, — усмехнулась мать. — Так знай же, дорогой сын, наши чувства взаимны. Я так же ненавижу тебя, слышишь?                                    *** Мы уже стояли на платформе 9¾ и ждали поезд. Сара решила проводить меня, ведь увидимся мы не скоро, если только на зимних каникулах. На платформе стояла суета. Новые ученики старательно таскали свои чемоданы и говорили со своими новыми друзьями о предстоящем годе учёбы. Их родители с волнением и гордостью смотрели на своих детей. Старшие ученики встречались со своими старыми друзьями и весело обсуждали свои летние приключения, а профессора с кураторами бегали со списками и распределяли детей на группы. Воспоминания нахлынули волной. Я вспомнила себя в начале своего обучения в Хогвартсе. Я так же, как и эти первокурсники, задавалась вопросами о том, что предстоит мне узнать в школе, какими знаниями меня научат, какие приключения меня ждут. Это были мои самые счастливые воспоминания. Приехал поезд. Сара помогла занести мои чемоданы. В вагоне была толкучка, ученики бегали по поезду в поисках своих мест, из-за чего было сложно пройти. Когда в коридоре стало немного свободно, я открыла дверь купе и увидела мужчину, который спал, закрывшись своим пальто. — А ты не перепутала купе? — спросила меня Сара и посмотрела на мой билет. — Это  тринадцатое купе, а тебе надо двенадцатое. Вот оно, — она указала на дверь, которая находилась рядом. — Прошу прощение, — кинула я мужчине, но он так и не повернулся в мою сторону. Лица было не видно, поэтому я не поняла, кто это был. Зайдя в нужное купе, Сара поставила мои чемоданы. — Обещай, что всë будет хорошо, пиши мне, – сказала Сара, положив свою руку на моë плечо. —Хорошо. Я буду скучать — ответила я и крепко обняла еë. Попрощавшись с ней в коридоре поезда, я встретила Гарри, Рона и Гермиону. Они поздоровались с нами и зашли в соседнее купе. Гарри перешëл на третий курс и за лето стал ещë взрослее, он очень походил на своего отца. Когда Гарри пришёл в Хогвартс я только начала работать главной старостой. Он ещë не знает, что Сириус его крестный отец, а я была его младшей сестрой. Мы виделись с Гарри, когда ему был один год, поэтому он не мог помнить меня. В школе мы часто виделись, но не общались. Дамблдор и я решили, что будет лучше не говорить с ним о прошлом, он и так многое испытал в свои годы. Дамблдор считал, что мальчик узнаёт всë сам, когда придет время. Поезд тронулся. В купе я была одна, и это даже к лучшему. Мне хотелось побыть одной и собраться со своими мыслями. Я смотрела в окно и любовалась красивыми лесами, которые мы проезжали. До Хогвартса оставалось совсем немного. Небо затянулось тучами и в купе стало холодно, я решила надеть кофту, чтобы немного согреться, но тут поезд остановился. В воздухе веяло напряжением, оно пронзало кожу, словно маленькие шипы. Ученики стали выходить в коридор, пытаясь выяснить причину остановки. Поезд резко качнулся и везде выключился свет . Я насторожилась и, взяв свою палочку в руку, тоже выглянула в коридор. Первое, что я увидела – были фигуры в чёрных плащах, которые своими длинными и костлявыми пальцами открывали двери каждого купе. Это были дементоры, одни из самых страшных существ во всем мире, они чувствовали страх и питались воспоминаниями жертвы, тем самым доводя еë до состояния опустошения своим поцелуем. В Азкабане поцелуй дементора практикуется до сих пор, и я знала, что одной из их жертв был мой брат. Двери одна за другой открывались и закрывались. Дементоры словно чувствовали страх учеников, погружая поезд в тоску и уныние. Но их цель была другой, они искали его, это был обыск. Я понимала, что они могут принять меня за Сириуса, так как эти существа могут почувствовать любую связь, даже родственную. Направив палочку в сторону двери, я была готова произнести заклинание, не желая того, чтобы эти твари смогли высосать из меня мои счастливые воспоминания, которыми я дорожу. Щелчок. Дверь медленно открылась… — Экспекто Патронум! — закричала  я. Сосредоточившись на самых счастливых моментах в моей жизни, я выбросила всю свою энергию и сформировала образ патронуса – лиса. Он возник передо мной, излучая тепло и свет. Патронус ринулся вперед, набирая скорость. Лис с легкостью проник внутрь темного облака дементора, отбрасывая его назад. Он сверкнул ярким светом, поглощая его в своем сиянии. Дементор отступил, оставив купе, которое опять наполнилось живым воздухом. —Не сегодня, дорогой, — сказала я и поспешно закрыла дверь, а мой патронус растворился в воздухе. Обыск закончился, дементоры не нашли моего брата, а я только радовалась этому. Простояв целый час, поезд тронулся и мы отправились в сторону севера, где и находилась школа. Всю оставшуюся дорогу я думала о Сириусе. Как он? Где и с кем сейчас? Смогу ли я обнять его спустя двенадцать лет? Вопросов было много, но неизвестно когда я смогу получить на них ответ.