Виноват ✦ лишь ты

      «Это было место любви. Здесь были лишь звёзды, ни в чём не повинный ты и я. Разводы, давно остывших, слёз виднелись в узоре сосулек. Капля за каплей наш океан заполнялся кровью, потом и слезами. Предо мною лишь ты. Ты далеко и я понимаю, что виною тому стал сам. В твоей грусти виноват я; в слезах виноват я; в мечтах виноват я. Во всём виноват лишь я.»

* * *

      Ли Минхо открыл глаза. Свет ослеплял его. Зрачки наполнились бликами и, до этого похожий на труп, парень, будто наполнился жизнью. Во взгляд попали тонкие шторки, что покачивались на ветру. Солнечные зайчики падали на белый потолок лазарета. Было больно. Было неописуемо больно осознавать, что это не тот долгожданный и конечный конец. Минхо думал, что, положив на себя руки, всё будет кончено. Но этого не произошло. Стоило Минхо попытаться, как жизнь схватилась за него мёртвой хваткой и не отпускала его из своих страстных и страдальческих объятий. Конец настал, но он привлёк за собой новое начало полное боли. Ли больше не хотел жить, но был тот, кто требовал ему выжить…       — Ты как, Хо? — в палату ворвался кареволосый парень, спешно переминающийся с ноги на ногу. И без того светлое лицо побледнело, преобладая нечеловечным оттенком. Глаза тревожно заблестели. Минхо молчал. Это давило на душу парня. Вдруг тишину оборвали:       — Во всём виноват лишь ты. — сказал Минхо, отчего маленькая слезинка стекла по его щеке.       — Т-ты прав. — заикаясь, выдал брюнет. — Но…       — Феликс! — закричал Хо. Феликс оторопел. Он еле сдерживал наступившие слёзы, кусал губы и нетерпеливо и робко подпрыгивал.       — Ты ведь не можешь так просто уйти. — обиженно выдал Феликс, прекрасно понимая, что тут обижаться надо далеко не ему. Стало некомфортно. Минхо продолжал молчать, так что Ликс просто подошёл к нему и обнял со спины. Его дрожащие руки обхватили охолодевшое тело Ли. Всегда когда они ссорились объятия помогали мириться. Но не в этот раз. Этот раз определённо другой. В этот раз. Нет, сейчас, когда вместо Ли Минхо Феликс обнимал труп, всё не могло быть как прежде.       Никакого тепла. Феликс чувствовал лишь холод.       Депрессивное растройство было на стадии цветения и потихоньку губило душу Минхо, которую Феликс, как ни странно, ценил больше своей. Оба Ли понимали, что это явный конец. Больше ничего не могло возродить те моменты когда они были счастливы. Да что уж счастливы, Минхо не помнил когда они в последний раз вместе смеялись. Всё казалось бессмысленным, а потеря воспоминаний всё больше усугубляло психическое состояние Ли.       — Какой я человек без воспоминаний?! — Хо отчаянно выкрикнкул. Феликс молчал, потому что обязан. Потому что старший наконец-то говорит с ним по душам спустя столько времени и, ничто уже не может быть важнее этого, важнее Минхо и его переживаний. Да пусть весь мир вымрет, но если Хо продолжит держать всё в себе, ситуация усугубится.       Старший вырывался из объятий как мог, но Феликс сдерживал. Этот малец ещё с детства поддерживает форму, так что не так уж и прост. От ярких флэшбеков Ли совершил еще рывок. Он закричал. Теперь это и вправду действовало ему на нервы. Ликс не собирался его отпускать, во всех смыслах. Сдерживал, стискивал со всех сторон.       — Прости…       Минхо всё ещё дёргался но уже слабее, слабее и слабее. Ничего не получалось. Ли перестал даже стараться. Ни на что не годился! Даже младшего не смог пересилить. Опять всё оказалось бессмысленным. Да пусть Феликс уже задушит его…       Минхо шмыгнул носом.       — Ты плачешь?! — младший ужаснулся и тут же отпустил хватку. Он заглянул Ли в глаза. Хо отвернулся. — Хо, прости пожалуйста, — Феликсу стало ужасно непосебе он хотел со всей дурью вмазать себе, потому что дал волю эгоизму и разаешил себе сдерживать Минхо. Чёрт…       — Раздражаешь, — Ли вытер слёзы, но глаза остались влажными и красными.       — Что?..       — Уйди… — тихо произнёс Минхо и больше не обращал внимание на Феликса.       Да, походу пора перестать мучить Минхо. Нужно свалить. Исчезнуть. Сдохнуть, мать твою.

* * *

      Хёнджин поправил свои чёрные волосы. Он как и всегда караулил Феликса у двери в медпункт. Раздался щёлчок и Ликс вышел. Лицо у него было не в лучшем состоянии: перекошено, испорчено, выплакано — всё как обычно.       — Как ты, Ликси? — Хёнджин улыбнулся и встретился глазами с Ли.       — Перестань, — низким тоном ответил Феликс. Хван коротко кивнул — не стоило его тревожить — и молча последовал за Ли.       Они так и шли молча, вот только Хёнджин улыбался в обе щеки, а Ликс ходил с безэмоциональным выражением лица. С момента несчастноно случая их дружба постепенно стала превращаться в динаминг Хвана. И, конечно же, самого Хвана такое не устраивало. Но он знал, что не сможет отпустить Феликса, а ещё знал, что Феликс не сможет отпустить Минхо.       Всё было слишком сложно и запутанно. Поэтому Хёнджин решил, что нужно успеть прожить все моменты с Феликсом, даже если Ли было всё равно на него, ведь от одной мысли, что долго такое точно не могло продолжаться, выбивало из колеи.       Внутри Хёнджина бушевал шторм, а снаружи он выглядел, как последний дурак, не прекращая улыбаться и глядеть во все стороны.       Феликса это нервировало. Его нервировало всё, особенно сейчас, ведь он опять не смог сдержать свои эгоистичные побуждения и сделал больно Минхо. Чёрт. Ему нужно было остаться наедине с собой.       — Хён, — Ли остановился.       — М? — Хван улыбнулся шире и пригнулся.       — Прекрати это.       «Нет».       — Что прекратить? — Хёнджин до последнего строил из себя дурака, хоть и знал, что Ли имел ввиду. «Не пущу».       — Ты думаешь я не замечаю это? — Феликс отошел на полшага.       — И что же? — лицо Хвана перекосилось. На скулах заиграли жевалки, а челюсть сжала язык, чуть ли не до крови. Парень всё ещё стоял перед Ликсом и, после того, как он отошел на шаг, Хёнджин схватил его за предплечье и сильно сжал его.       Феликс попытался вырваться, но вместо этого сделал себе больно и скорчился. Хёнджин сглотнул.       — Нельзя. — старший приблизился к бледному лицу.       — Отойди! — Ли отвернулся и резко дёрнулся. Он отшагал назад, но врезался затылком об стену. Хёнджин, воспользовавшись этим, навис над ним и приблизился к губам, жадно пожирая их взглядом. — Хёнджин, — «Нет…» — Не смей! — «Ты только мой».       Феликс вырвался из хватки и спешно убежал. Хван не стал его догонять, только посмотрел вслед, шумно вдыхая.       — Блять! — Хёнджин замахнулся и уронил мусорный бак. Вдох, выдох.       Люди недоуменно смотрели на парня, который и сам не понял, что на него нашло.

* * *

      В кухне было душно, но Феликса это не волновало. Он старательно вымесивал тесто, хоть и сильно испачкался. Длинные чёрные локоны спадали на лицо и мешали парню сконцентрироваться, но даже так, парень умело обходился со своей работой, ведь он не мог ошибиться. Просто не имел права. Потому что он печёт для Минхо в надежде, что он пррстит его. А ещё он печёт для своей сестры, для Оливии. Она, как всегда будет допоздна подрабатывать. Несмотря на свой возраст, амбиций у неё больше чем у Феликса.       Ликс улыбнулся своим воспоминаниям, но потом вновь поникнул. С сестррй у них отношения сильно испортились с тех пор, как умерли их родители. Он мечтал вернуть их прежнюю близость, поэтому каждый день, перед уходом на курсы, оставлял сестре еду и записку. Феликс возвращается утром, когда Оливия уже в школе, поэтому они не пересекаются. Однако съеденные закуски и отсутствие записки вызывают у старшего улыбку. Быть может, не всё так плохо?       Ли открыл холодильник и взял ингридиенты. На дверце было пару стикеров: ежедневники, список покупок и «если твой друг более депрессией».       В глаза бросался пункт «не нарушать личные границы и не заставлять», ведь он был подчёркнут разными чернилами. Но похоже это было на то, что у кого-то случился нервный срыв.       Феликс улыбнулся, когда закончил печенье и оставил несколько на тарелке перед комнатой сестры. Он решил провести себя в порядок. Уже в ванной парень тщательно вымывал муку у себя на лице и руках, а потом расчесал чёрные волосы. Увидев каким опрятным он стал, Феликс не смог не подмигнуть отражению в зеркале.       Парень положил оставшиеся печенье в пакет, взял рюкзак и антидепрессанты. Ну что же, пора к Минхо.       Однако Минхо не оказалось дома, так что Феликс решил подождать. Ничего страшного, ведь дома никого не было. Старший живёт со своей мамой, но её часто нет дома, а у Феликса, как раз есть запасной ключ.       Вместо того, чтобы расстроиться, Ли решил, что наведёт порядок в их доме. Они с Минхо знакомы с самого детства, поэтому нечто такое, по типу уборки в чужом доме, не странная вещь.       В комнате Хо опустело. От этого Феликсу захотелось плакать. Раньше в этом тесном помещении было много фигурок из аниме, постеров рок групп, разноцветных лего кубико. Сейчас остался лишь старый телевизор и кровать, а рядом много упаковок от разных лекарств. Тело Ли брало в дрожь. Неужели Минхо было настолько больно, что он просто стёр все воспоминания из детства? Такого далёуого, но тёплого и родного. Семьи Феликса и Минхо были друзьями, а сами парни были не разлей вода. А теперь в комнате старшего ничего не напоминало о детстве. Ничего. Он даже подарок от Ликса выкинул. Видимо, антидепрессанты оказались ему дороже, чем воспоминания о друге.       Феликс усмехнулся, а потом пошатнулся. Его взгляд помутнел, а к горлу поступил кашель. Так странно, что парень чувствовал себя преданным, ведь Минхо никогда не был чем-то обязан Феликсу. Наоборот, всё случилось из-за ошибки Ликса. Из-за него теперь Хо такой.       Раздался щелчок. Феликс выскочил из спальни, уронив швабру, которую держал. Он напрвился к двери, не понимая чего он хочет, чтобы это оказался Минхо или чтобы это оказался не он. Сердце стучало в двойной скорости, а ноги неслись ещё быстрее. А вдруг он убежит, если узнает, что пришёл Ликс? А вдруг это не он?..       Это был Минхо, но не Минхо. Он был сам на себя не похож. Всё его лицо кровоточило. Разбитые губы, свежие синяки и ушибы.       — Что с тобой? — брюнет подбежал к Хо, который тут же упал в бессилии. — Минхо?.. — Ли не отвечал.