Разбуди меня, когда наступит июль

*** Вы когда-нибудь видели автокатастрофу в фильме? ... Конечно. Много раз — скажете вы. И если снято неплохо, то такие кадры так зрелищны, так захватывающи. В реальной жизни всё иначе. Нет никакого замедленного движения. Нет оглушающих скрежещущих звуков раздавливаемого и мнущегося металла в то время как тачки с неимоверной силой сталкиваются и бьются Звучно, фантастически. Никаких спецэффектов, никакого мощного резонирующего саундтрека, сопровождающего сцену. Даже последующий за столкновением грандиозный, оглушительный взрыв — это лишь красочный атрибут кино. В действительности это абсолютно не эффектно. Нет никакого Уааау. В жизни, когда несчастный случай показывает свое обезображенное лицо, Оно ужасает и граничит с нереальностью. Потому что — кто бы мог представить. Тем не менее, всё это так. Всё слишком реально. И происходит очень, очень быстро и непредсказуемо. Так быстро, что ты даже не успеваешь ясно понять, что только что случилось. При аварии обычно слышен нелепый хлопок — как что-то надламывается. Чья-то жизнь — в самом худшем случае. А в голове разливается тошнотворное осознание неизбежности. ... Расчеты судьбы никогда не ошибаются. Они всегда точны, всегда безупречно верны. Непогрешимы. Неумолимы. И если вы вдруг на мгновение решите подумать, что полностью контролируете ситуацию, Подумайте дважды. ... ... Харрингтон очень усложняет ему задачу, но Билли уверенно гонит вперед. Ему просто нужно выехать на шоссе, чтобы набрать полную скорость и оставить этого ублюдка далеко позади, задыхаться в дорожной пыли и в собственной злобе. Если честно? Уровень адреналина достигает каких-то космических высот И эту скорость, эту обезбашенность, Харгроув находит .. Дьявольски привлекательной. Каждая нервная клетка его тела будто светится. А в его джинсах .. Ну, его член никогда не отличался способностью принимать разумные суждения, когда Стив находится в пределах досягаемости. Да уж. Совсем неподходящий момент. Вот почему Харрингтон губителен для него. Осторожно. Легковоспламеняющиеся чувства. Эта любовь слишком взрывоопасна, чрезмерно рискованна. Билли стискивает ладони на руле. Так ловко уклонившись от удара по левому крылу, Харгроув получает сюрприз от подлого засранца. Вместо того, чтобы попытаться сбить его с дороги на обочину, король меняет тактику. Выруливает с другой стороны, долбает его справа, пытаясь выкинуть камаро на встречную полосу. Ему это удаётся. Мудло, блять. В течение этого учебного года Харрингтон доябывался к нему, то на баскетбольной площадке под ноги лез, то записки подкидывал, то .. целовал его. Билли вообще не при делах был сначала, это всё он, сука, начал. И теперь он путается под колесами его тачки, только сейчас это вообще не шутки. Он играет с ним жёстко, играет .. со смертью. Ведь на подобной скорости вытворять такое ..!? Билли никогда ещё чувствовал себя таким влюбленным, и Билли никогда ещё так отчаянно не пытался сбежать. Но Харрингтон не собирается сдаваться и складывать оружие. Он готовится нанести новый удар, это ясно как день. Беги. Беги быстрее. Нога Харгроува топит педаль газа. ... ... Зовите это одержимостью или навязчивой идеей. Зовите это уязвленной гордыней или умопомешательством. Зовите это как угодно. В голове Стива бушует только одна-единственная мысль. Она перекрывает все остальные, Как солнечное затмение. Он не может уйти от МЕНЯ. Я не хочу, чтобы он уехал. Он должен остановиться. Подобно акуле, почуявшей кровь в воде, Харрингтон уже не может думать рационально, прекратить погоню. Разреши мне еще раз поцеловать тебя – легонько, щека к щеке, просто ради удовольствия. А потом я обгоню тебя и отрежу тебе путь. К отступлению. Стив нажимает на газ, выворачивает руль и, вероятно, чуть-чуть не рассчитав желаемую силу удара — чересчур резко виляет вправо. В ту самую миллисекунду, когда он отправляет бимер в грубый поворот — Слишком дерзкий, нахрапистый, самоуверенный. Расчеты судьбы всегда безукоризненно точны, Всегда безжалостны — Именно в эту миллисекунду Билли выжимает акселератор на полную, и камаро лихо вылетает вперед. Слишком стремительно, слишком молниеносно Совершенно неожиданно, потому что Стив не осознает, что происходит, и почему он вдруг Больше не управляет своей машиной и больше абсолютно ничего не контролирует. Такое ощущение, что он куда-то непонятно летит. Последнее, что он чувствует — это то, что ему в лицо внезапно выдувается огромный воздушный шар. *** Билли бросает взгляд в зеркало заднего вида только для того, чтобы увидеть как бимер на полной скорости врезается в ограждение, идущее вдоль дороги, Харгроув без промедления бьёт по тормозам Вылетает с асфальта, Переворачивается И приземляется на свою чёртову крышу. На самой зеленой траве посреди самого огромного поля. О господи, господи, боже мой НЕТ. Тормоза уже нажаты и Камаро рвётся назад, шины жалобно взвизгивают и затихают СТИВ !! Стив .. Почему вдруг во рту появился металлический привкус? Крови нет. Это шок? Билли распахивает дверь, выпрыгивает, несётся к тому месту, где машина Харрингтона лежит металлическим брюхом вверх. Глупый, глупый придурок Ужасно глупый, что, скажи, что ты наделал ..!? Страх струится по его телу, парализующий и холодный, Ледяной. Когда он смотрит на груду металла. Этого не может быть. Это нереально. Этого не происходит сейчас. Вокруг все тихо и мирно, просто лето занято своими обычными делами. Осколки разбитого лобового стекла и пары окон разбросаны по пышной зелени свежей травы Словно мерцающие драгоценные кристаллы. Красиво. Как крупные слёзы. Разрозненные мысли Билли кувыркаются друг через друга в бешеном вихре, сердце колотится в груди, как дикий барабан. Он моргает один раз. Второй. Третий. На это сейчас нет времени. Он должен помочь, он не может терять ни секунды. Харгроув падает на колени. Сначала ему никак не удается открыть покореженную водительскую дверь, она заклинила, но Билли не перестаёт её бешено дергать до тех пор, пока она не поддается. Он просовывает руку внутрь, ищет застежку ремня, отстёгивает её. Чертова огромная подушка безопасности лезет в лицо, мешает. Осторожно берёт Стива подмышки и тянет — нужно оттащить его от машины. Харгроув не чувствует резкого запаха бензина, но кто знает, что происходит с топливным баком. Он тянет и тянет Тело Харрингтона тяжелое, вялое. Обмякшее. Глупый, глупый ИДИОТ Наконец ему удается высвободить Стива из-под груды металла. Так .. Он аккуратно оттаскивает его подальше от машины, на всякий случай, кладет его на землю. "Детка .. Стив, слышишь меня? Стив, давай, открой глаза .. ты слышишь?" Он их не открывает. Тупой придурок, открой глаза! Нет. Без паники. Билли ..!? Без паники. Ты не можешь сейчас позволить себе пустить нервы вскачь. Вокруг все так пугающе тихо. Лишь в лесу возле поля сладко и заливчато поют птицы, и повсюду слышится неугомонное стрекотание цикад. Харгроуву хочется заорать и, возможно, заплакать, но в то же время его горло перехвачено спазмом, а глаза широко открыты и слёз нет. Они сосредоточенно глядят, рассматривая детали. Билли подносит ухо ближе к полуоткрытому рту Стива. Хорошо, он дышит. ДЫШИТ. Он прикладывает ухо к груди Харрингтона ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـﮩ٨ـﮩﮩ٨ـﮩ٨ـﮩﮩ٨ـﮩ٨ـﮩﮩ٨ـﮩ٨ـﮩﮩ٨ـﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ Но не может понять, чье сердцебиение он слышит — чужое или свое собственное, гулкое, и вроде как слишком громкое. Билли снова проверяет дыхание распластанного перед ним парня. Он дышит. Хорошо. Это хорошо. Это хорошо. Харрингтон без сознания, но жив. ... ЖИВ. Харгроув осматривает всё тело мальчика, насколько может. На левом виске огромный набухающий синяк и немного крови, стекающей по лбу. Его ноги, туловище выглядят без видимых повреждений. По крайней мере, на первый взгляд. Бог знает, какие внутренние травмы там могли произойти. Левая рука Стива выглядит странно, искривленная и синеватая. Должно быть, она сломана. Так. Он жив, он дышит. Что ты сделал, идиот? Ты знаешь, что ты самый глупый дурак на свете? Ненавижу тебя, как так можно было ..? Билли беспомощно оглядывается вокруг. Телефон-автомат .. ?? Он видел парочку на пути из Хокинса, но они ближе к городу. Вокруг нет ни машин скорой помощи, ни полицейских мигалок, волшебным образом появляющихся из ниоткуда. Он смотрит на пустынную дорогу. Вообще никого нет. Они одни. Всё тихо. Только пение птиц. Размеренная трескотня цикад. Весёлое солнце. Стоит ли ему ждать какой-то проезжающей мимо машины, помощи? Сколько? Пять минут или пять часов? Нет, он не может полагаться на слепую удачу. Харгроув должен справиться с этим сам. Один, на случайную помощь надежды мало. Поэтому он должен сделать всё как можно вернее. Билли понимает, что не следует перемещать человека с травмами, если ты не профессионал, он в курсе, что может сделать хуже, хрен его знает, что там с внутренними органами. ЕБАТЬ! Ему некуда обратиться за помощью сейчас. В этой ситуации, похоже, у него действительно нет выбора. Может, он все делает не так, но он старается все делать правильно, Максимально правильно, учитывая обстоятельства. Хорошо, сосредоточься. Ты же проходил курс первой помощи, давай, соображай, делай всё чётко. На заднем сиденье камаро торчит этот выступ посередине, Билли не может положить туда Харрингтона. Ему придется устроить его на переднее сиденье. Харгроув оставляет Стива на земле, на безопасном расстоянии от бимера, чьи задние колеса всё ещё медленно вращаются. Подбегает к своей машине, распахивает пассажирскую дверь, опускает сиденье настолько плоско, насколько это возможно. Господи. О господи. Блять. Он ведь откроет глаза, да ..? В какой-то момент? ДА? Без паники. Возвращается к Стиву, медленно тащит его по траве, но до самой машины не получится, поверхность земли неровная, там какая-то канава, подъем. Билли поднимает тело, держа его под мышками, так осторожно и бережно, как только может. "Так, Харрингтон, давай .. потихоньку .." Ноги Стива безжизненно волочатся по земле. Он такой тяжелый. Харгроув аккуратно подтаскивает его к камаро. Он боится что, должно быть, всё делает неправильно. Но он не может просто сидеть и ждать помощи – придёт/не придёт, не может поехать за ней и оставить Стива здесь, лежать на земле одного. Как ни странно, хотя сердце Билли и рвётся в груди, его руки твёрдые. Как сталь. Харгроув укладывает парня на пассажирское сиденье, его движения точны, он следит за различными мелкими моментами, чтобы не дай бог не стукнуть Харрингтона где головой, или как-нибудь повернуть его не так – только бы не нанести ему дополнительные повреждения. Накидывает на него ремень безопасности, пристёгивает. Бежит к водительской двери, заводит движок, разворачивается. Едет. ... Только сейчас истерика начинает пробиваться через стену самоконтроля. Ебать. ЕБАТЬ!! Минуту назад ему хотелось орать и плакать, теперь ему хочется .. он не знает, ему просто плохо. Блядь. О боже, о боже. Что, если он умрет. Что, если Стив умрет? Или станет калекой? Черт его знает, что там с позвоночником? Вдруг у него разрыв какого-нибудь жизненно-важного органа, внутреннее кровотечение ..? Так .. так, Дыши. Дыши и веди машину. Спокойно. Нельзя поддаваться панике. Не время. Он возвращается в город. В больницу Хокинса, это где-то недалеко от Мейн-стрит, он знает где, он видел здание. Билли едет одновременно быстро и очень осмотрительно. *** Он плавно нажимает на тормоз и останавливается прямо у входа в больницу. Слышит, как кто-то кричит на него "Здесь нельзя парковаться! Нельзя парковаться около двери!" Пошёл ты. Харгроув бежит к стойке регистратуры. "Мне нужна помощь? Там человек .. в моей машине. Произошла авария .." Медсестра вызывает подкрепление, быстро появляется каталка, и ещё люди, и врачи. Все быстро выходят на улицу. "Что случилось?" "Авария. Его зовут Стив Харрингтон, его машина сейчас в поле .. она .. Скажите, пожалуйста, с ним все будет в порядке?" Стива перекладывают, увозят на каталке, и вопрос Билли остаётся без ответа. "Парень, отпаркуй машину!" Сейчас. ... Когда он заходит обратно в больницу, он опускается на стул возле регистратуры. Дыши. Позже Харгроув разговаривает с медсестрой, дает необходимую информацию. По сути, это только имя потерпевшего. Стив Харрингтон, восемнадцать лет. Проживает на Лох-Нора, с родителями. Приезжает полиция. Шериф Хоппер знает Билли лично, уже много раз видел, как он забирал Джейн и отвозил-привозил ее. Не раз давал ему указания ездить осторожно и ни в коем случае не гнать, как тогда осенью он краем глаза видел чересчур быструю камаро с калифорнийскими номерами. Вообще-то, нормально он к нему относится. "Харгроув. Неужели опять за своё, нарушил ограничение скорости? Что случилось?" Господи, превышения скорости как утёкшая давно вода под мостом, с зимы — помните гололед ..? — и особенно с тех пор, как я начал развозить вашу дочь, и вы это знаете, шеф. Я — давно законопослушный водитель. "Всё было не так, как вы думаете. Мы просто ехали по дороге, никто ничего не нарушал, Харрингтон, видимо, хотел меня обогнать, а потом .. я не знаю .. он не справился с управлением, наверное. Следующее, что я вижу – его машина вылетает с дороги и переворачивается." "Какая дорога?" "Юго-запад, ведущая на трассу 97." "Что вы двое вообще там делали?" "Ничего. Просто катались. Или это незаконно, просто кататься?" Хоппер издает долгий раздраженный вздох. Боже, раньше Хокинс был таким тихим, спящим местом, где ничего никогда не происходило. Весь этот город несётся кубарем ко всем чертям, и помимо всего, что связано с лабораторией и делами Изнанки, вот ещё чёртовы подростки со своими чёртовыми подростковыми проблемами. "Значит, ты абсолютно уверен, что это не было одной из ваших диких гонок?" "При всем моём уважении, шеф, что вы имеете в виду под словами "одна из ваших диких гонок" !? Вы когда-нибудь ловили кого-нибудь из нас за таким безответственным занятием? Нет. Потому что мы никогда ничего не устраивали." Харгроув проводит рукой по обеспокоенному лицу. "Так что нет. Мы не гонялись. За дураков нас держите что-ли." Он говорит тихо и Технически он даже не лжёт. Это было гораздо больше, чем просто бессмысленная гонка. Хорошо, что Билли припарковал свою машину с разбитым задом подальше от входа в больницу, за зданием, вне поля зрения. Он, конечно, может придумать правдоподобное оправдание всем повреждениям, нанесенным его драгоценной камаро, царапинам и вмятинам, и это не обязательно должно быть связано с тем, что произошло сегодня, но лучше держать свою машину подальше от глаз шерифа Хоппера. По крайней мере, до того, пока Стив не придет в себя и не сообщит полиции, что то, что его навороченная бэха оказалась на обочине пузом кверху – его собственная Блять, Тупорылая. Вина. Он ведь придет в себя, да? Главный полицейский города, прищурившись, с подозрением смотрит на Харгроува. Да сука, не виноват я вообще. "Ладно, шеф .. послушайте .. вы можете взять меня под стражу, отвезти в полицейский участок, мне плевать. Я видел, что случилось, и говорю правду, и Харрингтон .." У Билли перехватывает дыхание "Он подтвердит мои слова, если .. когда он .." Он же должен очнуться. По какой-то причине Харгроув не может произнести эту фразу вслух. "Что вообще сейчас делать с его машиной? Она там .. посреди поля лежит." "Ты ещё раз поподробнее расскажешь мне, где всё это произошло, и я сам поеду туда, чтобы посмотреть. Я также вызову эвакуатор и он отвезёт машину к дому Стива." Хоппер поворачивается к стойке регистрации "Удалось ли связаться с его родителями?" "Никого нет дома, мы уже пять раз звонили по номеру, указанному в телефонной книге." "Да, они наверное, в Индианаполисе, вот чёрт .. Ну ладно. Пока сделаем всё, что можем." Шериф не вправе арестовать Билли – пока ещё не за что. Но и совсем отпустить его тоже как-то неспокойно, надо бы дождаться когда Харрингтон придёт в сознание и расскажет свою версию произошедшего. Вроде он здравый парень. Да и Харгроув не вот дебил, и Джейн всё время чуть ли не пищит от восторга, когда он её забирает куда-нибудь. Хоппер принимает решение – он обязан подписать подписку о невыезде, пока непонятно, что со всем этим делать. Нет, ну не блядство ли? Как будто это вина Билли. Он надерёт Харрингтону его пухлую задницу, как только этот урод .. Как только всё встанет на свои места. Он должен очнуться. Харгроув преподаст ему урок или два насчёт того, что сотворил этот гандон. Или как, он просто попытался убить Билли, или себя, или обоих, и за это ему не будет никаких последствий? Харгроув выбьет из него всё дерьмо. Пусть только он будет жив и с ним всё будет хорошо. Пожалуйста. Господи, пожалуйста. *** После того, как Хоппер отправляется делать свои полицейские дела, и Билли интересуется на ресепшене, есть ли какие-нибудь новости — пациент всё ещё в бессознательном состоянии, сейчас ему делают рентген — Он едет домой. Ведь раз он так никуда и не свалил, есть Макс, которую ему следует хотя бы проверить. Если он сегодня не уезжает в Калифорнию, значит, никто не освобождает его от обязанностей старшего брата. *** Макс сидит в своей комнате, и когда она слышит, как громко хлопает входная дверь, она бросается к своей и широко распахивает её. "Билли? Это ты ..!?" Это он, и выглядит он .. растрёпанным, взъерошенным и .. как будто больным, словно произошло что-то действительно важное, ужасное, супер интересное и совершенно её не касающееся. "Билли, ты вернулся?" "Да, каникулы закончились. Мне нужно кое-куда съездить прямо сейчас, может, мне подбросить тебя куда-нибудь по дороге?" "А ты не ..?" Да блять. "Тебя подбросить, говорю?" "Да. Да! Мы на самом деле договорились о встрече с Джейн, ты можешь отвезти меня к ней домой?" Дом Джейн – это какая-то деревянная хибара в лесу. Если вы спросите Билли, на самом деле неплохо иметь такое загородное жилище, вдали от всех. Эх, ну по крайней мере, Хоппера сейчас там не будет. "Хорошо. Сьюзан знает о твоих планах? И Нил?" "Да. Обещаю, они в курсе! Мы говорили с ними вчера о том, что я могу провести день у Джейн, и даже остаться на ночь. Они разрешили." Билли внимательно смотрит на неё. Макс, сейчас вообще не время пиздеть, если ты вдруг решила меня обмануть. "Я говорю правду, но мы можем позвонить маме на работу, если ты мне не веришь." Билли сейчас не может иметь дело с вероятным враньём Макс, у него нет на это сил. Непохоже, что лепрекон лжёт, но он всё равно звонит Сьюзан, на всякий случай, и она подтверждает слова своей дочери. "Извини, Сьюзан, просто мне нужно было убедиться." "Конечно, Билли. Вообще-то я тебе вчера вечером об этом говорила, но ты, видимо, забыл." Да, точно. Когда он пришел домой после их разговора с Харрингтоном — когда мысли крутились неистовым штормом — Сьюзан и правда что-то внушала ему на кухне, и он даже кивал, но он ни черта не помнит сейчас. Блять, да у него ранняя деменция из-за красавчика, отлично. "Спасибо, что отвезёшь её туда. Дома всё в порядке?" "Да, и э-ээ .. без проблем." Ему нужно заехать за ней следующим утром. "А ты можешь взять нас завтра в бассейн?" Макс делает не очень удачную попытку состроить милые щенячьи глазки Фу, во-первых, она вроде никогда этого раньше не делала, во-вторых, ей это не идет, выглядит просто нелепо, в-третьих, Билли невосприимчив к подобного рода манипуляциям со стороны мелкой сестры. "Могу, но ты и твоя подружка должны быть готовы ровно в 8.00." "Хорошо." "Окей, тогда двигай." "Билли ..?" "Что ещё?" Макс решает пойти ва-банк. "Я не отдам тебе двести долларов, которые ты оставил у меня перед зеркалом. Они теперь мои." Ха, вон что. "Мне по фигу." Ни хрена себе, это был .. самый дружелюбный разговор, который у них вообще случался за все последние годы. Да, Макс, я могу отвезти тебя, забрать, возить всегда, куда захочешь, и даже попытаться не грубить. Я могу быть хорошим братом, хорошим сыном, кем угодно. Господи. Что угодно. Только, пожалуйста, пусть с ним всё будет хорошо. Пожалуйста. *** Билли доставляет Макс в домик шерифа, затерявшийся в лесу, а затем возвращается домой. Он не ел с раннего утра. И ничего и не может в рот вломить. Держится на чистом адреналине. Харгроув просто заваривает кофе, пьёт его черным, без сахара. И курит, сидя на ступеньках на заднем крыльце. Пожалуйста, пусть с ним всё будет в порядке. Пожалуйста. Уже почти пять вечера, и Билли не может оставаться дома, когда Харрингтон в больнице, и никто ещё не сказал ничего определенного о его состоянии. Он также не может видеть лица Нила и Сьюзан. Он докуривает вторую сигарету, поднимается на ноги и возвращается в больницу. *** "Добрый вечер .." Харгроув смотрит на бейдж медсестры. " ..Миссис Сандерс. Как он? Стив Харрингтон, его привезли сегодня утром." "Он пока без сознания." "Можете ли вы сказать мне, всё ли с ним .. в норме? Или мне .. можно спросить у врача?" "А где родители мальчика? Вообще-то это дело семьи." "Они сейчас в Индианаполисе и должны приехать сюда только на выходные." Билли нужно хоть что-то, хоть крупица информации. "Послушайте .. не могли бы вы мне сказать, пожалуйста, просто всё ли с ним в порядке? Я не член семьи, но .. я его друг и .." Каким-то образом он не в состоянии настроить своё обычное обаяние, которое всегда помогает ему получить то, что ему нужно, безотказно и обезоруживающе действуя на женщин, включая и дам постарше. Сейчас он даже не может заставить себя улыбнуться, какие уж там хитрость и шарм. Он просто упрашивает, и готов умолять. Медсестре, судя по всему, становится его жаль. "У мальчика сильное сотрясение мозга и перелом левой руки. Всё не так уж плохо, но в гипсе придется походить недели четыре. В лучшем случае три. Перелом не сложный, слава богу. Ты говорил, это была автокатастрофа?" "Да, его машина вылетела за пределы дороги. Похоже, он не справился с управлением." "Что ж, ему повезло." Билли кивает и потихоньку выдыхает "Это точно." Этот тупой идиот действительно родился под счастливой звездой, и слава богам за это. Вероятно, он выглядит чертовски несчастным, потому что медсестра решает сказать ему несколько слов поддержки. "С твоим другом всё будет хорошо." "Могу ли я остаться здесь на вечер? И на ночь?" "Вы близкие друзья, да?" "Да. Одноклассники. Друзья." Любовники. Он – свет моей жизни, моя первая любовь, мой первый .. Билли такой пиздец. Он никогда не просил об этом, и всё же – вот он, влюблён в самого несносного придурка, который ещё и сейчас был чуть ли не при смерти. "Ну, у нас есть часы приема, но я думаю .. это никому не помешает. В больнице сегодня не очень много дел, всё спокойно." "Спасибо, миссис Сандерс, вы ангел. Даже не представляете, как я это ценю." *** Харгроув проводит остаток вечера, сидя возле больничной койки Харрингтона. Он такой .. как поднебесное создание, словно из сказки. Как Спящая Красавица. Билли продолжает смотреть на лицо Стива, благородные очертания, нежную кожу, темные родинки. Его левая рука закована в гипс, в правой – игла от капельницы, а на левом виске большое темно-красное пятно засохшей крови и огромный синяк. Рана не глубокая, должно быть, это просто сильный ушиб, иначе бы наложили повязку или закрыли бы её пластырем. Почему он не приходит в сознание? Билли спит в больнице, в кресле возле кровати пациента, прислонившись головой к стене. Медсестра приносит ему плед, и это максимум комфорта, на который парень может рассчитывать. *** Сегодня четверг, 20 июня. Спина Харгроува просто разламывается – вот что делает с вами ночь, проведенная в больничном кресле. Ему пора домой, на работу, ведь никто её не отменял, если он всё ещё в Хокинсе. Харрингтон пока не подает никаких признаков активной жизни. Билли следует вообще-то хоть что-нибудь съесть, принять душ, переодеться. Чёрт, надо забрать двух бурундуков по дороге в бассейн, он почти забыл об этом. Странно, это как .. буквально вчера его жизнь собиралась развернуться на 360 градусов, и она сделала это, но совсем в другом направлении, или она не провернула полные 360, застряв где-то посередине, так что Харгроуву предстоит отпахать смену в бассейне, а потом в ремонтной мастерской и Максин попасти – короче, все обыденные дела поделать. Однако, сейчас все настолько по-другому. По крайней мере, ему не придется мучиться совестью за то, что он бросил мистера Дэйли без предупреждения, как собирался сделать. Слава всевышнему, оба грызуна уже готовы двинуть с ним в бассейн, и в качестве дополнительного бонуса – отца Джейн, начальника полиции Хокинса, нет дома, чтобы пожелать Билли доброго утра. Судя по всему, рабочий день полицейского начинается очень рано. Джейн по-чудному смотрит на него, но в этом нет ничего нового "Привет, Билли." "Хм." "У тебя всё хорошо?" "Лучше не бывает. Ты сама как?" "Лучше не бывает." Какая странная девчонка. Иногда Харгроув видит в ее глазах что-то глубоко сломанное. Нет. То, что люди так сильно хотели и пытались сломать, но тем не менее оно осталось непобежденным. День чертовски жаркий и суматошный. И то, и то Билли устраивает, потому что он любит жару, а занятость помогает ему отвлечься от мыслей о Харрингтоне, который находится в больнице, без сознания и, возможно, он никогда больше не придет в себя, может быть, целый год будет так лежать, или это вообще пожизненная кома, кто знает, какие риски и последствия может повлечь за собой это сотрясение мозга, и всегда есть вероятность, что врачи упустили из виду что-то реально плохое, и что, если у него будет амнезия или не дай бог какое внезапное кровоизлияние, а вдруг там с позвоночником неизвестная травма, которая .. "Билли?" "А ..? .. Джейн?" "Можешь, пожалуйста, купить мне эскимо? Я попрошу папу отдать потом тебе деньги." А она гораздо лучше стала разговаривать, и с грамматикой всё нормально. "Окей. О деньгах не парься." "Не париться?" "Не проси у отца денег, чтобы вернуть мне." "Спасибо." Билли должен перестать себя накручивать, как по спирали вращаться, блин. Что с ним не так, у него никогда особо тревожность не зашкаливала. По факту, Харрингтон — тупой и безмозглый засранец, а Харгроуву пришлось теперь ещё и грёбаную бумагу о невыезде подписать. Охренеть. Типа Билли ещё и под подозрением. Даже со сломанной рукой и в отключке, этот придурок доводит его кровь до точки кипения. *** Вечером после смены в гараже Билли мчится, как ветер, обратно в больницу, однако, при этом сделав необходимый крюк – он проезжает мимо дома Харрингтона, чтобы проверить, сдержал ли шериф свое обещание и отбуксировал ли разбитый бимер с места происшествия. Да, он это сделал. Бэха стоит на подъездной дорожке около дома, и это .. блять, на первый взгляд, это груда металлолома. Но естественно, не стоит делать поспешных выводов. Может, не всё так плохо. "Здравствуйте. Как он?" Медсестра та же самая – миссис Сандерс. "Пациент пришёл в себя утром, пробормотал что-то бессвязное, а затем заснул. Потом проснулся, попил, поел и уже был готов идти домой." Что, правда? "Значит, он ..?" "С твоим другом всё в порядке. Сломанная кость и сотрясение мозга. Но ничего серьезного. Завтра ему станет намного лучше. Я думаю, доктор заставит его остаться здесь ещё на день, побыть под наблюдением, просто на всякий случай, а потом он сможет отправиться домой." "Могу я его сейчас увидеть?" "Да, конечно." Сердце Билли пытается выпорхнуть из тела, когда он открывает дверь в палату Харрингтона. "Привет." В его голосе столько мягкости, что Харгроув не уверен, его ли он собственный. Этот идиот меняет в нём всё на физическом уровне. Стив полулежит на больничной койке, и .. выглядит таким хрупким. "Привет." Билли подходит к кровати "Ну блять хоть жив, Харрингтон. Слава богу, что ты глаза открыл." Свои необычайно красивые. В них — уязвимость и .. какая-то мимолётная кротость? — чего Харгроув никогда раньше не видел. "Ты не знаешь, где моя машина?" "Как ты думаешь, где она?" "Она .. всё ещё там?" "Полицейские .. ну шериф ваш эвакуатор организовал. Они притащили её к твоему дому." "И .. что с ней?" "Пиздец, вот что с ней. Но кто-то должен взглянуть на повреждения поближе. Может, там внутри нормально всё." "Может быть .. ты посмотришь?" Да что ты. Охуеть. Вообще-то я .. Я всё ещё хочу .. Чего Билли хочет? Он не распаковал чемодан, тот до сих пор лежит в багажнике камаро. "Ну не знаю. Возможно." Язык его козлиный, Иуда. Всегда его подводит, мямлит, всегда прогибается. "Отлично. А что .." Стив делает долгую паузу и глаза становятся виноватыми-виноватыми "Что с твоей тачкой?" "С задом полная жопа. Мне придется конкретно её подлатать." "Я оплачу ремонт." Билли зло усмехается "Да неужели, блять. Прекрасно. Ладно, теперь, когда я знаю, что ты на самом деле жив и .. функционируешь, я пойду домой. Мне пиздец как нужно поспать." Прежде чем Билли направляется к двери, Стив хватает его за руку той, которая не сломана. "Харгроув? .. Подожди." Глядя на него этими глубокими темными озерами, которые затягивают его, как две бездонные заводи Зыбкие, сумеречные воды, такие опасные. "Билли?" Он никогда не называл меня Билли "Почему ты всё ещё здесь? Ты не уехал?" "Ну во-первых, кто-то должен был отвезти твою тупую, почти сдохшую задницу в больницу. А потом .. я должен был убедиться, что ты .. в живых останешься." Стив молчит, но ещё цепко сжимает руку другого парня. "Но теперь, когда ты знаешь, что со мной всё окей .. ты сейчас уедешь?" "Наверное." Билли думает, что он не понимает, что именно подразумевает здесь глагол "уехать", что конкретно имеет в виду Харрингтон, пусть объяснит, сука, что он такое спрашивает. Стив, кажется, сам немного сбит с толку. "Уедешь куда, домой?" "Ну да?" "На Черри Лейн, да?" "А куда ещё?" "Я не знаю? Куда ты хотел поехать? В Сан-Диего?" В палату входит медсестра "Мальчики, извините! Мне пациент нужен, на минуточку!" Билли выходит на улицу и не торопясь выкуривает одну Мальборо. День был настолько беспокойным, что это по ходу, его вторая сигарета за все сутки. Дым вкусный. Успокаивает его нервы. Стоит ли ему идти домой сейчас? Харрингтону больше ничего не угрожает. Да, ему следует пойти домой. А завтра ему нужно уволиться с работ по-человечески и смотать отсюда. Билли докуривает сигарету и заходит обратно в больницу. Или вы серьезно ожидаете, что он будет обладать хоть какой-то силой воли, когда находится рядом с королем, и тот уже успел заглянуть в глаза Харгроува своими, и вновь оживил заклятие? "Ну чё, к тебе можно?" "Ага. Медсестра просто задала мне пару вопросов, проверила кое-что. Я вообще уже здоров." На его припухлых, чуть потрескавшихся губах тень улыбки. "Надеюсь, завтра отпустят отсюда." "Супер. Твои родители знают? Их вообще-то должны были поставить в известность." "Я, э-ээ .. тут как раз медсестра про них спрашивала, где они вообще, до них дозвониться никто не мог. Но они в Индианаполисе." "И никто не знает их номер там?" "Неа. Я сам им позвоню. Хотя сейчас уже слишком поздно, не хочу их беспокоить. Позвоню завтра с утра, первым делом." Билли медленно и задумчиво кивает. "Ну .. и как самочувствие и всё такое?" Сука ты, Харрингтон. Везунчик грёбаный. "Да всё вообще нормально. Отстой только, что я машину не смогу водить около месяца." "На самом деле я придерживаюсь мнения, что тебя надо навсегда лишить водительских прав." Желчно цедит Билли. Стив опускает глаза и теребит тонкое больничное одеяло, а Харгроув сжимает челюсти. Он хочет ударить придурка, но ведь нельзя бить человека с травмой. Хотя руки зудят прямо, как врезать охота. Урод, блять. Внезапно он поворачивается и шагает к двери. "Эй, Харгроув, подожди!" Он не может подождать, ему нужно идти, иначе это никогда не закончится. Он хватается за ручку двери "Билли ..! Билли, ну пожалуйста, подожди." Харрингтон откидывает в сторону больничный плед, встаёт с кровати. Так же резко Харгроув разворачивается и хватает его за плечи. Стив морщится от боли, да чёрт, козёл, опять он .. "О чём, ты вообще, сука, думал!? Что, ебаный ты в рот, было у тебя в голове, а!?" Билли трясет его что есть силы, словно всю душу из него вытрясти хочет "Ты вообще соображал, что творил? Ты мог убить себя, ты мог убить меня, ты мог убить нас обоих!" Нельзя его так, у него же сотрясение мозга "Блин, пусти! .. Чувак, хорош! Мне больно, у меня рука .." "Тебе, блять, больно? .. У тебя .. рука !?" Он не кричит, его голос что-то среднее между шипением и рычанием, хотя он очень хочет орать что есть мочи, но за дверью люди, они могут услышать "Ты не останавливался!" "И что!? Какого хуя вообще это было ..!? Ты .." Глаза Харрингтона скользят вверх и вниз по лицу Билли, и он смотрит Испуганно. Но не из-за гнева Харгроува сейчас, нет. Как будто .. как будто он просит о чём-то, чуть ли не умоляет, и сам до смерти этого боится. Ресницы его взлетают высоко и низко падают, эти тонкие подрагивающие веки, эти огромные глазищи .. Билли .. Билли, он безволен. Их губы так близко. Как раз в тот момент, когда Харгроув думает о том, чтобы поцеловать Стива, тот начинает сбивчиво говорить. "Эй, послушай .. Послушай. То, что я сказал тогда .. ну помнишь, о том, что между нами только .. ну ты знаешь. Это было .. ерунда была, это я мега-херню какую-то сказал. Ты ведь просто всегда планировал свалить отсюда, и .." Харрингтон хватает Билли за руку своей единственной движущейся, крепко, не желая его отпускать, мертвой хваткой, вздыхает с надрывом "Харгроув, я .. правда в том, что я не хочу просыпаться утром и видеть лицо .. Тэмми, например. Я не хочу .. трахаться с кем-то, кроме тебя. И .. это чертовски страшно, потому что .." Стив что, под воздействием сильнодействующих лекарств чтоли? Что, черт возьми, он несёт? Билли нервно усмехается. Он ведь знает, как это страшно. "А ты. Ты меня пугаешь .. Я никогда не .." Продолжай говорить, красавчик Билли закрывает глаза. "Я никогда не делал ничего с парнем. И никогда не хотел, даже мысли не было .. Я никогда не встречал никого .. как ты. И .. это заставляет меня чего-то хотеть. Чего-то, о чём я раньше и знать-то не знал. Я понятия не имею, что это такое .." Детка, продолжай говорить, я так тебя люблю, ты даже не представляешь, я готов на всё пойти ради тебя "Тут у меня вся жизнь, мои друзья и семья .. всё привычное, всё знакомое. А потом появляешься ты и заставляешь меня желать и чувствовать вещи, о которых я даже никогда и не думал, и я не знаю, что со всем этим делать, но .." Их лица всё ещё так близко, ещё ближе, глаза Билли закрыты, но он чувствует, как его губы касаются щеки Стива. Он шепчет "Всё нормально, Харрингтон. Просто выздоравливай, ладно?" "Ты .. всё равно .. " Стив судорожно сглатывает слюну, и Харгроув это слышит ".. Уедешь?" Он открывает глаза, смотрит на него, долго, хочет спросить – а ты хочешь, чтобы я остался? "Я не могу .. мне здесь не место, в этом городе. А ещё мой отец .. короче, мне скоро нужно найти собственное жильё." Стив немного отстраняется от другого парня, кладет руку на затылок Билли, всматривается в его лицо, будто ищет информацию "Твой отец, что, тебя выгоняет?" Он ведь понятия не имеет об отношениях Харгроува с его семьей. Видимо, там совсем всё непросто. Стива по крайней мере никто ещё не выгнал, да и не получится. Мама грудью встанет на его защиту, если что. "Да ну .. нет, не прям сейчас вот, но мне восемнадцать. Я и сам хочу жить отдельно, и мы .. мы с ним как бы одинакового мнения на этот счёт." "Как скоро тебе придется съехать?" "Отец сказал, что я могу остаться до сентября." "А как насчет .. университетов?" "Не мой вариант сейчас." Глаза Харрингтона все еще блуждают по лицу Билли, замечая мелкие детали – его щетину – видно, что он не брился пару дней, морщинку, скрывающуюся между роскошными бровями, крохотные, почти незаметные веснушки на носу, эти ресницы, невозможные ресницы, которые гипнотизируют, заставляют Стива впадать в ступор "Я .. пожалуйста. Билли, останься, пожалуйста. Не уезжай. По крайней мере, не сейчас. Я не хочу, чтобы ты уезжал так быстро. Меня выпишут отсюда и мы .." Его голос мягкий, серебристый, иногда переходит в высокую тональность, это самый чудесный голос на свете. "Послушай, я .. иногда могу быть таким засранцем." Да уж. "И .. этот последний год, он .. проблемы разные были, и .. ты даже половины не знаешь, что у меня в жизни творилось, и не то чтобы .. тебе нужно знать, но .." Я хочу знать о тебе всё, быть рядом, всегда. "Но, пожалуйста, не уезжай сейчас, останься на .. на лето. Мы что-нибудь придумаем, хорошо проведём время .." Ресницы Харрингтона колеблются, подрагивают — вверх-вниз, взмахивают и опускаются. Как крылышки самой неземной и изящной птицы. Билли слаб. Стив выглядит таким хрупким, таким .. ломким, неверное движение — и он сломается. Абсолютно необходимо защитить его, позаботиться о нём. Харгроув прижимается ртом к его губам, но парни не двигаются, не целуются, просто долго стоят, застыв, и вдыхают друг друга. "Если хочешь, я могу остаться здесь на ночь." Тихо шепчет Билли, когда он, наконец, заставляет себя отодвинуться в сторону "Нет, иди домой. Как вообще возможно спать на этих стульях? Это, должно быть, ужасно неудобно." Я спал в этом кресле первую ночь, подумаешь. Харгроув не говорит этого вслух, не хочет показаться слишком навязчивым, типа он тут спал, как собака у ног короля. Красавчик как будто читает его мысли "Хотя .. медсестра сказала мне, что ты оставался здесь прошлой ночью." "Хм-м." "У меня сегодня все хорошо, правда, иди домой, отдохни. Только больше не делай таких сюрпризов, Билли .. пожалуйста. У меня сломана рука и нет машины. Не заставляй меня садиться на рейсовый автобус и тащиться за тобой в Калифорнию." Вот ведь тварина Харрингтон. Всегда что-то скажет, что заставляет Харгроува улыбнуться. Он сейчас вообще не хочет выходить из палаты. Ему достаточно быть рядом со Стивом. "Ты придёшь завтра?" "Только после работы." "Отлично. Увидимся, да?" Билли снова наклоняется, целует Харрингтона в щёку, легко и нежно, его убивает то, насколько податливым он делается в его присутствии. Как Стив плавит его закаленную сталь. "Да. Увидимся завтра." *** Пятница – насыщенный событиями день для удачливого пациента. Харгроув весь день на работе и не может забежать ни на минуту, но к Стиву приходит много других посетителей. Хоппер уже тут как тут рано утром и спрашивает его о собственной версии того, как произошла авария. Вы послушайте-ка, какой неожиданный поворот событий – рассказ Харрингтона почти слово в слово повторяет то, что поведал ему Билли. Стив говорит, что они просто катались, и всё было хорошо, пока он не повернул руль слишком сильно и не потерял контроль над своим автомобилем. Хотя, к его истории есть дополнение. Харгроув – своего рода герой, который спас ему жизнь, а не оставил его умирать на обочине дороги. У Хоппера нет другого выбора, кроме как отпустить этого приезжего возмутителя спокойствия с крючка и порвать бумагу о запрете на выезд. Конечно, сомнение закрадывается – а вдруг парни говорят не всю правду, но как будто у шерифа нет дел поважнее. Главное, все живы, и жертва произошедшего самовольно отказывается от статуса потерпевшей стороны. Затем Стив набирает номер их квартиры в Индианаполисе. Папа на работе, но мама должна быть дома. Нет, ответа нет. Она, наверное, за покупками ушла или навестить свою сестру, он перезвонит позже. Он не особо горит желанием звонить в офис отца. Около полудня в его палату врывается Томми, весь взволнованный, с глазами на пол-лица, как две огромные тарелки "Харрингтон !! Что, блядь, случилось!? Господи, чёрт возьми, мы сегодня ходили в бассейн с Кэрол, и Харгроув сказал, что ты в больнице?" "Прикинь? Не повезло мне." "Что вообще произошло?" "Да ничего особенного, просто в поворот не вписался." Томми выглядит так, будто ему трудно в это поверить "Ты серьезно?" "Ага." "Ты типа .. гонялся что-ли с ним?" "С Харгроувом?" "Ну да?" "Ну .. не совсем. Я просто вел себя как дурак. Короче, сам виноват." "А бимер?" "Опять разъебал по ходу. Я его ещё не видел. Я два дня без сознания был." "Да ты чо?" Они болтают ещё немного. Томми говорит, что занят как чёрт, дел по горло. Отец посвящает его в основы и детали их семейного бизнеса. "Чувак, это безумие, там тракторы, тягачи, косилки, плуги, бороны, сеялки, одних культиваторов до хуя .. комбайны, лущильники какие-то .. копалки блять, всякое разное, короче у меня вобще голова кругом ..!" Харрингтон ржёт "Да разберёшься во всём, куда деваться." Ещё новости – на День Независимости они планируют посетить родственников Кэрол в Огайо. Мальчишки не обсуждают Билли. Не вспоминают ту робкую, неловкую попытку Хэйгана поцеловать Стива на вечеринке. Наверное, они когда-нибудь всё-таки поговорят об этом. Сейчас Харрингтон просто рад видеть лицо своего друга. И судя по всему, Томми тоже счастлив наконец-то с ним увидеться и потрещать. Как в старые добрые времена. "Поправляйся, чувак. Не вздумай тут умереть, блядь, пока я в Огайо. Езди осторожно." "Хорошо, Томми. В ближайшее время за руль не сяду. Минимум три недели в этой малышке." Он постукивает себе по гипсу. "Три недели, ни хрена себе." Они всё ещё друзья. Это замечательно. Когда Хэйган выходит за дверь, Стив думает, что возможно, даже если жизнь ставит вас в трудные ситуации или отправляет разными путями, даже если у тебя больше не остается ничего общего с твоим бывшим лучшим другом, уровень близости и знания этого конкретного человека – даже если уже всё общение в прошлом – вшито в твои кости, на уровне подкорки. Стив не уверен, что произойдет в будущем с ними, с их отношениями, но Томми всегда будет Томми, и Харрингтон точно не собирается быть тем, кто положит конец их дружбе. *** Следующий визит совершает Тэмми – она узнала обо всём от Кэрол – и он очень, очень краток. И дело не в том, что Харрингтон как-то плохо с ней разговаривает или вообще не проявляет сочувствия. Просто после того, как фраза о расставании произнесена, говорить уже вроде как бы и не о чем. Он действительно старается изо всех сил, объясняя девушке, что он просто не хочет сейчас никаких серьезных отношений, и он не хочет растрачивать впустую её время, и она потрясающая, она определенно найдет кого-то лучше. Тэмми выходит из палаты в слезах. Стиву вроде как должно быть немного грустно, но в основном он чувствует облегчение, словно с его плеч свалился огромный, ненужный груз. *** Днем он снова пытается связаться с мамой, и на этот раз ему это удается, она поднимает трубку "Мама? Мам, просто, э-ээ .. ты только успокойся, ладно? Не волнуйся, я в порядке, со мной сейчас все в порядке, но я тут как бы .." "СтииИВ?" Приступ панической атаки заказывали, миссис Харрингтон? .. Три, два, один, Старт. "Я в больнице." Запуск баллистической ракеты успешно произведён. "Что ..!?" Её голос звучит так, будто она сейчас сознание потеряет. Стив прям может представить, как её руки судорожно прижаты к груди, где так тревожно бьётся материнское сердце. "Господи, ЧТО случилось?" "Я разбил машину." "Стив, второй раз за год? С тобой всё хорошо, ты жив!?" "Да, я просто, э-ээ .. ну у меня левая рука сломана, но через три недели всё заживёт. А ещё у меня сотрясение мозга, но врачи говорят, что всё нормально, мне просто нужно немного отдохнуть неделю или около того .." "О господи. Ты в больнице Хокинса, да?" "Да." "Хорошо. Мы едем, малыш. Оставайся там, где ты сейчас. Мы с твоим отцом едем!" "Мам, у меня все хорошо, не надо .." Но на линии уже гудки. Боже, мама иногда может быть такой излишне драматичной. Конечно, Стив останется там, где он есть, что ему ещё делать-то? *** Родители приезжают через три-четыре часа, разговаривают с врачами, с медсёстрами, разговаривают со всеми, мама спрашивает, следует ли перевести ее сына в медицинское учреждение в Индианаполисе или Чикаго. Или вообще в Вашингтон на вертолёте отправить, ага. "Нет, миссис Харрингтон, в этом совершенно нет никакой необходимости." "Вы абсолютно уверены? Вы взяли все анализы, вы сделали компьютерную томографию мозга? У вас достаточно современное рентген-оборудование?" Всем всё понятно? Это мама. Врачи и родители соглашаются, что Стив должен остаться ещё на одну ночь в больнице, чтобы утром пройти окончательный осмотр – на этом настаивает миссис Харрингтон. "Но в субботу утром мы заедем за тобой, Стиви, заберём тебя отсюда домой." Он даже немного смущён, что он под такой опекой. Носятся с ним, как с яйцом фаберже. Родители в конце концов уезжают, а вечером, ближе к девяти, приходит Харгроув, уставший, будто он совсем глаз не сомкнул прошлой ночью. Но он всё равно классно выглядит. Стив хочет побыстрее выписаться из больницы, чтобы они уже могли побыть наедине. Медсестра миссис Миллер строгая. "Время посещений закончилось, молодой человек. Скоро ночь." "Пожалуйста, всего на 5 минут." Она неодобрительно смотрит на Билли, однако, не выгоняет его из палаты. Парни тихо разговаривают, но через пять минут медсестра открывает дверь, и они неохотно прощаются. *** В субботу утром, 22 июня, Харрингтон возвращается домой. Мама уже в машине начинает компостировать ему мозги "Это твой крик о помощи, милый, да? Я знала, что мы оказываем на тебя слишком большое давление." Мистер Харрингтон качает головой и закатывает глаза, не веря услышанному и точно не соглашаясь со словами своей жены, но не встревает в разговор. В какой-то момент мать Стива начинает плакать. Да боже мой, ну мама. "Я знала, что что-то не так, я позвонила в среду, и никто не ответил, но я подумала, что ты работаешь допоздна или гуляешь с друзьями, но потом в четверг ты тоже не взял трубку, и я знала что-то случилось, я чувствовала. Я не доверяю здешним врачам, думаю, нам нужно записаться на прием к высококвалифицированному специалисту, я обязательно позвоню своим знакомым, выясню, к кому можно обратиться." Н-да, Харрингтону на этот раз так просто не уйти. Бимер, который стоит около дома, как изящно выразился Харгроув, в пизду. Стив сейчас даже не хочет об этом думать. Пусть Билли посмотрит потом, скажет ему, каковы шансы вернуть тачку к жизни. В течение дня он ничего не делает, просто слоняется по дому и позволяет маме заботиться о нем. Позже вся семья Харрингтонов — отец, мать и сын — проводят довольно приятный вечер, смотря все вместе "Индиану Джонса" — Стив забыл вернуть кассеты в прокат. Папа по-прежнему мало что говорит, хотя выглядит обеспокоенным, но в то же время на его строгом лице читается облегчение, а мама — мама рада, что её любимый сыночек избежал гораздо более тяжелых травм, и вообще, жив. На протяжении всего фильма у Харрингтона мелькают воспоминания о той ночи, когда они сидели на этом диване с Билли, и о том, как они не могли посмотреть фильмы целиком, ни первую часть, ни вторую, постоянно прерывая просмотр на секс-паузу. Родители поднимаются в свою спальню около десяти. Стив лежит в постели и думает. То, что он сделал? Устроил эту шальную гонку? Вспыльчиво, легкомысленно, непростительно безрассудно, поддавшись минутному приступу гнева и .. отчаяния? Помчавшись на поводу задетого самолюбия? Сожалеет ли он об этом? Харрингтон мог бы прямо сейчас состроить из себя пай-мальчика, утопающего в раскаянии за содеянное "Конечно, ваша честь и уважаемые присяжные. Я глубоко сожалею о своем неосторожном поведении." И это было бы наглой ложью. Он ни о чём не жалеет, ни в чём не раскаивается, его нисколечко не терзают муки совести. Да, он почти умер, но ему крупно повезло. Звёзды были на его стороне, и в итоге всё получилось так, как он хотел. Потому что Харгроув — всё ещё в Хокинсе. Он остался, на целое лето. *** Около полуночи Стив слышит какой-то шум за окном и вспоминает, что оружие против монстров вообще-то далеко — в багажнике бимера — биту бы надо срочно достать, положить обратно под кровать. Харрингтон как бы надеется что, может быть, она ему отныне не понадобится, вроде всё спокойно было в последнее время. В окне – совсем не монстр, а лицо Харгроува, он стучит в стекло Аеее, вот так подарок Стив поднимает раму, и Билли заваливается в комнату. "Джульетта, блять, чёртова," — рычит он, и в следующую секунду Его язык уже во рту красавчика, сильные руки обхватывают его торс, он ведёт его назад, пока его спина не прижимается к стене. Ноги Харрингтона уже ни на что не годны, он еле на них держится. Билли становится перед ним на колени и сдергивает с него боксеры. "Тут доктор срочное лечение назначил .. велено доставить." Харрингтон запрокидывает голову, закрывает глаза и держится всего минуты три. Ну максимум четыре. Позже они ложатся в постель, Стив лежит на правом боку, Билли устраивается сзади, прижимаясь жаркой грудью к его спине. Бешено дрочит на распаляющие аппетит мягкие булки Стива. Ему тоже не нужно много времени. Выстреливает, как падающая звезда, блин. Вытирает их обоих простыней после того, как окрасил задницу красавчика в матово-белый цвет. Обхватывает Харрингтона за талию, стараясь не потревожить сломанную руку. Впервые за долгое время За сколько именно ..? .. За всю свою сознательную жизнь? Стив чувствует Что он до краёв наполнен чем-то до жути приятным. Ощущение необычное, оно не поверхностное, оно уходит глубоко и пробуждает в Харрингтоне что-то совершенно для него новое. Он также чувствует себя уютно и спокойно, вдыхая запах Билли. Определенно, парень принял душ после работы, но Стив всё ещё может уловить намеки на нотки хлорки, машинного масла и едва осязаемые следы пота под пьянящим сочетанием парфюма Свеже-мятная зубная паста, немного пряного аромата шампуня ... В любом случае это такое вкусное сочетание, Харрингтон водит носом по воздуху и неизбежно начинает проваливаться в сон. Он вдыхает так глубоко, как только может, и медленно, потихоньку выдыхает. Хочет повернуться на левый бок, уткнуться лицом в шею или грудь Билли, но не может этого сделать из-за руки. Он какой-то одурманенный. Утомленный. Он счастлив быть дома, а не на больничной койке. Билли обхватывает его задницу большой теплой рукой. Стив не сожалеет ни на секунду, нет ни капли раскаяния "Мы можем теперь поспать?" "Как скажешь, красавчик." Шепот Харгроува такой тихий. С огнем всё в порядке, Билли справится. Нежность гораздо хуже. "Э, а куда ты .. мою эту ..?" "А ..?" "Моя сперма .. десять минут назад? Ты ее на пол что-ли выплюнул? Там пятно теперь?" Харгроув посмеивается ему в ухо, так приятно щекоча его своим жарким дыханием "Нет. Я проглотил её. Не хотел испортить твой ковер." "Ты что .. что!?" Что, о боже мой, это же так горячо. Ни одна девушка ещё никогда .. "Я проглотил её, Харрингтон." "Чё, прям реально ..!?" Стив постанывает и вертится задницей у Билли в паху. "Эй, ты сказал, что мы сейчас спать будем." "Да, я ужасно устал. Но .. это просто так .. Тебе понравилось?" "М-мм. Парфе, блять. Сливочный." Теперь очередь Стива тупо хихикать "Но вроде парфе должен быть холодным." "Хм-м .. ладно. Тогда как теплый ликёр .. как Бейлис." "Ты идиот." Ты даже не представляешь, какой, Харрингтон. Всё из-за тебя. Прежде чем заснуть, Стив сонно бормочет "Эй .. Билли? Думаю, я бы не прочь покурить марихуаны. Исключительно в лечебных целях. У тебя случайно не завалялось пары косяков?" Харгроув улыбается. Всё для короля, особенно если он был ранен на поле боя. Особенно, если он называет его Билли. С Харгроувом тоже все окей, но Стив никогда вслух не называл его по имени до тех пор, пока не случилась катастрофа. Это последствия сотрясения мозга, не меньше. "Я посмотрю." В собранном чемодане еще осталось немного калифорнийской травки. Хм .. как там насчёт срока годности? Всё, что до года, должно быть пригодно к употреблению. ... На рассвете, пока Стив ещё сладко спит, Билли тихо одевается и вылезает из окна. На этот раз он никуда не собирается бежать, не волнуйтесь. Ему просто нужно подготовиться к очередному рабочему дню. ***