Инквизитор

Коптится дыба, Заточены кресты, Я сделал выбор, И этот выбор — ты!

      Я сжал руками в тонких кожаных перчатках ограждение на корабле, всматриваясь в тёмную даль. Тяжёлый плащ давил на плечи, но давал возможность сохранить крохи тепла в этом путешествии. Там, на том берегу, всё должно закончиться. Внутри росла уверенность, что ждать осталось совсем недолго. Охота, которая продолжалась больше года, подходит к своему логическому финалу. Я достану его. И уничтожу.       Я чувствовал его, как гончий пёс лисицу. Внутри поселилось непонятное дрожащее чувство, я называл это инстинктом охотника. Порой мне казалось, что в груди появилась стрелка, как в компасе, и чётко указывала направление, куда стоило двигаться. И я шёл и вёл за собой людей, доверяя своему внутреннему голосу. Он там, спрятанный в туманной дымке леса, я это точно знал.       Двигались мы быстро и бесшумно. Это выслеживал я его долго, мотался по полям и весям, собирал информацию, искал, слушал сплетни и своё чутьё. И нашёл. Что ж, наступил час расплаты, и я с удовольствием вкушу последние минуты его жизни.       Занятно, я мог охотиться на кого-то другого, но выбор пал именно на него. И что это, если не судьба?       В крошечный лесной домик я заходить не стал, чтобы не толкаться локтями со своими людьми. Я слышал возню, но был уверен, что мои воины в состоянии разобраться с одним колдуном. Мальчишкой. На восемь зим младше меня. Так странно, я детально помнил нашу первую и единственную встречу больше года назад, но не мог с уверенностью сказать, чем занимался на прошлой неделе. Он не боялся меня, спокойно смотрел в глаза и не клонил голову. Словно мы равны. Словно я такой же, как он, такой же оборванец из трущоб, который рад краюхе хлеба.       Костёр собрали быстро. Хворост, который мы привезли с собой, чтобы не тратить время, расположили вокруг тонкой осинки. Вести его куда-то на площадь не имело смысла, он мог раствориться в пространстве, как дух, поэтому у меня на руках было разрешение исполнить приговор на месте, сразу, как только он окажется в моих руках.       Я довольно улыбнулся. Наконец-то час расплаты совсем близок. Наконец-то он поймёт, что не стоило спорить с сильными мира сего. Наконец-то он займёт своё место, связанный по рукам и ногам. Наконец-то я его уничтожу.       — Инквизитор Эрик, ваше поручение выполнено. Колдуна привязали к столбу. Желаете взглянуть?       Я желал.       Действительно, мальчишка совершенно не изменился с нашей последней встречи. Тот же упрямый, ничего не боящийся взгляд болотистых глаз, тот же звериный оскал, словно это я жертва, а не он. Занятный, словно верил, что ситуация могла переломиться в любой момент.        Я зачитал приговор, он даже ухом не повёл, просто вглядывался в моё лицо напряжённым взглядом. Словно запоминал.       — Ты пожалеешь об этом, Инквизитор. — Выдохнул юнец, когда я дал отмашку и хворост подпалили.       Секунда, и костёр запылал так ярко, словно в него плеснули горючей жидкости, а потом раздался дикий крик, пронизывающий до костей, запах гари проникал в лёгкие, когда в голове мелькнуло имя.       Гэвин?..       Я проснулся рывком, чувствуя, как в груди бешено стучало сердце. Воздуха не хватало, и дышал я глубоко и часто, словно только вынырнул с глубины. Лунный свет заливал комнату, позволяя рассмотреть и понять, где я. Убедиться, что всё нормально. Взгляд метался по знакомым предметам, давая понять, что я в своём доме, в двадцать первом веке, а не где-то у чёрта на рогах, сжигаю мальчишек за колдовство.       Я поднёс трясущиеся руки к лицу. Только что во сне я убил человека, которого любил больше жизни. Как я мог?! Что вообще двигало мной в тот момент? Кошмар не отпускал меня, я всё так же ярко и детально помнил всё.       — Тише, — я почувствовал, как к моей спине прижалась чужая рельефная грудь, а в ухо ткнулись тёплые губы. — Что случилось?       — Я тебя убил. Сжёг, — задушенно прошептал я. Поверить в то, что это был всего лишь кошмар, не получалось, слишком это было реально, слишком походило на… воспоминание.       — Убил, да, — сонно пробормотал Гэвин, прижимаясь ко мне плотнее и зарываясь носом в волосы. — Но уже триста лет прошло.       Я почувствовал, как волосы на голове зашевелились, а все внутренности стянулись в комок. Если это была шутка, то пиздец какая неудачная.       — Что? Что ты только что сказал? — с трудом просипел я. Возможно, мне просто показалось. Возможно, Гэвин просто разговаривал во сне.       — Я просто подтвердил то, что ты увидел в своём сне. Мои последние минуты, да? Странно, что память проснулась только сейчас, — в расслабленном голосе не чувствовалось ни упрёка, ни злости, ни затаённой ярости. Всё тот же Гэвин, любимый настолько, что становилось нечем дышать, когда ему было плохо.       Говорить не получалось, казалось, что всё тело окаменело. Я лежал и старался уложить в голосе сказанное и только что увиденное. Показанное? Это не могло быть правдой. Просто такого не могло быть. Мы живём в цивилизованном мире, а это похоже на бред. Возможно, стоило записаться на приём к психологу? Или сразу к психиатру?       Я глубоко вздохнул, приводя мысли в относительный порядок. Я не верил в реинкарнацию, прошлые жизни и прочую муть, искренне считая это бредом поехавших людей. Но моей душе, кажется, было глубоко всё равно, во что я там верил.       — Почему ты так спокоен? — я чувствовал, как его руки привычно оплетают меня, успокаивая и давая необходимую поддержку.       — А почему я должен нервничать? Триста лет прошло.       Слишком спокойно. Обычно Гэвин реагировал куда как острее. Я развернулся в кольце его рук, мне жизненно необходимо было увидеть его лицо.       — Но… я … ведь… Это действительно правда?       — Правда, — Гэвин приоткрыл свои колдовские глаза, смотря спокойно и терпеливо. Тёплая радужка бликовала в неверном лунном свете. Красиво. Я говорил в шутку, что он меня околдовал, едва взглянув в мою сторону. Здесь я тоже ткнул пальцем в небо и попал?       — И? Что делать теперь? — сипло спросил я, мысленно готовясь, что любимый человек в любой момент может обратиться сказочным монстром и откусить мне голову.              Гэвин тепло улыбнулся и мягко поцеловал меня в кончик носа.       — Спать, Ричи. Завтра, между прочим, рабочий день.       — Но…       — Ты и тогда, много лет назад, выбрал меня. Просто не знал, что можно быть рядом иначе. Теперь знаешь. Спи, мой инквизитор.       И… я послушно закрыл глаза, надеясь окончательно проснуться и уверовать, что всё это мне просто приснилось. В глубине души понимая, что таких совпадений просто не может быть.