И снова смеется бесстыжая судьба

      — Ты знаешь, как включать воду? — Гермиона, закутанная в пушистый сиреневый халат, появилась внезапно. Пышные кудри сейчас были мокрыми, а лицо девушки чуть более румяным. И довольным. Видимо, Скабиор основательно погряз в своих мыслишках и пропустил ее тихие шаги по коридору.       — Нет, покажешь? — Скабиор начисто забыл про долбанный рис. Он поспешно повернулся к плите и обнаружил, что тот превратился в кашицу. — Блять, ну хоть посолил.       — Из тебя кухарка так себе, — прокомментировала ехидно Гермиона, выжимая из волос остатки воды. — Даже с двумя руками не справился.       — Есть вещи, для которых руки вообще не важны, Пенелопа, — Скабиор обиделся на ее замечание и послал в ответ липкую улыбку. — Тебе надо, кстати, помазать шрам. Мазь не стоит смывать до полного исцеления.       — Акцио, тарелки! — Гермиона призвала из шкафчика пару белых тарелок. Потом наполнила водой чайник и отправила его на плиту.       Пока она хозяйничала на столе, Скабиор нашел в кармане пальто аптечку с мазями, которые выпросил у мадам Дейзи. Ну как выпросил, он теперь должен ей. А ему не нравилось быть в долгу у Дейзи. Ой как не нравилось. Поставил аптечку на стол перед Гермионой и, открыв, ткнул пальцем в бутыльки с зельями, обозначая порядок:       — Эта первая, это вторая, эта третья. Сверху плотную повязку, если не справишься, зови, помогу.       — Я и без тебя прекрасно справлюсь, — Гермиона тряхнула мокрыми волосами, — Акцио, кастрюля!       Призванная заклинанием посуда расположилась на столе. Скабиор сел напротив Грейнджер и с тоской наблюдал, как вязкая субстанция нехотя вылезает из кастрюли и шлепается в его тарелку. Гермиона также положила порцию себе и, взяв вилочку, нацепила кусок слипшегося риса, задумчиво повертела в руках.       — Гарри не ответил… — тихо произнесла Гермиона. — И Рон тоже…       — А я говорил, красавица, что лорд их порешил, — Скабиор сожрал уже несколько вилок риса. — Хотя знаешь, не удивлюсь, если долбанный подвал мэнора зачарован от патронусов. Малфои там за пятьсот лет какие угодно чары могли наделать.       — Ты бывал там?       — Не, но наслышан. Беллатрикс как-то с Роули обсуждали дело Олливандера в Министерстве. Мертвая сука очень гордилась этим подвалом, говорила, что оттуда невозможно сбежать. Как и вообще из мэнора.       — Олливандер у Малфоев? — удивилась Гермиона. — Но зачем им мастер палочек?       — Да хер его знает, — Скабиор закатил глаза, припоминая тот день в Министерстве. — Мы тогда притащили человек пятнадцать. Хороший был день, плодотворный, — на этих словах Гермиона скривилась с отвращением. — А потом эта сука Амбридж велела нам ждать в Атриуме, пока у них обед не кончится. Ну, я и захотел отлить. Оставил ребят и пошел по коридорам, запутался. Драккловы работники естественно нихера мне не сказали, убегали сразу. А потом смотрю, Роули в каком-то закоулке. Да еще с мадам Лестрейндж под ручку. Они о чем-то шептались. Но ты ж знаешь, как Бэлла шепчется, весь этаж слышал ее вопли, — Скабиор на секунду замолк, потому что увидел, как вздрогнула всем телом Гермиона. Словно еще одна волна Круцио пришла прямо из памяти. В этом сиреневом халате, с мокрыми волосами, она выглядела вдруг очень... Скабиор призвал себя думать о рисе и отправил в рот последнюю порцию, остававшуюся на тарелке.       — О чем они говорили? — Гермиона собралась и тоже запихнула в себя порцию риса. Видимо, напоминание о Белле и ее декламационных способностях портили ей аппетит.       — Белла сказала только, что старик отлично выдерживает Круцио и его сознание никак не поддается пытке. Типа его разум защищен очень хорошо. Она хвасталась, что расколола абсолютно всех членов ордена феникса, которые ей когда-либо попадались, но дракклов старик пока не сошел с ума.       — Давно это было?       — Да месяца два назад где-то, — Скабиор задумчиво потер подбородок. — Еще про палочки говорили. Белла сказала, что обязательно расколет башку Олливандера, и узнает, чья она.       — Подожди, так и сказала: чья?! — насторожилась Грейнджер, карие глаза замерли на нем.       — Ну да.       — Что она еще сказала? — Гермиона требовательно наклонилась к нему.       — Ничего больше, они увидели меня и заткнулись.       — Точно, Скабиор? — девушка подозрительно сощурила глаза.       — Ничего интересного, как видишь, — Скабиор скотски улыбнулся. Ага, значит, девчонка весьма интересуется Олливандером и его палочками. Значит, надо продать эту информацию подороже. — Ладно, я в душ. Покажи, как воду включать.       — Там всего один вентиль от смесителя. Его нужно просто приподнять вверх строго по середине, тогда вода будет теплой. Левее холодная, правее горячая, — проинструктировала его Гермиона. — Полотенце на вешалке, можешь взять.       — Спасибо, красавица, — Скабиор встал и направился в коридор, сделал несколько шагов, а потом замер, потому что так и не спросил, куда идти.       — Вверх по лестнице ванная!       — Ага, — поднялся по лестнице и обнаружил там приоткрытую дверь. Внутри ванной было весьма уютно: бежевая плитка, белая ванна и раковина. Такое все ма-а-а-гловское. Скабиор залез в ванную и выкрутил вентиль, как сказала Грейнджер. Сантехника ему понравилась: миг — и на него хлынул поток воды, весьма теплой. Не обжигающей, как в случае с большими котлами в волшебных домах. И не ледяной, как в случае поливания морды из палочки после хорошей попойки. Скабиор прикрыл глаза, наслаждаясь скольжением воды. М-м-м, сиреневый халат. Член немного приподнялся. Скабиор предвкушающе улыбнулся, проходя руками с мыльной пеной по телу. Смысл с себя копоть и грязь от кострища, которое сегодня разжег для парней. Член грустно опустился. Вот тебе и все. Настроение было поганым. Теплая ванная и жрачка никак не меняли того, что он остался, драккл, совсем один. Без цели. Без работы. Без средств к существованию. Даже сторону умудрился поменять сегодня. Скабиор хорошо знал: обратно его никто не примет. Даже если он притащит Лорду кудрявую башку на серебряном блюде. Через секунду его косматая голова тоже будет лежать рядом. Пожиратели убьют их обоих.       Кстати, о космах. Он беззастенчиво воспользовался баночками, которые стояли рядом на полочке. Тут был шампунь и еще пара непонятных вещиц, которые в качестве эксперимента он вылил себе на башку. Закончив мытье, Скабиор благоухал волшебным иланг-илангом, который должен был вызвать чувственность, как обещала надпись на бутыльке. Ну посмотрим. Видимо, халат у Грейнджер был только один, потому что на вешалке осталось лишь аккуратно сложенное полотенце. Скабиор вытерся им, а потом понял, что не хочет надевать грязные шмотки на свое иланг-иланговое тело и, обмотав полотенце вокруг бедер, вышел из ванной так.       — Пенелопа, — Скабиор замер в проеме на кухню, облокотившись на дверной косяк, и принял сексуальную позу. Грейнджер вскинула на него глаза и тут же отвела взгляд. — Я хочу постирать свои шмотки в ванной.       — Я обычно использую для этого машинку. Так быстрее, — Гермиона взяла пустые тарелки, встала из-за стола, отнесла их в раковину.       — Что такое машинка? — спросил Скабиор, оторвавшись от косяка, он направился к девушке, которая стояла спиной к нему и мыла посуду.       — Стиральная, она сама стирает. Лучше, чем просто Эскуро и бытовая, ах, — Гермиона замолкла на полуслове. Скабиор зажал ее между раковиной и собой, а обе руки поставил по разные стороны от девушки, закрывая той путь к бегству.       — Сколько чудесных маггловских открытий сегодня, — прошептал Скабиор ей в волосы. — Надо же, ты тоже пахнешь иланг-илангом. — опасно засмеялся Скабиор, почувствовав, как девчонка рванулась в сторону. А потом прижался еще ближе, слегка потершись пахом о ее задницу. — Очень пробуждающе.       — Отвали! — зашипела Грейнджер, стараясь вырваться. — Я девственница, тебя такое не интересует.       — Ну, детка, я бы не был столь категоричным, — егерь снова двинул бедрами вперед, давая ей возможность максимально ощутить его пробуждение сквозь пушистое, но тонкое полотенце. Гермиона на секунду замерла, а потом дернулась еще сильнее. — Твой рот, например, уже не совсем девственен.       — Иди к дракклу, Скабиор! — Гермиона исхитрилась дотянуться до щетки, которой она обычно мыла посуду, и занесла ее, чтобы стукнуть егеря по голове.       —Это не я, это иланг-иланг, — прошептал он ей на ушко, и поймал волну кайфа, увидев, как девочка задрожала от злости в его руках. Она пахла чистотой, влажной нежной кожей и отвратительной невинностью. Еще больше его умилила занесенная рука с щеткой, которой тщетно она пыталась попасть ему по голове, но постоянно промахивалась, не видя цели.       — Отпусти! Иначе я… — Гермиона на секунду потеряла дыхание, потому что вдруг одна наглая лапа егеря легла на ее левую грудь.       — Пожалуешься друзьям? — Скабиор от души прошелся пальцами по сиреневой пушистой ткани халата, очерчивая контур груди. Небольшой, но приятно упругой. Он медленно водил пальцем по ткани вверх-вниз.       — Не смей меня трогать! Отпусти! — Гермиона начала брыкаться и сделала еще один замах щеткой и, взяв разгон, максимально возможный в текущих сжатых обстоятельствах, со всей дури ударила егеря по башке. Она остро пожалела, что так доверяла егерю! Ее палочка осталась лежать на столе вне пределов досягаемости.       Скабиор получил по скуле, поморщился и быстрым движением выдрал проклятую щетку из пальцев девчонки. Подумал сначала ее отбросить, но потом решил, что щетка ему еще пригодится, чтобы подпереть ей свой авторитет. А второй рукой он не переставал настойчиво гладить ее грудь, и уже почувствовал кончиками пальцев, как под тканью обозначился возбужденный сосок.       — Расплата уже близко, Пенелопа? — прошептал Скабиор ей на ухо, которое заметно порозовело по сравнению с белой кожей шеи. Скабиор демонстративно повертел в пальцах щетку, а потом резким движением прижал длинную ручку щетки к шее девчонки, будто хотел придушить ее. Грейнджер судорожно сглотнула и вцепилась обеими руками в щетку в тщетной попытке убрать ее.       — Расплата тебя найдет, — прошептала Гермиона сдавленным голосом, облизнула губы и хотела, видимо, сказать что-то еще, но Скабиор сжал ее сосок двумя пальцами свободной руки, легонько покрутил прямо сквозь ткань. — Ах!       Скабиор довольно улыбнулся, услышав сорвавшийся с губ девушки сладкий стон. На секунду Гермиона замерла, широко распахнув глаза, а потом ее тело непроизвольно дернулось. Разумеется, навстречу ему.       — Прекрати, — жалобно взвизгнула она и одной рукой попыталась ударить его, а второй ослабить давление щетки на горло.       Скабиор решил ничего не отвечать, просто сжал ее сосок чуть сильнее.       — М! — Гермиона прикусила губу, чтобы не дать стону сорваться с губ. Но ее бедра сказали все за нее. Она снова дернулась, бедра сжались, а рефлекс заставил спину прогнуться. Скабиор почувствовал ее движение сполна. Он и так был в приподнятом настроении, но то, как она терлась об него сквозь тонкое полотенце… То, как тяжело вдруг стала дышать. Скабиор ослабил давление рукоятки, но усилил хватку на ее груди. Он покручивал сосочек из стороны в сторону, не забывая при этом ласкать саму грудь всей ладонью. Его умилила ее рука, которая пыталась типа помешать, а со стороны могло показаться, что Грейнджер просто умоляет его продолжать.       — И какой она будет, м? — низко и тихо засмеялся Скабиор прямо в ее волосы. Которые абсолютно одуряюще пахли иланг-илангом. От всех этих искушающих телодвижений дыхание ему тоже изменило. Диафрагма работала сильно. Гермиона несомненно чувствовала его сполна. Особенно член, ставший вдруг мучительно каменным.       — Ужасной, — хоть щетка уже не давила на горло, но ее голос вдруг звучал совсем иначе, в нем разом было намешано столько оттенков, палитра которых расходилась от ненависти до переживаемого в данный момент греховного удовольствия. Видимо, переживаемого впервые. Правильная девочка внутри сопротивлялась, но тело отвечало его пальцам с потрясающей искренностью. Грейнджер ничего не могла поделать с простой физиологией и льнула, льнула к нему.       — А еще какой? — черт, голос изменил и ему. Скабиор поморщился, призвал себя быть более хладнокровным. Он всего лишь поигрался только с одним соском и то через ткань. Может, он недооценивал свой интерес к девственницам? Что же будет, если убрать осточертевший халат? Он уже начал предвкушать, как его грубые пальцы коснуться этой нежной, белоснежной кожи. Как крепко он сожмет маленький розовый сосок своими лапами.       — Не-ми-ну-емой, — тяжело выдохнула Гермиона, сильно зажмурившись. Она будто пыталась силой мысли остановить свое растущее возбуждение, но справлялась плохо.       — Еще? — потребовал Скабиор и сам не понял, о чем он ее спрашивает на самом деле. Он методично мял ее грудь, двумя пальцами по-прежнему медленно покручивая сосок. Сжал сильнее.       — Быстрой! — вдруг взвизгнула Гермиона, откликаясь на его движение всем телом. — Я… я возьму палочку. И тебе несдобровать, понял?!       О, кажется, кого-то разъебало. Хорошо тебе, девочка?       — Попробуй, — Скабиор придавил ее сильнее, вжимая в раковину. А потом решил усилить производимый эффект и медленно, но верно повел свою ладонь к вырезу халата. Его пальцы дотронулись до ее голой кожи. Восхитительно мягкой. Такой зовущей.       — Нет! — отчаянно крикнула Гермиона и двумя руками вцепилась в полы халата. Склонившись над раковиной, она тяжело дышала, хватая воздух ртом. Пальцы столь сильно зарылись в ткань, будто от этого зависела ее жизнь. Ее мелко трясло. И эта дрожь передавалась и ему самому.       — Ну, хорошо, — Скабиор отбросил в сторону бесполезную теперь щетку. Она упала в раковину с противным звуком, от которого Гермиона вздрогнула. Скабиор глянул вниз на девчонку под ним: от возбуждения аж трясет, задница так и пляшет, а ручонки вцепились в халат. Он был уверен, что и между ног уже море натекло. Еби не хочу.       — Нет так нет, красавица, — Скабиор шлепнул ее по оттопыренной заднице и отпрянул в сторону, придерживая полотенце. Оно держалось из последних сил.       — Что?! — Пенелопа закричала и обернулась на него. Скабиор полюбовался результатом своей маленькой игры. Обычно бледное и хмурое личико Гермионы было дивного алого цвета, щеки так и вовсе как свеклой обмазали. Губы налились. А глазищи-то! Зрачки огромные, будто она макового молока напилась! И смотрит словно прожигает насквозь. Непонимающе. И требовательно одновременно. Так, наверное, только девственницы и умеют смотреть, отведав лишь малую толику из возможных удовольствий.       — Где там твоя стиральная машинка? — Скабиор специально выбрал самый будничный и безразличный тон, чтобы побесить Пенелопу еще больше. И правильно сделал!       Гермиона непонимающе пялилась на него несколько бесконечно долгих мгновений, видимо, мозг весь утек в другое место. А потом она собралась, нахмурилась по обыкновению, темные брови сошлись над переносицей. Очевидно, она поняла, что угроза насилия миновала и ей придется выбрать сценарий поведения, в котором можно сделать вид, что сейчас ничего такого с ней не произошло.       — На втором этаже, — Гермиона поджала губы. Недовольно, как отметил про себя егерь.       — Кажется, это полотенце тоже нужно постирать, — Скабиор скотски улыбнулся и указал рукой себе на бедра. Полотенце стояло колом.       — В доме есть другая одежда, — Гермиона предпочла отвести взгляд и, так и не отпуская полы халата, пробежала мимо него, схватив палочку с кухонного стола. Она скрылась за стеной с ретивостью молодой лани. Скабиор с наслаждением проследил за позорным побегом Пенелопы. И отметил про себя, что у нее даже пятки покраснели от возбуждения.       Впрочем, теперь ему предстояло заняться своим состоянием. Признаться, было тяжеловато. Иланг-иланг нихрена не соврал! Пробудил чувственность не только у Пенелопы, но и у него самого, да еще как пробудил! Скабиор какое-то время потусовался на кухне, подумал о недавних изменениях в собственной жизни, гибели парней и остальных охренительных перспективах. Стояк как ветром сдуло.       — Значит, теперь можно подняться наверх, чтоб не смущать бедную девочку своей отвратительной похотливой натурой.       Гермиону он нашел в комнате наверху, рядом с ванной. Скабиор оглянулся по сторонам: видимо, это была спальня родителей Гермионы. Большая двуспальная кровать была заправлена идеально ровно. Деревянный платяной шкаф открыт, а на кровати лежали какие-то синие штаны и черная майка. Видимо, ему следовало именно этим прикрыть свой срам. Скабиор пожал плечами и, откинув полотенце в сторону, стал натягивать на себя штаны. Понял, что те ему немного великоваты, пришлось подогнать по фигуре. Майку оставил как есть. Пенелопу он нашел в ванной, она сидела рядом со стиральной машинкой, которую Скабиор сначала принял за причудливый маггловский аквариум. И старательно не замечала вошедшего.       — Одежда твоего папочки? — Скабиор кинул полотенце на пол рядом с Гермионой. Та поджала губы и углубилась в сортировку вещей на полу: белые и светлые лежали отдельно, темные и черные тоже. Скабиор приметил свои брюки, рубашку и жилет в черной куче. — Я чуть подогнал под себя, пришлось уменьшить.       — Зачем?! Ты не мог просто потерпеть?! Не трогай ничего здесь! — едва милый ротик Грейнджер открылся, из него посыпались обвинения. «Ничего, включая тебя?» — хотел спросить Скабиор, но удержал язык за зубами, решив использовать эмоциональную нестабильность Гермионы в других целях. Она показушно на него не смотрела, это немного бесило.       — А что, он будет ругаться, когда вернется? — Скабиор присел рядом на корточки и достал из кармана своего пальто, которое оставил здесь перед мытьем, бисерную сумочку. Кинул Гермионе. Грейнджер ничего не сказала, цапнула сумочку и стала шарить там рукой, вынимая раз за разом новую порцию вещей.       — Будет, — процедила Гермиона мрачно. Ее рука доставала все новые шмотки из сумочки даже без всякого Акцио. Скабиор с удивлением заметил на полу явно мужские вещи: свитера с буквами R и H, джинсы и мужские носки в большом количестве.       — И когда он вернется? — Скабиор и не намеревался прекращать заваливать Гермиону вопросами, особенно видя ее явную решимость молчать на эту тему.       — Не твое дело! — зашипела Гермиона, опять же не глядя на него. Она широко раскрыла сумочку на полу и, взяв палочку в руку, начала методично перечислять. — Акцио одежда! Акцио, футболки! Акцио носки! Акцио белье!       Еще несколько вызванных вещей прилетели ей в руки, Грейнджер разложила по кучкам и их тоже.       — А ты уверена, милашка, что твоим парням эти шмотки еще понадобятся? — с сомнением протянул Скабиор. Как он и ожидал, нападка на ее друзей сработала лучшим образом.       — Уверена! — Гермиона подняла на него пылающий взгляд и ткнула в его сторону палочкой. — Даже не смей говорить обратное! Я найду их и освобожу!       — Но никто тебе не ответил, — напомнил Скабиор и достал из кармана пальто упрятанный туда розовый шарфик, кинул в кучу вещей, которая теперь возвышалась посреди ванной, закрывая обзор.       — Пока не ответил, — обрубила Гермиона и заклинанием приказала черной стопке вещей укладываться через круглое отверстие в корпус машинки. — Нужно придумать план, как пробраться в подземелье мэнора и вытащить их оттуда.       — Ты пользовалась обороткой когда-нибудь? — Скабиор смотрел, как вещи исчезают в машинке и ждал с любопытством, что ж будет дальше? Никогда в жизни не видел маггловские технологии так близко.       — Да, пользовалась. И даже сама варила, — Гермиона подняла все ж на него взгляд поверх кучи вещей. — Ты предлагаешь пробраться в мэнор под обороткой?       —По-моему самый жизнеспособный вариант, — пожал плечами Скабиор, — в отличие от поисков несуществующего тоннеля.       — Все замки имеют тоннели, Скабиор! — Грейнджер не могла пропустить мимо ушей шпильку. — В твоем предложении тоже есть масса противоречий, — самым противным тоном, на который только была способна, Гермиона начала перечислять. — Я вижу сразу несколько. Где мы возьмем материал для зелья? Сомневаюсь, что Пожиратели из ближнего круга настолько беспечны, что с радостью поделятся с нами. И потом, оборотное зелье варится целый месяц! У нас нет столько времени, — ведьма понурила голову. — Мы должны найти Гарри и Рона как можно быстрее.       — Ну, допустим, я смогу добыть волос, скажем, МакНейра или Трэверса, — Скабиор криво усмехнулся. — А зелье можно купить в Лютном.       — Ты забыл, что на тебя тоже ведут охоту? — Гермиона презрительно на него посмотрела. — В Лютном дежурят либо авроры, либо пожирательские шпионы. Тебя сдадут сразу же, как ты аппарируешь в Косой.       — Я могу попросить купить для нас оборотку других волшебников, — не сдавался Скабиор. Хотя, признаться честно, он как-то подзабыл, что ему теперь вход везде заказан. А Грейнджер звучала вдруг очень… опытной в этом вопросе.       — Ты можешь им доверять? Ты уверен, что тебя не сдадут? — Гермиона послала ему тот же скептичный взгляд, каким одарила его в лагере.       — Уверен, — хмыкнул Скабиор. Хотя мадам Дейзи вчера высказалась однозначно. Скабиор точно знал, кого выберет Дейзи, если ей придется выбирать между безголовым племянником и своим борделем, делом всей ее жизни. Херово. Скабиор задумчиво повертел в руках свои перчатки, раздумывая стоит их стирать или нет. Он вполне мог прокрасться в бордель, спереть там волос или ноготь МакНейра после того, как его выебет очередная мистресс. Вопрос только в том, сдадут его девчонки или нет. И, главное, сдаст ли его Рокс?       — Нужно хорошо подумать, за кем устроить охоту. — Гермиона поняла его внезапное молчание по-своему. Она встала, засыпала в машинку какой-то белый порошок. Нажала кнопку. Машинка издала звук, и начала закачивать воду.       — Роули, — Скабиор поднял на нее глаза, осененный внезапной догадкой. — Я могу вызвать его с помощью Табу.       — Кто может явиться с ним? — Гермиона облокотилась на машинку спиной и задумчиво скрестила руки. Судя по ее скептическому выражению лица, план ей не очень-то нравился.       — Вот и узнаем, — усмехнулся Скабиор. — Не знаю. Вчера я слышал его голос, а второй не знаком. Они наверняка набрали новых егерей, там было человек пять, судя по топоту.       — Допустим, ты вызовешь Роули. С ним будут еще пять-шесть волшебников, — Гермиона испытующе глянула на него. — Справишься с ними?       — С твоей помощью, красавица. Если разумно выбрать место, то ты там сможешь спрятаться и вырубить остальных. С Роули я расправлюсь, — Скабиор встал, расправил плечи и сделал шаг к девушке. — Вот и возможность поквитаться с чертовым козлом.       — Что, егерь, уже не очень нравится бывший начальник? — Гермиона напряглась, крепче сжала древко палочки, видя, как Скабиор приближается к ней.       — Не поверишь, никогда не нравился, — Скабиор послал ей косую улыбку.       — Тогда какого черта ты выполнял его приказы? — зашипела Гермиона, напряженно глядя на мужчину, который вдруг опять оказался к ней слишком близко.       — Потому что я умею охотиться, детка, — Скабиор навис над ней и бросил до ужаса оценивающий взгляд, проскользив им по бешеному личику, белой шее, груди под невинным сиреневым халатом и белым худым ногам.       — Не смей больше меня трогать, — Гермиона уткнула кончик палочки ему в грудь.       — Да кому ты нужна, Пенелопа? — фыркнул Скабиор, проходя мимо девушки. Он подошел к машинке, заглянул за нее и с удивлением нашел там еще трубы, которые уходили в стену. — А вода куда потом уходит?       — В канализацию, — Гермиона уставилась на грубияна непонимающе. — Почему тебя это вообще интересует?!       — Если выживу в войне, прикуплю себе такую! — заржал Скабиор, бросив хитрый взгляд на девушку. — Терпеть не могу стирать вещи магией.       — Да ты по-моему не сильно утруждаешься, — Гермиона на всякий случай отошла от него на приличное расстояние, вернувшись к сортировке вещей.       — Как и твои рыцари, — парировал тут же Скабиор. — Ты у них и прачка, и жрать готовишь, и в драку первая бросилась.       — Это называется забота о тех, кого любишь! — рявкнула Гермиона, уязвленная его словами.       — Используют и в хвост, и в гриву, да? Хотя кажется, пока только в гриву. Живешь с двумя парнями, все для них делаешь, и все еще целка? Странно! — Скабиор с наслаждением наблюдал, как на лицо девушки возвращается первозданная краснота бешеного румянца. — Могли же они тебе как-то выразить свою благодарность.       — Заткнись! — Гермиона вся раздулась от гнева. — Мы друзья! Не смей очернять нашу дружбу своим грязным ртом!       — Смею заметить, самый грязный рот тут не у меня, — невинно вставил егерь. Гермиона кинула в него скомканным свитером. Потом джинсами. Потом курткой. Она от души швыряла вещи в дракклова придурка. Скабиор поймал свитер и кинул им в ведьму обратно. Джинсы он пропустил и получил ими по носу, но зато куртку поймал и швырнул обратно в девку. Гермиона потянулась за другой вещью, желательно побольше и тяжелее, и пока тянулась, куртка прилетела ей прямо на голову, закрывая обзор. Ослепленная, она услышала смех. Не ехидный или мерзкий, обычный человеческий. Как у Гарри. Или Рона. Гермиона стащила куртку с головы и увидела, что егерь сидит рядом и ржет над ней.       — Заткнись! — шикнула она на него и замахнулась ближайшей вещью, взятой не глядя. Это оказались ее трусики. Розовые.       — Какое грозное оружие, детка, — издевательски протянул егерь, красноречиво глядя на ее занесенную руку. — Я весь трепещу.       Гермиона ошарашенно глянула на свою руку и, увидев трусики, зарделась, отбросила их в сторону. Потом шумно выдохнула. Улыбка против воли просочилась на ее губы. Потом она испустила смешок.       — Так, помоги мне все собрать, — тут же придав себе строгий вид, напустилась на него Гермиона. — Светлое влево, темное вправо!       Под темным требовательным взглядом, Скабиору ничего не оставалось, кроме как подчиниться.       Стирка закончилась только к ночи. Гермиона несколько раз запускала машинку, а потом сушила вещи заклинанием. И Скабиора припрягла. Они так вымотались, что какую-то часть вещей пришлось повесить просто сохнуть обычным способом. Веревки с мокрым бельем заняли весь нижний этаж.       Скабиор, конечно, прихренел от домашней работы. И оттого, как усердно Гермиона заботилась о вещах друзей, свято веря, что те им еще пригодятся.       Уже была ночь, часы показывали половину первого, когда они закончили возиться со шмотьем. Выйдя из ванной, Гермиона остановилась в коридоре.       — Я буду спать здесь, — Гермиона кивнула на родительскую спальню. — А ты там.       Девушка указала рукой на другую комнату, дверь в которую была плотно закрыта. Она подошла к двери:       — Финита, — прошептала девушка, подойдя к двери, потянулась к ручке, но будто осеклась, и одернула себя. Скабиор приметил это нервное движение. Гермиона поспешно зашагала в другую комнату.       Скабиор пожал плечами и сам открыл дверь, заходя внутрь. Быстро огляделся. Комната выглядела миленькой, очень девчачьей. Небольшая кровать, цветочки на стенах, письменный стол весь заставленный книжками. Ее? Тогда почему свалила? И дала мерзкому маргиналу в нее войти? Что-то было не так с семейкой Гермионы, Скабиор знал толк в семейных дрязгах. Опять встал вопрос, куда подевались ее родители? Умерли? Уехали?       Скабиор сел на кровать и быстро понял, что она ему — высокому мужчине — будет коротковата. Да и потом, прошлой ночью он уснул скорее вопреки, чем по собственной воле. Он посидел немного в этой заброшенной хозяйкой комнатке и решил вернуться к Гермионе.       — Не хочу я там спать, — Скабиор зашел в комнату и обнаружил, что Гермиона уже устроилась на большой двуспальной кровати. Было темно, только горел маггловский ночник, освещая комнату уютным теплым светом. — Я тебе что, карлик, в детской кроватке ютиться? — сварливо бросил он, садясь рядом на кровать. Гермиона спрятала лицо в подушку и никак не отреагировала на его появление.       — Эй? — Скабиор разлегся на кровати прямо поверх одеяла, несколько раз взбил подушку, чтобы было удобнее. — Пенелопа?       — Уходи, — пробубнила она. Темная волна распущенных волос закрывали обзор.       — Слушай, я тут подумал, что раз в прошлую ночь к нам наведались, то лучше, если я буду здесь, вдруг че, — Скабиор лег. И вдруг услышал тяжелое сопение. — Гермиона?       — Отвали! — шмыгнула носом девушка. — Оставь меня в покое хотя бы здесь!       — Нет, — уперся Скабиор. — Я сказал, что буду здесь. Буду на стреме. А ты спи.       Вместо ответа Гермиона издала тяжкий и горестный рев. Она оторвала голову от подушки, и Скабиор увидел, что девушка плачет. Глаза были красными от слез, нос распух. Она с ненавистью смотрела на него. Примерно как тогда в лесу. Понятно.       — Ты издеваешься надо мной, Скабиор?! — горько прошептала она, покачав головой. — Уходи! Я не хочу тебя видеть!       — Хочешь проснуться от нежного шепота авада кедавра на ушко в исполнении братьев Лестрейндж? — начиная закипать спросил у нее егерь, устраиваясь удобнее на подушке.       — Оставь меня в покое! — взвыла Гермиона и снова уткнулась в подушку. Зарыдала.       — Я буду здесь. Точка, — Скабиор подпер рукой подбородок и лег на бок. Лежал смотрел, как девчонка сотрясается в рыданиях. — Да что случилось, блять?       Девка еще пуще завыла, отвечая, видимо на его вопрос. Как жаль, что Скабиор не понимал истерический. Ну ладно, она ж не будет плакать вечность. Действительно, через какое-то время Гермиона успокоилась. Вытерла глаза одеялом. Уставилась в потолок. Скабиор молча наблюдал, как последние слезы высыхают на ее щеках, а дыхание из рваного становится ровным.       — Твои родители умерли? — высказал свою догадку егерь. Он почему-то подумал, что Грейнджер убивается по ним.       — Нет, — прошептала Гермиона, глядя в потолок. — Они живы.       — Тогда чего ты ревешь? — удивился егерь.       — Они далеко. Я лишила их памяти. И отправила очень-очень далеко, — девушка горестно скривилась, будто вновь собиралась заплакать. — Они никогда не вспомнят меня.       — Зато они выживут, — Скабиор криво усмехнулся и послал девушке ехидный взгляд, — в отличие от нас.       Гермиона грустно улыбнулась, уголки губ ушли вниз. Шмыгнула носом.       — Да все ты правильно сделала, не ной.       — Я хочу думать так. Просто… я скучаю, — Гермиона тяжело выдохнула.       — Расколдуешь их потом, вернешь память, снова сможешь зайти в свою комнату, — Скабиор попытался быть человечным и поддержать девку. — И, может быть, даже купишь туда нормальную кровать.       — Ты не подумал, что ее можно просто увеличить? — удивилась Гермиона.       — Какая разница. Я все равно буду здесь.       — Давай дежурить по очереди. Половину ночи ты, половину я, — предложила Гермиона. — Мы всегда так делали с Роном и Гарри.       — Со мной все иначе, милашка, — тут же заговнился Скабиор. — Я не сплю. Поэтому дрыхни.       — В смысле совсем не спишь? — удивилась Гермиона и даже посмотрела прямо на него, хотя все это время избегала зрительного контакта.       — Редко, — пожал плечами Скабиор, не желая особо вдаваться в подробности.       — Вчера ты спал, — возразила противным тоном Грейнджер.       — Если бы я спал, мы бы с тобой уже валялись с Авадами во лбу, — Скабиор ткнул ей пальцем прямо в лоб и постучал. Гермиона задержала дыхание, он опять был слишком близко, постоянно нарушал ее личное пространство.       — А почему ты не спишь? — Пенелопа с облегчением увидела, что Скабиор убирает свою руку от нее и ложится обратно на свое место. Между ними было и так всего лишь пол-локтя.       — Да хер его знает. Не сплю, — Скабиор покачал головой. — Поэтому я очень полезный сообщник. Могу вести всенощный дозор. Убивай пособников лорда только со мной.       Гермиона фыркнула. Потом закрыла свои глаза ладонью, провела по лицу убирая волосы назад.       — Бессонницу можно вылечить. Сны Без…       — Сны без сновидений мне как орку припарка, — перебил ее Скабиор, начиная беситься. — Все, что я пробовал, не дает никакого эффекта.       — Возможно, тебе надо просто надо изменить дозировку, — сонно прошептала Гермиона. — Я читала…       Она не договорила и вырубилась.       — Сладких снов, Пенелопа.       Скабиор как и обещал не сомкнул глаз всю недолгую ночь. Слава Мерлину, она оказалась не в пример лучше прежней. Никто не ломился в дом. Табу не дергало руку. В доме было сухо и тепло. Рядом сопела Гермиона. Скабиор мысленно похвалил себя за взятие левой груди. Ну почти. Дракклов халат.