pain.

Мингю снова возвращается с работы поздно, он сильно уставший и растрепанный. Вону встречает его с привычной улыбкой, настолько идеальной сыгранной, что уже вот два месяца Ким даже не замечает фальшивости.. или просто не хочет ее замечать. От младшего снова пахнет чужим парфюмом, на плече неяркий, но свежий засос. Вону снова молчит и ничего про это не говорит. Боится, что тогда Мингю окончательно уйдет от него, бросит, оставит одного. А Вону любит, так сильно любит, что готов простить ему абсолютно все. Он нервно закусывает губу, таким образом пытаясь остановить себя от попытки разрыдаться прямо сейчас, и аккуратно вешает деловой костюм на вешалку. В кармане он находит вскрытую упаковку презервативов, одного не хватает. Парень быстро кладет пачку обратно в карман и даже не чувствует, как сильно дрожь сковала его руки. У них секса не было больше месяца, младший все время сваливал все на усталость, говорил, что очень вымотался и сил не хватит даже на то, чтобы вставить. И Вону все это просто ест, каждое оправдание, каждую ложь он тщательно прожевывает и глотает. -Ты чего такой бледный? - спрашивает вышедший из душа Мингю и просто проходит мимо, хотя раньше никогда не упускал возможности обнять или поцеловать, просто так, без повода. -Мингю-я.. - Чон поворачивается лицом к младшему. - Я тебя люблю. И Ким не отвечает ничего, просто молча улыбается и прячется в гардеробной, чтобы переодеться полностью. Вону тихо всхлипывает и поднимает с пола мокрое полотенце, которым Ким только что вытирал волосы и кинул его там, где был. Он прижимает полотенце в лицу и втягивает в себя любимый аромат шампуня, который тот не менял уже три года. Сразу же в голове всплывают счастливые воспоминания из тех времен, когда их любовь все еще была взаимной. Чон с силой сжимает его в руках и спешит в ванную, чтобы с психу бросить в корзину с грязным бельем. На столешнице у раковины лежит телефон Мингю. Хочется заглянуть, узнать, что же или кто там, но в чем смысл? И без того понятно, что ему изменяют, и уже достаточно давно.. Что же ему делать? Как быть? Как сделать так, чтобы Мингю снова принадлежал только ему? Чтобы Мингю любил только его и никого больше? Он возвращается в комнату, где в кровати уже лежит его возлюбленный с выключенным светильником с его стороны. Снова лег спать не дождавшись, снова ни разу не поцеловал, кажется, даже ни разу не коснулся его с самого прихода. Чувство внутри стало таким болезненным, что Вону не смог сдержать громкий всхлип, который заставил Кима раскрыть глаза и посмотреть на старшего, застрявшего в дверях. Желудок сводит, ноги не держат, горло передавливают крики, желающие вырваться наружу. -Тебе плохо? - спрашивает Мингю, но без привычного в его голосе беспокойства. Будто спросил, потому что нужно. -Кто это?.. - хрипло сквозь слезы спрашивает Чон, не выдерживая больше такой атмосферы в своей когда-то любимой квартире. В ответ тишина, Мингю смотрит на него и взволнованно перебирает пальцами. - Я спросил, кто?! Вону переходит на крик, все его эмоции, копившиеся внутри два месяца, вдруг вылезли наружу. Сейчас он не был похож на привычного себя, сейчас он сломленный человек, чье сердце разбито на тысячи, миллионы кусочков. -О чем ты, Вону-ни? - Ким поднимается с кровати и натягивает широкую улыбку, пытаясь потянуться за поцелуем, но тут же получает размашистую пощечину. -В кармане твоего костюма открытая упаковка презервативов, такие же я находил в машине. От тебя пахнет кем-то незнакомым мне. - перечисляет Вону, чуть ли не загибая пальцы. -Презервативы.. я нашел их в машине.. видать мы и обронили. - Мингю по-тупому улыбается, и Вону снова хочет ему врезать. - А запах.. я же с большим количеством людей работаю, вот и впитался запах. -Я был полным идиотом, терпя твои выходки и измены последние месяцы. - Чон вытирает слезы с щек и направляется к гардеробной. - Надеялся и верил, что ты поймешь, что я лучше. Боялся, что ты меня бросишь, и я умру без тебя. Все эти слова он истерично кричит самому Мингю, скидывая его вещи с полок во все найденные им чемоданы. Костюмы и одежду на вешалках кидает вместе с ними, обувь летит прямо в коробках, а хотелось чтобы в наглую рожу Кима. -Малыш, давай поговорим? - пытается его остановить Мингю, удерживая за руки, но забывает, что Вону не такой слабый, каким кажется. Старший резво выбирается из крепкой хватки и прописывает своему уже бывшему парню новую пощечину, куда звонче предыдущей. Ему безумно больно это делать, очень тяжело выставлять все эти чемоданы на порог. В какой-то момент в голове даже промелькнула мысль все таки успокоиться, поговорить, простить, и он видит на лице Кима абсолютно холодный взгляд на всю эту картин. Его не любят. Он стал ненужным. Вону подходит к бывшему сильно вплотную и смотрит прямо в глаза, надеясь увидеть в них хотя бы маленькую искорку, но они пусты, в них ничего нет. И больше никогда не будет. Чон плачет, горько плачет, стучит кулаками по широкой груди перед собой и медленно сползает на пол. Он опускает голову, чтобы ничего не видеть, но отчетливо слышит, как чемоданы один за другим выкатываются в коридор, а после и шуршание пальто. -Прости, Вону. - негромко говорит Мингю и вздыхает. - Но с ним я чувствую себя настоящим, рядом с ним я так счастлив, как когда-то был с тобой. Я люблю его, очень сильно. Вону заливается еще более горькими слезами и кричит от внутренней боли в сердце, которое уже еле-еле стучит. Дверь громко хлопает, и он чувствует, как весь его мир трескается по швам. Даже понимая, что чувств к нему у младшего уже нет, слышать такие слова было так обидно и больно, что даже тяжело сделать вдох. Он снова остался один в этом жестоком и огромном мире, снова в одиночестве. Мингю был единственным человеком в его жизни, но и он ушел. Вону прижимается спиной к стене и аккуратно выдвигает нижний ящик комода рядом с ним. Он достает из нее аптечку и хватает все лекарства в таблетках, выдавливая их из упаковки и смешивая в большую горку. Одна за другой пропадают в его рту, лицо немного морщится от ужасного горького осадка на языке. И когда уже последнее колесико было запито какой-то водой, ждущей своего часа на комоде, дверь открывается. На пороге снова оказывается Мингю, и Вону кажется, что у него начались галлюцинации, только вот это совсем не видение, это реальность. Чон ничего не слышит из того, что ему кричит Ким. Тот с силой трясет его в руках и крепко прижимает к себе, вместе с ним проливая слезы. Вообще-то, Мингю вернулся за телефоном, все еще лежащим в ванной. -Вону! Вону, не отключайся! - младший кричит, шлепая Вону по щекам, пытаясь привести его в чувства. Только вот у него уже глаза стеклянные, сердце не бьется, грудь не вздымается от дыхания. По щеке течет последняя капля слезы, и Мингю снова сильно сжимает тело в объятиях. Он был так глуп, был такой тупой. Никого он не любил, кроме Вону. Но поздно понял, что сотворил.