Сигнал S. O. S

      Мысли Мондо были в полном беспорядке. Сейчас произошло так много сюжетов, что трудно это всё сложить вместе. Итак, он сказал что-то, что задело Майки, тот его чертовски сильно напугал, на него напал Слэш, а на Слэша напал доктор Роквелл. Итог: стена дома Эйприл пробита, а Майки куда-то подевался. В грудную клетку Мондо потихоньку наполнял жар. Как можно было так оскорбить Майки?! Разве он этого заслуживает? Это было не по-мужски. — Слэш, что это было? — тихо прошипел Мондо, глядя на него снизу-вверх. Черепаха нахмурилась и просто посмотрела на геккона в ответ. — Говори конкретнее. — Ты зачем напал на Майки? — Он напал на тебя. — Он не нападал на меня, — Мондо сжал руки в кулаки и шагнул вперёд. — Да, мы типа поссорились, но это наше с ним дело. Я не просил тебя как-то заступаться за мою честь. — Мондо, он назвал тебя Джейсоном, — недовольно добавляет Слэш. Геккон проглотил комок обиды в горле. Мондо похоронил Джейсона не так давно. Было больно слышать это имя, особенно от Майки, который как раз и подарил ему новую кличку. Это была явная провокация на конфликт. Тем не менее это их дело. — Тем не менее это не твоё дело. И даже так ты не имел права так вести себя с Майки. — Рад, что мы пришли к тезису проблемы, — заявил доктор Роквелл и отряхнул колени от пыли. — Ты назвал депрессивную рептилию бесполезным, а затем он куда-то подевался. Слэш, ты вмешался в чужой конфликт. Бывший питомец Рафа раздражённо простонал и закатил глаза. — Ну извините, что меня взбесило то, что этот гадёныш открывает свой рот в сторону моего товарища по команде. Я что, должен его жалеть из-за того, что у него какая-то там депрессия? — Никто не просит тебя его жалеть, — доктор недовольно фыркнул и махнул в его сторону рукой. — От тебя требуется не подливать масла в огонь и не сбрасывать ему на панцирь коктейль Молотова. — Вот только не нужно меня учить как себя с ним вести, — Слэш презрительно скривился. — Если я считаю его тюфяком, я так и скажу. — Насколько я помню, Рафаэль просил тебя проследить за своим братом, — раздражённо добавляет Роквелл, на секунду прикрыв глаза ладонью. — Оскорблять его и проламывать им стены — это явно не то, чего он хотел. Слэш агрессивно зарычал и указал себе на горло. — Он у меня вот здесь, док. Вы знакомы с ним совсем немного, когда как я знаю Микеланджело годы. Уж поверьте, с ним невозможно нормально жить. Два голоса слились в один, когда мутанты начали поднимать шум. Мондо решил просто покинуть дом. Ему срочно следует подышать воздухом.

***

      Кожеголовый высыпал немного смешанного корма из огромной бочки в кормёжку курам. Они начали обгонять друг друга, лишь бы выклевать больше своих соседок. В течение прошедшего времени курицы привыкли к такому большому крокодилу и перестали паниковать. Наверное, старая шляпа Микеланджело помогла им его принять… Хотя возможно они сначала подумали, что он его съел. Поэтому и перестали паниковать, а то вдруг он взбесится. Зачем Кожеголовый вообще пытается наладить контакт с курами? Почему бы и нет в принципе? Одна курица, Мэделин, снесла пару яиц. Жалко, что у него не было в этот момент камеры, поскольку она бы в принципе в его руках долго не прожила бы. Кожеголовый застал момент зарождения новой жизни. Ему бы хотелось съесть вкусный омлет, но смотреть на детëнышей довольно занимательно. Сколько им требуется времени, чтобы вылупиться? Лучше спросить у Микеланджело, тот как раз недавно в амбар забежал. Конечно, часть его хотела рвануть туда за ним, но другая часть его остановила. Во-первых, доктор Роквелл запрещает им со Слэшем туда ходить, потому что, цитата: «Вы будете там вместе как слон в посудной лавке». Во-вторых, Кожеголовый должен доверять своему первому другу и не преследовать его каждый раз. Вряд ли он сделает что-то страшное в амбаре. Разве что что-то сломает и поранится. Поранится… Кожеголовый широко раскрыл свои глаза. Микеланджело долго нет. Зачем он его спокойно пропустил в амбар? Крокодил взял в руки явно напуганную курицу и пошёл к амбару. Одной рукой он поглаживал коричневые перья Камиллы. Ему нужен был повод начать разговор, чтобы это не выглядело вмешательством в его жизнь. — «Эй, Микеланджело, как сделать так, чтобы куры перестали меня бояться?» — наугад сказал Кожеголовый как только встал напротив двери в амбар. — Или нет, это не первое, что стоит говорить… Лучше сначала сказать про яйца, которые Мэделин снесла, а потом… Да, так и сделаю. Кожеголовый выдохнул и неуверенно поднёс руку к двери. Ему просто надо постучать. Просто постучать, извиниться за вторжение и попросить помощи по уходу за курами. И за беременными курами тоже. Это сойдёт за начало разговора. На самом деле ему страшно открывать эту дверь, потому что представляет себе за ней самые страшные картины. Микеланджело мог уединиться, потому что говорил с кем-то по телефону… В конце концов сегодня Леонардо собирался позвонить. Если бы Микеланджело разговаривал по телефону, он бы услышал его голос? В ответ раздался сильный грохот внутри, из-за которого Кожеголовый отбросил все свои тревожные мысли и просто открыл дверь. Хорошая новость: ничего острого Микеланджело в руках не держал и никакого кровотечения не было. Плохая новость: черепаха-мутант лежит в кругу из стеклянных бутылок с алкоголем. Ужасная новость: жидкости там нет. Вокруг его друга пять пустых бутылок. Курица мигом слетела с рук крокодила, и тот в панике подскочил к ниндзя и приподнял одной рукой его затылок. — Микеланджело, что ты устроил? Опухшие глаза друга слегка приоткрылись. Его зелёные скулы сильно порозовели, а губы изобразили глупую беззаботную улыбку. — Пр-вет, Кжголвый. Кожеголовый накрыл ладонью его лоб и широко раскрыл глаза. — Микеланджело, да ты весь горишь. — О д-да-а-а, — Майки пьяно хихикнул и закатил глаза. Его рука начала медленно шарить по полу в поисках дополнительного спиртного топлива. — Эт пркольно. — Почему я вообще позволил тебе пройти мимо меня? — тихо пробормотал себе под нос Кожеголовый, останавливая руку друга. — Так, Микеланджело, приготовься. Крокодил перевернул мутанта на правый бок, и из него мгновенно вырвалась рвота. В процессе Микеланджело задел ногой пару бутылок, и те навалились друг на друга. Кожеголовый тут же отбросил их подальше одним взмахом хвоста. Почему-то это вызвало у него смех. — Ой, ха-ха. Прсти м-ениа… — Сколько ты выпил? — чуть более терпеливо интересуется Кожеголовый. Паника тут не поможет. Он ненароком оглядывает эти пять пустых бутылок и мысленно надеется, что что-то из этого просто пролито где-то дальше, а внутри Микеланджело лишь одна бутыль. Какой смысл ему задавать вопросы пьяному мутанту, когда тот в таком состоянии ему не ответит? Майки икнул и хохотнул с этого. — Йа-а… У мня зве-…зво-…звë-ë-ëзды пред глзами, — Майки засмеялся и лениво провёл у себя над лицом ладонью. — О Боже… Майки вытянул ноги и руки в стороны и начал изображать создание снежного ангела. — Вып-пий с-со…мноуй? — Нет, я уже бросил, — автоматически поясняет Кожеголовый и подкладывает руку черепахе под шею, помогая тому принять сидячее положение. Майки посмотрел на крокодила безумно обиженным взглядом и скрестил ноги в позе медитации. — Ой… Ты пил б-бэз меня? — Пойдём в дом, — сказал Кожеголовый, легко поднимая Майки и укладывая себе на плечо. Глаза черепахи широко раскрылись, а руки сильно скользили по чешуйчатой спине. — Кжголвый, п-пставь меня… Г-глава круж-жтся… — Скоро тебе станет лучше. Майки чувствует, как его панцирь скользит вниз. Кожеголовый поменял чужую позу, чтобы тело пьяного мутанта не висело вниз головой, а просто было в ловушке объятий. Крокодил серьёзно глядел в сторону дома. Почему-то он явно понимал, что Майки кто-то подтолкнул к употреблению выпивки. — Всё. Я глаз с тебя не спущу. Он хотел дать немного личного пространства для друга, потому что понимал, что своей опекой семья Майки его душила. Это было ошибкой. Не стоило позволять ему оставаться одному.

***

      Майки лежал на диване с прохладной тряпкой на лбу, а вокруг него собрались зрители. Слэш стоял рядом с дверью, явно рассчитывая на то, чтобы поскорее отсюда уйти. Мондо сидел на подлокотнике, практически вплотную к макушке Майки. Доктор Роквелл нашёл себе местечко в кресле-качалке. А вот Кожеголовый сидел рядом с диваном, как сторожевая собака. Конечно, при этом он смотрел на своего друга и почти не моргал. Мёртвую тишину нарушила икота Майки, которая безумно его рассмешила. — Ой, ха-ха. Прстите. Слэш раздражённо простонал и прикрыл глаза рукой. — Ну? — нарушил напряжённую тишину Кожеголовый. — Никто мне не объяснит, откуда у Микеланджело возникло желание напиться? Не было такого, чтобы каждый чувствовал себя в своей тарелке, находясь рядом с сердитым крокодилом-мутантом. За его самым близким другом не смогли уследить, а это тот ещё проступок. — Мне кто-нибудь ответит или мы так и будем играть в молчанку? В голосе Кожеголового было слышно грозное рычание. Слэш цокнул себе под нос. — Он набросился на Мондо. Кожеголовый задумчиво уставился на Слэша, ожидая подробности. — Да никто на меня не набрасывался, — добавляет Мондо, опустив взгляд в пол. — Он назвал его Джейсоном. — Я сам напросился, — Мондо поднял подбородок, смело поглядывая то на Слэша, то на Кожеголового. — Я ляпнул что-то глупое. — Это его не оправдывает. — Тебя тоже. — Вы сейчас ведёте себя как старые супруги, — раздражённо добавляет доктор Роквелл, на что Слэш тут же грозно смотрит на него и восклицает «заткнись, док». — И не нужно меня здесь затыкать. Спор остановил болезненный стон Микеланджело. Он едва повернулся на правый бок и его тут же стошнило в подставленное телепатической силой Роквеллом ведро. Внезапно заиграла динамичная мелодия телефонного звонка, под которую Майки принялся с удовольствием напевать. Доктор Роквелл заглядывает на дисплей телефона с ракушкой. — Это Донателло. Слэш фыркнул. — Получается, это ты говоришь, что их брат малость перебрал. У дока только дёрнулась одна ноздря, что ясно говорили о его раздражении. — Здравствуй, Донателло. — Приветствую вас, док… Хотел узнать, как у вас дела. Обезьяна-мутант медленно переместил взгляд с потолка на пьяное зелёное тело на диване. — Раз уж ты заговорил о Микеланджело. Дело в том, что он… Роквеллу не нужно было быть экстрасенсом, чтобы ощутить, как в канализационном воздухе где-то под Нью-Йорком поднимается паника. — О Ками-сама, я так и знал, что что-то случится! Никуда не уходите, я сейчас приеду!.. Лео, Лео, ты где?! Срочно подойди!.. — Донателло, угомонись, — быстро пробормотал доктор Роквелл в мобильник и пару раз махнул в сторону левой рукой. — Какие же вы, рептилии, эмоциональные. Крайне, — он кидает весьма красноречивый взгляд на Майки, а затем оглядывает каждого в комнате. Только сейчас до него дошло, что его окружают одни рептилии, — крайне эмоциональные. Именно сейчас Роквелл почувствовал себя родителем. Рядом агрессивный крупный амбал с шипастым панцирем, не менее крупный психически-неустойчивый лабораторными опытами крокодил, ящерица в пубертатном периоде и депрессивный алкоголик с синдромом дефицита внимания и гиперактивности. Куда, спрашивается, подевались все нормальные знакомые доктора Роквелла? А родители обычно делают так, чтобы их дети не попадали в тюрьму или в угол. Доктор недовольно поморщился. — Микеланджело сейчас спит. Мондо ошарашенно выпучил глаза. — Док? — Спит? Роквелл согласно промычал и кивнул сам себе. — Он точно спит? Сейчас как-то рано… В этот момент Майки решил заявить о себе так, словно у него в руке был громкоговоритель. — Рмень вокрг талии, а не вкруг шеи! Мондо тут же подскочил и уложил Майки лицом в подушку, пока доктор Роквелл пытался убить черепаху взглядом. В комнате и по ту сторону экрана телефона возникла тишина, из-за чего обезьяна-мутант мысленно привязал всех к железной дороге. — Подождите, это был Майки? — Он говорит во сне. Не буду врать, Донателло, уложить его спать — это тяжёлая задача. — Доктор Роквелл? В динамике возникло пару новых голосов. К разговору подключились Леонардо и Рафаэль. Слэш тут же прислушался. — Как Майки сейчас? — спрашивает лидер команды. — Мы звонили ему много раз, но он не отвечает на звонки. — Так О’Нил советовал больше природы и меньше техники. — Как прошла психотерапия? — добавляет Рафаэль. — Какие таблетки, процедуры, продукты питания? — сразу же интересуется Донателло. — Всё под контролем? Доктор Роквелл снова смотрит на Майки, которого снова тошнит. Кожеголовый оказался рядом вовремя и поглаживал друга по панцирю. Он бы ушёл в другую комнату для разговора, но эти рептилии опять начнут препираться и не станут фильтровать свой базар. — На самом деле ещё рано об этом говорить. Шинигами отправилась в город за всем необходимым, следовательно таблетки, здоровая еда и психостимуляторы будут на высшем уровне.              Братья тревожно переглядываются, и Донни сильнее сжимает Чи-Фон. — Док, не оставляйте его одного. — Уж поверь, Донателло… Теперь за ним будет усиленный контроль. Немного напрягало то, что док выделял какие-то слова. Это заставляло сильнее переживать. Лео положил руку младшему брату на плечо и сжал его в попытке хоть как-то поддержать, хотя они все здесь в одной лодке. Донни никак не отреагировал на этот жест, и его телефон осторожно вытянул себе Раф. — Мы серьёзно… Ни в коем случае не оставляйте его одного. Майки может... — Раф глубоко вздохнул и сглотнул комок в горле. Ощущение, что в его желудок забросили камни. Он с сомнением смотрит на расстроенных братьев. Они все скучают по своему братишке… Сам Раф всё бы отдал, чтобы Майки был здесь, с ними. — Майки сделал кое-что, — неуверенно выдаёт Раф. В голове против воли предстали чудовищные образы его младшего брата в ванной…со вскрытыми венами. Бледный, практически мёртвый, одинокий. И всё из-за них… — Я не хочу, чтобы это…повторилось. Донни резко вздрогнул. Лео дёрнулся назад и с тревогой взглянул на брата. Ди просто замер на месте, и у него из глаз текут слëзы. — Нет-нет, Донни, Майки жив. В ушных раковинах стоял какой-то белый шум. Раф с тоской наблюдал за тем, как Лео успокаивает Донни. У их лидера сильные мешки под глазами, боль в пояснице и чрезвычайно острое чувство вины, а он всё равно старается держать лицо перед младшим братом… Теперь Донни их самый младший братец, и Лео старается изо всех сил, чтобы все верили в то, что Майки станет лучше и он скоро вернётся к ним. Наверное, поэтому Мастер Сплинтер и выбрал Лео… Он может легко переключаться с роли командира на старшего брата. Ситуация с Майки заставляет анализировать каждый жест его братьев, потому что вдруг с кем-то происходит то же самое? Раф не переживёт, если что-то подобное повторится. Его семья не должна быть несчастной. — Рафаэль? Что Микеланджело такого сделал, что вы поняли, что у него депрессия? Раф вздрогнул и вытер кулаком нос, не забыв ещё несколько раз поморгать, дабы слëзы не мешали говорить. — Мы не говорили, — тихо пробормотал Раф. Внезапно вся его прямолинейность, весь гнев куда-то пропали. Он словно язык проглотил. Как можно сказать об этом вслух? — Док, тебе лучше присесть. — Я тебя не понимаю. Раф глубоко вздохнул и выдал с ходу: — В нашей команде было бы на одну черепаху меньше, если бы мы не успели вовремя… Роквелл отключил телефон, оставляя черепах одних переживать эти воспоминания снова.