You're the one I need

      — Чимин, — произнёс Намджун с тяжёлым вздохом. — Ты точно в этом уверен? — вопрос прозвучал довольно строго, ведь сейчас они говорили довольно о важных вещах, и если Чимин сомневался или сказал об этом не подумав, то им не следовало продолжать этот диалог.              — Да, — выпалил он, продолжая всё также серьёзно смотреть в глаза своего партнёра. — Я думал, что после моей течки мы будем делать это намного чаще, но ты снова совсем ко мне не прикасаешься. Почему ты сдерживаешься рядом со мной? Я хоть капельку привлекаю тебя? После течки я ни разу не видел, чтобы ты хотел меня, — обиженно произнёс Пак, надув немного губы. Он отвёл взгляд и опустил его, как только почувствовал, как на щеках стал выступать румянец.              — Чимин, — раздражённо позвал Ким своего мальчика, снова издав глубокий вздох. — Я сдерживаю себя, чтобы не навредить тебе. Ты даже представить себе не можешь, что мне хочется с тобой сделать, когда ты исполняешь все мои просьбы или приказы, — объяснил Джун, ощущая, как член в штанах дёрнулся, и в них стало гораздо уже. — Ты совсем не готов к тому, чего мне хочется, — вынес он вердикт и отвернулся к раковине, дабы смыть остатки прилипшего теста.              — Я никогда не буду готов, если мы не будем этого делать! — повысил голос Чими, а когда осознал, что он сделал, то тут же стушевался и поджал свои губки. — Прости, я не хотел кричать, — извинился он, однако было уже поздно.              — Нет, знаешь, ты прав, — Нам повернулся обратно к нему и подошёл вплотную. — Я сейчас же покажу тебе то, чего ты так жаждешь.              Мужчина взял мальчишку за руку и повёл за собой в сторону спальни. Он довольно крепко сжимал его предплечье, так что вырваться у маленького просто не было шансов, как бы он не пытался.       Придя в комнату, альфа отпустил омегу, но прежде чем отойти в гардеробную за некоторыми вещами, он одарил его суровым взглядом и приказал никуда не уходить. Не смея ослушаться команды, Мини остался стоять на месте, боясь того, что его ждёт. По спине пробежали мурашки, а кровь стала течь намного быстрее, заставляя сердце биться с безумной скоростью. Никогда прежде ему не приходилось видеть своего бойфренда таким раздражённым, и чем это могло закончиться, он не имел ни малейшего понятия. Ему оставалось только надеяться на то, что всё обойдётся и что его пятой точке не сильно достанется.       Но всем его надеждам пришёл конец, когда папочка вернулся с полной коробкой незнакомых для него вещей. Только от одного её вида ему стало не по себе, ведь содержимое сильно пугало. Кроха замер на месте не в силах подойти ближе. Это не осталось незамеченным от глаз бизнесмена, но он лишь хмыкнул и стал выкладывать находящееся внутри на постель. С каждой новой вещью пульс в ушах юноши усиливался, а ладони становились всё более влажными. Взрослый игнорировал все тревоги своего возлюбленного и молча доставал предметы, пока все они не оказались на кровати.              — Подойди, — потребовал предприниматель и нахмурился, заметив, что его не послушались. — Чимин, сейчас же подойди, — повторил он грубо своё указание.              — Папочка, не надо, — запротестовал младший, не сдвинувшись с места. — Я был не прав, пожалуйста, не надо всего этого, — стал он умолять, но все его слова были оставлены без внимания.              — Считаю до трёх. Если ты не подойдёшь, то будет только хуже, — прибегнув к угрозе, актив стал вести отсчёт. — Один, — произнёс он и одарил пассива мрачным взглядом.              Решив не усугублять и без того своё плохое положение, подросток подошёл к своему «опекуну» и встал рядом с ним. Не теряя времени, доминант схватил розовые кожаные ремни от наручников с мехом внутри и стал застёгивать их вокруг тонких запястий саба. Тот спокойно стоял и не дёргался ровно до того момента, пока его руки не сковали за его спиной. Он попытался ими пошевелить, но ничего не вышло, чем вызвал на лице старшего ухмылку.              — Туго, — пожаловался детка и посмотрел на своего парня. — Папочка, отстегни. Мне не удобно. Зачем ты это сделал? — парнишка пытался давить на жалость и никак не унимался, продолжая свои попытки освободить руки.              — Нет, Чимин, не отстегну. Ты сам этого хотел, а теперь пытаешься избежать ответственности? Так не получится, сладкий, — выдал верхний и подтолкнул нижнего поближе к кровати. — А теперь закрой свой очаровательный ротик, или я закрою его сам. Ты ведь не хочешь лишиться ещё и возможности говорить, так ведь?              Кивнув в знак согласия, малыш закрыл свой прелестный ротик и больше не смел ничего говорить. — Умница, — похвалил его Ким и надавил на хрупкую спину, заставив тем самым улечься на мягкий матрас, а после рывком стянул с него шортики вместе с нижним бельём. Малютка же вздрогнул от резкого действия и стал настраивать себя на наказание.       Намджун подошёл ближе и встал за спиной. Он звякнул бляшкой своего кожаного ремня и вытащил его из петель брюк. Обмотав один конец вокруг ладони и туго его натянув, он щёлкнул кожей, как хлыстом. От услышанного звука, паренёк сглотнул. Прежде Джун никогда не использовал свой ремень в качестве воспитательных целей, а сейчас собирался его им отшлёпать так сильно, чтобы Пак надолго запомнил то, что не стоит его провоцировать. Подопечный замер от напряжения в воздухе, а его спина напряглась в ожидании удара, который был готов вот-вот обрушиться. Медленно подняв ремень, глаза Нама сузились, а губы сжались в тонкую линию. Он не торопился действовать и давал Чимину время осознать, что сейчас произойдёт.              — Ты сам напросился, — тихо произнёс мужчина твёрдым и холодным голосом.              Первый удар раздался с резким свистом, не заставив себя долго ждать. Чими подпрыгнул от неожиданности, сжав крепко зубы. Кожа ремня оставила на его теле яркую полосу, но он так и не издал звука, а лишь глубже вжался в матрас. Не дав сабмиссиву перевести дух, дом не останавливаясь нанёс ещё несколько ударов, которые расцвели багровыми пятнами на его молочной коже ягодиц. И с каждым новым хлопком, движения Намджуна становились всё более точными и расчётливыми, сопровождаясь короткими щелчками.       Мини поджал губы, ощущая, как жгучая боль растеклась по его попке, оставляя за собой следы огня. Альфа же не торопился, наслаждаясь каждым моментом, каждым звуком, который издавал ремень, встречаясь с бархатной кожей. Чи сжал свои пальчики в кулачки, чувствуя, как каждая полоса прожигала его изнутри. Дыхание стало прерывистым, а на глазах выступили слёзы, которые тут же потекли по лицу маленькими струйками. Однако он продолжал молчать, как ему и приказали. Ремень снова свистнул в воздухе, оставляя новый след, и омежка невольно дёрнул своими ручками, заставив цепь между наручниками звякнуть. Не обращая внимания на его сопротивление, папочка, не останавливаясь методично наносил удары, пока вся жопка его «чуда» не была покрыта красными отметинами, каждая из которых горела, как раскалённый металл.       Чима едва сдерживал стоны, но даже малейший звук мог вызвать ещё большее наказание. Тело дрожало, а сердце бешено колотилось в груди, словно пытаясь вырваться наружу. Бизнесмен наблюдал за его реакцией и лишь усмехался, получая удовольствие от своей власти и покорности своей маленькой «прелести».              Ремень в очередной раз взметнулся в воздухе, и последний удар обрушился на уже воспалённую кожу. Мальчик зажмурился, чувствуя, как слёзы продолжали катиться по щекам, смешиваясь с потом. Пальцы обессилено разжались и попытались прикрыть израненные ягодицы, но боль от прикосновений была невыносимой, и он убрал ручки, шмыгнув носом.              — Ты молодец, малыш, — прошептал предприниматель, наклонившись к его уху. — Но это ещё не всё, — его голос прозвучал как ласка, но в нём просквозила и угроза.       Взрослый отошёл, и не смотря на его слова, кроха подумал о том, что всё закончилось, ведь дальше ничего не последовало. Он позволил себе на мгновение прикрыть глаза и расслабиться, чтобы перевести дух, но звук открывающейся крышки вернул его в реальность и вынудил вновь напрячься, а также ощутить дрожь в руках. Только сейчас он осознал, что они затекли, а потому снова ими дёрнул, пытаясь освободиться. На что миллиардер обратил внимание и лишь усмехнулся, явно получая удовольствие от того, что попытка его подопечного не увенчалась успехом.              — Папочка, — тихо позвал его парнишка, нарушив просьбу о молчании. — Ручки затекли, — пожаловался он в надежде на то, что их отстегнут.              Решив сжалиться, старший всё же отстегнул руки любимого и, не снимая с его запястий ремней, принялся их разминать. На какое-то время ему пришлось забыть о том, что он планировал сделать, и сбавить обороты, чтобы немного успокоить мальчонку. Он аккуратно массировал его онемевшие конечности и изредка подносил их к своим губам, чтобы оставить лёгкие поцелуи.              — Назовёшь мне цвет, котёнок? — попросил «опекун» своим более мягким голосом. Он начал переживать за состояние младшего, ведь обошёлся с ним весьма жестоко для его второго раза. Но что сделано, то сделано, и он обязательно загладит свою вину перед ним. Обработает все ранки и приласкает. Только позже. Сейчас им было необходимо закончить начатое. При условии, конечно, что нижний в состоянии продолжать.              — Зелёный, — не задумываясь дал он ответ.              — Ты уверен? — не веря словам пассива, переспросил актив и нежно погладил его по спине. — Я ведь явно перестарался.              — Я доверяю тебе, папочка.              Ким замер, а в комнате образовалось молчание. Повисшее ранее напряжение начало медленно отступать. Атмосфера изменилась на более лёгкую и расслабленную, ведь этих слов было достаточно, чтобы он испытал, как тепло разлилось по его телу. Слова «я доверяю тебе» были словно сладкий бальзам на его душу; в глазах юноши совсем не было осуждения, только понимание и нежность. Намджун наклонился и оставил ещё один поцелуй, но уже на затылке своей детки, ощутив, как пушистые и светлые волосики щекотали его нос.              — Хорошо, — произнёс он, убедившись в том, что Пак в порядке. — Давай продолжим, — пригладив шелковистые пряди, Нам осмотрел Чимина и слегка нахмурился, не довольствуясь его положением. — Малыш, заберись на кровать и встань на четвереньки, — попросил он своим добрым голосом.              Чими, немного колеблясь, послушно переместился на кровать. Его сердце по-прежнему быстро стучало, однако волнение смешалось с доверием. Он встал на четвереньки, ощущая как матрас мягко прогнулся под его весом. В такой позе он чувствовал себя уязвимым, но в то же время, защищённым последовавшим взглядом своего бойфренда, который смотрел на него с полной любовью и заботой.              — Прогни теперь спинку, — сказал верхний и слегка надавил на лопатки нижнего, дабы он принял соответствующую позу. — Опустись полностью на плечики, а ручки вытяни вдоль тела, — посоветовал он.              — Вот так? — поинтересовался малютка, выполнив указание.              — Да, умница, — похвалил его папочка, осторожно проведя ладонью по красной попке.              От прикосновения ребёнок вздрогнул и попытался отстраниться, но крепкая рука вернула его обратно. — Чимин, стой спокойной, — чуть строже приказал доминант. Он взял ранее открытый тюбик, поднёс его к розовому колечку мышц, выдавил немного смазки и, прежде чем вставить первый палец, размазал её по всей сжавшейся от холодной субстанции дырочке. Из-за неожиданного ощущения Мини слегка застонал, но попытался расслабиться под уверенными движениями своего партнера. Каждое касание к нему было бережно, и с каждой секундой он ощущал, как давление уходило.       Сосредоточившись на приятных ощущениях, которые постепенно нарастали, второй палец последовал за первым, заполняя его новыми эмоциями. Вместе с нежностью шло и возбуждение, заставляя кровь прилегать к лицу, окрашивая его в красный оттенок. От трепетных поглаживаний Чи становилось тепло и уютно, а волнение постепенно растворилось, уступая место приятной близости. Пламя страсти разгорелось между ними, и он не смог сдержать лёгкое всхлипывание, когда третий палец осторожно вошёл в него.              Дом продолжал подготавливать подростка до тех пор, пока пальцы не начали свободно двигаться. Тогда он вытащил их и, достав из заранее подготовленной пачки презерватив, раскатал его по всей своей длине. Давно вставший член всё время давал о себе знать, и теперь альфа, наконец-то, мог избавиться от неприятного сдавливания. Медленно проскользнув в гладкую и влажную промежность, он шумно выдохнул, а снизу послышался слабый стон.       — Больно? — спросил Намджун, прежде чем войти дальше.       — Нет, — помотал Чимин головой, уверяя своего парня в том, что он в порядке.       — Тогда я продолжаю, — предупредил его Ким и двинулся ещё, пока тугие стенки не обволокли всю его эрекцию. — Чёрт, как же туго, — хрипло выругался он и закинул голову назад, убрав со лба прилипшие пряди.       Дав мальчику время, мужчина не торопился начинать движение. Он вполне понимал, что это был их первый настоящий опыт, а потому не желал совершать каких-то резких действий до тех пор, пока омега полностью к нему не привыкнет. Изгибаясь под весом бизнесмена, он пытался настроиться на новые ощущения. Его дыхание становилось всё более ритмичным, а тело постепенно расслаблялось. Каждый миг, проведённый в этой интимной близости, заставлял испытывать его новые эмоции, которые прежде переживать не приходилось.       Медленные и осторожные движения предпринимателя постепенно стали приносить крохе удовольствие, которое охватило всё его тело. Он сжал свои губки, стараясь подавить еле сдерживаемый стон, когда миллиардер стал двигаться более уверенно. Каждый прокат вызывал в его теле новое ощущение, словно они раскрывали новую грань их близости.       Постепенно комнату стали заполнять более громкие стоны и вздохи, а Джун уже не боялся делать уверенные и рванные толчки. Он полностью выходил и входил обратно, загоняя свой ствол по самый узел, который уже успел сформироваться. Постепенно его темп стал ещё быстрее, и младший сжался. Он стонал прозвище старшего, утыкаясь лицом в подушку, не в силах терпеть эту сладостную пытку. Головка члена прошлась по комку нервов, и ему стало так хорошо, как никогда прежде. До такой степени, что перед глазами появились звёздочки.       Нам сделал ещё несколько глубоких фрикций, прежде чем вогнать узел и излиться внутрь. Мальчишка кончил следом на постельное бельё и шмыгнул носом, когда горячий и уже немного опавший член вышел из него.       — Ты молодец, — похвалив своего малыша, взрослый мягко уложил его на испачканную постель и прижал к себе. — Как себя чувствуешь? — шёпотом поинтересовался он и убрал с личика малютки мокрые волоски.       — Я в порядке, — промурлыкал студент и прижался к крепкой груди.       — Нам надо в ванну, но сначала мне надо проверить наш ужин, а еще принести тебе воды. Полежишь тут один? — спросил профессор и погладил мальчонку по волосам. — Я быстро, — пообещал он и аккуратно встал, чтобы не потревожить уставшее тело парнишки.       Уйдя на кухню, он проверил состояние рыбы и печенья. Пока они занимались «любовью», то духовка всё это время работала, и в итоге всё, что в ней было сгорело. Так что, тяжело вздохнув и налив малютке воды в его стаканчик, преподаватель решил, что будет проще, да и быстрее заказать что-нибудь на дом.       — Как насчёт пиццы и горячей ванной с бомбочками и пенкой? — предложил Ким, вернувшись.

***

      Заказав пиццу и набрав горячую воду, Намджун поднял Чимина на руки. Он занёс его в ванную комнату и плавно опустил в воду. Из-за высокой температуры она обожгла повреждённую кожу Пака, заставив его вздрогнуть. Джун обещал обработать его травмы после принятия душа, а пока что ему пришлось опуститься на колени мужчины и облокотиться спиной о крепкую грудь.       — Какую бомбочку хочешь использовать? — полюбопытствовал Нам, протянув корзинку со всеми бурлящими шарами, которые только у него были.       — Эту, — показал пальчиком Чими перед тем, как взять её в ручки. — Она розовенькая и пахнет клубникой, — весело хихикнув, сообщил он и опустил шар в воду. Он тут же зашипел, вызывая у него ещё больший восторг.       — Рад, что тебе нравится, — с улыбкой произнёс преподаватель, прижимая юношеское тело к себе плотнее. — Прости, что был груб с тобой. Ты не виноват в том, что хотел близости. Это я слишком боялся тебе навредить, а потому не решался действовать. Прости меня, малыш, — стал он извиняться, а голос стал немного тише.       — И ты тоже меня прости. Мне стоило проявить терпение и понимание, ведь ты стараешься заботиться обо мне, а я так себя повёл, — решив, что виноват не только бизнесмен, Мини тоже произнёс свои извинения.       — Мы оба хороши, — с усмешкой заключил предприниматель.       Покинув ванну, миллиардер обработал оставленные им ранки на нежной коже своего возлюбленного, а после отправились кушать. Оставшийся вечер они провели за просмотром очередного мультфильма и поеданием пиццы. Чем всё закончилось, пара уже и не помнила, но с уверенностью могла сказать, что это было самое лучшее свидание, которое только у них было.