Часть 2
22 марта 2024 г., 20:25
Второй курс подкрадывается незаметно. Начало учебы и обязательства, которые преследовали каждого студента, вводили в уныние. Жёлтые листья, постоянная пасмурность и дождь, очень много дождя.
Сегодня во время очередного потопа — последствия ливня, Женя решила остаться в постели и не идти на учебу. Она сочла плохую погоду причиной для прогула. Хватало только представления о том, что пора одеваться теплее, чтобы остаться в комнате.
Уткнувшись в подушку, девушка, чуть улыбнувшись, провела ладонью по идеально выбритой щеке рыжеволосого парня. Тот поморщился, переворачиваясь на другой бок.
— Серёж, — сонно протянула девушка, вылезая из-под одеяла, — опоздаешь.
Ей нравилось жить с Разумовским. Конечно, им не всегда удавалось побыть наедине и уснуть в объятиях друг друга, но это были поистине искренние дни вместе, всему виной Олег. Укрываясь ночной работой, он часто оставлял комнату на Серёже, а тот, в свою очередь, проводил вечера не за ноутбуком и написанием курсовых, а за объятиями, поцелуями и последующими логическими действиями.
Парень ворочается и снова погружается в сон, не замечая переползающую через него девушку.
— Серёжа, — ласково шепчет она, убирая с заспанного лица пряди волос, — ты не любишь опаздывать.
Слова подействовали, и уже через несколько секунд из-под одеяла слышится недовольное бурчание.
— Я приготовлю завтрак.
Видеть на кухне девушку в мужской части общежития не является непривычным. Дёмина не первая, кто додумалась жить с парнем, всего лишь забравшись через открытое окно на первом этаже. Камер не было, а коменданты мало интересовались личной жизнью студентов, даже если это нарушало устав.
На кухне её встречает грустная улыбка Сашки Кузнецова с первого этажа. Он добродушно уступил половину плиты и поведал ей тайны студенческой супружеской жизни.
Вооружившись несколькими тарелками с яичницей и бутербродами, шатенка зацепила свободным пальцем кружку с быстрозавариваемым кофе.
Разумовский уже не спит — лениво натягивает джинсы, разглядывая заполненный текстом файл. Зевает и, кажется, готов заснуть снова. Тарелка с яичницей опускается на стол, привлекая внимание рыжеволосого.
— Доброе утро.
Женя на цыпочках подходит к парню, обвивая вокруг его шеи руки, чувствует, как тяжелое тёплое дыхание касается её живота.
— Моя футболка, — улыбка появляется на его губах.
Жизнь с Дёминой, почти совместная жизнь, стала для Сергея открытием. Приятное пробуждение по утрам, завтраки, отчего отсутствие Олега рядом чувствуется не так бурно, а самое главное — поддержка, которой так не хватало ему во время работы над пробной версией Vmeste.
— Твоя, — толчок в грудь, и они снова лежат в постели. Маленький аккуратный носик утыкается в юношескую шею, обжигая разгоряченным дыханием. Слышать биение его сердца под спортивной кофтой заменяет целый курс медитации.
Стоит только прийти к ним в комнату, скинуть рюкзак на пороге и запрыгнуть на кровать Разумовского, утыкаясь носом в плечо. Размеренное дыхание рыжеволосого и еле уловимое жужжание старенького ноутбука стали для неё лучшими друзьями, особенно когда девушка засыпала после пяти пар подряд.
— Опоздаешь же, — бормочет девушка, выпутываясь из держащих её рук.
Завтрак превращается в сумасброд, и вместо того, чтобы по-человечески выпить кофе и съесть уже оставшуюся еду, Серёжа до последнего валяется в постели, а после вылетает из комнаты, оставив бутерброды на Дёминой.
В каждых отношениях есть плюсы и минусы. Главным плюсом любых взаимоотношений является любовь, которая присутствовала и в их коротких отношениях, но минусы тоже имели место быть, точнее минус, который выводил из равновесия даже спокойную Женю.
Характер Разумовского.
Настроение парня может меняться каждые пять минут, сопровождаясь хмурым взглядом и тихими возмущениями в присутствии девушки. Олег молчал и не влезал в их отношения, только если рыжеволосый переходил грань дозволенного, Волков вступался тихим: «Дурак ты, Серый», — это было единственное, что мог позволить себе лучший друг.
Самое печальное, по мнению Дёминой, — Серёжа не извиняется. Никогда. Даже если виноват только он, и ссора началась из-за него, молча смотрел на девушку как ни в чём не бывало, обнимал и больше не возвращался к данному инциденту.
Женя не плакала. Они всё равно продолжали идти вместе, а ссоры есть у всех, и от них никуда не деться.
— Что ты натворил? — шепчет девушка, сидя на краю кровати, разглядывая только что пришедшее сообщение.
Она боялась поднять взгляд, заглянуть в голубые глаза, в которых не будет ни капли вины, но почему-то чувствовала, что Разумовский даже не оторвёт взгляд от яркого экрана.
— Ты про что?
— Что ты сделал со своим одногруппником?
Парень закатил глаза, и, как думала Женя, увлеченно разглядывал очередной план-проект. Волков всегда был для неё другом, и именно он рассказывал ей о том, на что не решался Серёжа.
— Опять Волков? — он усмехнулся. — Я сделал то, что должен. Он мешал мне.
— Серёж, ты не понимаешь? — Женя села ближе, обхватывая мужское запястье ладонью. — Ты подставил его. Из-за тебя отчислили ни в чём не повинного человека.
— Жень, это не твоё дело.
И так заканчивались все их разговоры. Разумовский просто умалчивал, но не лгал. Аргументируя это тем, что она лезет не в своё дело.
Время больше не тянется медленно, оно летит с неимоверной скоростью, и вот наступает зима. Женя бегает по преподавателям, вымаливая автоматы.
— Всё закрыла? — Серёжа улыбается, поглаживает тёмные волосы и старается ответить на все вопросы, которые задаёт ему девушка.
Она кивает и поправляет край футболки, которую в очередной раз стащила у парня. Впереди каникулы и Новый год. Первый Новый год, который они отметят вместе — вчетвером, если Гром удосужится зайти к ним в комнату.
Распахивается дверь, и на пороге появляется Волков. В его руках три огромных пакета с продуктами.
— Привет.
Женя и не помнит, когда видела Олега в последний раз. Он то пропадает на учёбе, то выходит в ночные смены — зарабатывает как может. На его лице счастливая улыбка, а руки уже готовы строгать овощи и заливать грибы сливками.
— У нас праздник? — улыбается Дёмина, отпихивая рыжеволосого в сторону.
— Да, — он отдаёт ей пакеты полегче, а сам разувается. Слово «праздник», которое интригует теперь и Серёжу, звучит непонятно, но очень волнующе. — Меня отчислили.
— Прости что?
Женя больше не радуется, медленно опускается на стул и вздыхает. Она, как никто другой, знает, что учёба для Волкова в тягость, а экономический для него никогда не был приоритетом, но чтобы настолько, представить не могла. В голове только один вопрос: что делать дальше?
Неужели наступают трудные времена, и они лишаются лучшей опоры в своей жизни?
— Давно пора, — бурчит Разумовский в подушку, — учёба это не твоё.
— Спасибо, Серый, — Волков кидает в его сторону полотенце, и оно прилетает прямо в цель, — не кисни, Женёк, все нормально будет.
На этом новости не закончились. Олег пытается подобрать момент, чтобы оповестить друзей о том, к чему они совершенно не готовы и не будут готовы никогда.
Вечер подходит к концу. Ужин, приготовленный брюнетом, вкусный, отчего не раз он ловит комплименты. А вот самому повару кусок в горло не лезет, он хоть и рад, что бремя в виде университета окончено и будущее предопределено, но страх всё равно не покидает его голову.
— Я в армию иду.
— Мы понимаем, Волче. Ты-то готов? — Серёжа грустнеет на глазах, хоть и не хочет показывать своему другу кислую мину, но ничего поделать с собой не может — будет скучать.
Волков жмёт плечами. Готов ли он? Да кто вообще готов покинуть свой родной город и целый год провести в незнакомом для него месте?
— Мы будем тебя ждать.
Женя улыбается, но также, как и Разумовский, печалится. Они редко видятся с Олегом, но он незаменимая часть их отношений — лучший друг. Без него будет тяжело, но Дёмина и её рыжеволосое чудо справятся, ведь они есть друг у друга.
— Я на это надеюсь.
Декабрь подходит к концу. Буквально последний день, когда они могут провести время вместе. Втроём. Олег уже собрал сумку, на полках в шкафу больше не висят его вещи, а кровать не застелена пушистым черным покрывалом. Теперь Жене не так радостно приходить в их некогда общую комнату, когда вторая половина пустует.
Они прощаются на перроне, и Волков им машет из маленького окошка, обещая вернуться через год. Триста шестьдесят пять дней, и они снова воссоединятся.
Женя стоит на перроне, и ветер остужает горячие слёзы на её лице. Она будет скучать не меньше, если бы отправляла в армию Разумовского, писать письма обязательно будет и также яростно будет ждать ответы. Серёжа бережно обнимает её за плечи, запечатывая печаль поцелуем на её виске.
— Всё будет хорошо.
В его объятиях уютно и спокойно, а слова о совместном будущем греют сердце. Её мечты меняются именно в этот момент. Мысли разрываются между тоской и любовью, а главное, Женя чувствует, что ступает на верную дорогу, но ещё не знает, что ждёт её впереди.
***
— Я нашёл инвестора, — Разумовский выдаёт эти слова как данность. В парке возле университета уже тепло. Первые весенние лучи падают на девичье лицо, что она игнорирует и переводит озадаченное лицо в сторону парня. Яблоко отправляется обратно в рюкзак к бутылке и контейнеру с бутербродами. — И что это значит? Женя знает, что последует за этим. В душе она рада тому, что Серёжа наконец-то достиг своей цели и мечты, к которой он шёл всю свою сознательную жизнь, скоро исполнится. Но останется ли место для неё на его новой ступени карьеры? — Если всё получится, — Разумовский смотрит внимательно, наблюдает за её реакцией, — то скоро у нас будут деньги. — А как же учёба? — Переведёмся на заочное! — Огонёк в глазах становится ярче, а в душе начинается настоящий пожар. Его мечта скоро исполнится, он придёт к тому, чего всегда хотел — стать независимым. Улыбка появляется на девичьем лице. Ей нравится, что парень говорит не только про себя, но и про неё тоже. Она — часть его мечты. — Я люблю тебя, — шепчет Дёмина, утыкаясь в мужское плечо, — люблю. — Это из-за того, что у нас скоро будут деньги? — Усмешка появляется на его лице. Серёжа обнимает девушку за плечи, прижимая к груди крепче, отчего той кажется, что кости не выдержат таких рьяных объятий. — Дурак.***
Разумовский и представить не мог, что в свои двадцать будет сидеть в головном офисе компании, которая поможет реализовать его будущее. До жизненной цели остался один шаг, и совсем скоро он его преодолеет. — Сергей, вы — гений. Ему улыбается седовласый мужчина за шестьдесят, пожимает руку каждый раз, когда вчитывается в текст и подмечает что-то, что до Разумовского никто не осмеливался выносить на бумагу. Старческая ладонь тянется к ручке Parker. Совсем немного, осталось совсем чуть-чуть. Остановившись над листком, Серёжа встречается взглядом карих глаз. — А у вас есть жена, дети? — В его словах нет никакого подтекста. Обычный вопрос, за которым обычно следует такой же простой ответ. — Нет. — А девушка? Отложив документы, мужчина подзывает к себе секретаршу, просит принести две кружки кофе. — Знаете, Сергей Викторович, любовь — это замечательно, особенно, в таком возрасте. Но в нашем деле это ни к чему, — мужчина разводит руками и откидывается на спинку кресла. Девушка. Неужели всё упирается в Женю? Он любит её, а она его. Логическим исходом всех этих отношений — брак, а после и полноценная семья. Но на перевес выступает мечта — карьера. И чаша весов с каждой секундой все больше меняет своё направление. — Нет, у меня нет девушки.***
Женя ходит из угла в угол, пытается успокоить себя и разбушевавшиеся мысли. У него должно получиться, нет, обязательно получится. Сейчас Серёжа ступит на порог комнаты, и девушка всё поймёт по его счастливой улыбке, которую он не сможет скрыть от глаз любимой. В коридоре постоянно слышатся шаги, отчего Дёмина не раз вскакивает с места и несётся к выходу. Выглядывает наружу и в очередной раз разочаровывается. Уже поздно, на улице давно стемнело, а Разумовский должен был вернуться часа два назад. Ожидание превратилось в беспокойство. Теперь она не выглядывала, а ждала в коридоре, не обращая внимания на странные взгляды со стороны проходящих людей. В постели без Серёжи было бы слишком пусто и одиноко. За этот год, Женя разучилась спать в пустой кровати. Спустившись по стене на пол, уткнулась лбом в колени. На часах уже второй час ночи, и, раз уж парень не пришёл в общежитие к этому времени, то его точно не впустит до ужаса противный Пётр Владимирович — охранник и по совместительству дворник. Но Дёмина не покидает порог комнаты, как преданный пёс ждала своего «хозяина». — Что ты тут делаешь? Сверху слышится родной голос, от которого в душе приятно ёкает. На Разумовского смотрели заспанные зелёные глаза, немного покрасневшие от волнения и беспокойства. Подскочив с места, Женя бросается ему на шею, обвивая вокруг неё руки. — Где ты был? Я так волновалась! — Тревога копившаяся весь вечер в девичьей голове, сейчас выходит из неё в виде скапливавшихся в уголках глаз слёз. Обняв единожды, она не смеет выпускать рыжеволосого парня. Готова стоять так всю оставшуюся ночь, пока не поверит, что Серёжа рядом и с ним всё хорошо. — Ты знаешь, где я был, — от него разит алкоголем и грубостью, которую он никогда не позволял себе в разговоре с ней. Качнувшись в сторону, он всё-таки прерывает близость родного тела и заходит в комнату. «У него не могло не получиться», — думает Дёмина и следует за парнем внутрь. Помогает снять одежду и аккуратно укладывает её на стул, но на кучу вопросов о встрече получает неоднозначное бурчание и икоту через каждое слово. Она укладывает его в постель, ласково укрывая одеялом, а на тумбу ставит стакан и блистер с таблетками от болей в голове — на утро они обязательно ему должны помочь. — Серёж, если не получилось — не беда. Мы попробуем ещё и ещё, пока не получится. Главное не сдаваться. Разумовский не слушает, поворачивается на другой бок. — У меня всё получилось. У «меня», а раньше он говорил у «нас», «мы». Может, так получилось в силу его состояния, а завтра Серёжа обязательно расскажет ей всё в подробностях? Последний раз проводит по его волосам, нежно целует в макушку и, убедившись, что молодой человек спит, выходит из комнаты. Сон был тревожный. Мысли не покидают девичью голову, даже после порции валерьянки не становится лучше. Женя ворочается и почему-то боится наступления утра. Когда солнечные лучи постепенно забираются на её постель, она впервые за ночь дрожит. Руки не слушаются, когда она собирает рюкзак в университет, ей срочно нужен Олег, только он смог бы оправдать подозрительное поведение лучшего друга. Но Волков сейчас за сотни, а может, и за тысячи километров от неё, и никак не сможет облегчить её участь. В комнату она зайти не решается, сразу же идёт в университет и кое-как отсиживает две пары. Стремглав несётся на два этажа выше, где находится его институт. Выглядывает, обходит целый корпус, чтобы заметить в толпе рыжеволосую макушку. Ей достаточно одного взгляда, чтобы понять, что всё хорошо, что это её Серёжа. Наконец, спустя пятнадцатиминутные поиски, Дёмина разглядывает его у кабинета куратора. Идёт навстречу, пока Разумовский не замечает её в толпе и не скрывается за старенькими дверьми кафедры. Она снова ждёт его у двери в общежитии и уже не замечает, как бегут часы. Серёжи нет. Он не заявляется и на следующий день, и всю неделю Разумовский то бегает от неё, то не приходит в комнату. Дёмина копит слёзы на столе, когда в очередной раз не может дозвониться до молодого человека. Соседка по комнате томно вздыхает, ставит перед ней кружку с ромашковым чаем и не трогает расстроенную одногруппницу. — Ну почему ты не отвечаешь? Почему? Вечером она снова идёт к нему, дёргает за ручку. Заперто. Слёзы новой порцией скатываются по раздражённым от постоянной соли щекам. Ей не хочется думать о том, что что-то не так, но почти двухнедельное отсутствие Разумовского не дают покоя. Она медленно сползает по двери, оседая на пол, не переставая дёргать за ручку. Она никогда не была по-настоящему влюблена до Серёжи, и чувство безысходности от разрывающих грудную клетку эмоций для неё ново. — Я люблю тебя, — шепчет девушка, зная, что за дверью её никто не ждёт, — я так люблю тебя. А ты? — Женя открывает телефонную книгу и ищет номер Разумовского. Кнопка «удалить» ярко-красного цвета, отчего девушка воспринимает это как призыв к действиям, зажимает и не смотрит на экран. — Ты любишь меня? — Какая у тебя мечта? — спрашивает Дёмина, стоя на перроне в объятиях Серёжи. Ловит на себе пристальный взгляд голубых глаз, отчего зарывается носом в ворот его толстовки. — Компания. «Компания», — усмехается девушка. Она ради него изменила свои цели и, может, стереотипы, сменив ракурс на семью и любовь, а он так и остался верен своей мечте, будто готов был идти по головам, чтобы её достичь. Вот и получилось, что Женя утопает в слезах, предав себя и свою жизнь, а Серёжа остался верен своим стандартам и, несмотря ни на что, уверенно шагает к ним.
