Последний из охотников

Я смотрела вокруг,

Я впускала внутрь,

Я училась молчать и училась слушать:

Мне казался мир чёрно-белым…

Тем временем внизу под ними, на передней палубе – от леерных ограждений носа и грузового крана вплоть до капитанского мостика, – происходила битва в самом разгаре: матросы «Наследия» – исполнительные и стойкие атлантины – существа с человеческим телом, но головами нехищных видов рыбы, пытались отбить атаки своих сородичей такой же расы, но с головами пираний, удильщиков и нравом аналогичному характеру пресноводных и глубоководных хищников. В рядах защитников судна были также люди и монстры разных видов. Агрессоры-атлантины были кем-то вроде захватчиков-пиратов, нанятые Ладроном Ван Хельсингом и помогающие ему. В другом пространстве парохода – по коридорам между каютами I класса, направляясь с нижних этажей к верхней платформе компаса, бежала пара. Достигнув лестничных пролётов, оба они обратились в тёмных летучих мышей и полетели вверх. Рычащие силуэты, следуя за ними и громко ругаясь, побежали быстрее, ступая склизкими лапами по ступеням. Летучая мышь с графитовым серым оттенком шёрстки элегантно влетела в проход, ведущий к средней палубе, а вот вампир за ней, на ходу обратившись в рыжеволосого парня, неловко перекувыркнулся и упал. Летунья, мигом обратившись в тёмноволосую худую девушку, за шкирку втащила его в проход и магией небесного цвета с силой захлопнула железную дверь: – Джонни, скорей! – прокричала сквозь непогоду супругу Мэвис Дракула, и они оба побежали к платформе компаса.

***

Пока матросы корабля на первой палубе яростно отбивали атаки пираньих головорезов, из тени шлюпочной палубы материализовался высокий тёмный силуэт, элегантной походкой направившись в гущу битвы. Женщину никто не видел, но на то она и призрак, однако сама сущность, даже не оглядываясь на сражавшихся, лёгкими жестами рук откидывала недоброжелателей от членов экипажа: кто-то просто отлетал назад, кто-то из захватчиков лишался оружия из лап, а кому-то жест женской руки на ходу ломал шею и те падали замертво. Нехищные атлантины недоумённо смотрели на противников, споткнувшихся о воздух, однако не придавали этому значения и шли сражаться дальше, переступая тела со сломанными хребтами. Силуэт женщины же вышел на середину палубы, оценивающе оглядывая корабль вокруг: – У нас дела, нам некогда здесь торчать и вмешиваться в битву земных… – сквозь зубы заговорила Графиня-Любовь. – Люциус! – громко окрикнула пространство лайнера Марта. – Куда ты подевался?! – женский фантом был явно не в лучшем настроении. На передней мачте продолжалось действо странного диалога. На угрожающий выпад мужчины блондинка нахмурилась и выставила ладонь вперёд, материализуя в ней светящуюся магию. Ладрон Ван Хельсинг на её действие едва не расхохотался: – Бро-ось, Эрика! – заискивающе усмехнулся тот. – Не смеши меня и саму себя: тебе не совладать с вампирьей магией, как совсем недавно обращённой!

"Я любила отчаянно, до конца,

Ошибалась в героях и подлецах…"

– Ну, ты же выставил оружие против меня! – огрызнулась та. Мужчина безразлично смотрел на неё, немного подняв светлую бровь: – Однако я не стану сражаться с безоружной… – бесстрастным голосом начал он и, переложив второй боевой серп в одну руку, другой вытащил из-под плаща длинную саблю. Положив её пластом на кончик сапога согнутой ноги, вновь взял челуриты в обе руки, а ногу выпрямил, кинув саблю прокатиться по мачте по направлению к Эрике. – Поднимай! – ледяным тоном приказал мужчина, пока вампир с недоумением смотрела на оружие. Она переводила взгляд с сабли на старшего брата: вот они, два силуэта, стоящие по разные края палубной мачты.

***

– Люциус, чтоб тебя! – не выдерживала женский фантом, положив руки на талию и оглядываясь по сторонам. Она подняла взгляд: высоко над ней парил призрак яркого голубого свечения, уставившись на перекладину грот-мачты корабля. Женщина перевела взгляд с него на саму конструкцию: понятно – почему почивший средний Ван Хельсинг не откликался. Призрак Люциуса с немым изумлением следил за сценой, разворачивающейся перед ним между его близкими. Когда старший брат унизительным боевым действием кинул саблю бывшей Ван Хельсинг, то призрак не выдержал, подлетев и воспарив между ними: – Остановитесь! Вы оба! – голос привидения дрожал от неверия, он подлетел вплотную к Ладрону. – Не смей, слышишь, не смей её трогать: она же твоя, она же наша… – Люциус чувствовал, что к горлу подкатывает предательский ком, но ничего не смог сделать. Его старший брат смотрел сквозь фантом и заговорил: – Посмотрим – насколько ты запомнила фехтование, – с иронией начал охотник, наблюдая, как сестра робко поднимает саблю, рассматривая орудие. Женщина поднесла ладонь к лезвию и оно засветилось, словно раскалённое, а её кожа начала нагреваться – реакция плоти вампиров на… – Серебро? – безразлично спросила Эрика. – Чистейшее, la mia anima! – с издёвкой ответил Ван Хельсинг. – А теперь к правилам! Ты ведь знаешь, помнишь? Дуэлянты должны поклониться друг другу!..

"Но сегодня я буду первой – Кто изменит этот вектор!"

Призрак Люциуса вертел головой, по-прежнему не веря собственному взору. Пока Ладрон, убрав серпы, достал себе аналогичную саблю и сделал элегантный реверанс, с насмешкой смотря на сестру, фантом парня подлетел к Эрике, которая с такой же злобой смотрела старшему в ответ: – Эрика, Эри, ты слышишь?! Не надо! Не смейте! Остановись! – кричал Люциус в лицо женщине, но та смотрела сквозь него, как и всегда. – Пожалуйста… – хрипел фантом, пока из его тёмных глаз катились призрачные слёзы. Тут он услышал женский голос откуда-то сбоку: – Они тебя не видят… – строго и устало говорила ему Марта, стоя на проводе радиоантенны между мачтой и передней трубой. Призрак парня ссутулился и глухо взвыл. – Кланяйся же! – с нетерпением выкрикнул младшей сестре Ладрон. Женщина, не отводя от него удручённый взгляд, чуть поклонилась, подав тело вперёд и за тем приняв боевую стойку настолько – насколько позволяла неширокая балка мачты.

"Зови меня белой вороной с чёрным крылом, Я ощущаю себя дома, хоть мир мне не дом!"

***

– Вот вам, мерзкие твари! – раздавался девичий крик на средней палубе: Мэвис стреляла из пистолета по людям-удильщикам, которые наступали им на пятки. С рыком атлантиты приближались к паре, спрятавшейся за грузовыми ящиками. Джонатан высунулся из укрытия и, закрыв ухо свободной рукой, выстрелил в трос, который удерживал один из ящиков на весу: тот с грохотом упал на нескольких агрессоров. – Вау, метко! – похвалила мужа вампирша, и пока тот начал деловито крутить пистолет в руке, девушка за рыжую макушку резко протолкнула его вниз: над их головам пронеслись пули оставшихся в живых наёмников. Наконец, закончив с преследователями, пара бегом последовала в переднюю часть лайнера. Мэвис, чуть опередив спутника, перепрыгнула лацпорт, приземлилась на трап, остановилась, чтобы чуть перевести дыхание. Тут до её слуха донёсся звон клинков откуда-то сверху. Дракула подняла голову и увидела поодаль на высоченной мачте настоящую дуэль. – Джонни! – с ужасом выкрикнула она. – Срочно разыщи и позови папу!