На свободу все желания

Девушки приехали в ресторан с шикарным видом на Москву, погруженную в ауру окончания трудового дня. Машины, фонари, звуки, пробки. — А теперь, расскажи мне, что между тобой и Гецати? — Соня огляделась. — Прекрати. Ничего такого, о чём можно было бы беспокоиться нет. Я не стану проявлять какой-либо интерес к бывшему моей подруги. Это низко. — Мы встречались и расстались ещё до твоего возвращения в Москву. — Не думаю, что это играет какую-то роль. — Брось, — улыбается, — я не буду против, если у вас что-то получится. Тимур хороший человек, но мы друг другу не подошли. — Скучаешь? — Иногда. Я Глеба люблю, до безобразия люблю, но то время, проведённое с Гецати, было каким-то особенным. Не лучшим, но особенным. — Ничего не ёкнуло? — Нет, — признается, — добрая грусть и всё. — Между нами хорошие отношения, как между наставником и учеником, но сходили несколько раз поужинать. Он интересный собеседник… — Поужинали, — усмехнулась, — вот оно как. — Я занята абсолютно другим: помогаю маме, нянькаюсь с мелким. — Вижу, — смотрит на руки, — живого места нет. — Мне это нравится. Хочу быть полезной. Они обсудили многие важные друг для друга вещи. Подругам всегда было комфортно находиться рядом. Доверие достигло максимального уровня… Кто-то мог сказать, что это не так, но обе девушки не привыкли показывать свои эмоции. Евгения была мягче, чем темпераментная Софья. Герольд навсегда запомнит их знакомство. Женя случайно подрезала Егорову… Соня обогнала её и вылетела из машины, готовая свернуть Евгении голову. Почувствовав энергию в незнакомке, девушка успокоилась и поговорила с ней нормально. Софью забавлял французский акцент Евгении. Так смешно пыталась объяснить ей, что всё произошло спонтанно и не запланировано, что ведьма сменила гнев на милость. Но на самом деле, они стоили друг друга. У Жени тяжёлый характер, в том плане, что она нелюдимая, с ней трудно подружиться или найти общий язык, у неё своеобразный юмор, манера общения. Соня же была более лёгкой на подъём, более общительной, но такой же стервозной, как и всегда. У подъезда Евгению ждал провидец. — Ты так быстро убежала, что я даже не успел тебя поздравить с дебютом. Мужчина держал в руках крайне нежный букет цветов. Очень красиво. — Поздравляю, — обнимает её, — ты была неотразима. — Благодарю, — улыбается, — приятно слышать. Особенно, от такого человека, как ты. — Это от какого же? — Хорошего. Евгению привлекало в Гецати то, что он был уверенным в себе человеком, надёжным, рассудительным, спокойным и комфортным. К сожалению, у неё не было чувств к нему. Девушка на протяжении пяти лет состояла в отношениях с солистом популярной французской рок-группы. Настоящий плохой мальчик: длинные волосы, татуировки по всему телу, пирсинг, кожаные вещи, наличие сигареты в зубах и мощного мотоцикла. Ян удивительно талантливый человек… Они начали встречаться, когда Жене было девятнадцать, а ему двадцать девять лет. Студентка первого курса академии и панк. Ян любил Евгению до одури, лишь в ней он видел свою жизнь, своё будущее. Вокалист посвятил своей возлюбленной целый альбом, всегда открыто говорил о чувствах. У ребят действительно были хорошие отношения, которым можно позавидовать. Дело дошло даже до свадьбы. Этот день был замечательным, очень солнечным и радостным. Родственники со стороны девушки были шокированы тем, что большая часть гостей — панки и рокеры, чьи тела покрыты татуировками до пят. Герольд — фамилия Яна. Женя вышла замуж ровно через полгода, после знакомства с музыкантом. Сумасшедшая любовь. Больше всех этому событию был рад отец провидицы. Зять ему нравился. Господин Адриан Арно, будучи молодым интерном, приехал на практику в столицу России. Где-то через неделю к ним поступила молодая девушка шестнадцати лет с аппендицитом. Бездонные голубые глаза, пронзительный взгляд, не оставили никого равнодушным. Это была та самая любовь с первого взгляда, с первого слова и появления. Уже в начале двухтысячного года мир встретил Евгению (Эжен) Делайн Арно. Родители молодой мамы были против этого брака, против рождения ребёнка в столь раннем возрасте, и всеми силами сделали так, чтобы Адриан вместе с новорождённой дочерью остались в пригороде Парижа. Вплоть до двадцати лет всячески запрещали дочери видеть Женю, но материнская любовь была сильнее. Таким образом Герольд выросла в окружении семьи отца, но даже учитывая это, девушка всем сердцем любит свою мать. Адриан погиб четыре года назад. Какие-то ублюдки захотели лёгкой наживы, и когда он возвращался домой, то мужчину обокрали, нанесли несколько ножевых ранений, и оставили умирать в тёмном переулке. Женя, которая почувствовала что-то страшное, отправилась на поиски отца. К моменту появления девушки Адриан уже лежал без сознания, истекая кровью. — Папа! — бьёт по щекам, — пап?! Умоляю, ответь мне! — трясёт, — пап! Он умер у единственной дочери на руках. Евгения орала так, что слышали в соседних квартирах. Вместе с криком выходила боль утраты, ненависть к этому грязному миру. — Папуль, — положила голову на грудь, — пожалуйста, пожалуйста! Скорая уже в пути… Прошу… Пап… Этот момент являлся очень тяжёлым для Евгении, которая даже не могла находиться в стране. Франция уже не Франция без её отца. Из-за чего она стала всё чаще посещать Россию, жила там месяцами. Ян понимал её, но отношения на расстоянии принесли разлад в их личную жизнь. Ребята постепенно отдалились друг от друга, из-за чего приняли решение жить отдельно. Уже на протяжении полутора лет Евгения находится в Москве, и каждый день общается с Яном, поддерживает связь. Эта пауза необходима им двоим, чтобы понять, возможно ли сохранить этот брак. Конечно же, Женя тосковала по мужу, скучала, ей не хватало нежных прикосновений, слов о трепетной любви, но Ян не переедет в Россию, а она не хочет возвращаться во Францию. В квартире её никто не ждал. Каспер у мамы, и вернётся домой только завтра вечером. Герольд несколько раз прокрутила обручальное кольцо на пальце, и вздохнула. Как же найти компромисс? Решила позвонить ему.

— Привет, — улыбается, глядя в камеру.

— Эжен, — млеет, — я скучал. Рассказывай, как прошли съёмки. Мужчина знал о том, что у девушки есть определённые способности, и его это вообще не пугало. Он перед ней чист, а значит, бояться нечего.

— Сойдёт. Получила девять баллов.

— Но ты достойна всей сотни, — с теплотой посмотрел на неё.

— Там десятибалльная система.

— Для тебя стоит сделать стобалльную. Знаешь, — вздыхает, — я очень сильно скучаю. Так давно тебя не видел, что начинаю забывать.

— Прилетай в Россию.

— Ты же знаешь, что потом не смогу вернуться обратно. Хочу забрать тебя, и снова жить, как прежде.

— Я знаю, Ян, — кивает, — и мои чувства взаимны. Вся Франция напоминает мне об отце, и это, — голос дрогнул, — тяжело, больно.

Светло-голубые глаза музыканта померкли от этих слов. Он ощущал её боль напрямую, и прекрасно помнил, как на протяжении нескольких месяцев поил девушку успокоительным, чтобы та хотя бы спокойно поспала, без слёз и кошмаров. — Давай так, — вздохнул, — тур закончится в середине сентября, я прилечу в Москву к тебе, и мы наконец-то решим, что будем делать дальше. Меня убивает это расстояние и одиночество.

— Звучит очень воодушевляюще. Именно так и поступим.

— Как там моя малышка?

— Каспер у мамы. Царапины заживают. Ей значительно лучше, я уверена. Ну, — замялась, — как минимум, у неё зверский аппетит.

Они проболтали ещё где-то час, возможно, чуть больше. Сладко зевнув, девушка попрощалась с Яном и отправилась спать.

Прошла неделя

В Сети шли жаркие дебаты по поводу того, какая же на самом деле эта Евгения Герольд? Кто-то считал, что она стерва и провокатор, и именно по данной причине Олег Шепс её «недолюбливает», а кто-то радовался, что Женя честный человек, и наконец-то дала отпор династии медиумов-абьюзеров. Новый конфликт начался в гримёрке. Стилист всё никак не справлялся с волосами Шепса. Слишком непослушные, как и их хозяин. — Я выгляжу, как пугало! — Почему «как»? — рассмеялась, — подстригись, выглядишь как алкаш. — Как вижу, настроение у тебя шикарное, да? — закатил глаза, — у всех говно в кишечник уходит, а у вас, госпожа Герольд, в характер. — Удобрение. Эта война никогда не закончится. — Не представляю, как же можно на такой жениться… Всю кровь выпьешь. — И не представляй. Не дорос до моего уровня… Тебе ещё далековато. — Я думаю, что совсем наоборот. — Не думай. Не получается, — поднимается. — Ребят, — Мэри, — не ругайтесь. — Герольд же без собаки. За неё сегодня. Настроение у Жени сегодня отвратительное. Она чувствует чье-то приближение, словно, вот-вот кто-то ворвётся в помещение. Это вызывает напряжение, стресс. Всеми фибрами души Герольд чего-то опасается. — Евгения, можно с вами переговорить тет-а-тет? — Александр? — изумилась, — конечно. Экстрасенсы покинули гримёрку. — Я хочу выразить своё восхищение, по поводу бессонной недели у моего брата. Очень искусная проказа… Ловко. — Простите, но я не имею отношения к бессоннице Олега. Он уже выражал своё недовольство по данному поводу, но это вопрос уже к нему. Я ничего не делала, так как не имею привычки практиковать ради забавы. Только тогда, когда ситуация этого требует. — А ваша ситуация того требует? — оглядел с ног до головы. — Нет. Наша ситуация с Олегом вообще ничего не требует. Испытание сегодняшнего дня достаточно интересное, но в то же время, безумно болезненное. Вселенная желает напомнить ей о боли, чтобы не забывала. — Евгения, ваша задача найти того человека, кто на данный момент пытается сохранить свою семью и брак. Вы замужем? — Возможно, — улыбается, — я могу начинать? — Конечно. Герольд принесла с собой некоторые рабочие атрибуты: аромалампу, кубики ладана, свечи, спички и любимый ритуальный кинжал. — А что это у вас? — Ладан из Иерусалима из Храма Гроба Господня. — Вы верующая? — Конечно, — кивает, — невозможно верить в Дьявола, и не верить в Бога. Как минимум, это глупо. Для меня нет белой и чёрной магии… Она либо есть, — зажигает свечу, — либо её нет. Магия нейтральна. Виктория согласилась с провидицей. Ей такие мысли очень близки по духу, и кажется, у ведьмы появляется любимица. Вдохнув аромат ладана, Герольд постепенно начала прислушиваться к ощущениям и голосам в голове. Мёртвые один за одним появлялись за спинами участниц, начиная горланить и перебивать друг друга. — Из каких источников вы берёте силу? — Марат, — усмехнулась, — продолжите мешать — возьму силу от вашей души. — Понял, — отходит. Она оглядела всех девушек таким пронзительным взглядом, что от него побежали мурашки по коже. Александр Шепс ощутил её силу, и это ему очень понравилось. Первые две девушки не подходили под условия испытания: рыжеволосая красавица не состоит в отношениях на данный момент, её сердце свободно, а блондинка только-только развелась, и сейчас наслаждается этой жизнью. У остальных четверых имеются стабильные отношения, но одна из них не является чьей-то женой. Круг подозреваемых сузился до трёх девушек. — Посмотрите мне в глаза, — приподняла одну из дам за подбородок, — это не страшно. Она видела то, как обворожительную голубоглазую девушку лет двадцати, зверски избивает какой огромный мужчина восточной внешности. Злой, агрессивный, тревожный. — Можно я скажу это вслух? — Можно. — Если не уйдёшь от него — убьёт. Я не шучу, — мотнула головой, — его ревность накрывает, вообще себя не контролирует. Свернёт голову, как курёнку, ибо больше вас в несколько раз. Вы не боретесь за эти отношения, — нахмурилась, — наоборот… Je suis prêt à lui arracher le cœur… Яна, которая не знает французский язык, поняла, о чем сказала Герольд. Перевод каким-то образом прозвучал в её голове. Вторая из претенденток тоже не подошла под критерии. У них счастливый брак, они живут вместе. — Такие сладенькие у вас девчонки, — улыбнулась, — погодки, но выглядят как близняшки. Муж очень благодарен вам за девочек, любит сильно. Купите ему мороженое, — хохочет, — обещает, что оставит вам половину. — Ему нельзя, — кивнула, — аллергия на лактозу, а безлактозное мороженое ему не нравится. — Ну чуть-чуть… Стаканчик хотя бы… Или сделайте его сами. Уверена, ваше безлактозное мороженое будет вкуснее любого. — Хорошо. С третьей женщиной пришлось попотеть. С самого начала всё пошло наперекосяк. — Мне от ладана плохо. — Нет. Это я вам не нравлюсь, ибо вы считаете меня фриком… Жюри замерли в удивлении. — Я уже привыкла. Не сопротивляйтесь моему воздействию, всё равно получу то, что нужно. Она всеми силами блокировала любые способы Герольд пробраться в её мысли, но Евгения сильнее. — Мужчину вижу, — отходит, — высокий, подтянутый, вот здесь, — указала на плечо, — чайка или орёл. Птичка какая-то… Никита… Но не Никита… — Это как? — Башаров. — Они его так называют. Вы в браке с ним, — прикрыла глаза, — лет двадцать точно, но счастья от него не чувствую. — Плохо чувствуете, — рявкнула. — Нет… Это вы ничего не чувствуете к нему. Он для вас кормёжка энергетическая, нравится, когда подчиняется, слушается, делает так, как жена сказала… Решил уйти, устал, ему надоело, а вы против, пытаетесь убедить в обратном… Двадцать лет коту под хвост… Вы очень эгоистичный человек, всевластный, гордый. Его детей не приняли, он даже с ними не общается из-за вас, а своих принять заставили. Твои — чужие, мои — родные. Марат, — посмотрела на ведущего, — я сделала свой выбор, — указывает на женщину, — она. Татьяна пыталась откусить кусочек энергии от Евгении за все раскрытые карты, но закашлялась. — Всё хорошо? — Да, — поднимается. — Итак, я прошу встать ту женщину, которая на самом деле пытается сохранить свою семью. Татьяна демонстративно уселась на стул, и никто за ней не встал. Всем своим видом она показывала то, что Женя ошиблась. Череватый зааплодировал. — Видишь душеньку чернявую! Видишь! — радуется. — Ничего такого в моей жизни не было, — отрицает. — Врёте, — усмехнулась, — я знаю всю правду. Вам его не удержать, — шёпотом. Во время прохождения испытания, Олег Шепс симпатизировал абсолютно всем девушкам. Оно и понятно, высокий шатен с обворожительной улыбкой и красивыми глазами, от которого пахнет очень приятным ароматом. Свежая мята с елью и табаком. Обсуждение и выставление баллов прошло гладко. Испытание в полевых условиях у Дмитрия, Софьи и Ирины прошло куда веселее, чем у предыдущей тройки. На консилиуме ни одна из версий не сошлась, а Игнатенко швырнула в Егорову какую-то тряпку, и Соня отлупила её веткой. Бедному Диме пришлось разнимать ведьм, ценой своей футболки. Сейчас же, на сцене они еле держались, чтобы вновь друг другу не набить морды. Женя чувствовала, насколько напряжена подруга. С ними была Виктория Райдос, и ведьма находилась в состоянии шока. — Прошло два дня, как мы вернулись из Башкирии, а мне всё ещё плохо. Вам обеим свойственно понятие «поганого языка». Что Софья, что Ирина, такой грязью полили друг друга, у меня уши в трубочку свернулись. Вы обязаны помогать людям, а не орать на всю округу. Свои отношения и проблемы обсуждайте за кадром, в свободное время. Эти орут, Дима, люди, я, съёмочная группа в ужасе от происходящего. Нельзя! Сработали обе просто волшебно, но за такой спектакль, не ждите хороших баллов. — Я поняла, — Егорова кивнула, — поддалась эмоциям. Больше не повторится. — Эмоциональные подружки, — Игнатенко облизнула губу, — одна с собакой, другая с зажигалкой. — А ты с отсутствием секса и с долгами, — прошептала Герольд. — Повтори, — рявкает. — Заплати мне. И я повторю. — Уважаемые ведьмы! — Башаров, — давайте жить дружно! — Сейчас Гецати не хватает, — рассмеялся Шепс. В этот раз как-то обошлось без оскорблений со стороны Олега Шепса. Молодой человек выглядел умиротворённо, спокойно, словно, они не полили друг друга грязью в гримёрке. Медиуму даже не хотелось как-либо стебать Женю, подкалывать. Он чувствовал своё превосходство над ней. — А вы знали, что наши телезрители уже практически обвенчали Олега и Евгению? Даже название для вашего союза придумали. — Какое? — чернокнижник нахмурился. — Шепольд. Женя заливисто рассмеялась, глядя на хмурого Олега. — Какая прелесть! — За неделю вы стали самой любимой парой Интернета. Появились фанфики, видео, арты. Олег, вы расстроились? — Это очень тупо как-то… У меня есть девушка, у Евгении своя личная жизнь тоже имеется. Ничего, кроме проекта, нас не связывает и не будет связывать. — Дай людям помечтать маленько. Хоть ты и злой, но мы смотримся с тобой шикарно. — Успокойся, — цокнул, — подливаешь масла в огонь. — Мне нравится, как ты злишься. Я умиляюсь. — Всех очень заинтересовало то, что у Евгении точно такой же свитер, как и у тебя, — Саша злит брата, — как ты это объяснишь? — Магазины, блять, для всех открыты! Нахуя ты мужской свитер купила? — Я ничего не покупала, — подыгрывает, — это твой свитер. — Герольд! — заорал, — ты зачем всё топишь? — Простите, — не может перестать смеяться, — давайте уже серьёзно. Это мой свитер. Да, он мужской, да, он точно такой же, как и у Шепса. Я состою в браке, и у нас всё хорошо, — врёт, — как и у Олега с его избранницей. Перестаньте нас сводить… А наши переглядки — немое проявление неприязни, и всё! После завершения съёмок, Олег все же подошел к Жене и решил извиниться. Медиуму всё ещё не было стыдно. Он сделает это лишь ради того, чтобы все перестали считать их за тайных любовников. Меньше пререкаются — меньше сплетничают. — Я не хотел переходить на личности. За что и хочу принести свои извинения. Знаю, это очень тебя обидело. — Лгунишка, — улыбается, — тебе плевать. — Пытался. — Хорошо. И да, я не крашеная сука. Это седина. У Евгении необычный цвет волос. С одиннадцати лет девочка начала седеть, и к двадцати четырём годам все волосы стали темно-серого оттенка. Седина на темных волосах. Покинув место съёмок, Женя прикурила сигарету. Ей позвонил Ян.

— Привет… Что-то случилось?

— Обернись. Музыкант ждал девушку неподалёку. Евгения со всех ног рванула в его сторону, и буквально запрыгнула на мужчину, чуть ли не сшибая его с ног. — Как же я рада тебя видеть! — прижимает к себе. — Извини, что без цветов. — Ян, ты что здесь делаешь? — поправляет пепельные пряди его волос. — Захотел тебя увидеть, Эжен, — оставляет поцелуи на макушке, — у меня самолёт обратно через полтора часа. — А тур? Прилетел из Парижа в Москву ради десяти минут со мной? — Верно. Олег Шепс, который наблюдал за столь радостным моментом, почему-то расстроился. Даже у такой, как она, всё хорошо, а он не может найти того человека, с которым было бы так же хорошо. Лишь на секунду медиум задумался, может, Герольд не такая уж и плохая, как ему кажется… — Это её муженёк? Неформал какой-то, — девушка фыркнула. — Я чувствую между ними тёплые чувства. — Секс, наркотики и рок-н-ролл. — Любовь… Они очень дорожат друг другом. — Поедешь ко мне? — Игнатенко положила руку на его плечо, переводя тему. — Нет. Хочу с Катей попробовать поговорить. — Чтобы тебя опять послали? — Мы сами с этим разберёмся. Женя и Ян выглядели очень счастливыми. — Возвращайся домой, — обхватил её лицо руками, — возвращайся ко мне во Францию. Без тебя так тоскливо, что плакать хочется. Будем гонять по концертам вместе с Каспер, — умоляет, — вернёмся к старой жизни. Возьмём и уедем куда-нибудь вдвоём, начнём всё с самого начала. — Не хочу во Францию. Мне там тяжело. — Знаю, но я помогу тебе справиться со всем. Как и всегда. — Ян… — Эжен, если у тебя пропали чувства или появился какой-то мужчина, то так и скажи мне. — Ничего такого нет. Прошу, мне нужно время. Девушка не могла налюбоваться им. Мама Яна — француженка, а отец — чистокровный немец. Рокер-аристократ арийской внешности. — До конца тура? — Да. Как раз и съёмки подойдут к концу. — Хорошо, — соглашается и обнимает девушку, — буду ждать столько, сколько потребуется. Боковым зрением Герольд заметила Олега. Шепс позавидовал, но по-доброму. — А вдруг, я требую счастье от человека, который не может мне его дать? — Так и есть… Тебе нужен тот, кто поймёт твою душу, — ведьма намекает на себя. — Найти бы ещё…