в следующий раз

думаю не стоит говорить о адекватности этих двоих, так как они частенько стояли буквально за домом качалки и некого не боясь что-то на всю улицу обсуждали. так же произошло и в этот раз. на улице уже давно стемнело, Марат и Ералаш стояли в том месте которое было упомянуто раньше и так же кого-то обсуждали, дым сигарет друг другу в лицо выдыхали, смеясь, в друг друга снегом кидались. где-то не по далёку рядом с одним из фонарёв начал освещаться силуэт среднего роста человека. это был Зима. а Зима, который, как говорится, «и кнут, и пряник» дать может в зависимости от ситуации и по настроению. казалось, будто злым он не мог быть от природы — на лице его никогда не отражалась злоба. Только агрессия могла заставить сменить привычную ухмылку и хитрые глаза на расширившиеся зрачки и сжатые до предела зубы, которые всегда выдавали безумие старшего. Выводить его было себе же хуже. Сразу вспоминалось, сколько раз получал за вполне себе безобидные шутки и подколы лучший друг Зимы. Не было ни недели, когда бы Турбо не приходил в качалку с синяками на скулах, разбитыми костяшками и кровоточащим носом, отказываясь от аптечки, с которой тотчас подбегал Лампа, тем самым невзначай показывая заботу о кумире. Он всегда со странной улыбкой говорил «заслужил», позже рассказывая очередную историю в стиле «не поделили перемячи». А уж как любил старший это блюдо знали все. Поэтому кто-то из находившихся в здании суперов выписывал Турбо подзатыльник и, усмехаясь, шёл по своим делам, говоря «чтоб больше такого не было». Конечно, это повторялось ещё, и не раз, но все будто свыклись с тандемом этих двоих, которому для спокойной жизни был необходим небольшой "перерыв" между "присмотром" за улицей и сборами в коробке, что развлекало скорлупу в отсутствии "доброго утра" в пользу Киноплёнки. Зимушка тихонько побрёл в сторону скорлупы, как лиса. первым его увидел Марат, он не сразу смог разглядеть кто именно это был, но через минуту он уже отчётливо видел Вахита. когда старший был уже достаточно близко, Суворов на автомате быстро спрятал сигарету в рот, не много кривясь из-за неприятных ощущений. а Миша же как на зло летал где-то у себя в мыслях, напрочь забыв обо всём. лишь толчкок в руку сделаный Маратом заставил Тилькина выйти из своих мыслей. когда Миша увидел Вахита который чуть ли не через 5 метров между ними был, ему не оставалось ничего сделать кроме как быстро выкинуть недокурившую сигарету в снег и быстренько при топтать своим ботиночком сверху. когда Зима уже подошёл в плотную к ним он начал разглядывать скорлупу. он оглядел их обоих, с особой внимательностью Суворова и выдал: - глотай, Маратик - а Марат тут же занервничал ведь не ожидал что так тупо спалица. он выплюнул окурок из рта и с какой то ноткую «ладно, виноват» посмотрел на Зималетдинова. - ну что ж ты, вроде тоже уже взрослый, умный, а так и не объяснил младшему что да как, ну что? - что? - вот что, за двоих получать будешь, потом надеюсь сможешь мелкому объяснить что нельзя. после этого Вахит смачно вмазал Марату прямо в лицо своим «лёгким» кулачком. Зима на последок окинул взглядом скорлупу и пошёл дальше по своим делам. Суворов встал и выплюнул кровь из рта, затем с недоброй ноткой во взгляде посмотрел на Ералаша - ты хули там в мыслях своих летаешь, а? ты понимаешь что я из-за тебя же получил? - Адидас уже это говорил совсем с агрессией - ну я это.. - Миша за мямлил. - да я как-то не расчитывал что кто-то придёт, да и ты бы мог как-нибудь раньше меня пинуть. - то-есть ты сейчас всё на меня свалить хочешь? - не, нет ты что?.. - да ни что, оттрахаю тебя как следует, как шлюху поимею, тогда может поймёшь уже, что в реальности обитать надо. - э, э, Марат погодь, давай как-нибудь по другому решим! - тораторил Тилькин пока Суворов тащил его к себе домойу Адидаса видимо никого дома не было. когда старший кое-как затащил к нужной квартире брыкающегося мальчишку, то сразу же быстрыми движениями начал поворачивать ключ в дверной скважине. как только дверь открылась Суворов буквально швырнул Ералаша в коридор. - разувайся, я жду. - грубо говорил Марат, сам он уже разулся и снял верхнюю одежду. Тилькин всё же не стал перечить старшему и сделал всё как он просил, а точнее приказывал бы тут лучше подошло. светловолосый снял свою куртку и шапку. после этого Марат взял того за руку и потащил в спальню. поскольку Адидас жил не один, а ещё с Адидасом старшем, он потащил Мишу в спальню родителей. там он бросил его на кровать, а Ералаш в целом уже и не сопротивляется, не потому что ему этого хочется, а потому что тут выхода больше нет, если он будет сопротивлятся, то будет только хуже. Адидас начал раздевать младшего, первый полетел тёплый свитер, а подним собственно уже ничего и не было, дальше ультует уже зипка Марата, затем уже штаны обоих, оба остаются в одном нижнем белье, Миша смущённо взгляд свой пытается куда-нибудь деть, лиж бы не сталкиваться со взглядом старшего. а старший ножки стройные гладит Мишины, царапая чуть, кусает, лижет, как леденец петушок, который они привезли с Москвы на весь универсам. а Ералаш лишь на это голову назад опрокидывает, постанывает так тихонечко, мило, даже мелодично. Марат его на живот переворачивает, ставя в колено локтевую, но не совсем, заставил Тилькина полностью грудью леч на кровать, на спину нажимая что-бы тот прогнулся как можно сильней, а зад свой тощий наверх поднял - ноги шире разведи - приказывает старший. голос совсем уже другой стал от возбуждения, хриплый, низкий. Миша так и сделал, поёрзал чуть-чуть, заскулил жалобно так. возбудился сильно уже. Марат ему в рот два пальца суёт, тот же в ротик берёт, посасывает причмокивая, Адидас пальцы свои вытащил из рта младшего и сразу двумя зашёл в пока что сжатое колечко мышц. Ералаш застонал, ему сначало больно было, но чем больше времени проходило, тем приятней становилось, старший третий палец уже добавил. и тут уже Тилькин не выдерживает - блять, Марат.. - тянет жалобно так младший - заебали меня твои пальцы уже, большего хочу.. - ты ж сам потом просить будешь чтоб я остановился - ну пожалуйста. - тогда пощады не жди Марат будто-бы собака уличная с цепи сорвалась, пальцы вытащил и сразу же своим членом зашёл до основания. Ералаш даже не стон издал, а крик целый, не ожидал он того что член у Адидаса такой большой будет, широкий и длинный. а Суворов время зря не терял, младшего за загривок схватил, голову на себя тянуть начал, а в это время бешенным темпом в Елараша вбивался, младший кричал громко так, перед глазами кометы ловя, глубоко слишком для него было, так ещё и с каждым толчком Марат по простате попадал, истерику у младшего вызывая. - АХ, БЛЯТЬ, МАРАТ! - прокричал мелкий в очередной раз когда член старшего по простате проехался - сукаааа, г..глубоко слишком Мараат!... - ну я ж сказал, пощады не жди. Суворов волосы Мишены отпустил и руки его схватил, которые всячески мешали во всю длину в нутро заходить, он их на кровать повалил и своими держать начал, почти весь свой вес туда перевешивая, а темп лишь ускорился. Ералаш теперь точно бензиновые разводы перед глазами видел, одновременно приятно, и одновременно глубоко слишком, член прям на простату давил, а Марат лишь кайф ловил, от того как стенки чужие орган его сжимали. Миша уже всячески пытался Суворова замедлить, скулил жалобно, умолял, а тот лишь вбивался так, что от Тилькина одни крики вместо стонов слышны были, он бедный уже голос сорвал. после этого младший конкретно подзаебал Адидаса, тот руки его отпустил, но не на долго, лишь за спиной заводя и там держа, одной рукой, а второй за шею взял и душить начал. у Ералаша ещё с начала проникновения в него в глазах слёзы копились, но не позволял он им скатиться с лица его, а сейчас когда ему уже буквально больно с этого он позволил себе начать плакать. и лишь тогда Марат всё таки остановился, и душить перестал, а то бы чуть чуть и.. спину начал расцыловывать, поглаживать, волосы гладит - ну ладно тихо, тихо - успокаивал младшего Марат - ещё чуть-чуть потерпи пожалуйста, я повторяюсь быстро закончить. конечно и сам Тилькин не скрывал что скоро кончит поэтому собрался с духом и позволил Марату это всё уже закончить. вот сейчас уже по на стоящему темп был звериный, оба задыхались, а Суворов опять Ералаша за волосы схватил. и вот наконец. Суворов изливается глубоко в Мишу, а Миша на кровать и себе на живот. оба свалились без сил. - в следующий раз я буду намного грубее и жалеть точно не буду. пытаясь востановить дыхание проговорил Марат - да понял, понял я, а родители у тебя когда вернуться? - завтра вечером - ну я значит у тебя останусь