Когда звёзды гаснут

Тёплый утренний свет из зачарованного окна проникал сквозь щель между полами балдахина, которые Аврора никогда плотно не задёргивала, всегда оставляя небольшой просвет. Когда мягкий луч солнечного света коснулся щеки девочки, она медленно открыла веки. В оранжевом утреннем свете Солнца её лазурные глаза приобретали медные блики. Потянувшись на воздушной постели, в которой ей так уютно спалось прошедшую ночь, Аврора счастливо улыбнулась, приветствуя новый день, в который не просто начнутся учебные будни новоприбывших студентов Хогвартса, но и наступит её двенадцатый день рождения. Рори было грустно от того, что на этот раз рядом с ней не будет Роэля и их ежегодного чаепития, но в то же время она радовалась тому, что сможет впервые провести празднование своего дня в компании любимых кузин. Вскочив с кровати, Аврора направилась в уборную, по пути наколдовав "темпус" и поняв, что проснулась на час раньше времени, когда староста собиралась их разбудить. Но девочка никогда не славилась любовью подолгу лежать в постели, что всегда разительно отличало её от сверстниц. Быстро завершив все утренние процедуры, Рори вернулась в спальню, надевая выглаженную заботливыми домовиками форму, галстук и эмблема на мантии уже приобрели черты, присущие её факультету. Расцветка галстука представляла собой чёрно-золотые полосы, что соответствовали цветам Дома Хаффлпафф, а на эмблеме расположился барсук. Расчесав золотые длинные кудри, именинница решила немного исследовать подземелья, в которых ей теперь предстояло жить ближаейшие семь лет, так как в запасе оставалось целых полчаса свободного времени до пробуждения остальных первокурсников. Выйдя из уютной гостиной Хаффлпаффа через дно бочки, Аврора оказалась в подземельях, которые на удивление были сухими. Подземелья Хогвартса условно делили между собой змеи и барсуки, представители которых никогда не враждовали друг с другом, не смотря на то, что выходцы Дома Хельги сейчас считались светлыми и добрыми волшебниками, а дети Салазара славились пристрастием к тёмным искусствам и коварностью. Но любой уважающий себя аристократ прекрасно понимал, что пренадлежность к представителям Хаффлпаффа не означает мягкий характер, она означает верность принципам своей семьи, общность и единство, готовность отстаивать свои идеалы во благо близких людей. Змеи, будучи закоренелыми индивидуалистами, всегда уважали сплочённость своих соседей по подземельям. Среди барсуков искомо было не меньше представителей аристократии Магической Британии, чем на самом Слизерине, которые не только умели по-слизерински плести закулисные интриги, но и крепко держались на занимаемых ими должностях в Министерстве. Традиции и верность были ключевыми качествами детей Хельги, даже магглорождённые выходцы факультета гармонично вписывались в общество волшебников, что выгодно отличало их от магглорождённых львов. Повернув налево в одном из коридоров, Рори заметила тоскливо сидящего в нише на подоконнике с зачарованным окном Сереруса, который, казалось, даже не дышал. — Привет, — мягко привлекла она внимание кузена, его тело едва заметно вздрогнуло от звука её голоса, он повернул голову в направлении девочки. — Что ты делаешь здесь так рано? — То же самое могу спросить и у тебя, — хриплым голосом ответил черноволосый мальчик, наблюдая, как золотоволосая девочка, с которой он познакомился лишь вчера, садится с ним рядом на подоконник. — Рано проснулась, захотелось осмотреть хотя бы малую часть замка, — пожав плечами, ответила Аврора. — Мне тоже не спалось с утра, хотел подумать в одиночестве. — Мне тебя оставить? — Рори собиралась покинуть Северуса, начав слезать с подоконника, но холодная мальчишеская ладонь удержала её за локоть. — Можешь остаться. Прости, Аврора, я иногда грублю людям, но не специально, — Северус немного испугался того, что может потерять нового друга в первый же день. — Ничего страшного, Сев, я не в обиде, — ничуть не солгала Рори, как истинная представительница аристократии, она всегда ценила личное пространство других людей, которых не звали Роэль. У него личного пространства в её отношении никогда не было. — Что тебя так встревожило? — поинтересовалась девочка. — Не знаю, — прошептал он. — Я всегда думал, что Слизерин… что всё будет иначе, как рассказывала мама. Но здесь так темно и холодно. Все только и делают, что соревнуются и стремятся к власти. Нет той дружбы и поддержки, о которой она всегда вспоминала, по крайней мере не по отношению к безродным полукровкам. Сердце Авроры сжалось от его слов, она понимала, что не может сейчас оказать весомую поддержку кузену, не может даже сказать ему, что Род о нём не забыл. — Может быть, это только первое впечатление? Слизерин — это не только хитрость и амбиции. Там есть и мудрость, и сила. Ты найдешь там поддержку, я уверена, не общаю, что это будет легко, но верю, что ты достаточно сильный для этого, Сев, — она улыбнулась ему, стараясь подбодрить. В это время по коридору прошла Андромеда, заметив сидящих в нише на подоконнике детей краем глаза. Она оглядела темные углы подземелий и расслабленно выдохнула, узнав в маленькой черноволосой детской фигурке, своего пропавшего первокурсника. — Северус, вот ты где. Я уже начала волноваться. Идем, пора на завтрак, все ждут только тебя. А тебя, Рори, с днем рождения! — она обняла Аврору и поцеловала в лоб. — Ты светишься, как солнце сегодня утром, впрочем это твоё обычное состояние, кузина. Все подарки получишь вечером. — Спасибо, Энди, — Аврора почувствовала, как тепло распространяется по ее телу от слов кузины, которую она благодарно обняла. — Не знал, что у тебя день рождения. С праздником, Аврора, — смутился Северус. — Спасибо, — искренне улыбнувшись, девочка поблагодарила кузена. Андромеда повела первокурсников в сторону входа в гостиную Хаффлпафф, подозревая, что не только она занята поиском пропавшего первокурсника. Догадка старосты шестого курса Слизерина оказалась верна, так как около бочки, что вела в комнаты барсуков, уже собралась кучка первокурсников, которых уже третий раз пересчитывал староста шестого курса Хаффлпаффа, никак не досчитываясь одного барсучка. — Тонкс, твоя пропажа? — с задорной улыбкой крикнула Энди однокурснику. — Мерлин, Монтератти! — вскинув руки в стороны, воскликнул молодой человек, у которого были светло-каштановые густые волосы, карие глаза и милая улыбка с ямочками на щеках. — Мы тебя уже везде ищем, Леонард пошёл обходить подземелья. — Прошу прощения за причинённые неудобства, мистер Тонкс, — покаянно пробормотала Аврора, потупив взгляд на собственные лакированные ботинки. — Слава Мерлину, ты нашлась, пожалуйста, не делай так больше, хотябы до тех пор пока не узнаешь замок лучше, в коридорах очень легко заблудиться, — мягким шёлковым голосом сказал парень. — Спасибо, Блэк, за то, что привела, — учтиво поблагодарил он Андромеду. — Не стоит благодарности, Тонкс, она моя кузина, — вскинула точеный аристократический носик Энди, всем своим видом стараясь показать, что общается с челядью. Аврора искренне не поняла поведения старшей сестры, словно нутром чувствуя, что за ним стоит что-то скрытое, то, что она никак не может увидеть. Отбросив лишние мысли из головы, на которых решила не заострять внимание, девочка отправилась на завтрак вместе с остальными первокурсниками факультета, присоединившись к Жасмин и Глории. В Большом зале во всю проходил первый завтрак в учебном году, Амелия Боунс уже раздала расписания каждому ученику факультета, оказывая посильную помощь декану. Вдруг, в зал влетела стая сов разных размеров и мастей, знаменуя пребытие утренней почты, первой в этом году. Чёрный ворон семьи Принц, которого звали Августин, опустился около Авроры, к его лапе был привязан свёрток, уменьшенный с помощью магии. Девочка быстро отвязала подарок, убрав его в сумку в надежде открыть вечером, после трансфигурации и гербологии. Накормив Августа кусочками курицы, Аврора уже было собралась уходить, но со стороны гриффиндорского стола раздался вопль прекрасно знакомого ей голоса. — СИРИУС БЛЭК! МНЕ СТЫДНО НАЗЫВАТЬ ТЕБЯ СВОИМ СЫНОМ, ТЫ — ПОЗОР ВСЕГО РОДА, ЖАЛКИЙ ПРЕДАТЕЛЬ КРОВИ, ГНИЛОЙ ЛИСТ НА ДРЕВЕ ДРЕВНЕЙШЕГО И БЛАГОРОДНЕЙШЕГО ДОМА БЛЭК! ТЫ МНЕ БОЛЬШЕ НЕ СЫН! Все дети в Большом зале смотрели на Сириуса Блэка, который растеряно проводил взглядом по взорвавшимся клочьям красного пергамента. Кузины первокурсника взволнованно переглянулись между собой, будто бы ведя безмолвный разговор друг с другом. Сириус спустя несколько долгих секунд вспомнил, что ему, как Наследнику Рода, полагается держать лицо, и выпрямился по струнке, сделав вид, что его ничуть не взволновало послание матери. Когда Аврора пересеклась взглядом лазурных глаз с серыми глазами кузена-жениха, она увидела в них затаённую боль и обиду, что мальчик не посмел показать публике. Стоит отдать должное Поттеру, который сразу же начал отвлекать родственника весёлыми разговорами, что благоприятно действовали на него. В смешанных чувствах Рори отправилась на первый урок, которым сегодня была сдвоенная с Рэйвенкло трансфигурация. На уроке трансфигурации класс заполнился ожидаемой суматохой, поскольку ученики занимали свои места, приготовившись к своему первому занятию в Хогвартсе. Аврора заняла место в первом ряду, разделив его с Филиппом Ноттом, что позволило им лучше видеть демонстрации профессора МакГоннагал. Крёстная гордо сидела за рабочим столом, вернее сказать, на столе, в своей анимагической форме кошки, сразу наглядно продемонстрировав ученикам возможности высшей трансфигурации. Профессор начала урок с краткого введения в искусство трансфигурации, подчеркнув его сложность и точность, необходимую для успешного освоения. С её строгим и в то же время вдохновляющим тоном класс внимал каждому слову. — Трансфигурация — это не просто изменение формы одного объекта в другой, это глубокое понимание структуры материи и магии. Каждый из вас должен научиться видеть и чувствовать тонкую грань между веществом и его магическими свойствами, — строго сказала она, обходя класс и проверяя, как ученики приготовили свои палочки и учебники. Профессор разложила перед каждым учеником по спичке, их задачей было трансфигурировать её в металлическую иглу. — Концентрация и точность — ваши лучшие помощники сегодня, — напомнила она. Аврора, взявшись за палочку, почувствовала лёгкое волнение. Она и Филипп обменялись взглядами, оба понимая важность момента. Филипп казался немного напряжённым. Аврора тихо произнесла необходимую формулу, сосредоточенно направляя палочку на спичку. Светлый луч мягко охватил объект, и через несколько мгновений спичка начала меняться, принимая гладкие, блестящие очертания иглы. Филипп, наблюдавший за процессом, тоже старался следовать её примеру, но его спичка лишь частично превратилась, оставаясь наполовину деревянной. Профессор МакГоннагал подошла к их парте, её глаза с интересом перескочили с одного объекта на другой. — Прекрасно выполнено, мисс Монтератти, — сказала она, в голосе крёстной девочка слышала хорошо скываемую гордость. За этот урок Аврора заработала свои первые пять баллов в копилку Хаффлпаффа. Филиппу же Минерва дала советы по улучшению техники и похвалила за усилия. Урок продолжался, и дети с энтузиазмом делали свои первые шаги в этой сложной науке, в то время как профессор обходила класс, предлагая помощь и делая замечания. Атмосфера была насыщенной учебным азартом, а каждый успешный опыт укреплял уверенность учеников в своих магических способностях. После окончания урока, когда остальные студенты начали собираться, чтобы выйти из класса, профессор МакГоннагал подозвала Аврору к себе. Класс уже опустел, а в воздухе ещё витал лёгкий аромат магии от урока. — Аврора, подойди на минуту, пожалуйста, — её тон был мягче обычного, и на её лице играла тёплая улыбка. Аврора, немного удивлённая таким поведением обычно холодной крёстной, подошла к кафедре, где стояла профессор. Минерва взяла с кафедры маленькую изящную коробочку и протянула её Авроре. — С днём рождения, дорогая крестница. Я знаю, что не всегда бываю той крёстной матерью, которую ты заслуживаешь, но я всегда думаю о тебе, — сказала Минерва, и её голос звучал необычно нежно и заботливо. Аврора осторожно приняла коробочку и, под взглядом крёстной, аккуратно открыла её. Внутри лежала золотая заколка, украшенная маленькими голубыми топазами, играющими на свету. Камни изящно вписывались в золотую оправу, создавая элегантный и утончённый аксессуар. — Крёстная… Она прекрасна, — прошептала Аврора, впервые чувствуя себя немного растерянной от такого жеста заботы со стороны этой женщины. — Я рада, что она тебе понравилась. Эти топазы подходят к цвету твоих глаз. Надеюсь, она будет тебе напоминать, что, несмотря на все сложности, которые могут встретиться, ты не одна, — Минерва коснулась руки Авроры, передавая ей чувство поддержки. Аврора надела заколку, украсив ей свои золотые волосы. — Спасибо, крёстная. Это действительно значит для меня много, — сказала Рори, улыбаясь в ответ на улыбку Минервы. Этот момент стал для неё особенным напоминанием о том, что в Хогвартсе у неё есть поддержка среди взрослых. Следующим уроком у первокурснтков Хаффлпаффа была гербология со Слизерином, на которой Рори сидела рядом с Северусом, обсуждая различные возможности применения доступных им растений в зельеварении. Урок прошёл быстро и интересно, несмотря на то, что большинство трав были знакомы Северусу и Авроре. Вечером этого дня Аврора расположилась на уютном пледе на берегу озера вместе с Нарциссой и Андромедой, кузины делились впечатлениями от первого учебного дня, угощаясь домашней выпечкой, которую прислала Авроре Элейна утром этого дня. Солнце уже кланилось к закату, когда к девушкам присоединились Беллатрикс и Сириус, который слегка прижимался к старшей из сестёр. В последние пару часов Белла и Сири успели очень многое обсудить, девушка как могла старалась успокоить кузена после полученного им воппилера, ей это даже, кажется, удалось. Сириус вручил Авроре в качестве подарка пустую тетрадь в кожаном переплёте с бесконечными страницами, за что получил искреннюю улыбку кузины. Несмотря на сложные отношения между ними, было несколько дней в году, когда они могли друг друга выносить. Дни рождения каждого из них как раз таки входили в список таких дней. В этот день рождения Рори получила множество подарков, но самыми запавшими в душу оказались подарки от крёстной, которая подарила заколку, и от отца, от которого девочка получила ценный кулон-артефакт, который позволял носителю чувствовать состояние близких людей. Солнце постепенно скрылось за горизонтом, оставив лишь чуть заметную полоску света, обрамляющую его, а пятеро кудрявых кузенов всё продолжали сидеть на пледе, наслаждаясь чувством единства. Каждый из них задумался о своём будущем, чувствуя теплоту той поддержки, которую они получали друг от друга. Аврора смотрела на горизонт, ощущая себя частью большой и любящей семьи, несмотря на все испытания, которые их ожидали впереди. Она знала, что эти моменты единства и поддержки будут помогать им всем сталкиваться с любыми трудностями в Хогвартсе и за его пределами.