Когда звёзды гаснут

Начало ноября выдалось промозглым и хмурым. Серое небо нависало над Хогвартсом тяжёлым покрывалом, грозясь вот-вот разразиться дождём. Однако Нарцисса Блэк и Аврора Монтератти, покидая Большой зал после обеда, были в прекрасном настроении, совершенно не обращая внимания на мрачную погоду. — Ты заметила, как покраснели щёки Беллы, когда она получила письмо от Роэля? — хихикнула Аврора, слегка толкнув кузину локтем. — Конечно заметила! — с улыбкой ответила Нарцисса. — Мерлин, кажется, она становится такой же романтичной дурочкой, как тётушка Лукреция в первые годы брака, судя по рассказам тёти Вал! Девочки захихикали, идя рука об руку по холодным коридорам замка. Когда они дошли до картины, на которой рыцарь клялся в любви прекрасной, но холодной даме, Аврора остановилась, улыбаясь изображению. — Посмотри, Нарси, эта дама выглядит точь-в-точь как ты! — Ну уж нет, — жеманно вздёрнула подбородок Нарцисса. — Я уж точно не делаю вид, что одариваю кого-то своей милостью. Они вновь рассмеялись и попрощались, разойдясь в разные стороны. Нарцисса, выпрямив спину и подняв подбородок, уверенно направилась в подземелья. Каменные стены здесь были сырыми и немного обшарпанными, однако, мраморный пол отражал свет факелов, подчёркивая её гордую осанку, её практически белые шёлковые локоны были заплетены в строгую косу. Чем ближе она подходила к гостиной Слизерина, тем холоднее и величественнее становился её взгляд. Она приветствовала сокурсников лёгким кивком головы, не останавливаясь для разговоров. Вечером Нарцисса сидела в уютном кресле возле камина, лениво слушая, как Мелисса Гринграсс учит первокурсницу формуле трансфигурации. Внезапно её внимание привлекли знакомые тёмные кудри, мелькнувшие у выхода из гостиной. «Энди?» — удивилась Нарцисса, нахмурив тонкие брови. Она задумалась. В последнее время старшая сестра вела себя странно: часто уходила поздно и возвращалась уже за полночь. И это было совсем не похоже на поведение обычно строгой и дисциплинированной Андромеды. Целую неделю Нарцисса незаметно наблюдала за сестрой. Однажды, следуя за Андромедой в выходной день, она спряталась за кустом в школьном дворе, внимательно наблюдая, как та спешно уходит в сторону подземелий. Не Слизеринскую сторону подземелий. — Что это ты делаешь, Цисси? — прозвучал за спиной издевательский голос Сириуса. Нарцисса вздрогнула и резко обернулась: — Не твоё дело, Блэк, — фыркнула она. — Напротив, кузина, всё, что касается семьи, — моё дело, — надменно ухмыльнулся Сириус, скрестив руки на груди. — Но разведчица из тебя отвратительная. Если тебе нужно что-то узнать, ты могла просто спросить у Энди. Ты же за ней шпионишь? — Я подозреваю, что Андромеда скрывает что-то важное, — призналась Нарцисса, поджав губы. — Она ведёт себя крайне подозрительно. Сириус усмехнулся, его глаза блеснули от любопытства: — Тогда считай, что я в деле. Следующие несколько дней они вместе тайно следили за Андромедой и вскоре заметили, что она слишком много времени проводит неподалёку от гостиной Хаффлпаффа. — Нам нужна Рори, — решительно заявил Сириус. — Она поможет выяснить, в чём тут дело. На следующий день в библиотеке кузены быстро изложили Авроре свои подозрения. — Андромеда? — удивлённо приподняла брови Рори. — Вы уверены? — Абсолютно, — холодно ответила Нарцисса. — Иначе я не стала бы тебя просить. — Хорошо, — вздохнула Аврора, серьёзно посмотрев на кузенов. — Я помогу вам К концу месяца троица кузенов вычислила основные места, куда регулярно уходила Андромеда. Однажды вечером, сидя в гостиной и читая книгу по зельям, Рори заметила, как староста шестого курса Тэд Тонкс вошёл в гостиную после полуночи с растрёпанными волосами и небрежно завязанным слизеринским галстуком на шее. Наутро Аврора поспешила рассказать об увиденном кузенам. — Тонкс? — взорвался Сириус, стиснув кулаки. — Этот грязнокровка? — Следи за языком, Сири. Ты не дома, — моментально поправила его Рори. — Нужно проследить за ним, — решительно сказала Нарцисса. Этим же вечером они втроём незаметно шли за Тэдом, который беспечно направлялся к северной башне. В одной из ниш они увидели его с Андромедой в весьма компрометирующем положении, которое явно не предназначалось для глаз пары первокурсников и одной второкурсницы. Рубашка Андромеды была расстёгнута на распашку, из-под неё отчётливо был виден бледно-розовый кружевной бюсгалтер. Тонкс же уже был по пояс нагой, его левая рука находилась глубоко под складками юбки слизеринки. Несколько секунд стояла оглушительная тишина. — Убери свои грязнокровные клешни от моей сестры, ублюдок! — гневно прорычал Сириус, рванувшись вперёд. Аврора удержала его за локоть, смотря на Тонкса с нескрываемым презрением. — Нарси? — попыталась оправдаться Андромеда, обращаясь к единственной из ребят, кто выглядел скорее растерянно, а не разъярённо, параллельно приводя себя в порядок. — Молчи! — холодно оборвала её Нарцисса, взяв себя в руки. — Если я ещё хоть раз увижу тебя рядом с моей сестрой, Тонкс, ты отправишься в прогулку по Запретному лесу к акромантулам. Тэд молчал, но взгляд его был полон вызова. Андромеда попыталась возразить, но кузены уже развернулись и быстро ушли прочь. Позже, сидя в библиотеке, кузены обсуждали случившееся. — Это просто отвратительно, — брезгливо сказала Нарцисса. — Да, от Тонкса я такого не ожидала, — нахмурилась Аврора. — Грязнокровки не имеют ни малейшего понятия о чести, — презрительно бросил Сириус. Неожиданно за их спинами раздался холодный голос Андромеды: — Не смейте лезть в мою личную жизнь. Вы меня разочаровали. Сириус резко вскочил, вызывающе глядя на сестру: — А ты разочаровала нас, связавшись с паршивым грязнокровкой, что относится к тебе лишь как к телу для удовлетворения своих грязных желаний! По библиотеке разнёсся резкий, оглушительный звук пощёчины, словно удар хлыста, разрезавший царящую до этого напряжённую тишину. На несколько бесконечно долгих мгновений время словно застыло. Сириус, ошеломлённый и одновременно взбешённый, медленно повернул голову обратно к сестре. На его лице, обычно таком самоуверенном и надменном, сейчас явно читалось потрясение, смешанное с болью и гневом. Серая буря в его глазах казалась вот-вот готовой прорваться наружу. — Как ты посмела? — прошипел он сквозь зубы, чуть заметно дрогнув от ярости. Его руки сжались в кулаки так сильно, что костяшки пальцев побелели. Андромеда стояла напротив него, тяжело дыша и пытаясь сохранить самообладание, однако маска холодной гордости на её лице впервые дала трещину. В тёмных глазах девушки промелькнула боль и обида — на короткое мгновение она показалась почти уязвимой. Но тут же она снова выпрямила плечи, вздёрнула подбородок и ответила с ледяным спокойствием: — Ты сам вынудил меня, Сириус. Не смей так говорить о Теодоре. В её голосе слышалась дрожь, выдававшая внутреннюю борьбу, которая происходила в душе девушки. Но Нарцисса этого не заметила — сейчас она с недоверием и шоком смотрела на сестру, прикрыв рот ладонью, словно не веря своим глазам. — Энди… — прошептала она, почти беззвучно, её светлые глаза расширились от ужаса и возмущения. Для младшей Блэк пощёчина была не просто жестом — это был удар по всему, во что верили и что защищали их родители и старшие родственники. Ударить члена семьи в публичном месте само по себе было чем-то невообразимым. Но Сириус был к тому-же не просто родственником, он был наследником Рода. Аврора же, обычно такая сдержанная и воспитанная, не удержалась и сделала шаг назад, стараясь заглушить невольный вздох удивления. Впервые она видела Андромеду настолько потерявшей контроль над собой. — А теперь, — Андромеда усилием воли вернула своему голосу прежнюю ледяную холодность, — покиньте библиотеку. Я не желаю больше видеть вас сегодня. Сириус сделал шаг к сестре, явно собираясь что-то сказать, но Аврора, уже успевшая взять себя в руки, мягко, но при этом настойчиво, удержала его за локоть: — Пойдём, Сири. Пожалуйста, — почти умоляюще прошептала она, чувствуя, что если сейчас не остановить его, будет только хуже. Он ещё раз яростно посмотрел на Андромеду, словно пытался прожечь её насквозь своим взглядом, после чего резко развернулся, выдернув руку из хватки Рори, и стремительно направился к выходу из библиотеки. Нарцисса последовала за ним, гордо вскинув подбородок и не удостоив сестру больше ни единым взглядом. Аврора же бросила короткий, полный сожаления и разочарования взгляд на Энди, прежде чем повернуться и уйти следом. Андромеда осталась стоять одна среди высоких стеллажей, неподвижная, словно мраморная статуя. Она медленно опустила руку, которой ударила Сириуса, и, глядя вслед кузенам, ощутила, как внутри неё разливается горечь и одиночество. Она и подумать не могла, что её отношения с Теодором приведут к таким последствиям, в эту секунду ей казалось, будто она открывает ящик Пандоры, и не знает, что ожидать. «Что же ты наделала, Энди?» — с мучительной тоской пронеслось у неё в голове. Девушка тяжело опустилась на ближайший стул, обхватив голову руками и погрузившись в тягостное молчание, нарушаемое лишь тихим потрескиванием камина в глубине библиотеки.