Принуждение

— Ты уверен, что дело не в тебе? — Чан ухмыльнулся и налил Минхо очередной стакан виски. Минхо было нужно это после сегодняшнего адского дня. Он встретился с сабом, на которого наткнулся в приложении, но такой опыт лучше всего утопить в алкоголе. — Чан-хён! — Минхо стукнул Чана по бицепсу. Он не в настроении, чтобы ему напоминали о том, что для танго нужны двое. Ну, в его случае один, если он переживёт вечное одиночество и сексуальную неудовлетворённость из-за отсутствия любовника. Минхо устал, он обрыскал весь Сеул в поисках долговременного саба. Может, ожидания Минхо из рамок вон выходящие, или может того, кто ему подходит, просто не существует. Он не думает, что он просит о многом. Минхо мечтает о партнёре, который обсуждал бы с ним границы, искренне наслаждался сценами и имел схожие с его кинки. Вот и всё! Пока что каждый с кем он встречался, не соответствовал одному обыкновенному критерию. Чаще всего, второму. Не то, чтобы он хочет, чтобы его партнёры претворялись, что получают удовольствие, но это заставляет задаваться вопросом, не прав ли Чан. Проблема в нём? Он не в состоянии подчинить себе партнёров в той форме, которая им нравится? Минхо так много думал об этом, что теперь ему кажется, что он сошёл с ума. Он устало вздыхает, массажируя напряженные виски. Чан делает глоток, удивленно хмыкнув, глядя в ночь. С крыши особняка Минхо город был невероятно красив. Огоньки вдали мигали, отражая снежные поля, отделяющие Минхо от цивилизации. Отсюда люди в городе казались такими ничтожными. Минхо знал, что людям со средним заработком трудно понять его проблемы. Как они поймут, если проживают совершенно разные жизни? Поэтому сейчас, спустя 25 лет, Чан — его единственный спутник всей жизни. К сожалению, только в платоническом смысле. Он один из немногих людей, способных понять его проблемы. — Если дело не в тебе, могу ли я предложить решение? — Чан что-то вынашивал с того момента, как Минхо пожаловался на свою сексуальную жизнь и тот заявился в гости. Минхо не утруждался в исправлении логической ошибки заключающейся в том, что ему не нужно решение без выявления проблемы, потому что он сам прекрасно осознавал, что его сексуальная жизнь и есть главная проблема. Он слишком богат для переживаний по типу налогов и акций, этим занимается его бухгалтер. Минхо позволил холодному спиртному напитку проскользить вниз по горлу, обжигая так, что жжение напомнило ему о том, что он человек. Он кивнул Чану, ему стало интересно. — Знаешь, Хёнджин- — Да, ты не затыкаешься о нём, — Минхо слышал всё об их ох-таких-замечательных-и-нескончаемых стуках о каждую столешницу, диван, или любую другую поверхность на которой можно потрахаться. Чан проигнорировал комментарий Минхо, — Ну, я встретил его в клубе, — Чан почесал шею, каким-то образом уже забыв, что сам добровольно начал разговор о Хёнджине. Они давным-давно прошли период принуждённого бракосочетания по договору их богатеньких родителей, поэтому Минхо не понимал, почему Чан так внезапно начал смущаться из-за всего этого. — Сходи в ночной клуб, может найдешь там кого-то настолько дикого, — Все взаимодействия которые Минхо имел с Хёнджином, с каждым разом были всё страннее предыдущих. Не в плохом смысле, просто необычно. — Ну, не ночной клуб… другой тип клуба, — Голос Чана стал значительно выше на второй части его умозаключения. Минхо недопонимающе посмотрел на Чана. Он не тот, с кем хотелось тесно делиться успехами. Обычно Минхо — тот, кто просит пьяного Чана наконец заткнуться о его сексуальных похождениях. Например на прошлой неделе, он сказал Минхо, что пошёл поесть салат в любимый магазин Хёнджина, а после этого он съел уже совершенно другой вид салата. — Как твои привычки таскаться по клубам связаны с моей сексуальной жизнью? — У Минхо недостаточно трезвых клеток мозга чтобы понять интерпретирующее покачивание Чана в кресле напротив. — Ну, я встретил там Хёнджина… может ты тоже кого-нибудь найдешь. Знаешь, кого-то, кто смог бы быть нижним для тебя так, как ты хочешь, — Чан допил остатки его виски, вздыхая в ночь. Сейчас зима, и ночи морозные. Минхо бы хотел, чтобы алкоголь текущий по венам согревал его сильнее, как и подобает любовнику. Минхо моргает, а затем до него доходит, — О, ты имеешь в виду БДСМ клуб. Почему просто не сказал так, как есть? — он недоумевающе качает головой. Время, что Чан проводит с Хёнджином, делает его всё непонятнее. Несмотря на комментарий, Минхо стало любопытно. Он пробовал приложения, сайты, и другие виды тщетных попыток найти подходящего партнёра сабмиссива. Все они заканчивались едва ли успев начаться, и Минхо начал задаваться вопросом, сможет ли он вообще найти того, с кем сойдется. Он жаждет шип для своей розы. Также как Хёнджин, его Чана. — Исходя из контекста, я думал, что это очевидно, — Чан пожимает плечами, ещё одна привычка подхваченная от Хёнджина. — Я слишком пьян для контекста, — Минхо делает очередной глоток и заканчивает на этом разговор.

─── ₍ᐢ•ﻌ•ᐢ₎ ───

Чан продолжает доставать Минхо, пока тот наконец не сдается и идёт в БДСМ клуб. Он называется Гангбак. Ну, идёт — это громко сказано. Сперва он созвонился с секретарём и записался на приём, на котором ему сказали только то, что ему необходимо сдать анализы на выявление болезней и инфекций, передающихся половым путём. Он так и поступил. Потом они сказали, что ему нужно пройти психологическое обследование. Минхо успешно его прошёл. Или он так думал, до момента пока портал не сказал ожидать результатов, и лишь спустя 8 дней статус поменялся на пройдено. После всего этого он заполнил занявший у него 30 минут опрос об интересах, желаемом партнёре, планах, и причине, почему он решил нанять одного из их работников. Минхо знает всё о роскошных клубах для богачей. Расстраивает только то, что когда он еле-еле согласился, то решил сделать всё по-быстрому, а в итоге два месяца проходил опросы и тестирования. Он перешёл от ожидания с нетерпением к банальной необходимости в этом, просто потому, что он слишком долго ждал. Чану следовало предупредить его об этом, но именно так они тебя и достают. В итоге, когда он приходит на первый сеанс, огромная вывеска прямо перед ним написанная жирным и страстным шрифтом приветствует его, оставляя каплю на воображение. Минхо открывает входную дверь, за которой тянется длинный и тёмный коридор, на правой стене которого находились аналогичная атрибутика, а на левой эротические картины. Пахнет телами, одеколоном и воняет сексом, несмотря на громко работающую у входа вытяжку. Ни одна из этих вещей ничуть не волновала Минхо. Он всегда спокоен бо́льшую часть времени, если игнорировать его нескончаемую социальную тревожность и страх конфронтации, то его эмоции всегда примерно одинаковые. Он жаждет адреналина, контроля, высокую дозу эйфории, чтобы почувствовать что-то из этого хотя-бы раз, вместо проживания монотонной жизни. Его терапевт говорит что он вполне нормальный, даже если у него не куча друзей или взаимодействий с кем-то, кроме Чана и его ассистента — Сынмина. Минхо идёт вдоль по коридору, слыша звук текущей воды. Он входит в обыкновенную комнату для ожиданий с растениями, прудами с кои и огромным водным фонтаном. Ему интересно, не для того ли он, чтобы заглушать звуки. На кожаных диванах лежат красные подушки, выглядящие идеально чистыми. Место было полно сюрпризов, как и всё остальное тут. Может это из-за секса в воздухе или атмосферы в целом, но кровь Минхо начинает закипать лишь от одного окружения. Он подходит прямо к стойке. Чан дал ему подробную инструкцию о том, что говорить, — Привет, я Ли Минхо. У меня запись на 5:15, — Девушка работающая здесь выглядело молодо, возможно ей около двадцати. Она кивнула, что-то печатая в своём компьютере, прежде чем передать ключ-карту. — Добрый вечер Мистер Ли, Ханни ожидает вас в комнате 143. Следуйте прямо по залу, затем направо, до конца коридора, потом повернитесь налево и комната будет справа от вас, — Объяснила она. Минхо потерял нить повествования ещё на Ханни ожидает вас. Что за Ханни? Может есть ещё один Ли Минхо на 5:15? Они нашли ему кого-то после опроса на пять миллионов вопросов? Как много Ли Минхо приходят в этот клуб в 5:15? Минхо неуверенно кивнул и пошёл в зал, повернул налево, потерялся, развернулся и вернулся к стойке. Девушка снова дала ему инструкции, и в это раз когда он потерялся, он всё-таки смог найти комнату 143. Когда ты богат и у тебя есть люди, которые возят тебя, в том чтобы хорошо ориентироваться на местности нет необходимости. Поэтому и Минхо и Чан каждый раз теряются, когда направляются куда-то без присмотра. Он какое-то время смотрит на ключ-карту, но принимает решение что предупредить этого Ханни перед тем как врываться в комнату — будет вежливее. Минхо стучит в дверь и ее почти сразу же открывает щекастый темноволосый парень, предположительно Ханни. Ничего не выйдет. Минхо всё это было не ново, он мог определить красные флаги, даже если они замаскированы под синие, но этот парень… этот Ханни соответствовал абсолютно всем звоночкам. Невинный, хрупкий, нежный, кажется, что одно неверное движение, и он разобьётся. Всё соглашение основано на том, что они доверяют друг другу, а Минхо в свою очередь, не доверяет сабам, которые, как кажется, не будут говорить, если что-то будет не так. Не говоря уже о том, что он выглядит так, будто он здесь только из-за своей внешности, а не навыков, — Да, это была ошибка. Ты не поймешь, что мне нужно, — Минхо развернулся и начал уходить, но его потянули за кожаную куртку и тот останавился. Из-за такой наглости, Минхо недовольно поворачивает голову, но губы Ханни растянуты в беззаботной улыбке. — Убегаешь так быстро? Многое теряешь, — Ханни провоцирует, пожимает плечами, а затем возвращается в комнату. Этим не задеть Минхо. Такое не должно, не обязано, просто не могло непостижимым образом задеть его. Но поддразнивание заставляет глаз дернутся, а кровь закипеть, подтверждая тот факт, что он действительно именно тот, кто многое теряет. Минхо уже многое потерял, как например, сексуальное удовольствие среди огромного количества неизведанных сабов. В этом нет их вины, они просто ему не подходили Минхо. Именно так он им и говорил. Минхо мигом заходит следом за Ханни, за то, что тот упомянул такое, к сожалению, точное наблюдение. Внутри комнаты за столом у окна сидит Ханни, перед ним два листа бумаги, а в глазах всезнающий блеск, — Было просто, — Ханни усмехнулся себе под нос. Ничего не просто. Единственное, почему он вернулся, так это только потому, что Минхо потратил слишком много времени на это чёртово место. Двухмесячное ожидание, тесты, экзамены, и психологическое обследование (которое он успешно прошёл). Ради чего всё это было, если не для этого? — Присаживайся, — Ханни указывает рукой, и Минхо направляется прямиком к нему. Он оглядывает комнату, отмечая кровать с роскошным красным одеялом. Сама по себе комната пахнет амброй и корицей, не так, как ярко выраженная вонь секса в лобби. У дальней стены шкаф, с необходимой атрибутикой и контрацептивами, предполагает Минхо. Он плюхается в кресло. Листы бумаги идентичны, каждый содержал их БДСМ опросы. — И что это было? — Ханни указывает на дверь. — Ничего, — Минхо не придал этому большого значения. Первое впечатление об этом парне наверное ошибочное, учитывая то, какое спокойствие и уравновешенность излучает Ханни прямо сейчас. Обычно во время сцен сабы Минхо как минимум немного волнуются и их нужно успокаивать, что непременно заставляет его самого нервничать. Ханни качает головой, не принимая такой ответ, — Мы никогда не перейдем к веселью, если ты не будешь разговаривать, милый. Расскажи мне, почему ты сбежал в ту же секунду, как увидел меня, — он скрестил руки и откинулся на кресло. Минхо молчал какое-то время, пока Ханни громко не вздохнул и наклонил голову. Минхо избегает зрительного контакта и вместо этого пялился в окно, высокие кусты загораживали весь обзор. — Я не знал, могу ли доверять тебе, — Минхо немного зажимается, а Ханни наоборот, заметно смягчается после его комментария, — Я хочу чтобы мы оба наслаждались, и если я волнуюсь о том, что ты бы не стал говорить что тебе не нравится, я бы не хотел тратить своё… или твоё время. — Оу. Прости, если бы я знал, то был бы помягче. Я думал… дело в моей внешности., — Ханни неловко почесал шею, на лице расцвёл румянец неловкости. — Нет, нет… ты милый… и сексуальный? — Минхо не уверен как ему стоит вести себя с ним. Ханни одет в чёрные кожаные штаны и сетчатый кроп-топ. Он милый, сексуальный, и чем больше Минхо пялится, тем больше он понимает насколько тупо бы он поступил, отказав. До этого у Минхо никогда не было нормального диалога с партнерами. Обычно они быстро пробегаются по запретам и идее сцены без лишних разговоров. Затем, когда они встречаются, то снова всё обговаривают и сразу же приступают к делу. Это более доступно. — Спасибо. Ладно, мне продолжить? — Минхо кивнул. — Я ещё раз озвучу правила и политику, а потом мы сможем поговорить о том, чем конкретно займемся сегодня. Я Ханни. Работаю здесь чуть больше трёх лет, и мы были подобраны друг другу из-за пересекающихся интересов. Если вы хотите быть в паре с кем-то другим, то можете сделать запрос после месячной заморозки или же после пяти сессий со мной. Минхо быстро моргает от огромного потока информации обрушенной на него, но Ханни продолжает, — Обычно я работаю по двум коротким или одной длинной сцене в день. Если в моём календаре нет свободных мест, значит меня забронировали или я взял свои два выходных на неделе. Не заваливайте офис вопросами об этом, иначе ваш номер заблокируют, — У Минхо и в планах такого не было, но похоже такое происходило достаточное количество раз, чтобы это стало частью речи. — С учётом вышесказанного, на первые несколько сцен мы просим не использовать игры с воздействием или игрушки, а также в целом действовать с бóльшей осторожностью. Как только мы выясним лимиты друг друга, то сможем начать исследовать больше интенсивных кинков. Кроме того, об этом необходимо сообщать заранее. Вопросы? — Ханни указал на список кинков в листе, розовым выделены те, что под запретом, жёлтым — с которыми нужно быть осторожным, а всё остальное — разрешено. Минхо отрицательно помахал головой. — Мне нужен устный ответ. — Нет. Никаких вопросов, — Минхо не ожидал такой тщательности. А стоило бы. Ему действительно блять стоило бы. Хотя он не против. Будто он наконец понимает, что ему не хватало какого-то внутреннего стержня. — Обычно мы используем систему светофора. Красный — стоп, жёлтый — действовать с осторожностью, зелёный — можно продолжить. Это соглашение только между клиентами, но если вы считаете что это может мешать, пожалуйста предупредите меня заранее. — Система светофора подходит. — Прекрасно. Ну так, чем хочешь сегодня заняться? — Ханни указывает на бумаги. Чтобы ему отсосали. Это не то, о чём спросил Ханни, поэтому Минхо вчитывается в свою копию текста. По бóльшей части Ханни брэт, и Минхо также всегда хотел исследовать брэт тейминг, он просто не находил того, с кем можно было бы его попробовать. Он также отмечает для себя пару других интересных вещей в списке помеченных розовым и жёлтым, запоминая, на будущее. — Брэт/брэт теймер с мольбой? — Предлагает Минхо, сжимая плечи. Ханни сказал начинать с чего-то лёгкого. — Так как в первое время у людей бывают проблемы с проведением черт, давай придерживаться словесного контакта. Лёгкие прикосновения или применение силы приемлемы, но ничего такого, что оставит синяки или следы, — Ханни обвел пальцем колонку с запретами для Минхо. — Хорошо, да, словесный контакт. Еще какие-нибудь ограничения? — Минхо дважды перечитывает каждую строчку, чтобы убедится что он их запомнил. — Никакой словесной деградации. — Ответил Ханни. Они разговаривали следующие полчаса, прорабатывая, что для каждого из них будет комфортно. Как только все темы были обговорены, Минхо извинился, — Слушай, Ханни, мне правда жаль насчёт того, что случилось раннее. Я не имел в виду ничего такого. — Всё в порядке. Теперь тебе комфортно, верно? Ты доверяешь мне? — Да, я доверяю тебе, — он вложил в эти слова больше смысла, чем хотелось.

─── ₍ᐢ•ﻌ•ᐢ₎ ───

— Иди ко мне, — Минхо сидит на кровати, руки расслабленно расположились на красном одеяле, ступни прижаты параллельно полу. Он широко раздвинул ноги и одной рукой начал медленно расстёгивать рубашку. Кожаная куртка была брошена на стул у окна. Минхо пристально рассматривал Ханни, на то, как он стоит перед ним, как поднимает глаза по команде. Разговоры уже на порядок завели Минхо, но от Ханни дух захватывает не меньше. Он любуется эластичными губами Ханни, представляя как они будут ощущаться на коже. Минхо глазами спускается вниз по его телу, останавливаясь на тонкой талии. Его кроп-топ подчёркивает её и Минхо ничего так не хочет, как прикоснутся к каждому дюйму обнажённой кожи, но у него еще будет время это сделать. Когда Ханни подходит ближе, Минхо приходится оторвать взгляд от его прекрасной смуглой кожи и сосредоточится на моменте. Минхо размышляет, что делать следующим. У него есть пара идей, но это первая сессия, ему нужно быть идеальным. Если даже профессионал не способен удовлетворить Минхо, то тогда… ему не стоит думать об этом сейчас. Нужно сосредоточится. Ханни. Его милое личико и развратная талия. Минхо подзывает его пальцем подойти ближе. Ханни слушается, проскальзывая вниз, между ног. Минхо глубоко вдыхает, пробуя духи, пахнущие словно поле гиацинтов. Цветочный аромат не сочетается со взаимным гарантированным уничтожением в тёмных глазах Ханни. Минхо ничего не может с собой поделать, кроме как вдохнуть ещё раз, до тех пор, пока запах не начинает гипнотизировать его. — Теперь разденься для меня, — Взгляд Минхо всё еще прикован к Ханни, наблюдая за каждым его движением. Тот тянется к своему сетчатому топу и Минхо перехватывает его руку, — Медленно, — Минхо восхищается послушанием Ханни, как только он замирает, а затем продолжает раздеваться в уже умеренном темпе. Руки плавно двигаются, стягивая топ и открывая океан подтянутой кожи под ним. На удивление Минхо, грудь Ханни широкая, его мускулы очерчены родинками, усеянными по всему телу. Минхо становится интересно, как много людей лелеяли и любили каждую метку. Ханни бросает топ на пол, в его движениях чувствовалось некое опасение. Любопытство берет верх над Минхо. Он протягивает руки чтобы исследовать тело Ханни, не в силах больше сопротивляться. Его кожа тёплая, под мозолистыми пальцами. Он проводит ими по мягкой, нежной талии. Минхо никогда не считал кожу чем-то особенным, но кожа Ханни — другая. Ханни прекрасен — произведение искусства. Этим всё сказано. Минхо проводит пальцами по рукам Ханни, наслаждаясь каждым дюймом. Его тело хорошо подчёркивают широкие плечи. У Минхо всегда была слабость к худым, но в то же время хорошо сложенным парням. Он пытается контролировать румянец на лице, надеясь что тусклое освещение в комнате справится с этим лучше. — Ты мускулистый. Проводишь много времени в тренажёрном зале, Ханни? — мурлычет Минхо, сжимая бицепс слишком сильно для незнакомцев, которые только что встретились. Они выглядят такими сжимательными. Минхо ничего не может с собой поделать. Он пытался, и он провалился. — Моя работа требует много физического труда, — поддразнивает Ханни, опуская свои руки к брюкам и аккуратно расстёгивая пуговицу. Из-за комплимента его щёки окрасились в розовый. Минхо сдерживает улыбку умиления, кровь приливает к паху. Ханни невероятно очаровательный и в то же время сексуальный. О, сколько бы вещей он позволил ему сделать с собой. Что он с ним сделает. — Оно и видно, — Минхо ласкает себя сквозь джинсы, наблюдая как Ханни расстёгивает кожаные штаны. Тот практически стесняется, зажимаясь, как только кожаная ткань спускается по бёдрам. Он замирает на секунду, а затем оставляет ткань болтаться у ног. Минхо внимательно наблюдает за накачанными бёдрами сочетающимися с маленькими коленями и такими же икрами. Ханни сложен словно шедевр, и сердце Минхо ускоряет свой ход, понимая, что именно он будет тем, кто заставит его разбиться на кусочки. Минхо сжимает руку на джинсах, пытаясь создать нужное трение. Ханни перешагивает через штаны, оставляя их на полу и отпихивая в сторону. На нём черные трусы, обтягивающие больше, чем положено. Минхо надеялся увидеть более интересное белье, но они согласились начать с чего-то попроще. В следующий раз, он попросит что-нибудь. Минхо был готов взять его прямо здесь и сейчас, и возможно, если бы он был на пару лет моложе, то так бы и поступил. Но он также знал, что тяжелый путь приносит больше всего удовольствия. Минхо облизывает нижнюю губу, обдумывая что делать дальше и позволяя напряжению сгущаться в воздухе вокруг. После долгого молчания, Ханни снимает свои боксёры и Минхо любуется им, стоящим перед ним совершенно голым. Ханни прикрывает свою грудь руками. Ноги повернуты внутрь, а взгляд мечется между полом и Минхо. Минхо перестаёт лапать себя и касается рук Ханни, проверяя, всё ли в порядке, — Всё хорошо? — Он наклонил голову, ища какой-нибудь намёк на то, что им нужно остановится. — Да, зелёный, — Ханни кивает, подтверждая свои слова лёгкой улыбкой. — Встань на колени для меня, милый, — Минхо снова откинулся на руки, открывая для себя вид получше. Ханни сделал как ему сказано, отчего у Минхо по спине бегут мурашки. Его послушное поведение заставляет член ныть от жажды разрядки, а разум заполняется дофамином. Ханни присел, но не делает ни малейшего движения чтобы устроится поудобнее. — Можно мне положить подушку под колени? — сглатывает Ханни. Минхо поглаживает его лицо, поднимая за подбородок. — Конечно, Ханни, — Минхо разворачивается, взяв самую мягкую на вид красную подушку. Его привычные переживания растворились в вопросе, понимая, что Ханни скажет о рамках. Они говорили об этом, и сейчас это проявляется. Это наполняет его смелостью, продвинуть их динамику немного дальше. — Ты что-то сказал? — Спасибо, хён, — прошептал Ханни, словно обещание. Член Минхо дергается от возбуждения, и он хватает его через джинсы, больше не в силах игнорировать это. Ханни расположил руки у себя на бёдрах, пялясь на ноги Минхо, ожидая. Чем больше Минхо заставляет его ждать, тем больше он ему нужен. Минхо улыбается, растягивая время. Ханни устраивается на месте поудобнее и в отчаянии прикусывает нижнюю губу. Это продолжается до тех пор, пока он не срывается, садится поближе и тянется к штанам Минхо. Тот хватает его за запястье, не давая коснуться джинсов и пальцем. — Разве я сказал, что ты можешь трогать меня? — Минхо пристально смотрит на него сверху вниз. Ханни надувает губы и тянет свою руку назад, пытаясь выбраться. Минхо только крепче сжимает запястье, — Хмм? — снова спрашивает он, наслаждаясь шоу. Непослушание доводит чувства Минхо до предела. Блять, он не знал что теряет. Не получив ответа, Минхо перестаёт поглаживать себя. Он слегка надавливает на плечо Ханни и возвращает его в изначальную позицию, — Руки за спину, теперь тебе нельзя трогать и себя, — внутренности Минхо разрывает от удовольствия, наблюдая как недовольно нахмурился Ханни, глядя на него. В этот раз Ханни слушается и помещает руки за спину, ёрзая на месте, — Что ты сказал, Ханни? — Минхо снисходительно откидывается назад, — Или мне стоит научить тебя манерам? Ханни ухмыляется, всматриваясь в угол, прежде чем взглянуть на Минхо. Он осматривает его с ног до головы, подбирая невинный тон, — Прости, хён, я буду послушным, — Хлопает глазами Ханни. Минхо фыркнул. Похоже ему всё-таки придётся научить его манерам. Он закатывает глаза и расстегивает штаны, с которыми так отчаянно хотел помочь Ханни. Минхо расстегивает их с облегченным выдохом, освобождая от тесноты. Минхо запускает руку под пояс нижнего белья и достает оттуда его раскрасневшийся член. При его виде Ханни замирает, рот слегка приоткрыт, а глаза широко распахнуты. Минхо знает, что он большой, или ему просто так говорили. Но ему всегда было интересно, сколько из таких раз были всего-лишь попытки повысить его самолюбие. Во взгляде Ханни нет ни намёка на ложь, и это лишь заставляет внутренности гореть от неутолимого желания. Минхо издает довольный смешок. Ему нравится смотреть как Ханни дрожит, без возможности сделать ему что-либо. Подливая масла в огонь, Минхо размазывает предэякулят по всей длине, поглаживая. На протяжении всего действия, он не обрывает зрительный контакт с Ханни, наблюдая как тот извивается. — Может заставить тебя просто смотреть, — Минхо проговаривает мысли вслух, догадываясь, что Ханни не горит желанием быть всего-лишь наблюдателем. Тот недовольно морщится и двигается ближе к Минхо, руки тянутся чтобы коснуться члена. Минхо останавливает его, упёршись ногой в грудь, цыкнув пару раз. Минхо отодвигает его достаточно далеко, чтобы тот не смог дотянутся до того, что так отчаянно желает, — Руки за спину, Ханни, — напоминает ему Минхо неизменным голосом. — Не мучай меня, хён, я не хочу просто смотреть, — Ханни заводит руки за спину, на удовольствие Минхо. Ему этого мало, с каждым разом реакция всё слаще. Минхо берёт Ханни за волосы и пододвигает его ближе к пульсирующему члену, наблюдая, как из-за вида его рот наполняется слюной. Наклонившись ближе, Минхо шепчет прямо в ухо Ханни, — Тогда умоляй об этом, — тот всхлипывает, пристально смотря на Минхо. Минхо садится обратно, не отпуская мягкие чёрные волосы Ханни. Он пялится на член Минхо, мысли спутываются. Ханни сухо сглатывает. — Прошу, хён, дай мне коснуться, пожалуйста, — Минхо качает головой. — Я буду послушным, я обещаю. Умоляю, хён, дай мне хотя-бы попробовать, — Мольба звоном разносится в ушах Минхо. Прошло слишком много времени с тех пор, как кто-то заставлял его чувствовать себя настолько живым. Минхо задумчиво хмыкнул, — Попробовать? — у него есть идея. Он оборачивает пальцами свой ноющий член, прижимая его к лицу Ханни, потирая им по губам, пока они не начинают блестеть от предэякулята. Как только Ханни открывает рот чтобы лизнуть, Минхо отодвигает его, отказываясь так легко сдаться. Вместо этого, Ханни слизывает содержимое на его губах, словно мороженое. Минхо хмыкнул, его член истекает сильнее. Ханни ждёт, неспокойно и терпеливо, зная, что если он ещё раз коснется Минхо, он не получит то, что хочет. Минхо наслаждается. Он отпускает волосы Ханни и проводит большим пальцем по его нижней губе. Он постукивает членом по его рту, — Открой пошире, милый. Не тратя ни секунды, Ханни открывает рот, принимая член полностью и заставляя Минхо прошипеть от потрясающий ощущений. Несмотря на размеры, Ханни настойчиво мычит и стонет. Минхо снова берет его за волсы чтобы помочь с движениями. Внутри мокро и тепло, так, что сносит башню. Ханни поднимает глаза на Минхо, они слезятся из-за члена внушительного размера, это заставляет Минхо ухмыльнуться. Ханни уже выглядит потрёпано, а ведь они только начали. Минхо ложится обратно, сосредотачиваясь на всех эйфорических пульсациях от удовольствия. Он закрывает глаза. Единственное, чем он двигает — это рукой в волосах Ханни. Он достигает предела, когда блуждающая рука ласкает его под нижним бельем, касаясь яиц. Минхо резко открывает глаза, отталкивая от себя Ханни, прозрачная нить слюны тянется от его члена. Минхо думал, что объяснил правила предельно ясно, но выходит, что в Ханни всё ещё осталось бунтарство. Он извивается под ним, одной рукой лаская себя, а другая замерла там, где только что касалась яиц Минхо. — Так не пойдет, негодник. Я же сказал тебе, не прикасаться! — Ханни всё равно смотрит на него с гордой ухмылкой, вытирая слезы с щёк тыльной стороной ладони. Минхо встает, смотря на Ханни перед ним. Он недооценил его, и есть только один человек, который может быть наказан за это, — Руки за спину, — Ханни двигает ближе, снова заводя руки за спину, озорная улыбка не сходила с его губ, блестевших от спермы и слюны. Минхо это исправит. Ханни нарочно выводит его из себя, зная, что в первую сессию они могут делать не так много. Никакой порки, никаких игрушек, означает то, что Минхо необходимо быть креативным в своих наказаниях. Он всегда хотел попробовать что-то в этом роде, хоть и не думал, что из всех возможных мест, это случится в БДСМ клубе. Минхо подходит к Ханни, размазывая остатки слюны по члену, с снова хватая его за голову, чтобы их взгляды встретились. Минхо ухмыляется над ним, — Я знаю чего ты добиваешься, и если ты ещё раз коснешься себя без разрешения, то не кончишь сегодня, — угрожает Минхо. Он не может наказать его так, как ему хочется, но если Ханни изобретательный, то и Минхо тоже. Ханни умён, стоит отдать ему должное. Ханни съёживается от угрозы, мотая головой. Грубость исчезла, прямо как и хотел Минхо. Он помнит что оттягивание оргазма помечено жёлтым. Ханни никогда не говорил что это запрещено, но когда Минхо спросил, тот объяснил что его просто немного раздражает то, что он не может кончить во время сцены. — Пожалуйста, нет, хён, что угодно, только не это, — умоляет Ханни, и Минхо на секунду сомневается. — Цвет? — Зелёный, — Ханни моргает, на лице обнадёживающая улыбка, из-за которой внутри Минхо что-то тает. Минхо убирает руку от волос Ханни, беря его вместо этого за челюсть, — Тогда будь послушным для меня, Ханни, — тот открывает рот, уже истекавший слюной. Минхо проник внутрь, рука нашла опору в волосах Ханни, снова направляя его. Его рот согревает член, греет, словно тёплый свитер. Ханни мычит вокруг члена, посылая вибрации, двигаясь вверх и вниз в непрерывном темпе, — Вот так, Ханни. Он стонет, доводя чувства Минхо практически до края. Тот в последний момент отодвигает Ханни от себя, не желая заканчивать внутрь него. Ханни смотрит на него снизу вверх, совершенно разбитый, — Пожалуйста, кончи мне в рот, хён, — умоляет он, застенчиво улыбаясь, а голос дрожит. Минхо недоверчиво выдыхает, — Блять, ты идеален для меня, Ханни, — заключает он, помещая член обратно. Минхо втрахивается в его рот ещё парой толчков, на этот раз не отпуская. Он кончает внутрь Ханни, видя пляшущие белые пятна перед глазами, тяжело дыша. Ханни доводит его до оргазма и отрывается от члена с приятным чпоком, сглатывая и открывая свой рот. Минхо какое-то время приходит в себя, после того как кончил сильнее, чем когда-либо в его жизни, и снова приземляется на кровать. Ханни потрясающий. Как такой человек как он, вообще существует? Минхо опирается на изголовье кровати, одна нога согнута на одеяле, другая — на полу. Ханни всё ещё на полу, с заведенными за спину руками и твёрдым членом между бёдер. Он так мило дуется. — Ну же, ты можешь попросить, Ханни, — усмехается Минхо, поражённый его настойчивостью. — Пожалуйста, позволь мне кончить, хён. Я был послушным, — Ханни трясёт от того, как сильно он возбуждён. Это впечатляет, поэтому Минхо сжалился над ним. Он похлопал по месту между ногами, — Иди сюда, Ханни, — соскочив на ноги, Ханни расположился между разведенных ног, грудью к груди, — Развернись, — Ханни поворачивается, прижимаясь спиной к груди Минхо. Это выглядит слишком нежно для того, что они собираются сделать, но может, это именно то, что Минхо нравится. Тёплые и мягкие ощущения, которые он получает, когда держит Ханни рядом с собой. Минхо поднёс руку ко рту Ханни, — Плюнь, — он собирает слюну и сплёвывает в ладонь Минхо. Минхо нежно гладит его по груди, пробуя гиацинтовый парфюм поближе. Он использует слюну чтобы покрыть ею истекающий член Ханни. Грубо надрачивает ему, дыша в затылок. Его свободная рука массажирует талию Ханни, и выше, грудь, выискивая самое чувствительное место. Когда он доходит до внутренней стороны бедра, из него вырывается стон. Минхо надавливает в это место, ускоряя движения, — Ты так хорошо справился, Ханни, — Минхо целует его в мочку уха, прикусывая, — Так хорошо для меня, — Минхо наблюдает, как слова заставляют его развалиться на части, и он кончает с громким вскриком имени Минхо. Минхо продолжает двигать рукой, пока Ханни не начинает всхлипывать от сверхстимуляции. Минхо хочет держать его рядом с собой вечно, заботиться о нём. В конечном итоге, он отстраняет от себя Ханни, чмокая его в шею. Оставив его разморенного на кровати, Минхо встал и направился в ванную. Он смыл с руки сперму и тщательно очистил себя. Он принёс влажные бумажные полотенца в комнату, перевернув Ханни на спину. Минхо не торопится, проводит бумажным полотенцем по мускулистому животу Ханни, любуясь кожей более ясной головой. Это одна из его любимых частей в сцене, заботиться о своём партнере, благодарить его за услугу. Минхо выбрасывает грязное бумажное полотенце в мусорное ведро и укрывает Ханни одеялом. Он снимает с себя остатки одежды и ложится рядом с Ханни сзади, притягивая его к себе. Он слушает ритмичное дыхание, согреваясь из-за близости. Он был тактильно голоден, и нахождение с Ханни насытило его. — Спасибо, Ханни, — Минхо целует заднюю часть плеча Ханни, на что ему ответили мягким мычанием. Лёжа тут, с расслабленным телом в руках, Минхо понимает, что вряд-ли он найдёт кого-то другого, кто подошёл бы ему так сильно. Он не хочет никого другого. Ханни потрясающий, и он засыпает с улыбкой на лице. Сексуальное удовлетворение не так уж недосягаемо, как он думал.

─── ₍ᐢ•ﻌ•ᐢ₎ ───

Джисон открывает дверь в их с Хёнджином квартиру и падает прямо на диван. Стягивает с себя обувь и раскидывается на дешёвых подушках. Его мышцы горят а мозг поджарен. Какой идиот решил, что давать сексуальному работнику работу с бумагами — хорошая идея? Сцена была ментально выматывающая, чтобы ещё разбираться с сомнительными финансами Чанбина и куда более сомнительным распределением задач между сотрудниками. — Тяжёлая ночка? — спрашивает Хёнджин, ставя обувь Джисона на положенное место у входа, как и подобает хорошему сожителю. — Новый клиент, — Джисон не считает, что Минхо был особенно плох, по-факту он хорошо позаботился о нём. Во время первой сессии все клиенты пытаются показать себя с лучшей стороны, так что трудно сказать, хороший ли человек Минхо на самом деле, — Ты знаешь его, это твой знакомый. Друг Чана. — О, Минхо. И как оно? Чем вы занимались? — Хёнджин уселся возле головы Джисона, ему стало интереснее как только он услышал имя Чана. Им не положено говорить о клиентах, как минимум не по именам. В этот раз Джисону можно, потому что он знаком с Чаном, и это не секрет, что Минхо присоединялся к клубу. Джисон поднял руку и непонятно помахал ею, — Как обычно. Наверное? Он был хорошим… и горячим тоже, что всегда спасает. — Он не делал ничего, чего ты не хотел, верно? — Хёнджин положил голову Джисона себе на колени и начал убирать пряди волос с его лица. Иногда они так сильно загружены работой, что им трудно найти время для заботы о самих себе. Хёнджин хорош в напоминании Джисону об этом. — Я могу постоять за себя, — Джисон слишком устал, чтобы хмурится на эти намеки, поэтому он сердито смотрит на Хенджина. Бесполезно. — Да, Джисон. Я это знаю. А ещё я знаю, что ты пытаешься изо всех сил угодить клиентам, особенно новым, и я хочу убедиться, что ты в безопасности. Особенно после всего, через что тебе пришлось пройти, — Хёнджин почесывает голову Джисона, помогая ему расслабиться. — Я сказал что он был хорошим, так? — Джисон не в восторге, что из его прошлого сделали аргумент, но как и большинство самых важных людей в его жизни, он знает, что Хёнджин желает ему только лучшего. — Тебя волнует это? То, что он был хорошим…? — Ага, — подтвердил Джисон. Он сразу может вычислить откровенно плохих клиентов. Манипулятивных же труднее обнаружить, — Мне сегодня просто повезло, или он всегда будет так хорошо относиться ко мне? — Джисон на деле даже не спрашивает Хёнджина, просто мысли вслух, неуверенный в том, что уготовано ему в будущем. — Это немного пугает — тешить себя надеждами, — они оба были сломлены в прошлом, и никто из них не хочет это повторять. Это часть причины почему он начал работать в Гангбак’е. — Но это была славная сцена, — Джисон поднимает взгляд на Хёнджина, в надежде получить ещё немного поддержки. Если Хёнджин скажет ему что всё будет в порядке, то он поверит ему и тревожности в груди станет меньше. — Да? — Надеюсь он хороший клиент, — но, увы, тревогу не так легко победить. — Ты заслуживаешь хорошего отношения к себе, Джисон, — напоминает ему Хёнджин. Просто потому, что он знает, что к нему нужно хорошо относиться, это не значит, что люди всегда так к нему относятся. — Я знаю. — люди недооценивают Джисона из-за того, как он выглядит. Минхо тоже недооценил. В конце концов, он может ничем не отличаться от остальных.