Грязная душа

      Гарри нервно дёргал пижамные штаны, направляясь в Большой Зал. Гермиона, шедшая рядом, видимо, забывшись от стресса, держала за руку Рона, который, казалось, не был против.       В любой другой момент Гарри бы точно прокомментировал такую связь между друзьями, но сейчас он был сильно озабочен сном в окружении всего Хогвартса.       Дамблдор, уверенный в том, что загадочное исчезновение Полной Дамы связано с тем, что Сириус Блэк посмел заявиться в школу, призвал всех учеников провести эту ночь в Большом Зале. Студенты будто бы не чувствовали из-за этого особого волнения, весело болтая и ложась группками, дабы пробеседовать ещё полночи. — Приятель, всё в порядке? — голос Рона вернул Гарри в реальность, и тот кивнул, натягивая тревожную улыбку. — Привет, Гарри, как твоё самочувствие? — Луна возникла из ниоткуда, протягивая компании худую ладонь. — Привет, Луна, всё в порядке, спасибо за волнение, — Гарри буквально почувствовал, как взлетели вверх брови у обоих друзей, но промолчал, внутренне жалея, что они вообще встретили Лавгуд. — А разве Джин не должна быть с тобой? — Рон, видимо, тоже ощутил возникшее напряжение и перевёл тему. — Она с Дином где-то там, — Луна махнула рукой в противоположный от ребят угол и заправила волосы за ухо, чуть отвлечённо улыбаясь каким-то своим мыслям. — С Дином? Сейчас вернусь, — Рон нахмурился и, расталкивая студентов, направился в указанное место, что-то злостно бормоча себе под нос. — Гарри, прости, найдёшь нам места? До встречи, Луна, — Гермиона, извиняясь, вскинула руки и поспешила вслед за другом.       Гарри кивнул и пошёл в самый конец. Пальцы у него дрожали, а в горле пересохло. Всё складывалось как нельзя хуже, и он предчувствовал, чем это может закончиться.       Присев на один из крайних спальных мешков, Гарри поджал колени к подбородку, с ужасом понимая, что во рту набирается слюна, сердце бьётся с удвоенной скоростью, а сам он мелко дрожит от одной мысли об окружающих его студентах.       Гарри закрыл глаза, жалея, что не может спрятаться от всех на Астрономической башне, сжимая чуть прохладные мягкие пальцы Малфоя. Его присутствие всегда действовало успокаивающе, забирая и пряча тревогу куда-то на задворки сознания, так далеко, что Гарри о ней долгое время не вспоминал.       Малфой? Гарри широко распахнул глаза, нервно оглядывая Зал. Малфой в Больничном крыле и не знает о нападении! Гарри почувствовал, как лёгкие сжались, не готовые принять в себя воздух, а в висках запульсировало так сильно, что потемнело в глазах.       Пошатнувшись, он приподнялся, намереваясь направиться в лазарет. Мысль о том, что Малфой совершенно один, что на него может напасть Сириус Блэк, что… Гарри склонился, прижимая ладонь ко рту и пережидая сильнейший приступ тошноты, когда его локтя коснулись знакомые пальцы, и сильные руки помогли опуститься обратно. — Ты чего? Что-то произошло? — голос у Малфоя был еле слышным, видно, дабы не привлекать внимание других студентов, и Гарри был ему очень за это благодарен. — Паника… — только и смог прошептать он, содрогаясь всем телом.       Даже несмотря на то, что Малфой нашёлся, тревога уже распространилась внутри, и остановить её было очень сложно. — Хорошо, дыши глубоко. Ничего страшного, никто не смотрит, — Малфой мягко поглаживал мокрую от пота спину и продолжал шептать успокаивающие слова Гарри на ухо.       Тот лишь кивал, пытаясь сделать хотя бы один нормальный вдох.       Гарри казалось, что буквально каждый в Зале смотрит на него с осуждением, казалось, что он слышит шёпот, разлетающийся по помещению. А потому он закрыл глаза, чуть ли не прижимаясь к Малфою всем телом. Но тот был абсолютно спокоен, ласково массируя дрожащую ладонь Гарри и рассылая по его телу горячие успокаивающие импульсы. — Гарри, что…что происходит? — раздался громкий голос Рона, и Гарри вздрогнул, открывая глаза.       Рон побагровел, а стоящая рядом Гермиона с непониманием смотрела на Малфоя, всё ещё державшего их друга за руку. — Мы…я… — Гарри сбился и замолчал, не понимая, как ему поступить.       После слов Рона обернулась добрая половина Зала, и захотелось провалиться под землю, лишь бы не видеть эти удивлённые и чуть насмешливые взгляды окружающих. Страх, распространившийся в груди, начал растекаться по венам, а пальцы Малфоя в один миг похолодели, лишь усилив нарастающую внутри нервозность. — Какого чёрта этот делает…рядом с тобой? — по слогам произнёс Рон.       На его словах Малфой застыл, закусив губу, и издал странный звук — что-то среднее между кашлем и икотой. — Он…мы… — голос не слушался, и Гарри почувствовал, как от стресса по щекам потекли слёзы.       В этот момент он мечтал только о том, чтобы исчезнуть прямо сейчас.       Малфой, будто бы почувствовав его эмоции, помог ему встать и пошёл на выход, поддерживая Гарри за талию и шепча на ухо что-то успокаивающее.

*****

      Гарри пришёл в себя только в туалете. Малфой продолжал гладить его по запястью, осторожно вытирая слёзы с заплаканных щёк. Тот всё ещё трясся, прижимаясь взмокшим виском к широкой груди.       Малфой же спокойно перебирал тёмные пряди, касаясь губами побледневшего лба. В любой другой момент Гарри бы смутился настолько интимной ситуации, но сейчас все его мысли кружились вокруг покрасневшего непонимающего лица Рона и вздёрнутых бровей Гермионы. Конечно же было понятно, что больше друзья с ним общаться не будут.       Да как они вообще могли его простить после всего его вранья и скрытности? Особенно после того, как они узнали, что он подружился со своим школьным врагом. И не просто подружился, а ему единственному позволил себя касаться. — Ты же понимаешь, что ты не виноват? — словно в ответ мыслям негромко произнёс Малфой, и Гарри всхлипнул, чувствуя, как сердце начинает биться чуть быстрее лишь от ласкового голоса.       Они просидели в туалетной комнате ещё минут двадцать, дабы Гарри мог окончательно успокоиться, а затем вышли и направились к Большому Залу. Малфой аккуратно сжимал бледную руку, то и дело бросая на него быстрые взгляды.       Гарри же смотрел в пол, теперь в полной мере ощущая смущение от этих взволнованных серых глаз, скользящих по его лицу.

*****

      Они уже почти оказались у массивных дверей, как вдруг сзади раздался окрик. Обернувшись, Гарри и Малфой увидели профессора МакГонагалл и Дамблдора, направляющихся к ним.       МакГонагалл, придерживая полы мантии, уже чуть приоткрыла рот, видимо, готовясь произнести тираду; брови у неё сдвинулись, а глаза метали молнии. Директор же выглядел безэмоциональным, лишь голубые глаза поблёскивали из-за очков-половинок.       Заведя студентов в Большой Зал, профессор МакГонагалл сложила руки на груди и гневно произнесла: — И где же, позвольте спросить, вы были? — В туалете, мэм, — Малфой ответил первым, видимо, предполагая, что Гарри не захочет говорить правду. — Удивительные решения преследуют вас, мистер Поттер? Или вы предполагаете, что раз вы справились с горным троллем, то беглый преступник не будет для вас большой проблемой? — в голосе МакГонагалл промелькнул сарказм, а щёки у Гарри покраснели.       На звуки конфликта обернулась половина студентов. Они с интересом поглядывали на Малфоя, чуть приоткрыв рты от удивления и перешёптываясь. Рон с Гермионой тоже застыли, следя за продолжением разговора. — Извините, профессор, это произошло по моей вине. Мне стало нехорошо, и я попросил…ммм… Гарри меня отвести, — Малфой чуть крепче сжал дрожащие пальцы, принимая удар на себя. — От вас я такого и подавно не ожидала, мистер Малфой. Вы меня разочаровали. Минус пятьдесят баллов со Слизерина и минус двадцать баллов с Гриффиндора! Пусть это будет уроком для каждого из вас! — МакГонагалл обвела взглядом всех студентов и поджала губы. — Займите свои места, пожалуйста. Спокойной ночи.       По Залу прошёлся раздражённый шёпот, и лица слизеринцев недовольно исказились. Дамблдор направился вслед профессором, мягко кивнув Гарри. — Что за фигня, Дрей? — из толпы вышла Панси и подошла к ребятам, удивлённо вскинув брови. — Да уж, с каких это пор мы защищаем Поттера? — Блейз вместе с Тео тоже подошли к другу, неприязненно уставившись на Гарри и хмуря брови. — Успокойтесь. Потом поговорим, — Малфой чуть покраснел и наклонился к уху Гарри, негромко шепча: — Ляжешь рядом? Я прослежу, чтобы к тебе никто не подошёл.       Гарри смущённо кивнул, и пошёл вслед за компанией в их угол. Разумеется, он хотел объясниться с Роном и Гермионой, но был не готов обсуждать всё сейчас и оставил диалог на утро.       Малфой уложил его рядом с собой, пожелал спокойной ночи и тоже лёг, мягко улыбнувшись. От такой заботы Гарри вновь почувствовал тепло в груди и закрыл глаза, надеясь, что в эту ночь кошмары обойдут его стороной. Здесь, в уединённом закутке, выбранном слизеринцами, он не чувствовал ничьих взглядов, и оттого тревога отступила, позволяя провалиться в сон.

*****

      Гарри проснулся через час от того, что один из ребят неподалёку громко всхрапнул. Перевернувшись на другой бок, он уже хотел было вновь лечь, как вдруг услышал диалог Малфоя и Панси, и замер, прислушиваясь. — .....не может быть! Драко, я же тебе говорила! Если бы ты хоть раз меня послушал! — лицо Панси осветила улыбка, которую было видно даже в почти кромешной темноте. — Извини, я должен был, просто не мог в такое поверить. Прости за эти баллы, я всё верну, просто у…у Поттера сейчас сложное время, и я не хотел оставлять его одного, — Малфой сидел в позе лотоса напротив подруги. — Это так романтично! — мечтательно произнесла Панси. — Не могу поверить! Но я очень за вас счастлива. Я могу рассказать Блейзу? Он будет в шоке. — Расскажи, только не дёргайте Поттера лишний раз. Хочу, чтобы он чувствовал себя хорошо рядом со мной, потому что…потому что… — Потому что он тебе нравится, — закончила за другом Панси и тихонько рассмеялась. — От врагов к возлюбленным. Ужасно романтично!       Что было дальше Гарри уже не слышал. Удивительно прекрасное тёплое чувство наполнило его грудную клетку, и он заснул с улыбкой на губах. Это была одна из первых ночей, которая прошла без кошмаров.

*****

      На следующее утро Гарри проснулся очень рано, потягиваясь и сонно оглядывая Большой Зал. Многие студенты ещё спали, а те, что встали, тихо переговаривались или читали.       Гарри обернулся на Малфоя, чтобы посмотреть встал ли он, и его хорошее настроение в миг испарилось.       Малфой лежал почти вплотную к Панси. Светлые волосы разметались по подушке, а тонкие пальцы сжимали её руку. Гарри побледнел, расстроенно поглядывая на спящих друзей, и сердце его наполнила тоска. Он уже и не был уверен, что ночью правильно расслышал их диалог…